Странный Доктор.

— Постойте, прекрасная леди, а можно узнать, куда вы идете? — остановил у двери девушку Джон.       Она собиралась войти в палату к Лололошки и что-то явно вколоть, судя по ее подносу в руках, на нем был шприц с каким-то содержимым. Джон еще не видел подобного рода цвета инекции или чего-то другого. Это явно не сильное успокоительное и какое-то нужное Лололошки лекарство. — Оу, ****** ********* сказал мне, чтобы вколоть этот препарат этому пациенту. — мило улыбнулась девушка.       Джон тоже мило улыбнулся, но внутри него копилась сильная злость. Он не знает эту девушку. Он знает весь персонал во всей больнице. Нет, не как их зовут, ему все равно, но внешность он знал хорошо. Неважно как. — «Она не может быть новенькой, это уж точно. Да и у меня с главой условия, что-то не договаривает эта прекрасная леди». — Ммм, а почему я не знаю? — продолжения мило улыбнулась девушка. — Ой, может вам не сказали? — сделала немного растерянное и удивленное лицо девушка. Она явно не ожидала, что Джон появился здесь. — Возможно, а можно узнать, что это за препарат? Почему только один, здесь же много палат. Вы новая медсестра? Что-то я раньше вас не видел. — Джон заговаривал ей зубы, улыбаясь, и отходил от комнаты Лололошки.       Он уже понимал, что девушка явно не от главы, она вообще здесь не работает. Осталось найти тело той бедной медсестры, которая неудачно вышла на смену. Мда, жаль, конечно, но что не сделаешь ради денег или чьего-либо приказа. Но Джону все равно, кто она такая, есть ли у нее личная жизнь или еще что-то. Она пыталась убить Лололошку, но не получилось, зато получается у него. — Ой, вы такой хороший человек, но вы меня отвлекли, мне нужно закончить работу, этот пациент остался последним, так что можно я пой… — договорить девушка, не успела, Джон резко перехватив у неё поднос, забирая шприц. Сам поднос упал, а Джон прижал девушку к стене, сильно зажав ей одну руку. Другой рукой он открыл шприц и поднес его к шее девушки. — Миледи, я же правильно понимаю, что это далеко не то, что нужно Лололошки? Вы меня за идиота держите? Я много чего видел, а это просто какое-то лекарство с очень сильной дозировкой. Вы хотя бы постарались бы. — Джон улыбнулся, наблюдая за страхом в глазах девушки. Как Джон понял что дозировка большая? По цвету, жидкость была темнее, чем обычно. Да и сам Джон может хорошо отличить разницу. — Ну, расскажешь, на кого работаешь, и зачем пыталась Лололошку убить? — Джон немного сильнее прижал иглу к шее и шире улыбнулся. Взгляд девушки стал холодным и стеклянным. Она молчала. — Ты не боишься умереть? — тихо спросил Джон. Девушка ничего не ответила.       Джон только пожал плечами и, попав в нужную вену, ввел весь шприц полностью. Глаза девушки только расширились, а рот открылся. Той рукой, что прижимал запястье к стене, Джон быстро нашел лучевую артерию. Джон прижал к ней палец и почувствовал, что пульс начинает замедляться. Джон только спокойно улыбнулся, закрывая иглу и убирая ее в карман. Стоит изучить, что за содержимое было в этом укольчике. Да, и пальчики не хотелось оставлять. — «Осталось только почистить камеры и разобраться, кто эта барышня,» — опустив девушку на пол, он еще раз оглядел ее, запоминая все, что ему нужно, и по-тихому направился к своему кабинету. Почему, спросите вы, никого нет? Кабинет Джона является самым последним в коридоре, за поворотом. Поэтому там практически нет людей. А так как Джон запретил всем входить в комнату Лололошки, кроме уборщика и глав врача, там практически никто не ходит. Джона в основном вызывают по телефону. Джон зашел в свой кабинет и кому-то позвонил, от тела бы желательно избавиться, ведь Джон совсем не хотел, чтобы бедный уборщик получил травму или чтобы подозрения пали на него. Хотя, он слишком легко может отделаться. Но вот если тело найдет Лололошка… Стоп, Джон резко бросил трубку, положив руки на стол, и опустив голову Джон, начал вспоминать, что вообще сейчас должно делать его солнце. Варианта всего два — либо ужинал, либо находится в своей комнате.       Проблема в том, что если Лололошка сейчас в своей комнате, то он мог слышать разговоры, звук падения подноса. А если ужинает, то тело было бы желательно убрать немедленно, а то Лололошка может это увидеть. Джон тяжело вздохнул и опять позвонил по нужному номеру, садясь за компьютер, чтобы почистить камеры.

