Пятно на ее гордости

Гала-концерт в замке Кантерлот в этом году был совершенно особенным. Это было первое мероприятие, к которому присоединилась недавно исправившаяся принцесса Луна, и поэтому оно стало довольно популярным мероприятием, на котором присутствовали только самые элитные жеребцы и кобылы. Такие знаменитости, как Фэнси Пэнтс и Флер Де Лис, и все, кто имел хоть какое-то влияние на политику в столице Эквестрии. Пока большинство простых дворян и политиков были заняты бессмысленными разговорами друг с другом, две правящие сестры, Селестия, принцесса Солнца, и принцесса Луны Луна, спустились по длинной лестнице, покрытой красным ковром, о чем и доложил королевский стражник. Их тела были завернуты в лучший шелк, который только можно купить за деньги. Полуночно-красное платье Селестии и черное развевающееся платье Луны. Им двоим подарили самые блестящие туфли на высоких каблуках из золота и голубого металла, которые цокали на каждой ступеньке лестницы. У обеих сестер было по два браслета на предплечье и по маленькой королевской короне на голове. Две великолепно выглядящие женщины о чем-то шептались друг с другом, судя по взглядам, которыми они одарили друг друга. — Это не дискуссия, Луна. Тебе лучше помнить о нашем соглашении. Ты должна поддержать меня в моей политике, или ты разорвешь нашу сделку — это единственная причина, по которой ты не в тюрьме. Так что лучше проглоти кислую пилюлю, ладно? — Ты ужасна! Как ты можешь требовать от меня такого?! — Не начинай снова, Луна, я больше не шучу. Еще одно слово, и ты пожалеешь об этом. — Я не буду делать ничего подобного… Селестия закрыла глаза и остановилась, когда они почти дошли до последних нескольких ступенек лестницы, придерживая сестру одной рукой, одновременно нависая над микрофоном диктора и произнося речь: — Добрый вечер, мои дорогие подданные, я благодарю вас всех за то, что пришли и поддержали королевский гала-концерт. Большая часть разговоров прекратилась, когда все гости посмотрели на принцесс на лестнице. Поскольку Тия, как обычно, была в центре внимания, Луна хотела скрыться, чтобы избежать нежелательных взглядов, но ее удержала старшая сестра, которая оглянулась на нее с ухмылкой на лице, прежде чем прошептать: — Не думай, что мне это не понравится, просто помни, этого можно было избежать. Принцесса-солнце отвернулась от своей младшей сестры, прежде чем та смогла ответить своей солнечной противоположности. Многочисленные гости с нетерпением ждали ее выступления. — Как я собиралась сказать, это должен был быть торжественный прием с пожертвованием денег крестьянам, но принцесса Луна хочет заявить о себе, не так ли, сестренка? — Внезапно свет прожектора ярко осветил покрасневшую темную аликорницу. — Она забыла свое место, но, насколько я могу быть нежной, я настолько же могу быть напористой. Поэтому, пожалуйста, не расстраивайтесь, когда через несколько минут принцесса Луна, моя сестра, съест, скажем так, вкусную выпечку, если вы понимаете, к чему я клоню. Это будет уроком для нее и отличным шоу для всех вас. Большая часть зала хранила тревожное молчание, от которого ее чуть не прошиб пот, прежде чем она заговорила снова. — Это не выйдет за пределы этой комнаты, потому что, если это произойдет, каждый из вас, лорды и леди, не получит значительную сумму битов, размещенную на ваших банковских счетах. Разумеется, без уплаты налогов. Думаю, я ясно выразилась, — зазвучал ее величественно-сладкий голос, и вскоре после этого зал начал наполняться хлопками, а гости вернулись к своим разговорам. — Теперь, когда с этим покончено, подойди, Луна, я нашла идеальное место, где твой лунный свет будет падать на мой задний проход, это будет как сон, когда ты будешь есть мое дерьмо. Похожим на сон было и выражение лица Луны, когда она просто стояла там, пытаясь осознать, что только что произошло. Селестия крепко схватила сестру под руку за браслет и потащила