День рождения Лили

      Я просыпаюсь от того, что две пары маленьких и одна пара больших рук обнимают меня. В глаза светит солнце — Лили опять раскрыла шторы, когда пришла к нам. — Доброе утро, мамочка! — кричит пятилетняя дочь. Я не могу не улыбнуться. — Всем доброе утро, — говорю я.       Лили вскакивает с постели. — Пап, пойдем! — Лили, прежде чем идти готовить завтрак, нужно умыться, — терпеливо объясняет Гарри. — Почему? — улыбаясь, спрашивает она, прекрасно зная ответ. — Потому что ты будешь таскать у папы все из-под рук, — вместо мужа отвечает семилетний сын Джеймс.       Меня к готовке не пускают. Когда я пыталась приготовить праздничный ужин по случаю первой годовщины нашей с Гарри свадьбы, я не только не успела к приходу Гарри, но и чуть не спалила курицу, пока отмеряла количество специй для курицы. Гарри посмеялся над моим желанием сделать все с точностью до миллиграмма, но помог с ужином. И в семье установилось негласное правило — готовит папа. Единственное, что мне позволено готовить — чай, несложные каши, кофе (не в турке, а в кофемашине!) и некоторые салаты. Салаты — строго под наблюдением Гарри. Он боится, что я порежусь ножом. На мое замечание, что я как-то справлялась с зельеварением без всяких проблем, он отвечал, что готовка и зельеварение — разные вещи. — Пап, пойдем тогда умываться! — не унимается дочь. — Мама проснулась, можем идти!       Еще одно негласное правило — пока все не проснутся, завтракать не садимся. Лили же решила, что на умывание тоже распространяется это правило. Она думает, что я боюсь просыпаться в одиночестве. — Пошли-пошли…       Гарри встает и берет Лили на руки. Неся ее в ванную, он кружит ее. А она смеется. — Мам, а мы на море возьмем мой новый надувной круг? — спрашивает Джеймс. — Конечно, — говорю я, — будешь учить Лили плавать. Только за буйки не заплывайте.       Мы решили провести пятый день рождения Лили на море. Пятый день рождения Джеймса был тоже на море. Мы боялись, что Лили напугается моря, да и сами опасались за нее, поэтому дочери купили надувной бассейн, а Джеймса учили плавать. Пока только учится, но за два года мы с Гарри перестали бояться отпускать его туда, где не глубже его пояса. Стали отпускать до той длины, которая ему до плечи. И исключительно с кем-то из нас с Гарри.       Спустя некоторое время в комнату заходит Гарри с Лили на руках. — Мы умылись. Лили забрызгала все зеркало, а потом размазала капли по стеклу. — Ты ж моя художница, — улыбаюсь я. — Я спросил у именинницы, что она желает на завтрак. — И что ответила именинница? — Оладушки! — воскликнула Лили, подняв руки. — Она не только художница, но и прирожденная спортсменка — в борьбе ей нет равных, — говорит Гарри, который чуть случайно не получил по лицу от дочери. — Джеймс, Гермиона, вы не против решения Лили? — Нет, конечно, — говорю я. — Ура! — ликует сын. — Ну что, пошли умываться? — спрашиваю я у Джеймса. — Пошли.       Мальчик вскакивает с постели и бежит в ванную. После водных процедур выходим в кухню, где Лили уже уплетает только испеченные оладьи с вишневым джемом. — Приятного аппетита. — желаю я дочери — Спасибо, — говорит она с набитым ртом. — Спасибо, — отвечает Гарри, проглотив оладью. — Ты тоже уже завтракаешь? — спрашиваю я у Гарри. Он кивает. — Теперь понятно, почему Лили таскает еду у тебя из-под рук во время готовки, вся в папу.       Лили довольно улыбается.       Лили — точно моя копия. А глаза папины. Джеймс же — копия Гарри. А глаза мои. У Джеймса непослушные кудряшки, какие были бы у меня, если бы я постриглась под мальчика и покрасилась в черный, а у Лили — прямые каштановые волосы. Как если бы Гарри отрастил длинные волосы и покрасился в каштановый.       