Проявление любви

Очередной восхитительный наполненный приключениями год в Хогвартсе закончен. Уход от волшебного мира сопровождается гудком поезда, что словно прощается с ним и всеми учениками и ознаменует встречу через пару месяцев. А Гарри тащит свои чемоданы на выход из вокзала, да оборачивается назад, желая урвать крупицы лучших дней. Несмотря на такое печальное начало каникул, у него были планы. В этом году они должны были стать чем-то по-настоящему хорошим. Ему только нужно было показаться на пороге дома Дурслей. Сменить пару сумок и рвануть от их злых слов к Норе. Неважно как ему придется туда добираться. Через волшебный переулок, да выпрашивать возможность воспользоваться камином или же начеркать весточку Рону. Он точно найдет, как выбраться из ситуации. Даже если будут задействованы близнецы со своей порой приносящей слишком много неприятностей изобретательностью. Когда он оказался недалеко от дома Дурслей, доехав до ближайшей автобусной станции на общественном транспорте, поездка в котором с таким багажом выдалась не из лучших, то стал нещадно чихать. Пыль собравшаяся внутри автобуса, словно только сейчас пожелала дать о себе знать, зачесавшись в носу. Наверное, поэтому он не обратил внимание на человека впереди. В темной мантии, маске, да с палочкой наготове. Гарри успел лишь вскинуть голову, как услышал проклятие: — Авада Кедавра! И на этом его мир поблек. *** Кровать в Хогвартсе была удобной, а матрас мягким. В доме Дурслей же такого не наблюдалось. Старые пружины выпирали и впивались ему прямо в спину. Поттеру еле удалось разомкнуть глаза. Всё тело было как будто налито свинцом и не поддавалось, отказываясь двигаться. По этой причине он глубоко дышал, успокаивая напряжённое тело. Наконец Гарри почувствовал перемены. — Где мои очки? - тихо прохрипел он сам себе, приподнимаясь на постели. — На тумбочке. Гарри подпрыгнул от чужого голоса, да поднял одеяло повыше. В сумраке и без очков, он не мог разглядеть, кто сидел напротив. Гарри лишь в силах сказать, что обладатель странного голоса был облачён в чёрное. Вряд ли бы тетя Петуния стала носить такой траурный цвет, да и за прошедший год настолько сильно прокурить свой голос было, наверное, невозможно. Тем более она являлась ярой противницей курения. Поттер левой рукой стал копаться по поверхности рядом с постелью, надеясь отыскать окуляры и, наконец, разглядеть незнакомого человека. Но то ли от паники перед неизвестной личностью, что вполне мог быть пожирателем, который напал на него в том захолустном переулке, то ли от кучи мелких безделушек на тумбочке, найти ему их никак не удавалось. Ох. Нападающий. Он же использовал Смертельное заклятие. Гарри замер от этой мысли и пропустил момент, когда тень рядом поднялась. Некто взял очки и нацепил ему их на лицо. Только стоило человеку в черном приблизится так, что они почти соприкасались плечами, в нос ударил сладкий удушливый запах гнили. От смрада волна рвоты тут же подкатила к горлу и ему еле удалось сдержать её и проглотить обратно. Тогда, проморгавшись, Гарри, наконец, смог разглядеть неизвестного повнимательнее. У существа перед ним отсутствовала кожа. Был лишь голый скелет, завёрнутый в тряпки. Где-то на некоторых участках лица присутствовали остатки свисающей плоти, что, казалось, вот-вот отпадет и окажется на его одеяле. В глазницах не было глаз, как таковых. Но находились странные белые огоньки. Рука, вернее кости руки, выбрались из копны его волос и провели по прядям, убирая со лба надоедливые локоны, которые он сам не заметил. — Так лучше видно? - это был не просто хриплый голос заядлого курильщика. Нет-нет. Голос точно был сплетением звуков. В словах отчётливо передавался шум ногтей, зацепившийся за половицу и ведущих по ней, последние крики ужаса и хрип такой словно он был последним, что человек мог произнести в своей жизни. От подобного смешения Гарри схватился за кусок ткани на нём посильнее, будто он мог бы его уберечь перед самой Смертью. — Лучше, - поставила перед фактом Смерть, ответив за него. И отстранилась. Но недостаточно. Нечто всё так же оставалось пугающе нависшим над ним. — Глупо тебе меня бояться. Я хоть и Смерть, но никогда не была убийцей. Гарри продолжал смотреть с гулом нарастающего ужаса в груди, что возвращал недавно ушедшее оцепенение. — Или всё же был? Как странно. Обычно люди уже решают на момент встречи со мной и как меня величать, и как я выгляжу и даже какой пол имею. Словно понятие существования в любой его форме для меня не абстрактно. А ты никак не можешь выбрать, - Смерть склонила череп, и тогда Гарри увидел, что среди гниющих кусков мяса волошились опарыши. Стоило ему их заметить, как личинки упали на постель. — Хотя мне нет до этого дела, - существо было пугающих размеров. Рядом с ним клубилась тьма, заполняя всю комнату. — Тебя сегодня убили, Гарри. Но ты жив. Скажу честно, у жизни редко есть любимчики. Про судьбу я и вовсе молчу. Но иначе как любовью то, что я делаю для тебя описать не могу. В первый раз ты избежал смерти из-за матери. В этот из-за чужой души. Обычно погоня меня развращает. Я не могу удержаться перед вызовом. То, что убили, должно быть мертво. Мне противны попытки уйти от меня. И всё же мы здесь. И ты нисколько не находишь пугающим свой конец, скорее, - Смерть повела рукой вдоль себя. — Мой вид. — Я назову моё пренебрежение тобой проявлением любви к тебе. Но это не любовь романтическая или же любовь родителя к ребенку. Вовсе нет. Смерть поднялась во весь свой устрашающий рост, чудом не касаясь верхом черепушки потолка. — А за сим спи, мой дорогой Гарри, и держи ухо востро. Ежели мы свидимся вновь, возможно, мои чувства к тебе уже пройдут. Вмиг пелена ужаса превратилось в нечто более кошмарное, и сердце его будто остановилось, замерло. Он потерял ощущение своего тела и пропал. Парень потерял сознание, а вид Смерти также исчез перед его глазами. *** — Парень с тобой всё в порядке? - кричал ему кто-то в ухо, пока руку дёргали, так сильно, что, казалось, недолго ей оставалось, до полного отвала. — Да отпусти ты, - пропыхтел Гарри, ощущая, что дыхание даётся ему с трудом, и поспешил открыть глаза. Смерти и правда больше не было в его комнате. Как и комнаты в прочем. Куча незнакомцев сгрудилась рядом и лишь пара рядом нависли над ним. Пот стекал рекой, пока в голове нарастал гул, а боль разливалась по вискам. — Может ему скорую вызвать? - спросил кто-то негромко в стороне. И Поттер оглянулся. Он был в автобусе. Рядом с ним находился чемодан, что парень вез из Хогвартса. Только что Гарри мечтал и планировал, как проведет начало отдыха. За окном мелькнул знакомый дом, и Поттер, схватившись за сумки и расстолкав участливых людей, выбежал наружу. Он только прибыл на ту остановку, что вела к дому Петунии. Вместо начала счастливых дней без оглядки на опасность ему выдалось это. Вот вам и каникулы. Гарри сидел на лавке и черкал на отрывке пергамента письмо для Уизли. К Дурслям он всё же не вернётся. Его каникулы в этом году будут прекрасны и какие-то убийцы этому не помешают.