ее вниз по оставшейся лестнице, пока лунная принцесса пыталась отговорить покрытую белым мехом богиню от этого и подвести к вышеупомянутому месту. Довольно много пони прошли мимо них, и Луна смогла узнать очень сильно покрасневшую Твайлайт Спаркл, которая отчаянно пыталась избежать встречи с голубой аликорницей и даже, казалось, была заинтересована в том, что будет дальше. Младшая аликорница должна была следовать за своей сестрой, которая надела ей на шею ошейник с маленькой косточкой, висящей на цепочке. Он соединялся цепочкой с рукой ее сестры, которой она тянула ее за собой, в идеальное место. Как только эти двое оказались у стола, Селестия скинула с него большую часть вещей, стоявших на столе, и положила свою большую солнечную попку на край стола, задрав красное платье, чтобы показать свой сморщенный серый анус. То, что Селестия ничего не надела под платье, не было чем-то новым для нее, но в данный момент внимание было приковано к ее довольно крупной заднице. Принцесса солнца с легкостью раздвинула попку, чтобы ее младшая сестра могла погрузиться в нее. — Иди сюда, Луна, твой ужин ждет. Солнечная принцесса продемонстрировала свои гениталии во всей их глянцевой красе. На ее влажную киску было приятно смотреть, так как ее венчал клочок шерсти на лобке с изображением ее кьютимарки. Ее большой пончик выглядел так, словно пытался что-то удержать, так как он распух и вспотел, когда цепочка на шее Луны натянулась к попке ее сестры. — Сестра, пожалуйста, останови это безумие! Луна изо всех сил пыталась оторвать голову от ягодиц сестры, но не могла игнорировать то, как много пони в комнате смотрели на них двоих, некоторые с бокалами вина в руках, наслаждаясь отвратительным зрелищем. Селестия оглянулась на сестру, приподняв бровь, прежде чем заговорить, и использовала свою магию, чтобы прижать сестру ближе к своим горячим ягодицам. — Позволь мне сказать это только один раз. Прикоснись своими прелестными губками к моей дырке, Луна, сейчас же! После этого строгого и прямого приказа Луна была слишком поставлена на свое место, чтобы спорить с сестрой, и ей пришлось признать, что она была слабее в этой ситуации. Она надеялась, что все закончится быстро. Ее лицо было так близко к попке ее дорогой сестры, что вскоре она была вынуждена прижаться своими девственно-синими губами к мясистому серому кольцу и впервые ощутить вкус потной задницы своей сестры. Запах дерьма вскоре попал ей в нос и заставил ее чихать. Покорная младшая аликорница начала высовывать язык, облизывая им край пончика Тии. — Вкусное блюдо для тебя вот-вот будет готово, сестренка. Вот первый вкус. Тия использовала одну из своих рук, чтобы вытащить свою сестру из своей задницы, схватив ее за рог, давая Луне огромный глоток воздуха и наполняя ее легкие, но ненадолго, пока не толкнула ее обратно, но на этот раз ее глаза увидели что-то большое, растягивающее пончик Селестии и смотрящее прямо на нее. Большое коричневое бревно начало подбираться к ее дырке. Оно торчало изнутри, и на секунду младшая сестра установила визуальный контакт с его скользким кончиком. Зловоние коричневой массы проникло ей в ноздри, отчего у нее чуть не заслезились глаза. — Обхвати губами кончик, Лулу, покажи нам, как ты обслуживаешь мое дерьмо, прежде чем проглотить его. Сейчас же! — Потянув за ошейник, Луну дернули вперед, и ее губы раскрылись в форме буквы «О» в шоке от резкого движения, и кончик какашки Тии скользнул прямо внутрь, чувствуя себя как дома. Луна чуть не упала в обморок, почувствовав, как текстура полена оставляет коричневый крем на ее губах и языке. Когда язык впервые почувствовал вкус дерьма ее сестры, то ее чуть не вырвало, но Тия ни за что не отпустила бы свою сестру, когда во рту у нее остался только кончик дерьма. По прошествии нескольких минут, когда Луна не двигалась самостоятельно, боясь, что дерьмо растечется у нее во рту, она почувствовала, как нежная