Kinship makes us of one Love

Обычное утро вторника, Чимин спокойно потягивается в кровати наслаждаясь тем что ему никуда не нужно идти. Да и собственно опасно для жизни куда-то выходить. Сейчас самый разгар неизвестного и судя по всему очень опасного вируса. А Чимин как законопослушный гражданин сидит на карантине и послушно не ходит в школу. Уже пошла вторая неделя как в стране объявили локдаун, но его это никак не беспокоит, никто не будет против паре тройке лишних каникул. Чимин, открыв глаза, сразу зажмурился от ярких лучей света, которые пробились через окно в его уютную кроватку. Мягкие лучи света бесцеремонно скользили по утончённым чертам его лица, немного ослепляя его и давая понять, что давно уже пора просыпаться. Немного привыкнув к свету, он перевёл взгляд на только начавшую появляться зелёную растительность за окном. В голове пронеслась мысль: «Весна», — от чего-то немного сжалось в груди. “Чего это?” — не понял Чимин. А дальше: “Точно, это же у Юнги день рождения весной”. За этим предложением у Чимина начали проноситься в голове цепочкой другие мысли: «Хорошо, что он его не празднует дома, то пришлось бы поздравлять его, желать всякой чепухи и ещё, может, подарок какой-то готовить, если бы мама заставила». Внезапно всплыли в сознании мамины слова: «Дорогой, не забудь встретить Юнги утром во вторник. И не вздумай просто встретить его на остановке, а потом, когда приедете домой, просто пойти в свою комнату! Сделай всё как полагается: помоги ему с чемоданами, потом разобрать их и приготовь ему что-то покушать. Он бедный, я уверена, весь источал в том университете!” “Блять”, — вырвалось у Чимина, когда парень перевёл взгляд на тумбочку. На часах уже 10:00 утра. Чимин уже мысленно начал представлять, как в спешке начинает собираться, искать что надеть и в попыхах быстро это надевать, носится по всей квартире в поисках ключей, а потом телефона. Всё начнёт валиться из рук. Потом он будет бежать на остановку, весь вспотевший и уставший, пытаясь успеть встретить брата и в так уже пропущенный час. Фу, отвратительно, больше всего на свете Чимин не любит потеть. Но тут раздался звонок в дверь, который вернул парня в реальность из его мыслей. Чимин полежал несколько секунд, просто пялясь в потолок, осознавая, что сейчас происходит, и пытаясь выйти из полупроснувшегося состояния. А когда последовал уже второй длинный раздражающий гудок, более настойчивый, чем предыдущий, Чимин, сделав глубокий вдох, облегчённо вздохнул, понимая, что ему не придётся проходить через всю эту суету, которую он уже себе представил. Но Чиминову натуру это всё же не удовлетворило, так как, всё равно, нужно было вставать, открывать дверь и встречать своего «любимого» брата, тем самым разрушив свою прекрасную идиллию в кроватке с солнечными лучами. Парень тяжело вздохнул и с таким же трудом начал поднимать своё стройное, но подтянутое тело с кровати. Слегка потянувшись, разминая шею и поправив растрёпанные каштановые волосы, он потопал босыми ногами к двери. Щёлкнув замком вправо и потянув на себя дверь, полностью открыв её, перед Чимином предстал блондинистый парень, немного выше самого Чимина. Он стоял с чемоданом, видно было, что только что с дороги. Их глаза встретились в немом контакте. Его лицо, всё так же, как и всегда, равнодушно смотрело на Чимина. И мама оказалась права: в этом университете парень и правда похудел. Тишину нарушил Юнги. — Ты ещё долго будешь стоять в дверном проёме и пялиться? От такого низкого голоса с хрипотцой, у Чимина аж пробежали мурашки по коже. Сколько они не были б братьями, он всё ещё не может привыкнуть к