Характер у каждого из детей тоже стал интересной комбинацией черт характера у меня и Гарри. Джеймс целеустремленный непоседа. Гарри пророчит ему славу спортсмена. А Лили (нам пока кажется, что оно так) очень добрая и любопытная девочка, которая всегда найдет приключение на голову.       Сев за стол, мы с Джеймсом тоже взяли несколько оладий. Вскоре к нам присоединился и сам Гарри, правда, уже позавтракавший.       Уже через час все мы готовы отправляться на море. — Мам, а что это? — спрашивает Джеймс. — Панорамный лифт, — говорю я.       Мы заходим в него, чтобы спуститься к пляжу. Лили примыкает к стеклу, Джеймс вместе с ней, а я боюсь смотреть. — Не бойся, — словно прочитав мои мысли, говорит Гарри. Обнимая меня, он продолжает, — стекло прочное, их выдержит.       Дойдя до территории пляжа, мы находим место, где расположиться. Я помогаю Лили снять платье. Посчитав, что удобнее будет идти сразу в купальниках, мы быстро готовимся к купанию в море и принятию солнечных ванн. Лили, стоило ее выпустить из рук, тут же побежала навстречу волнам. — Лили, подожди!       За девочкой побежал Джеймс. Догнав ее, он говорит ей что-то, а затем приводит к нам. Гарри, надувший нарукавники, надевает их ей на руки. — А для чего они? — Чтобы тебе было проще учиться плавать, — отвечаю я.       Лили осматривает их. Джеймс берет ее за руку и бежит к морю. — Далеко не уходите! — кричу им я. Сын кивает и подгоняет Лили.       Гарри подходит к детям. Я ложусь на лежак, не желая оставлять вещи без присмотра. Вижу, как Лили что-то поднимает и несет мне. — Что случилось? — Мама, смотри, ракушка!       Я улыбаюсь. — Какая красивая!       Поцеловав мокрую макушку дочки, я говорю: — Джеймс учит тебя плавать? — Да! — она подпрыгнула.       Я улыбаюсь. — Так что ты от него ушла? Показать ракушку? Беги обратно. А ракушку я положу в сумку, чтобы не потерялась.       Весело визжа, Лили убегает обратно в море. Гарри ловит мой взгляд и улыбается мне.       Взяв из сумки книгу, я погружаюсь в сюжет. Краем глаза вижу, что Гарри берет на руки Лили. Та пытается вырываться, но Гарри держит ее крепко. Джеймс же остается в воде. Положив закладку в книгу и отложив книгу, я достаю полотенце. — Я не хочу из воды выходить, мама! — говорит она, «жалуясь» на Гарри. — Ой, какой плохой, беспокоится о том, чтобы ты не замерзла, — улыбаюсь я, надевая на нее панамку. — А Джеймс что остался в воде? — Говорит, не замерз. — Лучше пусть выйдет… — говорю я. — Хорошо, скажу.       Джеймс тоже выходить не захотел. Достав игрушки, я сажусь к Лили и даю ей лопатку. Взяв ведерко, я набираю немного воды, а затем возвращаюсь к дочери. — Насыпай песок.       Посмотрев на меня, Лили немного опасливо берет лопатку и насыпает песок. — Джеймс, идем к нам.       Он насыпает песок охотнее. Пролив еще раз песок, я выравниваю небольшой участок и переворачиваю ведерко. — Все хорошо, — говорю я Лили. Подняв ведерко, мы видим достаточно ровную башенку. — Ура! — восклицает Лили.       Очень скоро к игре присоединяется Гарри. Совместными усилиями мы создали целое песочное королевство буквально через час. — Так. Кто пойдет со мной в воду? — спрашиваю я. — Я! — кричит Лили. Меньше, чем через минуту панамка уже в руках Гарри, а девочка несется в сторону моря.       Догнав именинницу, я беру ее за руку. — Мы глубоко не пойдем.       