My best vacation ever(Мой лучший отпуск в жизни)

Я весь вечер не могла выпустить из головы этого парня. Не подумайте, я не влюбляюсь в каждого встречного, но поступок Йоста отложился у меня на душе. Я так редко общалась с людьми, которые не просят деньги за помощь, что даже забыла это чувство долга. Обычно отдаëшь пару купюр и забываешь о своей проблеме, а тут же ощущаешь себя в долгу. Я уже приняла горячую расслабляющую ванну и лежу в мягкой белоснежной постели. Моë тело приятно болит. Готова всегда испытывает это чувство. Я думала, что буду долго размышлять над моими предстоящими каникулами, но и пяти минут не прошло, как я заснула непробудным сном, будто Синдерелла. *** Проснулась я от яркого припекающего солнца. Оно пробивалось сквозь стекло и слепило прямо мне в глаза. Я сощурила нос и закрыла рукой лицо. Такое приятное чувство просыпаться в стране мечты. Я улыбнулась и потянулась, выгибая спину. На стене висели огромные часы, я скользнула по ним глазами, запоминая куда указывают стрелки. Десять сорок. Пошëл мой первый полноценный день отпуска. Я встала с кровати, буквально спрыгнула, накидывая на себя огромное белое одеяло, укутываясь в него по-теплее, потому что пижама у меня была очень короткая и лëгкая. Я подошла к окну и открыла его, впуская прохладный утренний воздух в комнату. Улица пустовала. Ни единой старушки или мотоциклиста не было видно. За это я и люблю Италию. Простояв так пару минут, я пошла делать себе кофе, чтобы выйти с ним на террасу. Одеяло я кинула на кровать, и босиком на цыпочках пошлëпала по холодному кафелю на кухню. Я вставила капсулу в кофемашину, она забурчала и зашипела, разнося кофейный аромат по кухне. Быстрее бы оно приготовилось, чтобы выйти на террасу, встать к краю и наблюдать за Тибром. Кофе приготовилось и я вышла с горячей кружкой на террасу. Дул слабенький ветерок, но холодно мне не было, не смотря на атласную пижаму. Я облакотилась на железное огорождение и глотнула бодрящего напитка. Людей так же не было видно, не смотря на поздний час. Я обосновывала это тем, что была суббота. Я наблюдала за течением Тибра и увидела первого прохожего. Уж очень сильно он похож на Йоста. Второе совпадение! Я "включила" английскую раскладку и окликнула Йоста. Он смешно завертелся по сторонам, а потом догадался посмотреть наверх. Я помахала ему пальчиками, приятно улыбаясь. Белобрысый подошëл ближе к дому и задрал голову на меня, щурясь от солнца. На нем опять был платочек, но уже синиго цвета. Прелесть! -Доброе утро, не думал, что мы еще раз встретимся. - Он поднëс ладонь ко лбу, закрываясь от назойливого солнца. -Судьба похоже распорядилась подругому. Куда идëшь? -На пробежку. - Спортсмен значит. Но он не одет для пробежки. Разве в широких джинсах побегаешь? У всех свои причуды. Надо бы мне тоже не запускать себя и хотя бы делать небольшие тренировки для поддержания. Возьму на заметку. -Сегодня ты более разговорчивый, чем вчера. -Я подметила очевидные вещи, а он закатил свои небесные, почти белые на солнечном свете, глаза. -Тебе кажется. - он сунул руки в карманы олимпийки и оглянулся на проезжую часть. -Ладно, не буду мешать твоему марафону. Заходи если хочешь. - я помахала ему и ушла с террасы. Надо бы составить план дел на сегодня. Я поставила стакан с недопитым кофем на стол, раздумывая над тем, куда первым делом нужно сходить. Но первым делом нужно пойти переодеться. Думаю, стоит пойти и прикупить себе какой-нибудь костюмчик и прогуляться до Колизея. От туда можно пойти в ресторан поужинать. Я переоделась в лëгкое платье-рубашку, собрала волосы в небрежный пучок, и вышла из комнаты. Гостей я не ждала, но почему-то моë утро потревожил стук в дверь. Думала я как-то потервожила соседий, а нет. Я осторожно подступила к двери, заглядывая в глазок. Я конечно знала, что люди могут принимать всë близко, но пожалуй, занала не так хорошо. Открыв дверь я оглядела сверху вниз Йоста. Он стоял передо мной с лëгкой ухмылкой на лице. -Доброе утро, Вероника. Ты же сказала заходить когда захочу, я зашëл. Угостишь меня кофем? Уж больно вкусно оно выглядело в твоих руках. - Я потупилась на него пару минут. Что происходит? Мне казалась, что моя персона заставляет его негодовать, а сейчас он сам заявился ко мне на порог и просит угостить кофе, сразу после приглашения. Я вытаращила на него глаза и улыбка сама поползла вверх. Он так смешно произносит моë имя! Эта картавая «р» не даëт мне покоя. Я предложила зайти ко мне в шутку, даже ни на что не надеясь, а он сразу поставил меня в неловкое положение. Я не расчитываю на общение с ним, да и сама не думаю, что он хочет общаться. Бывает же, что просто заходишь к незнакомке на чашечку кофе без обязательств? Делать нечего, придëтся истратить на него одну капсулу. -ну хорошо... проходи. - я с тем же перекошеным лицом прошла на кухню и улыбалась, пока наливала этому придурку кофе. Он сидел позади меня и оглядывался по сторонам, это я поняла по скрипящему стулу. Думаю, он изумился моей прекрасной квартирой. Когда маленькая черная коробочка перестала шипеть, я взяла стакан, до верху наполненым имбирным латте, и поставила перед ним. Я села напротив него и сложила руки под голову, разглядывая Йоста. Вот он понюхал напиток, закрыл глаза, выпрямился, а потом посмотрел мне прямо в глаза. Два. -На свежем воздухе всë вкуснее, я на балкон.