—Где твои крылья, которые так нравились мне?

Люциус, что сбежал с Воландом с разговора индюка, поспешил телепортироваться в полу-разрушенных Скайзерн, он чувствовал в теле Джодаха потоки магии его друга и понимал, что тот мог с ним сделать. Пока сын Агния забегал в замок, он смог уловить еле ощутимые вспышки магии Зефириона, значит тот всё ещё там! Люциус успел просмотреть, наверное, почти все варианты развития событий в своей голове, взбираясь по лестнице, на миг застывая, с неподдельным ужасом смотря на пятна крови, что тянулись от середины зала, вплоть до трона и разбросанные перья. —Зефир? Что тут, мать твою, произошло!? — Люциус только сейчас поднял взгляд на трон, замечая блондина, что обхватив колени, дрожал как осиновый лист. Только, чего-то у него не хватало... Долго огненному полубогу думать не пришлось. Крылья. У полубога ветра были со всей жестокостью вырваны крылья, из ран в спине до сих пор текла кровь, пропитывая ткань одежд Зефириона кровью. Люциус, поняв, что его друг, его заметил, быстро подбежал к сыну Аэро, прикладывая руки к ранам, пытаясь вспомнить хоть одно лечебное заклинание, которому его учил Ло. —Obtenez un traitement. — руки огненного полубога вспыхнули сначала красным, а после из алого цвет перетёк в зелёный. Зефирион, что до этого сидел тряпичной куклой, в миг оживился, сжимая руки в кулаки, оставляя на внутренней части ладоней полумесяцы от ногтей, начиная шипеть, скулить и материться на скайзерновском от напоминающей с каждой секундой адской болью. —Больно! Люциус, putain! Прекрати! Сейчас же! — полубог ветра, было попытался дёрнуться вперёд, чтоб уйти от рук Люциуса, но тот чуть поменяв положение, сидел на нём, исключая все возможности тому сбежать. Сын Агния даже слегка прижал бывшего крылатого к себе, позволяя тому царапать его плечи и спину. — Salope, arrête ça maintenant! — Зефирион перестал менять язык, на общепринятый среди всех существ, начиная нести бред на своём. По щекам медленно стекали кристаллы слёз, постепенно боль начинала утихать. Рана от вырванных конечностей почти затянулась, хоть и понадобилось на это достаточно много маны. Люциус, убрав руки от только затянувшийся ран, переместил их на нетронутые участки спины, прижимая Зефириона к своей руки, слыша приглушённый крик, в нём смешалось и отчаянье и боль. Потеря крыльев для крылатых существ, считается самой ужасной травмой. Теряя их, существо будто теряет сердце и все свои краски. Так и Зефирион, в миг потерял все краски, начиная пустое существование, бок о бок с огненным полубогом, что всеми силами пытается помочь другу вновь обрести краски и смысл жизни.