Ночёвка в домике путешественников

      После сражения с Кампой, мы окончательно выбились из сил. Поэтому, когда мы случайно обнаружили выход из лабиринта, с явной неохотой решили проверить его. И отправили, конечно, меня!       Я высунулся из тоннеля и осмотрел окружающий ландшафт. На удивление, обнаружил вокруг себя лишь дикую природу и ни одного здания. На землю опускались сумерки, и на небе уже появились первые звёзды. Вокруг меня простирался бесконечный лес, пели птицы, стрекотали насекомые. Аннабет с Гроувером выбрались следом, сатир почти сразу же расплылся в улыбке. Аннабет с подозрением осмотрела окружающий нас ландшафт и скептически подняла бровь. — Не стоит оставаться здесь надолго. Может лучше вернуться в туннел? Там безопаснее — вынесла вердикт Аннабет. — А мне так не кажется — возразил Гроувер — У меня от этих тоннелей и дракониц уже шерсть выпрямляться начала! Чем там безопаснее, Аннабет? — Мы можем подвергнуться нападению с любой стороны, и мы даже не успеем это понять, пока не станет слишком поздно! Я бы и сама предпочла провести ночь под открытым небом, но проблема как раз в этом самом небе! Мы даже не знаем, где мы находимся, в каком штате. — после этих слов она демонстративно огляделась по сторонам.       Внезапно Гроувер насторожился и поспешно двинулся прочь от выхода из тоннеля. Меня это сильно озадачило, но я не решился последовать за ним или окликнуть. Тогда я вспомнил о Тайсоне: он убедил нас оставить его, и отправиться на поиски ночлега в одиночку. К тому же, все наши вещи остались там же. Поэтому я, махнув рукой Аннабет, вернулся в к брату.       Тайсон сидел на том же месте, где я видел его в прошлый раз. Он что-то мастерил из шестерёнок и железяк. Я решил воспользоваться моментом и поговорить с ним: — Мне так жаль, что пропал щит, который ты для меня сделал, — сказал я. — Ты столько над ним трудился.       Тайсон удивлённо поднял на меня припухшие от слёз глаза. — Ну что ты такое говоришь, брат? Ты ведь спас меня. Конечно, если бы Бриарей стал на нашу сторону, тебе не пришлось бы этого делать. — Просто он очень сильно напуган, — Я попытался утешить Тайсона. -Точно говорю, пройдет время и он преодолеет этот страх. - Бриарей больше не силен, — В голосе Тайсона звучала грусть. — И теперь никому не нужен, — он испустил глубокий печальный вздох и закрыл глаза.                   Металлические звенья выпали у него из рук и рассыпались на отдельные детали. И Тайсон захрапел.       Я решил не будить брата и просто подложил ему под голову сумку с вещам. Затем я вышел из тоннеля и застал Гровера, Аннабет и незнакомую нимфу, усердно что-то обсуждающих. Аннабет заметила меня и махнула рукой, призывая подойти поближе. — Что происходит? — спросил я, подходя ближе. — Перси, познакомься. Эта здешняя альсеида, мы встретились пару минут назад. — Альсеида? — перебил я. — Это нимфы, как и наяды. Однако отличие в том, что наяды охраняют лишь одно дерево или растение и связаны только с ним. Альсеиды же являются хранительницами всего леса. У каждой из них есть своя территория, которую они оберегают, — спокойно пояснила Аннабет и снова обратила всё своё внимание на нимфу, которая после этих слов кивнула и продолжила прерванный разговор. — Вы находитесь в 200 километрах от Сан-Франциско. Что касается людей, живущих здесь, то их нет. Если только… — она замялась. — Только что? — спросила Аннабет. — В 15 минутах ходьбы отсюда есть ферма. Хотя сложно назвать это фермой. Там часто останавливаются путники, чтобы отдохнуть ночью или на сутки. Я могу показать вам, где это. Но там живут не люди. — А кто? — бестактно спросил я, за что получил недовольные взгляды от друзей. — Там живут полукровки, семья полукровок. Дают приют всем кто попросит, вне зависимости от вида. Обычно сатиры останавливаются у меня во владениях — она мило улыбнулась Гроуверу — Но полукровки, Герои, даже порой посланники богов и другие существа, остаются там. В общем все кто не собирается убивать друг друга. Сейчас по ночам становится очень холодно, часто идут дожди, поэтому там точно есть люди. — Не хило мы так прошли — удивился Гроувер. Аннабет с тревогой посмотрела на меня, словно спрашивая: «Идём?». Я кивнул и обратился к альсеиде: — Может быть, Вы проводите нас туда? В доме будет безопаснее, чем в лабиринте или посреди леса. Вы согласны? Тайсон уже спит, так что к тому времени, как мы проснёмся и вернёмся, он всё ещё будет спать. Мы оставим ему записку.       