Теплые дожди, белые ночи и влюбленные кошки на крышах...

Лето – это время всевозможных праздников и фестивалей в Южной Корее. Лето – это цветение, это новое начало, это озарение, это пробуждение и свобода. Лето – это солнце, это море, это песок. Лето – это цветы, это зелёные леса, это бабочки и жучки, пробуждение после холода зимы. Лето – это сама жизнь, сама природа во всей её красе. И важно уметь ценить эту красоту. Важно уметь радоваться мелочам. Важно видеть прекрасное в простых, даже самых маленьких вещах. Важно не забывать о своей неразрывной связи с природой, со всей окружающей беспокойной, полной ярких красок и энергии, стремительной жизнью. Связь с природой – путь к нахождению спокойствия, размерности, гармонии. С собой и с окружением. Природа ценит мелочи. Природа живёт мгновением. Природа ценит память. Летний фестиваль светлячков в Мучжу – это одно из важнейших культурных мероприятий лета в Южной Корее. Фестиваль посвящен особенному, уникальному виду светлячков, которые водятся только в этом городе и нигде больше. Именно эти светлячки считаются в Корее очень ценными. Они признаны важным природным памятником Южной Кореи. Именно они являются причиной всего празднества, проводимого в течение восьми дней. Светлячки – красивые, благородные проводники душ, маленькие творцы судеб. Сколько легенд и приданий рассказано и написано про них. Одни говорят, что светлячки приносят удачу и светлое будущее. Другие утверждают, что светлячки – есть посланники любви, скрепляющие души крепко своим нежным теплым свечением. Есть и те, которые считают, что светлячки это маленькие подсказчики, путеводители, которые раскрывают сокровенные дорожки к тайнам и загадкам, к сокровищам и большим ценностям. И эти светлячки особенные. Единственные в своем роде. Волшебные, полные чуда и неизвестной силы, одухотворённые. Сидеть вечером и наблюдать за тем, как светлячки поднимаются в воздух и кружат, вьют узоры и возят хороводы на небе – вот, истинное удовольствие фестиваля. Со всей страны на фестиваль ежегодно съезжается множество людей, чтобы просто посидеть и полюбоваться полетом чудесных маленьких огоньков, окружающих их со всех сторон. И каждый ассоциирует эти маленькие крылатые звёздочки с чем-то своим. Особенным. Важным для них самих. С чем-то, что является частичкой их душ, их сердец. Для кого-то – это мечта, для кого-то – последняя надежда, для кого-то – новый шанс, для кого-то – искренняя радость. Кто-то приходит загадать желание, кто-то просто посмотреть и полюбоваться. Кто-то полон чувств и эмоций, а кто-то сидит тихо и спокойно, наблюдая за светлячками одними лишь глазами. Каждый, кто приходит на фестиваль в Мучжу, так или иначе ждёт чего-то. Даже если думает, что нет. Кто-то ждёт ответа, кто-то – нового начала, кто-то – другого шанса, кто-то – исполнения мечты, кто-то – достижения цели. Все чего-то ждут от фестиваля волшебных светлячков. И Джисон наверняка тоже. Просто пока и сам не понял, чего именно. Но, наверное, всё-таки ждёт. Джисон приехал в Мучжу за день до начала фестиваля, обходил все улочки, все магазины, рассмотрел все местные достопримечательности. Он далеко не фанат туризма, активного отдыха и больших путешествий, но когда ему рассказали просто фестиваля города Мучжу, он не мог остаться равнодушным. Кажется, точно чего-то ждал. Но чего и сам не знал. Это было больше похоже на стремление души и желание сердца, чем на разумное осознанное ожидание. Кажется, его душа рвалась куда-то, его сердце звало его, взывало к чему-то. Джисон и сам не понимал, к чему и куда, но верил, что это от большой надежды. Он сам, может, и не осознает, подавляет, забывает, но его внутренние нужды всё равно дают о себе знать. Вот почему Джисон приехал в Мучжу. Вот почему Джисон здесь сейчас. Сидит на главной