- Я и глазом не моргнула, как он сретировался к стеклянной двери. Видимо готовился к такому. Я, конечно, против не была и пошла за ним, чтобы не оставаться одной. Я вышла на холодную кладку босиком и подошла к Йосту. Он стоял точно так же, как и я тогда: облакотился на перегородку, властно попивая кофе. Я улыбнулась этой иронии и встала рядом с ним, повторяя его позу. -Я думала ты забыл уже про меня, - Я невзначай начала разговор и краем глаза скользнула по его профилю. Улица начала наполняться людьми, машинами и мотоциклистами. Рим оживал, а солнце еще больше нагревало все, что видит на своëм пути. -Тебя забудешь, - Он это сказал в сторону, ухмыляясь. Я нахмурила брови и повернулась к нему. Он опять повернулся ко мне профилем и я заметила еле уловимую улыбку. - Я же говорю, кофе захотелось выпить. -А оно не слишком каллорийное? А то придëтся прикладывать больше усилий на пробежке. - Я пошла в наступление и без стеснения разглядывала его, прожигая взглядом. Конечно, он знает, что я его так разглядываю и, думаю, специально не реагирует на это. Профиль у него выглядил неплохо. Прямой нос, еле заметные скулы, видные углы у челюсти. -Тебе придëтся прикладывать больше усилий, чтобы не пялиться на меня. А за пробежку не беспокойся, я таким не занимаюсь. Предпочитаю зал. - Моего возмущения не описать словами! Вот чëрх белобрысый! Ну ничего, я же не хуже? -А ты, я смотрю, прям стараешься не смотреть на меня? Я слишком сексуальная для тебя? - Я отвернулась от него и пробежала взглядом по улице, чтобы скрыть от него свою улыбку. Боковым зрением я видела, как он нахмурился и чуть повëл головой в мою сторону, поднимая белую бровь. Я не стала обращать на это внимание, а лишь выпрямила плечи и задрала подбородок по-выше. Может это и звучит по-детски и глупо, но я выиграла. - А какая у тебя фамилия? - Не знаю к чему был этот вопрос, но мне и вправду стало интересно. -Клейн. - Прям как моë любимое нижнее бельë. -А у тебя какая? - Я повернулась на него и мы пересеклись взглядом. Три. -Кински. - Я первая отвела взгляд. Боже, его глаза такие красивые на дневном свете! Я хочу такие же! -Вероника Кински.- Он будто пробовал моë имя на вкус, - Польская фамилия? - Да, мой отец поляк, и мы даже какое-то время жили в Гданьске, но из за работы отца мы опять переехали в Россию. Мне было тогда семнадцать лет и, пожалуй, два года жизни в Польше я не забуду никогда. -Ага. Отец поляк. Даже жили некоторое время в Гданьске, потом обратно в Россию уехали. - Я делилась с ним своей жизнью, как делилась кофем. Наверное, я стану очень болтливой по приезде с отдыха, потому что навряд ли буду общаться с кем-то, кроме официантов и консультантов, а с ними о своей жизни, увы, не поговорить. -Я выступал в Варшаве. Неплохой город. Особенно запомнились пельмени с борщëм. - Он ухмыльнулся и отпил кофе. Наверное, он уже остыл от прохладного ветра. -Да, есть там такие извращения. - Он так смешно выговаривал русские названия, что я рассмеялась. Он взглянул на меня как на дурочку и отвернулся. -Прости, просто у тебя такой смешной акцент! - Я пыталась не смеяться, но от этого мне становилось еще смешнее. Я перестала смеяться и смахнула слезу, образовавшуюся от смеха. Не знаю за кого он меня теперь считает, но меня это не волновало. Он вроде репер, а веселиться совсем не умеет. Как же он с публикой работает? Не теряя надежды на хорошую беседу, я задала ему ещë вопрос. -Где ты живëшь? - Впрочем, я всë ровно не пойму это, пока не посмотрю по гугл-картам, но, мне это не пригодиться, потому что я быстро забуду название улицы. -В соседнем доме. Квартиру там снимаю. - Вот так неожиданность! Так вот почему я его тут часто вижу. Я посмотрела на него с блеском в глазах, а он даже глазом не повëл. Что за человек такой? Он, наконец, допил свой кофе, и ничего не говоря, пошëл от меня прочь. Как в своëм доме, вот правда. Я повернулась на него и развела руками. Позвал с собой хотя бы. Я свела брови к переносице и пошла за ним. Как можно так себя