Я вернулся в туннели и взял свою сумку. Мои друзья последовали моему примеру и забрали свои вещи.       После десяти или пятнадцати минут ходьбы мы увидели сквозь деревья окна, ярко освещённые. К тому времени солнце уже полностью зашло, и мы шли в полной темноте, постоянно спотыкаясь и наступая друг другу на пятки. Альсеида сказала, что не сможет проводить нас до самого дома, и ушла, пообещав присмотреть за Тайсоном, если он проснётся раньше нас.       Подойдя к дому, мы заметили рядом амбар, который почти исчезал в тени дома. Аннабет нерешительно постучала в дверь, и нам почти сразу открыли. На пороге стояла девушка лет 29, высокая, с короткими светлыми волосами, которые спадали ей на плечи. Её голубые глаза смотрели на меня пристально, словно пытаясь проникнуть в самую глубину души. После нашего продолжительного и обоюдного молчания, Аннабет вышла вперёд и представилась: — Здравствуйте, я Аннабет. Это Перси и Гроувер. — она махнула в нашу сторону — Мы путешественники, у нас сейчас поиск. Мы хотели остановиться у вас на ночь. Можно? — девушка после объяснений Аннабет сразу заметно расслабилась. — Здравствуй, Аннабет. Я Альгия. Конечно, проходите. Но есть проблема. — Какая? — споросила подруга — Вам придется спать в амбаре, дом не готов к гостям. Там уже спят несколько человек, но если у вас нет спальных мешков могу дать. Еду принесу, если захотите поесть. Вас только трое? — мы кивнули — Отлично, подождите минутку.       Альгия зашла в дом и вернулась с тремя кружками горячего чая и бинтами. Мы последовали за ней в амбар. Аннабет сжала мою руку, а затем отпустила её, когда Альгия обернулась.       Войдя внутрь, я был очень удивлён! Видимо, «несколько» для Альгии — это как минимум «12», если не больше.       Нам выделили место в углу, его хватило, чтобы расстелить спальники. Альгия посоветовала соединить их между собой. Сказав, что ночью будет холодно. А вокруг нас ходили чужие полукровки, Нимфы, сатиры — это сильно нервировало.       Не буду рассказывать, как мы ложились спать или перематывать раны, скажу лишь, что Гроувер улегся с правой стороны, я — посередине, а Аннабет — слева. Мы последовали совету и соединили наши стальные мешки, получив один большой спальник, а может быть, даже палатку.       Я проснулся с тяжёлым ощущением после сна. Вокруг все спали и было темно. В амбаре было всего одно окно — над дверью. Оно было занавешено шторой, и единственным источником света были несколько ламп возле некоторых спальных мест. Одна из таких ламп была достаточно близко, чтобы её свет от масляной лампы немного разогнал полумрак.       Я лежал на спине и смотрел в потолок, медленно отходя от сна. Почувствовав неприятное ощущение в ноге, я повернулся направо. Головы Гроувера не было видно, поэтому я несколькими движениями забрался в мешок с головой. И понял следующее: во-первых, Гроувер свернулся в комок и что-то говорил во сне, при этом он каждые пару минут дёргал копытом и тем самым бил мне по левой ноге. Делал он это несильно, поэтому я просто слегка отодвинул его, тот повернулся спиной ко мне и затих.       А во-вторых, моя левая рука затекла. Я повернул голову направо и вздрогнул от неожиданности. Аннабет лежала на моей руке, которая почему-то была вытянута. Она прижалась ко мне, одна её рука была между нами, а левая…       Левая лежала у меня на рёбрах, впиваюсь в них. Но это было не самое странное! Моя футболка была наполовину задрана, и её рука находилась под ней! Я покраснел, как рак. Она так сильно прижималась ко мне, что мне стало не по себе.       