Август 1921

Офицер, чья душа — глубокая бездна, Шёл по жизни отважно, с мечом в руке, Его рыцарский дух даже после ареста Им не сломить, и в последнем рывке, Когда приговор приведут в исполненье, Печальный взгляд он бросит на мир — И тени в нём не найдёт сожаленья На курок нажавший злодей-конвоир. В нём лишь отравленным ядом тоска Разливается Нилом в пустынях души, И чувствует Рыцарь, как у виска Память застыла... «Смерть, не спеши! Позволь насладиться последним мгновеньем, Ведь сердце ещё не застыло в груди, И вспомнить о той, что была мне спасеньем... Ах, вот её образ, ты погляди!». Дрожащие руки он тянет вперёд К фантому минувшей юности — Как же хочется Рыцарю с нею в полёт, Не взирая на тяготы все и трудности... Но смех ледяной раздаётся вокруг, А навстречу ему — костлявая тень. «Пади же в объятия Смерти, мой друг, И венец свой терновый надень. А ты разве не рад нашей встрече? Хотел этот мир ведь покинуть не раз! Что же теперь прячешь голову в плечи? Аль не помнишь своих ты проказ? Не помнишь, как звал меня в темной ночи И, безумьем объятый, желал одного?». «Не надо, прошу тебя, замолчи! Ведь было всё это очень давно... Ты посмотри, как я изменился — Уже готов был весь мир полюбить И в ценности жизни своей убедился — Не за чем больше тебя торопить!». Увы, но Смерть непреклонна теперь, Ей мольбы Рыцаря уже не нужны — Он заснёт на дне наших русских земель, Когда выстрел разрежет ткань тишины... Апрель 2024