вести в гостях? -Ты уже как у себя дома, - Я привыкла сразу высказывать людям своë недовольство и ставить их на место, пускай это и очень сильно влияет на взаимоотношения. - Не перепутал случайно? -Ой, и вправду. Просто у меня такая же планировка. - он обернулся на меня с хитрым лицом и плюхнулся на бархатный диван в гостиной. Да что это такое? -Йост Кляйн, а когда вы собираетесь уходить по своим делам, оставляя меня в одиночестве? - Я скрестила руки и медленно подошла к нему, загораживая его взгляд на небольшой телевизор. Я увидела, как он скользнул по моим стройным ногам, а потом поднял на меня голову. -Я ещё чуть-чуть посижу, - Он глянул на меня каким то озорным взглядом. Мне от него, честно говоря, стало не по себе. Он даже разрешения не спросил? Я не смогла ему ничего ответить, потому что растерялась от того, как он рушит мои границы, их будто не существует для него. Он такой бесчуственный и наглый! Я села рядом с ним, закидывая ногу на ногу, и поправляю платье. Этот белобрысик закидывает руки за голову и разваливается по-удобнее. Я осуждающе смотрю на него, с нахмуренными бровями, а он лежит и давит довольную лыбу. -У меня так-то дела, а ты мне мешаешь их делать. -Я тебе не мешаю. Занимайся своими делами, кто не даëт? -Вот так да? Хорошо, буду не обращать на него внимания и собираться на прогулку. Я подскачила с дивана и быстрым шагом пошла в ванную. Ритуалы сборов меня очень успакаивают. Включу какую-нибудь музыку и буду наводить марафет, так говорила моя бабушка при жизни в моëм детстве, помню, очень с этого смеялась. Бабушка была для меня меня важнее чем родители. Они постоянно пропадали на работе, оставляя меня с нянечкой, но я закатывала истерики и просилась к бабушке. Почему родители меня сразу туда не отводили? Потому что они считали, что бабушка устала от детей в свои семдесят два года, и хотели дать ей спокойно дожить свой век, не спрашивая еë мнения. В младенчестве бабушка жила с нами и помогала новоиспечённой маме в еë задачах, и я, конечно, тянулась больше к умелым рукам. Так длилось до четырëх лет. А потом ей купили квартиру по соседству и я перестала видеться с бабушкой. Я никак не могла оставаться со своей няней. Она выглядила старой и страшной, поэтому я боялась еë, как огня. С моими постоянными истериками родителям поделать было нечего и няня отводила меня к бабушке. Она с радостью со мной водилась и я еще больше ее полюбила. Дорогого человека не стало на моëм семнадцатом году жизни. Для меня это был переломный момент. Я даже не смогла присутствовать на похоронах, потому что мы только переехали в Польшу. Моя ненависть к родителям была размером с огромного хищника, и я закрылась в себе. Пожалуй, оставлю это на потом. Я включила музыку на телефоне, но отвлечься от своих мыслей и воспоминаний я не смогла. Я делала всë рефлекторно, даже не задумываясь, о каком-нибудь эксперементе. Из такого состояния меня вывел непрошеный гость. Я и не заметила, как он появился в дверях и просил сделать музыку по-тише,уж слишком была погружена в свои мысли. Только тогда, когда он дотронулся до моего плеча, я вздрогнула и пришла в себя. Резко повернувшись на него, утыкаясь в край каменной раковины, я с тревогой посмотрела на него. Йост явно был ошарашен и просто молча убавил громкость на моëм телефоне, не прерывая зрительного контакта. Он только лишь нахмурился и внимательно посмотрел мне в глазва. Четыре. Спасибо, что не начал меня расспрашивать об этом, а уж темболее помогать и утешать, он просто ушëл. Я собралась с мыслями и закончила прихорашиваться. Мне нужно радоваться, а не грустить и загонять себя в огромные ворота тревоги, поэтому все мысли нужно выгребать самосвалами на задний план. С девятнадцати лет, я ни разу не ощущала пустоты в голове. Постоянно роятся вопросы, размышления, самобичевание. Я пыталась найти способы избавиться от этих голосов, но ничего не получалось. Мне советовали отвлекаться на любимые занятия. Я занималась музыкой, танцами, рисованием, чтением но голоса в голове не уходили. Нет, конечно, бывали моменты, что я не обращала на них внимания и дышала полной грудью, но длился этот «отдых» не долго. Раньше со мной тоже это происходило, но мне помогал с этим справиться мой бывший молодой человек. Я так погрузилась в эти отношения, что... Не важно. Не хочу об этом. Я вышла с ванной и глазами ищу белобрысика. Его всë нигде нет. Я иду на балкон, там его тоже нет. Ушëл может? Я иду проверять дверь в коридор. И вправду, дверь была открыта. Странно он себя как-то ведет. Думать над каким-то Йостиком сейчас не хотелось, да и в целом думать не хотелось, так что я взяла свои вещи, закрыла квартиру и побежала гулять.