рука солнечной принцессы схватила ее за собственный синий рог, отрывая от вкусного угощения. Губы Луны остались в той же форме буквы «О», что и раньше, и бревно было отпущено довольно легко, но не без того, что на ранее синих губах младшей аликорницы осталось довольно много грязи. Факт, который многие гости быстро признали, когда глаза голубой аликорницы открылись и она увидела множество их лиц, большинство с выражением отвращения, некоторые указывали на нее, а некоторые пытались свести исходящий от нее запах к минимуму вокруг себя, зажимая нос либо с помощью магии, либо руками. Рука была положена ей под подбородок, именно рука ее солнечной сестры заставила ее посмотреть прямо на нее. Ее обычная теплая улыбка превратилась в более злую ухмылку. Один из ее пальцев размазал свежий шоколад по губам и собрал с него приятную крошку, держа перед лицом сестры, любуясь коричневым кремом, прежде чем прижать палец к ее щеке и придать своему рогу яркое свечение, что указывало бы на наложение мощного заклинания, но ничего не изменилось, или?.. — Это будет приятным напоминанием для тебя, сестра, у кого вся власть. Надеюсь, тебе нравится твой подарок, мне определенно нравится. — Место, которое она выбрала для маленького кусочка дерьма, прямо над верхней губой, было заклеено, убеждая, что у нее будет что-то, что всегда будет напоминать ей об этом. Вспышка магии Селестии заставила ручное зеркальце появиться перед Луной, чтобы она могла аккуратно разглядеть свой макияж. Коричневые губы были не самым худшим, но новая едва заметная коричневая точка над губой была тем, что ее зацепило. Она отчаянно пыталась оттереть ее, но безуспешно, только испражнения на губах шевелились под давлением пальцев. — Селестия, ты это несерьезно! Как ты можешь так поступать со своей сестрой? Старшая аликорница закатила глаза, прежде чем встать из своего сидячего положения на краю стола, ее магия переместила пустую собачью миску рядом с одной из ножек причудливого стола. — Для тебя я ваше величество, или принцесса Селестия. — Тия даже не взглянула на сестру, когда начала приседать на корточки, едва касаясь собачьей миски. Слабый звук вырвался из ее задницы, когда она как можно лучше приподняла платье в таком положении, чтобы не испачкать его. Луна заняла место в первом классе в первом ряду, чтобы наблюдать, как большой пончик ее сестры снова растягивается вокруг большого застрявшего бревна, и с глухим стуком коричневое бревно выпало из заднего отверстия старшей сестры и скрутилось в миске внизу, которая дымилась от выделяемого им тепла, теперь наполненная. Как только Селестия закончила с трудной частью, она издала стон, когда из ее божественной пизды начало капать немного мочи на грязное блюдо, к большому отвращению ее младшей сестры. Лунной кобыле удалось занять место за столом, просто чтобы оправиться от своего предыдущего злоключения. Рядом с ней лежало несколько салфеток, окрашенных в коричневый цвет из-за того, что она старалась вымыться. Как раз в тот момент, когда Луна подумала, что хуже уже быть не может, Селестия подняла собачью миску в своей желтоватой магии и поставила ее на стол перед собой, зайдя так далеко, что придвинула ее чуть ближе одним из своих пальцев. — Приятного аппетита, сестренка. Я позаботилась о том, чтобы приготовить для тебя только самую вкусную выпечку, было бы действительно обидно, если бы ты не съела все. Поскольку большинство присутствующих смотрели на лавандово-голубую аликорницу, у нее не было другого выбора, кроме как схватить вилку справа от себя и вонзить ее прямо в дымящееся, пропитанное мочой блюдо, ожидавшее ее. Большой кусок вскоре оказался у нее на вилке, а следом и между коричнево-синими губами ночной богини. Медленно, но верно экскрементов в собачьей миске становилось все меньше и меньше, а теплая улыбка Селестии становилась намного более искренней, поскольку ей нравилось ставить сестру на место.