***

      В это время Лололошка, словно статуя стоял и смотрел на тело девушки, которая сейчас лежала с открытыми глазами и смотрела в никуда.       Лололошка во время этой движухи слышал разговоры своего доктора и незнакомой ему девушки. Лололошка хотел пораньше лечь спать, но его отвлекли. Как только голоса затихли, он все же решил лечь спать. Как неожиданно он услышал отдаленный звук, похожий на падение чего-то металлического. Лололошка сам по себе был любопытный, и поэтому он тихо встал с кровати и направился к двери, приоткрыв ее, он сразу закрыл, как увидел закрывающуюся дверь в кабинет Джона. Он слышал хлопок и выдохнул, Джон его явно не заметил. Ну, как минимум, он на это очень надеялся. Он вышел из комнаты и тихо прикрыл дверь, он не закрыл дверь, чтобы не было щелчка, а просто ее прикрыл. Он перевел взгляд на дверь, ведущую в кабинет к Джону, Лололошка ни разу туда не заходил, да и не хочет. Ему вообще не нравится этот врач. Почему? Он сам не знает. Джон казался ему каким-то мутным, он постоянно фальшиво улыбался, слишком активничал, до такой степени, что Лололошку он очень сильно этим пугал. Лололошка вырос в спокойной семье, где не было скандалов и всякой фигни. Родители всегда пропадали на работе, а когда были дома, либо запирались в разных комнатах и не выходили оттуда, либо что-то другое. Да, они повышали друг на друга голос, ну или на Лололошку, но в эти моменты он находился в наушниках или гулял. А Джона было просто много. Он был везде. А еще его вечный флирт и постоянные прозвища. Лололошку это очень бесило, но он молчал. Он попросил один раз его не называть так, а Джон просто посмеялся и начал его обнимать. Лололошка тогда чуть сознание не потерял.       Сейчас он решил оглянуться по сторонам, а позже он понять, откуда ему послышался звук падения. Лололошка перевел взгляд к окну и замер. Он увидел там девушку, что лежит и не двигается, ее глаза были стеклянные, рот открыт, а сама она смотрела в никуда. Не было видно, как ее грудь движется от дыхания. Рядом с ней лежал металлический поднос и несколько спиртовых салфеток. Лололошка перестал дышать и через две минуты тихим шагом направился к лежащей девушке. Он, на дрожащих ногах, присел рядом с ней и приложил руку к ее шее. Он нашел сонную артериюи несильно надавил. Пульса нет, девушка мертва. Лололошка заметно побледнел, понимая, что это сделал явно Джон, на шее он заметил небольшое покраснение и едва заметную дырочку. След от инъекции. Послышался стук в кабинете, и Лололошка вздрогнул, он вовремя закрыл себе рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Его руки тряслись, но он все же, на дрожащих ногах, тихо пошел к себе в комнату. Он тяжело дышал, а на глаза немного собрались слезы. Он не знал, что может сделать этот чокнутый врач, если увидит его. Если он убил эту девушку, то что ему мешает убить и Лололошку…       Лололошка тихо прошел в свою комнату и как можно тише закрыл дверь. Он зашел в ванную и включил воду, умыв лицо. Надо попытаться успокоиться. Руки все еще трясутся.

