***
Мы решили отсидеться в кустах возле лавочки, на которой сидели Любка с Ромкой. Я устроился с биноклем, который купил у киоска возле парка, а Андрюха возле меня. Друг, обняв меня за плечи, поставил руку на землю, прищурился, и мы внимательно наблюдали за этими двумя. Странные они, честно признаться! — Только тихо, Андрюх! Нам же не нужно, чтоб нас нашли, верно? — Как можно тише прошептал я, выдохнув сигаретный дым и чуть сильней прижавшись к боку товарища. — Верно, — Также тихо ответил Андрей, кивнув. А Ромка с Любкой, не заметив ничего странного и необычного, прижались друг к другу. Ромка поцеловал Любку в щёку и достал свой мобильник, а после поднял над собой и любимой, тыкнув пальцем вниз экрана. Они ещё друг друга фотографируют? Честно признаться, я иногда рад, что провожу больше времени с придурком по имени Андрей, а не с девушками. Хоть Андрюха и натуральный придурок, который может всё херово понаделать и херни. Любка улыбнулась во все свои кривые зубы. Смотреть на это противно! Не удивлён, что именно Ромка её полюбил, он даже ей стихи посвящает, а вечерами они ходят за ручку по городу, кушают мороженое и слушают музыку! Учителя даже на них ругаются, мол, любовь учёбе мешают! Эту парочку также к директору отправляли! Андрюха, слегка нагнувшись и опустив меня, поставил вместо руки локоть на землю и подпёр рукой голову, а я прижался животом к земле и крепче сжал в своих руках бинокль, немного приподняв голову и заметив в руке Ромки сигарету. Он курит? Не знал. Языком отодвинув сигарету на другой бок и выдохнув дым, я отложил бинокль и потянулся, а после хрустнул костяшками пальцев и снова взял бинокль, продолжив смотреть в него. А Ромка за это время уже успел зажечь целых две сигареты, положить меж губ одну сигарету, а вторую… Вторую взяла Любка. Она тоже курит? Я крайне удивлён! Честно признаться. Я думал, что отличники все такие правильные, воспитанные, не курят, не пьют, не матерятся, слушают только Моцарта, читают только классику. Выходит, я ошибся? — А Любка-то курит… — Прошептал Андрей, заставив меня вздрогнуть и посмотреть на него, — И Ромка тоже… Я думал, что тут куришь только ты. Я лишь фыркнул и выдохнул сигаретный дым, снова посмотрев в бинокль. Ромка с Любкой прямо с сигаретами в зубах целоваться начали… Во рту у меня появился неприятный привкус, я отложил бинокль и носом уткнулся в бок друга, схватившись за его одежду. — Мне противно на это смотреть, Андрюх! — Да, не надолго меня хватило. А Андрей, промолчав, погладил меня по волосам, — Это противно! — Мне тоже противно, — Вздохнул приятель, продолжив гладить меня по голове, лениво и нехотя двигая рукой по моей голове, — Ты не один такой, кому это всё противно до ужасной тошноты, можешь не волноваться. Андрей взял мой бинокль в руки и приставил к своим глазам, продолжив наблюдение за сладкой парочкой. А я приподнял голову и тоже посмотрел на этих двоих, не заметив того, что товарищ успел одной рукой меня обнять за плечи. Целоваться эти двое перестали, а в их ртах уже не было сигарет. Я, явно удивлённый такому, вопросительно поднял одну бровь, прикусив свою сигарету передними зубами. Я не отрывался от бока друга, а лишь крепче к нему прижался, дабы не уколоться ветками и не расцарапать себе кожу. А Андрюха смотрел то на меня, то на Любку с Ромкой. Неожиданно для нас обоих, жених и невеста встали со скамьи, направившись к выходу из парка и даже не заметив нас в кустах. — Куда они? — Вновь удивился я, немного выглянув из кустов и посмотрев в спины одноклассников. — Домой, видимо, — Пожал плечами друг, — Десять утра доходит, вдруг проснулся у них там кто-то, чтоб не волновались и не искали их, думаю. — Понятно, — Вздохнул расстроено я, а после, случайно поцарапав веткой щёку, вышел из кустов, тоже направившись к выходу, — Пошли, Андрюх. Названный тоже вышел из кустов и пошёл рядом со мной. Я, затушив сигарету и выбросив её в мусорный бак, расстроено оглядел парк и Андрюху, а после снова посмотрел вперёд и засунул руки в карманы шорт.***
— Ну, пока, — Я помахал Андрюхе рукой, взявшись за перила, — В обед чтобы вышел! — Сказал я более строже, а после начал подниматься вверх по лестнице. — Угу, пока, — Кивнул Андрей, — И выйду я, не волнуйся, — А после зашёл в свою квартиру. Я остался один, в совершенно тихом утреннем подъезде. Наступив ногами на ровную поверхность, я краем глаза посмотрел в окно, а после взялся за другие перила и начал подниматься, скрывшись с первого этажа.