Третий лишний

Очередной вечер Вовы Братишкина проходил на компьютером и чужим стримом. Таким чужим, но совершенно знакомым, даже, любимым, глаза любили бегать за движениями Лёши, обводить его черты лица, наблюдать за другими глазами, что бегали от монитора со стримом к чату. Это был очередной стрим с участием его лучшего друга, живущего с ним в одной квартире — Жожо. Тот самый неприятный парень, который выбешивает Вову и без его присутствия. Один момент заставил сломать свои мысли, свои воображения и надежды. Хоть и такие маленькие, но надежды на счастливое совместное будущее без людей, которые могут помешать им. Одной из таких преград был именно этот смазливый юноша, который взяв ладонями лицо Хесуса, притянул к себе, оставив на щеке след от своих губ. Нежный поцелуй лишь заставил Лёшу натянуть улыбку "до ушей", пока Братишкин в очередной раз психанув, вырубил компьютер. С его чувствами обошлись как с тряпкой, если не хуже. В груди сердце сжалось до невозможности, казалось, что его обтягивала тугая леска, прорезающая миокарды, с которых текла рекой кровь, обливая внутренности. На сердце оставались шрамы, ноющие парню о невозможности выдерживать одновременно боль, которую вбивает агрессия по отношению к стримерам. Ночь проходила медленно, настолько растянуто, насколько было возможно, заставляя ещё больше навязывающихся мыслей крутиться в голове Вовы. Его слёзы аккуратно сползали из глаз на щёки, падая на мягкую подушку, которая не первый час страдает от крокодильих слёз. Рыжий кот устраивался под бок, стараясь по-своему успокоить хозяина. Подбодрить своим присутствием, мурлыканьем и потиранием головы о тело. Того лишь забавляла та мысль, что кто-кто, но кот уж точно любит Вову. Никто не был в трудные моменты рядом, кроме рыжего балбеса, поддерживающего тем, что просто находился рядом.