***

— Да, любопытство тебя погубит. — смотря в камеру видеонаблюдения, тихо проговорил Джон.       Как только Джон получил доступ к камерам, он приметил, что дверь в комнату Лололошки была приоткрыта, а оттуда выглядывал глазик. Как только Джона закрыл за собой дверь, из комнаты вышел Лололошка. Джон видел, как расширились глаза Лололошки, когда он увидел тело девушки, видел, как его руки тряслись, видел, как его кожа заметно побледнела. Мда. Не самая лучшая картинка для семнадцатилетнего парня, что в принципе не видел ничего подобного. Ну что ж, сегодня явно будет не самый лучший разговор.       Джон позвонил своему знакомому и попросил прибраться. Все записи Джон удалил и вставил обратно те, которые полностью чистые. Закончив это дело, Джон стал со своего места, немного потянулся и пошел к столу, где лежали разные уколы, пробирки и так далее. Препарат, который хотела ввести девушка был метопролол,просто в очень большой дозе. Неудивительно, что девушка так быстро скончалась, она была явно лет двадцати, может чуть старше, а этого препарата достаточно, чтобы убить быка, особенно в большой дозировке. Кто вообще мог такое намешать? Эта девушка, вряд ли. Она явно была смертником, и смерти не боялась. Ладно, сейчас не об этом, надо поговорить с Лололошкой и дать ему успокоительное. Он и так видел не самую лучшую картину. Таблетки он явно от Джона после увиденного не возьмет, так что придется действовать силой. Он вколет небольшую дозу. Она просто его немного успокоит. Джон взял то, что надо, и вышел из комнаты.       По звукам, что исходили из комнаты, парня можно было понять, что он в ванной. Что ж, Джону это только на руку. Тихо открыв дверь, и также тихо зайдя в комнату, Джон запер дверь, чтобы мальчишка не смог убежать. Джон тихо прошел дальше в комнату и, положив все нужные вещи на стол, присел на мягкое кресло. Что же, осталось только подождать.       Дверь в ванную открылась, и оттуда вышел Лололошка в спортивных штанах, футболке и с мокрыми волосами. Он выглядел мило, щёчки красные. Лололошка сразу заметил Джона и замер. Джон только мило улыбнулся и приветливо помахал рукой. — Добрый вечер, красота моя, как дела? — спокойно спрашивает Джон. Лололошка неотрывно смотрит на Джона, его руки начинают немного дрожать, но из-за полотенца в руках, этого было не так хорошо видно. Лололошка ответил тихим голосом: — Здравствуйте, все хорошо, я.я вот решил принять душ и лечь спать. — голос у парня немного дрожал. Взгляд он опустил, чтобы не смотреть на Джона, от чего послышался смешок. Лололошка так и стоял, не двигаясь. — Вот и замечательно, но сон придется немного отложить, Лололошка. — серьезно сказал Джон, вставая с насиженного места. Лололошка вздрогнул и опустил голову вниз. Он начал мять пальцами руки, пытаясь хотя бы немного успокоиться. Сейчас ему остается либо попытаться сбежать, либо успокоиться. Сбежать не получится, Лололошка понимал, что Джон не идиот, и закрыл дверь, да и слышал он тихий щелчок.       Резко из его рук было вырвано полотенце и отброшено в сторону. Джон подошел тихо. — Красота моя, я прекрасно знаю, что ты все видел. — тихо говорит Джон, беря руки Лололошки в свои. Лололошку начало трясти. Джон продолжил: — Ты не должен был это видеть, это раз, во-вторых, ты должен успокоиться, или мне придется успокоить тебя самому. Ты же этого не хочешь. — говорил Джон, прижимая парня к стене и сильнее удерживая руки в своих. На глазах у Лололошки постепенно образовывались слезы, а тело начало трястись сильнее. — Лололошка, спокойно, давай повторяй за мной. Вдох, выдох, вдох, выдох. — Джон говорил это тихим и спокойным голосом, аккуратно поглаживая Лололошку по рукам и омывая его лицо своим теплым дыханием. Лололошки это немного помогло, но на глазах все еще стояли слезы. Он не может