Я замер, как статуя, боясь пошевелиться. Аннабет что-то бормотала во сне, я не мог пошевелиться. Смущался — да, боялся — да, был взволнован и обеспокоен — да! Но не мог пошевелиться. А если она проснется? Как это будет выглядеть? Тут она заговорила более отчётливо. Я понял, что она говорит пророчество, которое ей предсказали. И смог расслышал примерно это: (Жирный шрифт — Перси говорит) (Курсив — Аннабет) Ты во тьму бесконечных.. туннелей войдёшь. Мертвеца, подлеца, … и потерю найдешь. Царь призраков… смерь иль победу… несёт, Смертный бой… дитя Афины ждёт. Кончина Героя заклятие..развеет. … смерти страшнее.       Я вздрогнул от такой концовки. Понимал, конечно, что это не полная строчка, но даже часть её звучала жутко! Возможно, поэтому она и не рассказывала. Тут с губ Аннабет сорвался всхлип, потом второй. -Лука… Вернись… Я-я не виновата!.. Ты знаешь…? — тут её голос надломился и она прижалась ко мне с новой силой. Я охнул, когда она мокрым от слёз лицом уткнулась мне в шею. Она всхлипывала и что-то бурчала, обдавая горячим дыханием мою шею. Плачь стал громче и мне стало стыдно, но непонятно за что. Я будто обманывал Аннабет. Мне стало невыносимо жарко и плохо от её плача. Рука, на которой она лежала, спустилась ей на талию и крепко обняла. Я стал шептать слова, чтобы девушка успокоилась. И, как ни странно, это помогло. Последнее, что я услышал, были слова: — Персииии… — далее последовала гробовая тишина. Я постарался уснуть и это вышло на удивление быстро.       Я проснулся, когда первые лучи солнца только-только осветили комнату. От досады мне захотелось закрыть глаза рукой, но я понял, что она затекла от неудобной позы, в которой я спал. Внезапно я вспомнил о том, что произошло вчера ночью. И это было бы не так страшно, если бы она не лежала так, не убирая руку из-под футболки! Краска прилила к лицу, я был смущён. А что подумает сама Аннабет??? Поняв это, я быстро убрал свою руку с талии Аннабет, из-за чего та зашевелилась и забурчала.       Я повернулся налево, чтобы посмотреть, что делает Гроувер, но он куда-то ушёл, как и несколько других людей. Все постепенно просыпались. Кто-то открыл окно, на которое я обратил внимание ещё ночью. Я заволновался, когда Аннабет недовольно пробурчала что-то о слишком ярком солнце и открыла глаза.       Её тёмно-серые глаза были слегка припухшие, но, как обычно очень, красивы. Она не сразу поняла, что происходит, и хотела было задать вопросы, но тут её глаза широко распахнулись, и она изумлённо уставилась на меня. Это было немного затруднительно, ведь она лежала на моём плече! Резким движением она отодвинулась, а потом уставилась на свою руку которую, видимо, не замечала до этого. Щёки ее залила краска не хуже, чем у меня. Я почувствовал прохладу на месте, где только что была её рука. — Эээ — только и смог выдавить я. — Эээ… - поддержала меня Аннабет, но потом заговорила — Я ночью замёрзла и по привычке потянулась к одеялу, прости… — почему-то мне захотелось кое-что ей рассказать. — Ты всю ночь говорила, или только, когда я проснулся. Ты плакала и... — она побледнела а потом покраснела еще сильнее. — А что я говорила? — испуганно поинтересовалась она. — Ты говорила о Луке и что-то обо мне. Что-то про пророчество, — она вздохнула с облегчением, а затем посмотрела на меня, как будто извиняясь. — Прости, ещё раз. Меня часто мучают кошмары, и я не могу контролировать себя. — А почему ты не сказала? — О чём? Да и как бы ты помог? — Не знаю, но сегодня мне удалось тебя успокоить. Ты была в слезах. — Она смущённо опустила голову, и я не стал больше её смущать, вылез из спального мешка и начал собирать вещи. Она последовала моему примеру. При этом каждый раз, когда я замечал, что Аннабет смотрит на меня, она отворачивалась и прятала глаза.       Когда пришёл полностью счастливый Гроувер, мы отправились обратно в лабиринт. Я не мог перестать думать о том, что произошло, но как только мы вошли в лабиринт, мысли о случившемся отошли на второй план. Дел было по саму гору Олимп!