нему, особенно, если его давно не слышал. Недолго стоя в проёме, Чимин демонстративно закатив глаза, быстро выхватил из рук Юнги чемодан, развернулся, и шлёпая босыми пятками, пошёл отвезти его к нему в комнату. Юнги на пару секунд застыл, но потом всё же последовал за властно идущем младшим братом в коротких домашних шортах. Чимин всё же чувствует небольшую вину за то, что не встретил парня с долгой дороги в аэропорту, и решил хотя бы довести чемодан до его комнаты... и может приготовить ему что-то съестное? Доставив чемодан в пункт назначения, Чимин без лишних слов покинул комнату Юнги и направился на кухню. Да, конечно, не так, наверное, должна выглядеть встреча братьев, которые давно не виделись, - подумал Чимин, заходя на кухню. Ну а что тогда должно быть? Он должен был кинуться к нему с объятиями и радостными возгласами “Как я заскучал за тобой, братик!”? Представив эту картину, лицо Чимина странно перекосилось в непонятной гримасе, которую даже он сам не понял. Доставая кухонные приборы и, через чур громко ставя их на мраморную столешницу, продолжил думать. А что? Может, бы и побежал! Если бы не вот это его лицо “отъебись от меня”, или его любимое выражение лица “похуй”, с которым он ходит 24/7. Если Юнги не хочет строить каких-либо братских взаимоотношений, то и Чимину это не нужно, его и так всё устраивает. Он достал деревянную досточку и упорно начал нарезать молодой лук с другими овощами. Всё же они не парочка сопливых братьев, которые как лучшие подружки будут всё делать вместе. Это же нормально для братьев не лезть друг другу в личную жизнь? Закончив с нарезкой овощей, он переключился на усердное взбивания яиц. Да, никто к никому не лезет в душу и личное пространство, каждый живёт своей жизнью. На этом и порешил Чимин, мысленно закрыв эту тему. Из бурного процесса готовки Чимина отвлёк басистый голос Юнги. Он стоял в дверном проёме, уже переодетый в домашнюю белую футболку и серые спортивные штаны. Юн уже открыл рот, вдыхая воздух и намереваясь что-то сказать, но брат его опередил и начал первым: — Извини, ты что-то сказал? — спросил он, не услышав Юнги из-за своей возни на кухне. — А, и привет, кстати, — рутинно прозвучало без каких-либо эмоций эхом по кухне. — Я думал, ты так и не поздороваешься со мной, — так же безэмоционально сказал Юнги, правда немного хмыкнув при этом. — Я говорю, ты намереваешься побить всю посуду или разбить столешницу? С такой силой, с которой ты ставишь посуду на столешницу, видимо и то, и другое, — заходя на кухню, он подошёл достаточно близко к Чимину и заглянул ему за плечо, чтобы лицезреть, что же он готовит. — Что ж, если тебя так волнует жизнь столешницы и посуды, то можешь взять их судьбу в свои руки и приготовить себе завтрак сам, — резко повернувшись на 180 градусов, он хотел вручить ему тарелку со взбитыми яйцами и вилкой, но Юнги оказался стоял ближе, чем предполагал Чимин. Как в замедленной съёмке, тарелка ударяется о грудь Юнги, и всё её содержимое элегантным фонтаном выливается на Чимина. Вся его белая майка стала пропитана вязкой жидкостью, а ткань прилипала к телу, в результате чего некоторые участки кожи просвечивались под тонким белым слое ткани м. Большая часть его лица была забрызгана яйцом, которое стекало вниз на голые ключицы, делая Чимина похожим на жертву какого-то порнофильма. Весь покрытый жидким и липким яйцом, он тяжело вздохнул и поднял глаза прямо к глазам брата, пытаясь мысленно передать, что это всё его вина. Но Юнги просто стоял и пялился на него, как сам Чимин незадолго до этого. — Ну отлично,— недовольно произнёс он, вытирая с лица половину этой жидкости и