Время сиять

Когда колокола церкви неподалеку пробили семь вечера, Скар схватил ключи готовый к походу на улицу. Перед тем, как выйти, он, конечно, посмотрел на себя в зеркало. В этот особенный день хотелось выглядеть неотразимо рядом с не менее особенным человеком. Сегодня седьмое июня. «Главное не забыть подарок». Через минуту брюнет уже открывал дверь подъезда. Внизу стоял лучший друг и как всегда тепло улыбался. Хоть Скарамучча не был щедр на эмоции, он сам невольно засиял от радости. От радости он светился каждое мгновение рядом со своим Казу, но в подобные моменты, счастье вырывается наружу. Сейчас темноволосый не стал прятать его. Он молча побежал по ступенькам вниз и бросился в объятия Кадзухи, уткнувшись носом в ключицу. – И тебя с днем рождения, Мучча, – прошептал блондин и погладил его по голове. После минуты объятий парни все же отстранились. – Вот, – Скарамучча протянул белую карточку с золотой надписью. – Это подарочный сертификат в музыкальный магазин? – сразу понял Кадзуха. Но присмотревшись поближе, он дернул бровями и приоткрыл рот от удивления, – На какую сумму?! Ахренеть. Я терпеть могу купить весь этот магазин целиком! Реакция друга полностью удовлетворила брюнета, это было видно по его ухмылке. Ухмылка сразу изменилась на шок, когда тот увидел свой подарок. – Казу, ты сумасшедший?! Как ты его достал? В руках Скарамуччи был уникальный комплект одежды от его любимого исполнителя. Таких экземпляров было всего пять. Для того чтобы удостоиться такой чести, нужно было выиграть конкурс, в котором участвовали несколько миллионов людей, а потом и заплатить огромные деньги. – Мне повезло выиграть в конкурсе. – Но учитывая даже то, что ты выиграл, оно же стоит, как моя почка… – Твой подарок тоже не дешевый, мягко говоря. Когда оба пришли в себя, они направились туда, куда собирались еще со вчера – в лес. – Казу, а ты достал…? – Ну а как же? Все иметься, – он указал большим пальцем себе за спину, где был рюкзак. – Отлично, – пробурчал Скарамучча, в чьем рту уже торчала сигарета. Через пятнадцать минут парни были на месте. Как же удобно жить возле леса. Поляна, где они остановились в этот раз была далеко от общей трассы, людей тут быть не должно. Тут были высоченные сосны, которые росли достаточно густо. Но вдалеке, над кронами деревьев, виднелось синее небо. Пахло зеленью и мокрой землей. Под ногами хрустели веточки. – Доставай, – скомандовал Скар, когда они уже сели на подстилку. Кадзуха лукаво поулыбался и выудил из рюкзака бутыль красного вина. – Мне стоит спрашивать, откуда она у тебя? – Ты сказал взять вино – я взял, – пожал плечами Кадзуха. Так они сидели и распивали алкоголь. Кадзуха – медленно, входя во вкус, Скарамучча, как всегда – делал быстрые глотки, будто бы сейчас кто-то отберет. В следующем году не придется рисковать покупая такие товары самостоятельно, в следующем году парни будут совершеннолетними. Прошло минут пять, но брюнет был не уверен, он не засекал время. Однако, эффект от напитка уже наступал. Поэтому на лице Скара уже проявлялась глупенькая улыбка. Брюнет достал еще одну сигарету и закурил. Едкий дым поднимался вверх и еле-еле согревал руки. Вдруг Скару стало стыдно за то, что он прованивает сидящего рядом друга горящим табаком. До того как были предприняты попытки встать на ноги и отойти подальше, Кадзуха сам потянулся к руке Скарамуччи и затянулся. Его губы легонько дотронулись пальцев брюнета, что заставило вздрогнуть. – Ты ведь бросил… Вместо ответа светловолосый снова сделал затяг из рук друга. Тот вздохнул. – Помнишь, как мы в тринадцать лет радовались, что официально станем подростками? – Конечно. А сейчас нам семнадцать, через два года вообще взрослыми людьми станем. Типа без приставки -teen в английском. Тогда мы официально не подростки. – Вот и славно, еще два года с кайфом. Знаете, в такие моменты, когда понимаешь, как быстро летит время невольно начинаешь задумываться о смысле жизни. В семнадцать всегда кажется, что ты умнее всех. Именно ты прав, знаешь все тайны мироздания. Все очевидно и запутанно одновременно. Именно на эту тему зашел разговор. Кадзуха очень любил рассуждать о глобальных проблемах и вопросах, а Скар любил слушать и любоваться его смазливым личиком. Какое же счастье лежать в лесу в дали от всех, быть вдвоем только со своим обожаемым мальчиком. Единственный минус – желание рассказать всему миру о том, как ты любишь, о том как счастлив. Но так нельзя, это станет концом. – Думаешь, в каждом из нас есть бесконечное количество вселенных? – Да, – кивнул блондин не отрывая взгляда от удивленных глаз друга, – Например тут, – светловолосый аккуратно дотронулся указательным пальцем до кончика носа Скарамуччи, от чего тот вздрогнул, – Если каждый атом – это планетная система, то в тебе сосредоточенны миллиарды миллиардов звезд, – после этих слов, палец Кадзухи соскользнул с лица брюнета. «Если в каждом из нас есть бесконечное количество вселенных, может есть та, в которой мы с Казу вместе?» – невольно пронеслось в голове. Хотелось расплакаться от всех, непонятных для темноволосого, эмоций, которые нахлынули на него после таких разговоров, и которые приумножил алкоголь. Не в силах сказать что-либо разумное, Скар просто лег на колени друга. Это все, что могло сейчас успокоить. Кисть друга, что зарывалась в его темные волосы казалась центром всего существующего. Так бы и лежать всю жизнь слушая пение птичек. Где-то неподалеку хруснула ветвь, что заставило Скарамуччу вздрогнуть. Но успокаивающий голос Кадзухи над ухом зашептал: – Тш... Тихо... Тихо... Это всего лишь заяц, – и пальцы парня снова начали гладить друга по голове. За все время их дружбы было много ярких моментов, одиннадцать лет как-никак. И несмотря на то, что чувства к блондину начали взрастать в брюнете еще пять лет назад, кажется, именно сегодня и сейчас он влюблялся заново, с большей силой.

***

– Прости, что меня сегодня так развезло, – извинялся Скар, стоя там, где они сегодня встретились. – Тебе незачем просить прощения, – улыбнулся Кадзуха и положил руку на плечо собеседника, – В такие моменты ты невероятно милый. От такого нельзя не опешить. – Оу... Вот оно как... – смутился темноволосый. Он тайно радовался, что на улице уже слишком темно, чтобы увидеть его красное, словно томат лицо. – Ага. Ты там это, не забудь постепенно собирать вещи на море. На все про все – одна неделя. – Я все помню. – Тогда до встречи. Руки парней обвили друг друга, как можно крепче. Хоть почти весь алкоголь выветрился, слезы все еще норовили прыснуть из глаз, когда ты чувствуешь руки любимого человека на своей талии. После прощания, Скарамучча на ватных ногах поднимался на этаж и понимал, что сегодня уснуть явно не получится.