И я мелками нарисую нас

Ах, каникулы! Лучшая пора, когда можно забить на все слова преподов, на все экзамены, курсовую и так далее. Теперь ты спокойно лежишь и отдыхаешь, общаясь со всякими «интеллигентами», вроде одногруппников, слёзно просящих кидать все конспекты, а лучше просто отдать тетрадь, всё равно она уже «не нужна». Таких специалистов, как одногруппники Рацио, лучше обходить десятой дорогой. После душа, как обычно, Рацио пойдёт спать и опять один. Авантюрин обещал приехать на каникулы, но от него ни слуху ни духу, похоже, ему сейчас и дела нет до своего парня, ждущего его уже не первые каникулы в году. Было ужасно обидно, что за день он не может прислать даже пару сообщений с вопросом «Как дела?», как будто руки отвалятся. Раньше Рацио мог часами болтать обо всём с Авантюрином, но сейчас их диалог может продлиться не более пяти минут, и тот будет по инициативе Рацио, в очередной раз переступающего через гордость, поскольку пишет первым. Сегодня он не стал ничего такого делать, просто пустил на самотёк. Когда уже юный профессор лёг спать, телефон завибрировал. Вроде и не должны звонить, а вроде и написали. Но все чаты на заглушке, кто написать-то мог? Все, да не все. Один решил выделиться. Взяв телефон, Рацио сразу же получил световую гранату в лицо, машинально прикрывая глаза и понижая яркость до минимума. Зайдя в чат, Рацио действительно удивился. Павлинчик написал, да ещё и сам. «Раци, я знаю, что ты ждёшь меня. Извини, что мало писал в то время, слишком был нагружен. Придёшь завтра к аэропорту? Где-то к семи я прилетаю, поэтому уже в восемь-девять я жду тебя у аэропорта. Знаешь, я очень волнуюсь перед встречей с тобой, поэтому, если ты ещё не спишь, не хочешь поболтать?» «Какие люди. Настолько был занят, что забыл про своего парня? Хорошо, прощаю, но не думай, что я так легко это забуду». Сжимая телефон, Рацио чуть не кинул его об стену от наглости Авантюрина. Он правда думает, что это хороший тон — писать спустя несколько месяцев? «Раци, мне правда жаль, но что я мог сделать? Я слишком уставал и просто не мог даже телефон взять, я так виноват перед тобой...» «Рад, что ты это признал».Рацио выдохнул, несильно закусывая губу. Может он и был зол, но всё-равно не настолько, чтобы оставлять уставшего Авантюрина в аэропорту. «Я заберу тебя. Жди к назначенному времени, только скажи, куда подъехать». «К пятому выходу! Спасибо тебе огромное, я отблагодарю тебя так, как попросишь!» Рацио даже повеселел, но, к сожалению, увидел, что Авантюрин уже вышел из сети. Скорее всего, садится на самолёт. Удачного полёта, что он ещё может сказать. На утро его ждал сюрприз: Авантюрин написал. Ничего срочного, просто сказал, что уже прилетел и был бы рад, если бы Рацио захватил холодный кофе, чтобы взбодриться и освежиться. Хозяин — барин, купит ему Рацио этот кофе. Уже у аэропорта Рацио задумался: чем таким важным может быть занят Авантюрин? Этот картёжник же на постоянной основе жизнерадостный и весёлый, никогда не устаёт. Возможно, именно поэтому он не отвечал? Веселился с кем-то... Или же наоборот: Авантюрин прекрасно понимал, что с Рацио он может быть и уставшим, и грустным. В чём-то этот картёжник оказался прав... — Веритас Рацио! — крикнул выбегающий из аэропорта Авантюрин с огромным чемоданом. Пришлось помогать, всё-таки Авантюрин и так достаточно устал после полёта. — Ты хочешь спать? Или можем пойти прогуляться в кафе или куда-нибудь ещё? — предложил Рацио, пытаясь рассмотреть лицо Авантюрина сквозь очки. — Нет-нет, не хочу. Может, мы зайдём за твоим фотоаппаратом? — Авантюрин улыбнулся. Он снял очки только в машине, давая возможность Рацио рассмотреть синяки под глазами. — Тоналка кончилась... Я выгляжу ужасно, не так ли? Рацио молча кивнул, закидывая в багажник чемодан Авантюрина. — Извини, я не вижу в твоём лице ничего ужасного, только красивые глаза, потерявшие свой блик, — Рацио подтянулся к Авантюрину, целуя в нос. — А ещё? — удивился Авантюрин. — Сначала за фотоаппаратом, — Рацио быстро газанул, как только появилась на то возможность. Слова Веритаса заставили улыбнуться. Рядом с этим человеком можно расслабиться и дать волю рукам. Нет, не чтобы начать приставать и лапать Рацио, а чтобы можно было расслабиться до той степени, что руки бы начали трястись. Перед глазами пронеслись партии покера, где Авантюрин ставил всё больше и больше, словно смеясь над соперниками, ведь всегда выигрывал. Одна рука держит карты, другая за спиной трясётся... «У меня в руках фул-хаус, а вдруг у них стрит-флэш?» — думал Авантюрин каждый раз, когда видел сильную комбинацию карт у себя в руке. Главный страх — понять, что твоя комбинация не сильнее пары карт. — Авантюрин, — сказал Рацио, отвлекаясь от дороги на поджатые губы парня. — Могу я взять тебя за руку? — взгляд вновь примкнул