глядя на руки, все слипшиеся в белой субстанции. — Ты не можешь просто нормально умыть своё лицо и всё? — Спросил Юнги, отойдя. — Нет, не могу, — ещё более недовольно произнёс Чимин, развернувшись к раковине и умывая своё лицо. Сам напортачил, так ещё и мне какие-то претензии выдвигает. Ну вообще, с такими людьми что ни делай, в конечном итоге ты всё равно останешься виноватым. Нужно было тогда «случайно» въехать этой тарелкой ему по лицу — такой шанс упустил. Ну действительно, он всегда был таким? Из потока мыслей его прервал внезапный голос Юнги, который уже вернулся на кухню. — Эй, я тебе футболку принёс, — сказал он, протягивая длинную черную футболку, скорее похожую на тунику. — Ты б ещё вязаный свитер принёс, — заметил Чимин, явно недовольный предложением. — Что, неужели не нашёл ни одной майки? — добавил он саркастически-невинным тоном. — С таким успехом, может, тебе вообще голым ходить, чем в этом куске недоткани? — не отставая по саркастическому тону ответил Юн. — А что?! — вскрикнул Чимин возмущённо. — Мой дом, могу ходить как угодно! — Резким движением сорвав с себя грязную майку, он злостно бросил её на пол. — Мой дом тоже, так что... — начал Юнги, но его прервал звонок телефона. — Алло, мам, — взяв трубку, ответил Чимин. — Да, Юнги уже приехал... Да, я встретил его... Да, помог с чемоданом... Сейчас готовлю ему завтрак, — отвечал он на череду маминых вопросов, одновременно глядя на брата, мол что я не так говорю? — В смысле это слишком хорошо, чтобы казаться правдой?! — вскрикнул Чимин в трубку. — Привет, мам, — подойдя ближе к младшему, сказал Юнги в трубку. У Чимина, который стоял с голым торсом, от дыхания Юнги пошли мурашки по коже, когда он наклонился чтобы ответить матери. Поэтому через несколько мгновений уже была включена громкая связь. — Привет Юнги~я. Как доехал? Всё нормально? Чимин тебя хорошо встретил? — раздался по кухне голос их матери. — Конечно, нормально доехал, всё хорошо, Чимин завтрак готовил, будем скоро есть. — ответил Юн, смотря на брата, который следил чтобы он не проболтал про его опоздание. — Хорошо, тогда кушайте, отдыхайте, а мы с папой приедем в пять вечера. Всё, целую, пока! Юнги повесил трубку и сел на стул, обращая взгляд на брата. — Может, уже оденешься? — Ты не сказал маме, что я тебя не встретил, спасибо, — неловко произнёс Чимин. — Пустяк, мне всё равно, был бы ты там или нет, — отведя глаза в сторону, немного тише сказал Юнги. ”Что?” — пронеслось в голове младшего. — Вот как... Понятно, — холодно прозвучало из уст Чимина. Атмосфера на кухне стала неуютной, как будто липкая тишина начала обволакивать своей слизью и давить на воздух. — Знаешь, я не голоден, так что не нужно для меня готовить, — встав из-за стола, старший ушёл. Проследив за уходящим братом Чимин ещё немного посидел на кухне, просто смотря в одну точку, даже особо не о чём не думая. Но что это за отвратительное чувство внутри? Наверное поэтому Чимин и не очень хочет часто видится с братом. Он принял его отношение к себе, и даже не видит ничего особо плохого в нём, просто вот такой вот брат, скупой на эмоции и теплые братские чувства. Но это чувство растерянности и внутреннего отторжения не исчезает. Чимин встал и решил также уйти в свою комнату. Захлопнув дверь, он устало вздохнул, облокотившись спиной на неё. Вроде бы только начало утра, а он уже чувствовал себя вымотанным. Парень не мог не позвонить своему лучшему другу — нужно было с кем-то обсудить, какой нахальный у него старший брат. Чимин взял телефон, и листать долго не пришлось: контакт с милой подписью “Хоби” был одним из первых. *Вызов* На FaceTime