площади города и ждёт, как с минуты на минуту в небо взлетит первый светлячок. Волнуется. – Я... Можно мне сесть? - затерявшись глубоко в своих мыслях, Джисон даже и не заметил, как к нему подошёл какой-то неизвестный молодой человек. Юный парень, достаточно обаятельный, как Хан успел заметить, с большими глазами, красивой мягкой улыбкой и маленькими очаровательными еле заметными ямочками на щеках. Джисону требовалось некоторое время, чтобы осмыслить сначала присутствие этого милого парня совсем рядом, а после и его просьбу. – А.. да, конечно... - он заторможенно кивает, немного двигаясь в сторону, чтобы уступить парню ещё больше места на широкой скамейке. – Спасибо, - парень кивает и снова мило улыбается. В сердце Хана что-то ёкает. Красиво. Аж щеки немного краснеют. На некоторое время наступает тишина. Она не давит, не топит, но даёт время. Время на обдумывание, время на осознание, на любопытство. – Узнал меня, хён? - парень немного хихикает, смотря в сторону Джисона. А у того в груди резко что-то бухает. И сильно. Осознание приходит постепенно, но само собой. Этот парень – это Ким Сынмин. Мальчик, с которым они учились вместе в университете. Они не часто общались, но редко да метко, как говорится. Джисону Сынмин в то время очень нравился. Весь из себя милый, ангел, маленький щенок, с очаровательно высунутым набок языком и неустанно влияющим хвостом. Но это только внешне. Характер у него был далеко не сахарный. Вздорный, язвительный, полный шуток и сарказма, но при надобности искренний и чуткий. Ещё и умный, и добрый, и голос имеет невероятный, тембр приятный. Вот, как в такого не влюбиться? Джисон тоже думает, что никак. А Джисон влюбился. Заплыл далеко за буйки, но почему-то так и не утонул и акулой съеден не был. Может, понравился хозяину этого моря любви? Кто знает, может быть. Только вот признаться Джисон так и не подошёл. То ли смелости не хватило, то ли слов правильных найти не мог никогда, то ли момента подходящего никак не было, сейчас уже не разобраться. Но Хан не отпускает. Продолжает нести эту сладко-горькую любовь к Сынмину, мальчику с щенячей улыбкой, через все свои новые дни. Джисон думал, что он обречён. Думал, что из этой ловушки любви нет выхода. А сейчас, будто сама судьба даёт ему второй шанс. Даёт ему всё, чтобы он сделал то, чего не сделал два года назад. – Знаешь... - начинает Хан, наконец, собираясь с мыслью и решаясь. Всё же, много времени прошло. Но даже если на взаимный ответ у него надежд нет, то он всё равно считает необходимым признать. Сынмин должен знать, пусть и с опазданием. – Хён, смотри! Первый светлячок! - Сынмин перебивает его, указывая пальцем на взмывающего в небесную высь первого единственного светлячка, своим теплым жёлтым отражающегося в их глазах. Он не медлит, хватает Джисона за рубашку мягко и притягивает к себе, целуя нежно-нежно. Джисон теряется, опешивает, но отстраняется и не думает. Это приятно. Как в месте, но в тысячи раз лучше. Целовать Сынмина приятно, чувствовать его руки на шее тоже приятно. Джисону кажется, что он начинает таять. – Говорят, кто поцелует любимого вместе с первым светлячком на фестивале Мучжу, тот проживет с ним долгую и счастливую жизнь... - шепчет Сынмин робко, смотря Джисону в глаза. - А я бы хотел, очень... Джисон хлопает круглыми глазами, в его блестящих омутах отражаются тысячи и тысячи других светлячков, взлетающих ввысь вслед за первым. Кажется, город Мучжу в период фестиваля светлячков действительно исполняет желания... – Я тоже... - шепотом заверяет Джисон, приобнимая Сынмина за шею и смотря в его глаза. В них отражаются миллионы маленьких крылатых звездочек. Джисон чувствует себя таким же окрылённым. Он счастлив. По-настоящему счастлив. И, кажется, не только он один. Они оба счастливы. Вместе.