успокоиться, понимая, что человек рядом с ним, буквально недавно лишил человека жизни. — Лололошка, я хочу, чтобы ты успокоился, и мы спокойно поговорили. Я знаю, что ты мне не доверяешь, но я прошу, выслушай меня. Я не хочу делать тебе успокоительное. Я знаю, что ты умный и понимающий мальчик. — тихо говорил Джон, поглаживая Лололошку по голове. — Зачем вы ее убили? — тихо спрашивает Лололошка и закрывает глаза. Как же он боится. Джон продолжает нежно поглаживать парня по голове. Джон мягко улыбается: — Она хотела убить тебя, видишь ли, около нее ты видел поднос, на нем был шприц с очень сильной дозировкой одного препарата. Около твоей кровати стоит капельница, она бы ввела эту дозу тебе, и ты бы уже не проснулся. Лололошка, она хотела тебя убить. — тихо говорил Джон, смотря прямо на него в упор. По щеке Лололошки скатилась слезинка. Джон нежно провел рукой по его щеке своей рукой. — Но зачем? Что я сделал такого, чтобы меня убивать? — тихим и дрожащим голосом спрашивает Лололошка. Джон продолжает гладить парня по щеке. — Видишь ли, можешь верить, а можешь нет, но твои «любимые» родители отдали кругленькую сумму, чтобы из тебя сделали недееспособного, а лучше, чтобы убили. Убить было бы легче, вот они и подослали к тебе «медсестру», которая способна такое сделать и, если что, готова сесть за решетку. Я не позволю этому случиться, только я буду ставить тебе капельницы или уколы, если они потребуются. — Джон продолжает говорить тихо и спокойно, время от времени покрывая лицо Лололошки тёплым дыханием. Лололошка стоит тихо, а по его щекам катятся слёзы. — Лололошка, я не хочу тебе как-то навредить, но если ты хочешь быть свободным, тебе надо слушаться меня. — Джон берет Лололошку за руку, медленно и аккуратно ведет его к креслу.       Он сажает Лололошку на него, а сам ставит рядом стул. Джон берет его руки в свои и начинает аккуратно поглаживать, пытаясь успокоить его хоть немного. Лололошка опустил голову, и по его щекам все еще текут слёзы. Он знал, что его родители его ненавидят, но чтобы убить собственного ребёнка. Лололошка не может в это поверить, да и не хочет. Почему он вообще должен верить этому доктору? Он убил человека и совершенно не чувствует раскаяния. Может быть, он врет Лололошке, но за последние три дня Лололошка не разу не получил ничего, что заставило его просто лежать и втыкать в потолок. Лололошка мог нормально мыслить, нормально двигаться, нормально общаться с друзьями и персоналом. Сейчас Лололошка задумался и начал припоминать, что на него постоянно смотрел какой-то мужчина. Он был в белом халате, с бородой и седыми волосами. Он прожигал Лололошку недовольным взглядом, а после просто уходил. Лололошка пытался не обращать на это внимание, но его взгляд его очень напрягал.       Сейчас Лололошка просто уже не знает, что делать. Он не может довериться никому. Он боится.       Джон в это время тихо сидит напротив Лололошки, поглаживая и иногда целуя его костяшки рук. Джон ждет, когда Лололошка сам захочет поговорить. Он дает время Лололошки, чтобы тот мог все обдумать, а уже после принять решение. — Я.я не знаю. — тихо говорит Лололошка. Его голос дрожит, а руки в хватки Джона немного дрожат. — Давай, я сделаю тебе укольчик. Это простое, самое слабое успокоительное, но оно поможет тебе успокоиться, а после мы поговорим. — тихо и спокойно говорит Джон. Лололошка тихонько кивает. Джон отпускает руки парня и вставая со своего места, направляется к столу, где лежит все необходимое. Джон достает небольшой укол и спиртовую салфетку. Джон подходит к Лололошки и немного приподнимает край футболки на плече. Лололошка немного напрягается. Джон протирает салфеткой нужное место и аккуратно вводит укол в дельтовидную мышцу . Лололошка тихо шипит, но после немного расслабляется. Джон, вводя лекарство, осторожно вынимает укол из мышцы и закрывает иглу крышкой. Он кладет укол на стол и подходит к Лололошки. — Как себя чувствуешь? — тихо и спокойно спрашивает Джон. — Так же, я почти ничего не почувствовал. — тихо говорит Лололошка, но его голос перестал дрожать, а руки немного успокоились.       