появился молодой парень с светло коричневыми волосами и улыбкой на лице. — Хосооок, — протяжно протянул Чимин, — давай обменяемся: ты мне дашь свою сестру, а я отдам (избавлюсь, кхм) своего брата, — жалобным тоном продолжил он. — Чимина, неужели твой дорогой братец вернулся с университета? — засмеялся Хосок. — Ты же знаешь, хоть моя сестра и милая на первый взгляд, быть её братом — это цена, за которую прийдётся заплатить своим мужеством, участвуя в её фэшн-экспериментах. — Да, помню, помню я, — перевернувшись на бок кровати, Чимин посмотрел на экран телефона, где отражалось его растрёпанные волосы. “Вот чёрт,” — Чимин заметил, что на его чёлке всё ещё остались слипшиеся локоны от инцидента с яйцом. — Но хотя бы тебя не обливают яйцом, а потом игнорируют все твои старания, — продолжил Чим, снова раздражённо поднимаясь с кровати и направляясь в ванную. — Что? — рассмеялся Хосок, плюхаясь назад. — Ты что, взялся за старое и пытаешься отравить своего брата? — он уже насмехался, наблюдая чем его друг занимается в ванной. — Что? Ну, у меня была идея “случайно” бахнуть его тарелкой, но вечером придут свидетели и растроятся, что я прибабахнул их единственного гениального сыночка, — Чимин смотрелся в зеркало, пытаясь вымыть свою чёлку. — Боже, я не знаю, как смогу провести две недели с ним под одной крышей, — склонив голову и опершись над раковиной, сказал он безнадёжно. — Ну, не будь таким пессимистичным, у вас же у каждого своя комната, никто тебе в затылок дышать не будет, — успокаивал друга Хосок, параллельно беззаботно играя со своим питомцев. — Прииивет, Микки, — милым голосом снова протянул Чимин. Микки, маленькая собачка Хосока породы ши-тцу. Она забавно рычала, пытаясь отобрать у него жевательную игрушку. Её шерсть была коротко подстрижена, белая, с коричневыми пятнами вокруг головы и ушек, что делало её удивительно похожей на своего хозяина. — У меня всё больше подозрений, что ты — перевоплощённый ши-тцу, — с серьезным выражением лица, обеспокоено сказал Чимин. — Ты и Микки даже причёсками похожи. — Ну, в прошлой жизни я был пёсиком, а теперь я просто человек, который пытается быть таким же милым, — рассмеялся Хосок пытаясь изобразить эгьё взяв за лапки Микки и изображая, как она танцует. — В любом случае, го в Brawl Stars? — А, да, погнали, — согласился Чимин, направляясь к столу и включив компьютер. Внешне он выглядел обычным, но внутри скрывались мощные компоненты, тщательно отобранные и собранные самим Чимином. У парня не было много хобби, всего пара-тройка, и одно из них — играть в компьютерные игры. Поэтому, хоть он и не очень разбирался в технологиях, он постарался собрать мощный системный блок, чтобы качественно проводить время с друзьями. Теперь, когда у него "каникулы", он сможет вдоволь наиграться с Хосоком, подумал парень. Экран загорелся, и Чимин погрузился в знакомый мир игр, отключившись на время от реальности. Так до конца вечера каждый из братьев провёл время в своей комнате, не выходя один к одному. *** В гостиной раздался приглушённый оживлённый разговор двух людей. Загорелся свет, и двое взрослых начали раскладывать продукты. Элегантная на вид женщина, поставив на стол бумажный пакет с покупками, сняла своё коричневое весеннее пальто. Её волосы, такого же цвета, легко спадали на плечи. Она тепло посмотрела на мужчину рядом с ней и прильнула к нему за поцелуем. Мужчина в свою очередь охотно ответил, восхищаясь её натурой. — Позовёшь мальчиков? — попросила женщина, отпрянув от мужчины и завязывая волосы в низкий хвостик. — Да, дорогая, — мужчина направился по небольшому коридору, чтобы постучать в комнаты своих