В воде я могу поднять Лили. Она радуется, держась на моих руках. Пару раз я кружу ее, от чего она заливается смехом. Но когда ее руки становятся холодными, я говорю: — Все, на берег, ты замерзла вся. А потом погуляем       Лили кивает и идет на берег. Я иду за ней, чтобы не убежала в другую сторону, но она спокойно идет к Гарри и спрашивает что-то. Он соглашается с ней. — На что договорились? — На мороженое. — Тогда собираемся и идем за ним.       Дойдя до киоска с мороженым, мы начинаем выбирать. — Я хочу клубничное, — говорит Джеймс — Хорошо, не давай его Лили. — говорит Гарри — А я хочу вишневое! — говорит малышка. — Гермиона? — Я буду фисташковое. — Хорошо. Дайте нам, пожалуйста, клубничное, фисташковое, вишневое и… ух ты. Тыквенное. — Хорошо, пару минут. — Хочу тыквенное попробовать, — поясняет свой выбор Гарри. — Так, первое, — дает продавщица розовое мороженое. — Это какое? — Это? Вишневое.       На всякий случай я пробую его. Действительно, вишневое. После, даю его Лили. — Вот, еще одно.       Тут вопросов нет — оно оранжевое. — Ну что, вкусно? — улыбаюсь я. — Вполне. Попробуй       Я беру мороженое в руки и осторожно пробую его. — М. Действительно вкусно. — Не отдашь? — смеется Гарри. — Неа. — улыбаюсь я, возвращая стаканчик ему.       У Лили аллергия на клубнику. Но отказаться от нее полностью мы не можем — от нее без ума Джеймс. Из-за этого все клубничное или убирается от Лили, или ограничивается. — Лили стой! — кричу я, заметив, что девочка отошла от нас.       Однако она останавливается, сев на скамейку неподалеку. — Клубничное, — говорит Гарри и дает мороженое Джеймсу. — И фисташковое.       Второе дается мне.       Садимся на скамейку, которую выбрала Лили. Дабы избежать соблазнов, Джеймса усаживаем подальше от сестры. — А обедать-то будете? — Да! — хором говорят дети. Переглянувшись, мы с Гарри делаем вид, будто верим.       Доев мороженое, мы вытираем детей от мороженого и идем гулять дальше. Лили приглянулся магнитик, и мы не могли не купить его.       После обеда мы догуляли обратно до отеля, где устроили детям тихий час. Пока те лежат в соседней комнате, мы с Гарри обсуждаем планы на вечер. — Я бы сходил еще раз на море, — говорит он. — Согласна. Тем более, жара сейчас спадет, ни Лили, ни Джеймс не обгорят. — А подарок когда подарим? — спрашивает Гарри. — Вечером. Я оставлю его на столе. Пусть увидит.       Лили предпочла надеть на вечерний поход на пляж красивое белое платье, подаренное моими родителями. Получилась настоящая принцесса. После ужина (и еще одной порции мороженого) Лили уговаривает нас на посещение луна-парка. Джеймс выиграл плюшевого медведя почти с себя самого ростом и подарил сестре.       После веселого вечера, по возвращении домой, Лили, видимо, подслушав наш с Гарри разговор, бежит в комнату, где устроились дети. Через пару мгновений оттуда слышится визг, полный радости и восхищения. — Ого. Не думал, что будет столько счастья, — улыбается Гарри. — Мама, помоги открыть! — просит Лили.       Зайдя в комнату, вижу, что Лили обрадовалась наличию подарка, а не содержимому. Быстрым движением разрезаю скотч на упаковке. Лили же с ней не церемонится — рвет ее безжалостно и нетерпеливо. — Ми-ни-пла-не-та-рий, — читает она — Ты сможешь его включить у себя в комнате вместо ночника, и на потолке появится звездное небо.       Лили в восхищении подключает планетарий к розетке и заворожено смотрит на потолок, на котором появилось множество звезд. — Какая красота! Спасибо огромное!       Гарри, смотрящий на Лили, улыбается. Выйдя из детской части номера, я говорю: — Я же говорила, что понравится. — Я и не спорил.       Поцеловав меня, он заглядывает в комнату. Я тоже решила посмотреть, что там. Лили и Джеймс наблюдают за звездами на потолке, считая их. — Она запомнит этот день рождения надолго, — говорит Гарри.