Джон тихо улыбнулся. Он сел опять на стул напротив Лололошки и откинулся на него. — Зачем вы мне хотите помочь? — уже более спокойным тоном спрашивает Лололошка.       Джон помахал рукой, как будто отгоняя муху: — Ты мне нравишься, я тебя люблю. Считай, что хочешь, но я бы не хотел терять такого милого парня, как ты. Уже слишком сильно ты в мою душу запал. — Джон не смотрит на Лололошку, а глядит в потолок. Как он устал от всего этого. Ему хочется забрать это солнце с собой куда-нибудь далеко-далеко и спрятать от всех.       Щеки Лололошки немного покраснели. — Лололошка, они хотят из тебя сделать овоща или убить, но на убийство пойдут в крайнем случае, хотя почему сейчас решили это сделать, я не знаю. Я буду закрывать тебя в комнате. Если захочешь выйти, ты знаешь, где находится кнопка. — Если ты хочешь остаться в трезвом уме и обрести свободу, ты должен слушать только меня и никого больше. — Джон посмотрел на Лололошку и ухмыльнулся. — К тебе может прийти главный врач, он здесь самый главный и все такое. Он хочет проверять твое состояние и очень желает видеть тебя спокойным, послушным и так далее. Смотри, либо притворяешься, либо я введу тебе специально отмеренную дозу снотворного. — все это Джон говорит серьезным тоном, отводя взгляд от Лололошки. Лололошка слушает внимательно. — Почему я должен вам верить? — тихо спрашивает Лололошка. — Я не заставляю тебя верить, золотой мой. Это уже тебе решать. Но сегодня твоя комната закрыта. Как себя чувствуешь? — спрашивает Джон, вставая со своего места и ставя руки по бокам, наклоняется ближе к лицу парня. Лололошка недовольно хмурится.       Лололошка не хочет доверять Джону, но за все время пребывания здесь Джон не сделал ничего плохого, только пристаёт. — Нормально. — тихо отвечает Лололошка, опуская голову ниже.       Джон только улыбнулся и быстро прикоснулся своими губами к щеке парня. Лололошка замер, даже перестал дышать. Губы Джона растянулись в улыбку, и он с чмоком отстранился, наблюдая, как щеки парня краснеют. — Ладно, дорогой мой, надеюсь, мы договорились. Я пойду, тебе явно нужен отдых. — Джон еще пару секунд посмотрел на красного Лололошку и, потрепав его по голове, направился к столу, собрав все вещи, он направился к выходу. Лололошка все это время наблюдал за ним. Джон остановился около двери, повернулся к Лололошки, улыбнулся, послал воздушный поцелуй и, подмигнув, вышел за дверь, послышался щелчок. Теперь ключ был только у Джона, и в комнату к Лололошки никто не зайдет.       Лололошка скривился от того, что сейчас произошло, и быстро протер щеку руками.       Как только Лололошка немного успокоился, он начал думать. Получается, его родители хотят избавиться от него. Он знал об этом, но не думал, что они готовы пойти на убийство.       Главного врача подкупили, и теперь он следит за тем, чтобы Лололошка точно выполнял все, чтобы сделать его недееспособным. Лололошка кивнул, помечая у себя это в голове.       Джон, его лечащий доктор, готов помочь ему избежать этих последствий. Он готов врать, убивать, только чтобы Лололошка был в порядке. А еще он сказал, что, возможно, любит его. От этой мысли на щеках появился румянец, но Лололошка начал быстро отгонять эти мысли.       Еще одна пометка: если он хочет на свободу, ему надо слушаться Джона. Лололошка немного скривился, не хотелось. Но ему хотелось на свободу.       Хорошо, он готов немного довериться своему доктору, но не полностью.       Доверие Лололошки надо заслужить.