сыновей. Он, так же как и женщина, был опрятно одет в костюм и плащ, что указывало на его работу в корпоративном мире на хорошей должности. Наконец, вся семья собралась за столом: миссис Пак, мистер Пак, старший сын Пак Юнги и младший сын Пак Чимин. Родители активно обсуждали свой день на работе. Для Чимина это не было особенно интересным, так как он всё ещё жил вместе с родителями и ежедневно слышал одно и то же. Поэтому он без особого энтузиазма накручивал спагетти на вилку. В отличие от него, старший сын, только что вернувшийся из-за границы, искренне интересовался делами родителей, которые были рады услышать о жизни своего сына, которого они так давно не видели. — Да, мам, и тогда я наконец понял, что тот профессор и был тем человеком, который отправил мне запрос! — увлечённо продолжал рассказывать Юнги. Он сидел в бежевой толстовке, параллельно нарезая мясо и ведя свой рассказ. Под приглушённым жёлтым светом его блондинистые волосы приобретали тёплый оттенок и сочетались с его одеждой, придавая ему ещё более домашний вид. Интересно, почему он не может так же заинтересованно общаться со своим младшим братом, думал Чимин. Ведь дело не в возрасте, разница всего два года. Из непроизвольных раздумий о Юнги его выдернул повторяющийся вопрос отца: — А у тебя как школа, Чим? — дружелюбно поинтересовался отец, когда разговор зашёл об учёбе. — Да скоро уже будет не как, ещё пару месяцев и закончу школу. Правда, куча экзаменов ещё придётся писать, — неохотно вздохнул парень, представляя ближайшее будущее. — Ты, наверное, рад, что удастся две недельки отдохнуть пока карантин, — подбадривающие продолжил отец. — Ну, наверное... Просто надеюсь, что нас не заставят отрабатывать пропущенные недели летом, — ответил Чимин, резонируя свои беспокойства. К тому же, как тут отдохнуть, когда придётся жить под одной крышей с Юнги, подумал он. Хоть Юнги и был для него родным братом и всю жизнь они прожили вместе, для него он всё равно казался почти незнакомцем. Детство Чимин особо не помнил: да, Юнги был где-то рядом, но каких-то конкретных совместных моментов он особо не помнил. В школьные годы они учились в разных школах, если Юнги вообще учился в заграничном пансионе для особо умных или богатых детей. Поэтому вполне нормально, думал Чимин, что для него брать ощущается больше как незнакомец, и даже Хоби ощущается для него ближе. — Дети! — воскликнула миссис Пак. — У нас на работе также объявили карантин, поэтому мы с вашим отцом решили, что нам всем вместе лучше отправиться на дачу! — радостно объявила мать. — Что? — немного растерянно спросил Юнги. — Подумайте сами, — продолжила мать, — сейчас всё закрыто, нигде толком не погуляешь, и всем вчетвером будет тесновато в одной квартире, — обосновала она логичность принятого решения. — К тому же, мы так давно всей семьёй не собирались, это будет полезно провести время на свежем воздухе, — добавил отец. Черты лица у него были острыми, что придавало ему немного строгий вид. Чимин больше походил на своего отца: прямой узкий нос с маленькой горбинкой, но его черты не казались такими же строгими благодаря пухлым щёчкам, которые смягчали его лицо и придавали ему молодой вид. В то время как Юнги больше унаследовал черты матери: более мягкие, гармоничные линии лица. Тем не менее, он больше походил на отца по своей спокойной, иногда строгой энергетике. — На этом и решили! Ложитесь пораньше спать, потому что мы отправимся с самого утра, — подвела итог миссис Пак, вставая из-за стола. Семья закончила ужинать и все отправились собирать вещи на предстоящие следующие две недели семейного “отпуска” за городом.