интимнее чем секс

– Приветики-пистолетики, милашка. – Бутхилл подошел к Аргенти сзади, его металлические руки мягко обхватили его за плечи. Он наклонился, заглядывая в открытую книгу на коленях Аргенти, в которой были слова о глубокой философии Идрилы. Рыцарь с мягкой улыбкой на губах оторвался от книги и устремил изумрудные глаза на Рейнджера. Его шелковистые волосы упали с фарфорового личика, и Бутхилл снова поймал себя на мысли, что не может отвести взгляд. Аргенти выглядел воплощением спокойствия в своем удобном свитере, мягкий материал которого резко отличался от обычных и тяжелых, внушительных доспехов. – Подкрадываешься словно бандит. – заметил Аргенти, откладывая книгу в сторону. Когда Бутхилл находился рядом, он хотел быть сосредоточенным только на нем. – Я и есть бандит. – Бутхилл ответил лукавой улыбкой и беспечным пожатием плеч. – По крайней мере, так считают. Аргенти устремил на него пристальный взгляд, и внезапная серьезность его тона отражала весомость его слов, несмотря на то, что он по-прежнему мягко улыбался. – Мнений также много, как звезд. И как говорится, красота в глазах смотрящего. Я бы не стал столь близок к какому-то «бандиту». Возможно, стоит задуматься о том, что в тебе есть нечто большее, чем предполагают слухи. – Насколько же ты ко мне стал близок, милашка? – самоуверенно ухмыльнулся Бутхилл. – Похоже, ты меня совсем не услышал... Не то чтобы Аргенти не нравился флирт Бутхилла, совсем напротив. С одной стороны, его заигрывания обладали определенным шармом и притягательностью, которые он не мог отрицать. Но прежде всего рыцарь жаждал проникнуть сквозь легкомысленное поведение Бутхилла, чтобы раскрыть глубину его истинных чувств. Каждая клеточка души Аргенти стремилась передать искренность своих эмоций, выразить, насколько Бутхилл стал важен для него. – Да, я знаю знаю. – Игривый блеск в глазах Бутхилла начал угасать, стоило ему прочесть в изумрудных глазах беспокойство. – Просто порой моя деятельность и ярлык «плохого парня» мешают мне сближаться с людьми. И я этого пожалуй не хочу. Поэтому, учитывая чужие мнения, мне довольно сложно... Представить, что ты на сто процентов мне доверяешь. – Я тебя люблю. – резко выпалил Аргенти. Слова, слетевшие с его губ, зазвенели в тишине, как колокол. Будь сейчас у Бутхилла сердце, оно бы пропустило удар. Даже несколько. Ковбой на мгновение замер, его мысли путались, пока он пытался осмыслить поворот событий, вполне себе ожидаемый, но взявшийся так не вовремя. Со временем, оба стали замечать за собой странные, совершенно выходящую за рамки дружбы, отношения. Они вели себя как пара, но слова оставались непроизнесенными ровно до сегодняшнего момента. Бутхилл боялся этих слов, надеялся, что сейчас это было нелепой шуткой или галлюцинацией, но никак не правдой. – Я тебе не просто доверяю, я тебя люблю. – словно издеваясь, повторил Аргенти, уточняя свои слова. – Розочка... – когда он попытался ответить, слова застряли у него в горле, как проглоченная пуля. В глубине души он понимал, что должен был решить этот вопрос раньше, должен был предотвратить обострение ситуации до такой степени. Поговорить, остановить развитие их отношений, а не наоборот флиртовать и давать ложные надежды. Он хотел остановиться еще давно, но он не мог отрицать тот факт, что долгое время наслаждался ощущением того, что был кому-то нужен и любим. – Знаешь, милашка... Я... – Когда ты называешь меня милашкой или розочкой, я не могу понять оскорбляешь ты меня или вправду говоришь всякие нежности. – Аргенти усмехнулся, словно не заметив в каком упадке сейчас находился Бутхилл. Впрочем, тот хорошо это скрывал. Он попытался изобразить подобие улыбки, но она получилась довольно слабой и неискренней. – Можешь не сомневаться, милашка. Если речь идет о тебе, это несомненно милые прозвища. Сидевший совсем близко Аргенти улыбнулся в ответ, теплота выражения его лица резко контрастировала с холодным, удушливым воздухом, который, казалось, окутывал Бутхилла подобно удушливому туману. – Вот только... – решил продолжить Бутхилл, почувствовав, что больше не может терпеть нарастающего напряжения. – Я не тот с кем ты будешь счастлив. Серьезно. Милашка, ты конечно милашка, но я... Я совсем не милашка... – Очень убедительно. – коротко рассмеялся Аргенти, и Бутхилл вновь осознал, что это прекрасное создание рядом с ним совершенно не умеет излучать негатив. Даже казалось бы отказ от потенциальных отношений он принял легко и беззаботно. – Но с чего ты взял, что я милашка? Ты и представить себе не можешь сколько всего я совершил на своем пути. – Это неважно. Со мной тебе будет тяжелее. И я говорю тебе не только о своей миловой репутации, а конкретно обо мне. Ты взгляни на меня. – Бутхилл развел руки в стороны, демонстрируя свое металлическое тело как будто это не было очевидным. Аргенти устало вздохнул, показывая всю свою незаинтересованность несчастным аргументам Бутхилла. – Романтическая связь между человеком и машиной. Как поэтично. Звездец. А хочешь я разденусь перед тобой? Полюбуешься... Ничем. – Ты думаешь меня твое тело интересует? Мне нравится твое тело, оно бесконечно прекрасно. Но я полюбил не его, а тебя. Разве наши разговоры и объятия в домашних свитерах не интимнее чем секс? Я люблю тебя. тебя. Еще раз повторить?