к дороге. Рука сползла к руке Авантюрина в раскрытой ладони, ждущей разрешения. — Конечно. Извини, я задумался о всяком, — Авантюрин быстро переложил свою ладонь в раскрытую Рацио, сплетая пальцы между собой. — Скоро приедем? — Минут десять. Как прошёл полёт? У Авантюрина проявилась явная улыбка. Рацио никогда никого ранее не брал за руку во время вождения. Он говорил, что это против правил и небезопасно. Разумеется, поддавшись мягкости голоса, Авантюрин рассказал весь полёт. — Прости, ты посчитаешь меня... — неуверенно начал Авантюрин. Пульс начал учащаться. — Говори, — отрезал Веритас, поглаживая большим пальцем ладонь Авантюрина. — Ладно, — заметно погрустнев, Авантюрин рассказал про странного мужчину, подсевшего рядом с ним во время полёта. — Он был похож на моего... м-м... «хозяина», — не сильно передёрнувшись, продолжил: — Я спокойно летел лишь час, а после он стал проявлять ко мне странные знаки внимания. То есть я привык к такому и не жалуюсь, в конце концов, я думаю, что это было нормально с его стороны, — далее его голос стал немного дрожать. Авантюрин задрал голову наверх, чтобы не заплакать: — Он прикасался к моей паховой области, трогал мою талию, пытался просунуть мне под рубашку руки... — Достаточно, — Веритас несильно сжал руку Авантюрина, останавливаясь на светофоре. — Прости, я не хотел его, — начал оправдываться Авантюрин, но Рацио его перебил. — Тебе было больно? Ты же знаешь, что мне не составит труда найти его, если ты только попросишь об этом. Он запугивал тебя? Может, ударил? Или говорил, что ударит? — Завернув на обочину к дому, Рацио вышел из машины, сразу же открывая дверь Авантюрину. — Ты ни в коем случае не провоцировал его. То, что он выблядок, не говорит о том, что ты его спровоцировал. И я не считаю тебя каким-то грязным или неправильным из-за этого. Я всё так же люблю тебя, и мне жаль, что с тобой это произошло, — помогая выйти из машины Авантюрину, Веритас обнял его, несильно сжимая плечи. — Ты правда так думаешь? — Да. Намного лучше, что ты сказал мне об этом, чем таил бы в себе. Он обещал что-то сделать с тобой? — Я лучше покажу... У меня есть запись на диктофоне, не полная, правда, но я всё равно покажу, — Авантюрин взял Рацио за руку и повёл его домой, захватив вещи. — А зачем тебе камера? — спросил Веритас, ища её на полке шкафа, пока Авантюрин ел домашнюю еду. — Ты опять питался доставкой и ничего себе не готовил? — Хочу запечатлеть некоторые моменты сегодня! Да и просто пофоткаться, — улыбнулся он, ставя тарелку в раковину. — К сожалению. Но мне приятно, что ты приготовил завтрак! — Ой, не преувеличивай, в этом нет ничего такого, — улыбнувшись, Рацио показал камеру Авантюрину. — Куда пойдём? — Просто гулять по улице. Дешёвое и приятное наслаждение, не так ли? — Авантюрин быстро поцеловал Рацио, побежав переодеваться. — Я быстро! И это действительно оказалось быстро. Авантюрин вместе с Рацио договорились проехать ближе к центру. Сегодня там будет много детей в связи с праздником. Как слышал Веритас, там будет даже мороженое. — Раци, смотри! — радостно сказал Авантюрин, указывая в сторону маскотов с шариками, раздающих их направо и налево. — Ты хочешь шарик? — усмехнувшись, спросил Рацио. — Нет, я про другое! Столько детей рисует мелками. — Хочешь с ними? — Рацио начал заворачивать к ближайшей парковке. Он знал, что хочет. Авантюрин никогда не будет против провести время с детьми, особенно если это какие-либо активности на свежем воздухе в жару. — Ты идеально меня знаешь, — отдавая Веритасу фотоаппарат, он побежал к детям, которые с удовольствием приняли в компанию взрослого человека и передали ему мелки, Авантюрин долго думал, что он может нарисовать, но по итогу он лишь попросил сходить Рацио за мороженым для него и детей. — Секретничаешь? Ну хорошо, — возмутился Рацио от отобранной возможности хотя бы посмотреть на то, что рисует Авантюрин. Прошло минут десять, прежде чем Рацио вернулся с семью одинаковыми пачками мороженого. Каково же было его удивление, когда он понял, что все дети столпились вокруг Авантюрина, облепив его и воодушевлённо охая. — Дай хоть посмотреть, что нарисовал, — Рацио коснулся плеча Авантюрина, выглядывая из-под него. На асфальте красовались они с Авантюрином за руку. Только даже здесь Рацио был с недовольным лицом, словно оно у него такое на постоянной основе. — Нравится? — Авантюрин, воспользовавшись моментом, выхватил у Рацио мороженое, раздавая его всем детям. — Встаньте-ка рядом, — Веритас навёл камеру на Авантюрина и детей, фотая их радостные лица. — Ты был прав, взять фотоаппарат было отличной идеей. Куда дальше? Они ходили так до самого вечера. Домой уже пришли уставшие, но довольные, сразу же принимаясь загружать сделанные фото на компьютер. — Извини, что не писал. — Извини, что нагрубил.