Сердце

— Уилл, привет! — в комнату заскочил радостный Майк. Он только пришёл, но просто находясь в доме Байерсов, уже доставляло удовольствие. Этот дом такой же родной как и свой собственный. Уилер застал друга за столом. Тот просто сидел и смотрел в поверхность перед ним. Гладкая и глянцевая поверхность мебели. Уилл даже не повернулся на того, а лишь поздоровался в ответ — привет, Майк — в его голосе были слышны нотки грусти. Неужели опять кто-то посмел его обидеть, что он грусит? Майкл просто так это не оставил бы. Брюнет немного изменился в лице, понимая, что что-то не так. Отходя от дверного проёма, он подошёл к другу, заглядывая на стол, ища причину грусти. — Ты как-то грустно выглядишь — Майк сразу забеспокоился, продолжая оглядывать стол, заваленный рисунками. По пути цеплял их взглядом и на каждом увиденном листе восхищаясь умениями друга. Но тут же взгляд цепляет маленький скомканный листок перед носом Байерса. Неужели это и есть причина? — а что это у тебя? — спрашивает Майк, оглядывая листок. Что же это такое? Это правда причина грусти? Это что-то важное? — это...это моё сердце — Уилльям вздохнул. Уилер всё оглядывал листок, пытаясь увидеть в нём сердце. — сердце? — да. — а...а что с ним случилось? — карий взгляд перевёлся на друга, пытаясь заглянуть в зелёные, грустные глаза. — порвалось — видимо это сердце было важным, раз слова так отдавали нотками грусти. Будто порвали настоящее сердце. — а из-за чего? — папа...он его порвал. Майк слабо удивился. Он конечно знал что Лонни такой себе отец по подслушанным разговорам Джойс и Джонатана, но чтоб обидеть Уилла, это нужно быть зверем. По крайней мере брюнет так считал. Как можно обидеть его вообще?! — что? Как это случилось? — эх, если бы мистер Байерс был не таким страшным и огромным, Уилер бы уже пошёл к нему выяснять, зачем он так делает! — ну... — Уилльям замялся. — я сделал сердце, разукрасил его и берёг, чтоб оно не порвалось, а потом...потом папа пришёл, увидел это и отобрал его, говоря что это тупо, странно, не красиво и вообще мне нельзя рисовать — он вздохнул. — потом оно вернулось ко мне вот так, порванным. — да как он посмел! Это ужасно! — Майкл нахмурился, мыслено проклиная Лонни всеми проклятиями, которые вообще знал. Он не любил...нет, ненавидел когда кто-то, не важно кто, обижает Уилла. Хочется каждому врезать, но не на каждого хватит смелости поднять руку. — он всегда так — он шмыгнул носом, вспоминая как отец часто рушит всё, что делает младший сын. Это ведь не мужское дело, рисовать. Майк видел что Байерсу грустно, и сразу начал придумывать что сделать, чтоб развеселить друга. Хочется его утешить и сделать так, чтоб на его лице засияла улыбка. Карий взгляд скользил по рисункам на столе и дополз до клочка перед носом друга и тут же его осинило. — а можно я возьму твоё сердце? На пару минут — он перевёл взгляд на глаза того, ожидая ответ. Шатен взглянул на Майка слегка не понимающе, но спустя несколько секунд раздумий, кивнул и, взяв клочок в ладони, протянул другу. Уилер немного улыбнулся и аккуратно забрал сердце, взяв его в свои ладони. Он осмотрел бумагу и понял что можно сделать. — я отойду с ним на несколько минут? Можно? — взгляд снова направлен на паренька перед ним. — ну...можно — Уилл не понял зачем Майклу порванное сердце и куда он идёт, но вопросов задавать не стал и отпустил его. Всё-таки, что бы там такого не придумал брюнет, это точно не будет плохим. — спасибо! Я скоро! — улыбнулся Майк и держа клочок в двух ладонях, он убежал из комнаты куда-то. Байерс остался на месте его ждать. Но было интересно, что там делает друг. Но спустя обещанные несколько минут, он вернулся, бережно прижимая сердце к груди. Подойдя к Уиллу, он улыбался, будто произошло что-то радостное. — куда уходил? — спросил шатен, смотря то на лицо, то на прижатые к груди ладони. — секрет. — а сердце где? — здесь — Майк опустил взгляд на свои руки. Потом, создав интригу на пару секунд, он отстранил руки от груди, протягивая их Уилльяму. В его ладонях лежало сердце Уилла, расправленное и склеенное пластырями. Именно пластырями. И в середине каждого пластыря красной ручкой было нарисовано маленькое сердечко. Глаза Байерса засияли, как он увидел своё сердце почти как новое. Он протянул свои руки и Уилер аккуратно переложил сердечко в ладони того. — ты его починил? — сияющие глаза посмотрели на Майкла, а губы расплылись в улыбке. — ну да. Оно теперь почти как новое! — он улыбался и гордился собой. Он развесилил Уилла! Это самое лучшее, что может быть. — спасибо. И вправду как новое — его улыбка засияла больше. Майк тоже засиял. Он был рад что порадовал друга. Починил сердце и порадовал! Что может быть лучше этого? Брюнет наблюдал как Уилл рассматривал поделку в руках, и всё больше гордился собой. — Майк — вдруг начал шатен, не отрывая взгляд от сердца. — м? — а знаешь... — он поднялся со стула и встал напротив Уилера, всё ещё держа сердечко в руках. — ...забери его себе — Уилл протянул руки ближе к другу. Майкл удивился, оглядывая шатена. — что? Забрать себе? — да. Я..дарю его тебе. — даришь? Но...оно же твоё... — да, но...оно олицетворяет моё настоящее и я его тебе отдаю — он улыбнулся. — оу — не долго думая, брюнет всё же вытянул руки, а Байерс положил сердце в его ладони. Майк держал его аккуратно, боясь сделать какое-то резкое движение, что могло заставить его порваться вновь. — только пообещай что будешь его беречь и любить так же как и меня. — обещаю — Уилер заглянул в зелёные глаза и сам себе мыслено приказал что будет оберегать и любить, и сердце и Уилла. Чтобы не случилось. Для него Уилл был дорог, а также всё что он делает, всё будет иметь важность. Как и это сердечко, что теперь навсегда станет таким же важным предметом. Плевать что это просто кусочек бумаги. Этот же кусочек бумаги подарил его лучший друг. — обещаешь? — обещаю — он улыбнулся и опустил глаза на сердце, разглядывая его. Он держал его в ладонях бережно, будто грея. Брюнет был готов греть его вечно, только чтоб оно сияло. Ярко сияло. Как Уилльям. А хозяин сердечка грел Майка своей улыбкой. Он знал кому отдал такую важную вещь. Человеку, который ему дорог, который не обманет, которому он доверял больше чем собственной матери. В его тёплых руках сердце правда будто сияло и играло новыми красками. Также как и Уилл, он как и сердечко, сиял, когда Майк его обнимал. Его тёплые объятия всегда были самыми любимыми. — оно будет любить тебя в ответ. Самой тёплой любовью — Байерс смотрел в глаза друга, на что получил ответный нежный взгляд в свои глаза. Теперь пусть кто-то только попробует дотронуться до Уилла и его мягкого и хрупкого сердца.