Никогда

Когда вы друзья из разных городов, то дружить со временем становится сложнее. Марат начинал дружить с Андреем по одной простой причине — он рядом. Живет в соседнем подъезде… Для Суворова, что всегда боялся начинать дружить на расстоянии, это было самым важным критерием. Чтобы друг был рядом… Сидеть у его бабушки прохладным летним вечером было комфортно. Несмотря на дождь за окном, у них в квартире всегда светило солнце… У Марата Андрей всегда с солнцем ассоциировался. Весь такой яркий, улыбчивый, светлый… Июнь прошел быстро. Также быстро они и подружились, что стали неразлучными. Словно два носка. Если один потеряется, то второй станет не нужен, пока не найдется такой же… Такой же светлый, яркий… Улыбчивый. Марат никогда бы и не подумал, что Андрей уедет… Хотя стоило догадаться еще в тот момент, когда он не мог понять, про какого дядю Диму рассказывает Марат… Весь город его знает, а Андрей даже понятия не имеет о «подвигах» местного доброго алкаша, который на каждое первое сентября на школьной линейке танцевал, выходя в середину… — А когда ты еще приедешь? — глупо улыбается Маратик, руки в карманах держа, лишь бы нервно сжимающиеся кисти рук не было видно… — На следующих каникулах. — обнадеживающе кивает Андрюша, рюкзак на плече поправляя. Суворов в ответ кивает, в кармане сжимая перстень. Свой, которым когда-то восхитился Васильев. Марату не жалко, он бы отдал. На память. Но зачем отдавать «на память», если они еще увидятся. У них столько этих памятных вещей еще будет! Не сосчитают! Но сажая Васильева в поезд, махая рукой, что-то внутри сжималось и разжималось, не давая улыбку с лица стереть… Это слишком странно. Никогда такого еще не было. На осенних каникулах Андрей не приехал… Марат понимает. Всего неделя, что за неделю вообще успеть можно? Еще наверное живет далеко… На зимних каникулах снова не приехал… Суворов себя корит за то, что не взял никаких контактов, просто уверенный в том, что он приедет. И вот в следующий раз точно взял бы… Только бы этот следующий раз был. На весенних становится тоскливо. Солнце греет так, что голову напекает… Андрей также улыбкой своей грел. Марат же на перстень смотрит, надеясь, что когда-нибудь сможет его отдать. Летние каникулы становятся последней надеждой… В июне Марат начинает по-настоящему скучать. Все напоминает о Васильеве… О Андрюшке, с которым они здесь гуляли, там мороженое покупали, под тем деревом охлаждались от горящего солнца… В июле Марат своим глазам не верит… В ступоре стоит, наблюдая как Андрей около скорой помощи стоит, какие-то документы подписывая. Весь такой деловой, в форме… Но скорая все впечатление портит. Бабушка Андрея из нее выходит медленно, и парень сразу к ней рыпается, под руку придерживая. Статный, заметно покрепчал… Марат же в стороне стоит, не силясь подойти. Наверняка что-то серьезное, раз Васильев так напряжен… Он же заметил его. Взгляд бросил, но даже не кивнул приличия ради. Забыл?.. Вряд ли. Но Васильев не девчонка, чтобы за ним бегать. Да и Суворов не тряпка какая-то… Наверное. Ведь на следующее утро он к чужому подъезду идет и только тяжелую дверь потянуть хочет, как она открывается и оттуда бабушка выходит… — Ой, Маратка. Здравствуй. — улыбается женщина, выходя медленным шагом из подъезда. — Здравствуйте. А Андрей дома? — Суворов останавливается, не решаясь зайти внутрь раньше ответа. — Он еще в пять утра уехал. А разве он у тебе не заходил вчера? — удивляется старушка, на парня обернувшись. — Собирался вроде. — Видимо не дошел… — поджал губы юноша, желая захлопнуть эту тяжеленную дверь, да погромче, но вместо этого лишь аккуратно ее прикрывает и за женщиной следует. — А что, как у него дела вообще? Чего это он так рано уехал, я думал он на все лето приехал… — Нет, ты что. Его же родители в суворовское отправили. У них там вместо каникул всякие выезды, раскопки. Это вот мне вчера поплохело, он примчал. А так он оттуда даже на законные каникулы не уезжает. — тяжело вздыхает она, медленно ногами по асфальту перебирая. — А за что его?.. — удивленно захлопал глазами Суворов. Для него Суворовское училище — высшая мера наказания, отец всегда им угрожал, когда парень что-то серьезное творил. — Ой, я точно не знаю, сынок, честно. Мне объяснили, что с какой-то плохой компанией связался. Вот и решили все пути к этой компании оборвать. — кивнула женщина, с жалостью на Маратку глянув, что губы поджал и взгляд отвел, понимая, что из-за каких-то ублюдков такого хорошего друга лишился… Обидно, что даже не пообщались по-человечески. Обидно, что Андрей даже рукой ему не махнул, словно никогда знакомы не были. Обидно, что этой самой «плохой компанией» сам Марат оказался, что Андрея испортил и совсем не те ценности навязал своим отношением…