В Черных Водах

      После того случая, когда Ши Цинсюань узнал горькую правду о своем брате, точнее о его поступке, а затем сразу же его потерял, прошло около года. Ветерок смирился со своей участью бедняка и даже обзавёлся неплохим прозвищем «Старина ветер». За этот несчастный год много что успело произойти: спасение столицы, вскрытие скелетов Цзюнь У, смерть господина Хуа, его возрождение, пир в честь спасения в маленьком храме.       Разумеется, Се Ляня к готовке не подпускали, демоны и то готовили съедобнее. А потом была свадьба наследного принца Сяньлэ и Собирателя цветов. Церемония слегка затянулась из-за огромного количества титулов брачующихся, зато пир был знатный. Опять же готовили демоны, а стряпню принца только сам князь нахваливал.       Ветерок прекрасно проводил время, танцевал вместе с принцем, и Се Ляня вовсе не волновало, что милый Ветерок был в поношенных лохмотьях. Сам принц только недавно сменил свои поношенные тряпки на наряды из лучшего шелка. Ши Цинсюань вновь умудрился пролить вино, только в этот раз не из-за того, что по ошибке попал на небеса, а из-за статной и хорошо знакомой фигуры в черных одеждах. Хэ Сюань заявился на свадьбу, во-первых, хорошенько поесть, во-вторых, в надежде на то, что ему простят часть долга. Долг простили, но нарисовали новый, как раз в стиле Хуа Чэна.       Ши Цинсюань так напился, что совершенно не запомнил, что произошло после появления Черной Воды на празднестве. Ветерок не желал видеть того, кто убил его брата, но одновременно с этим горел желанием посмотреть в такие родные золотые глаза. Так хотел обнять старого друга, единственного, кому не нужны были его благодетели, того, кто помогал, невзирая на ненависть. А может и не было той самой ненависти? Как бы Цинсюань не корил себя за случившиеся, ничего изменить он не мог и избавиться от странных чувств тоже. Единственным выходом, который сумел найти бывший повелитель ветра, стал алкоголь. От него впрямь стало легче, а на утро так приятно жгло губы, и отчего-то ныла шея. Наверное, старость или жизнь среди смертных сказывалась. — Ух. А Старина Ветер видно хорошо погулял. — Что это за красавица была, что оказалась столь ненасытна? — Или тебе по душе мужчины. — Ветерок-то наш, ой как хорош. — Не зря же он дружбу с господином Се ведет.       Ши Цинсюань искренне не понимал, о чем говорили его друзья по несчастью, пока не увидел свое отражение в осколке пыльного зеркала. Теперь ясно почему у него болела шея — на ней же места живого не было! Его как будто демон какой покусал.       И главное, такие яркие следы, ещё и очертания зубов можно было просмотреть в нескольких местах. Юноша поскорее запахнул свои одежды и, усевшись в самый дальний угол, принялся заниматься самобичеванием. Им нагло кто-то воспользовался, пока он был пьян! Он был чист и невинен, а теперь…теперь ему никогда больше не попасть на небеса. Никогда больше не повелевать ветром, и он никогда больше не сможет увидеть знакомое до боли лицо, пусть и в новом обличье Черновода.       А если об этом прознают, то милому Ветерку не сыскать покоя на белом свете, останется только топиться. И почему все несчастья вечно сыплются на его голову, точно, он же больше не удачливый небожитель, а простой человек.       Может хоть после смерти повелитель Черных Вод простит его. Хотя может и нет, не факт, что Хэ Сюаню понравиться, что в его владения заглянул пусть и мертвый, но Ветерок.       Ши Цинсюань принял отважное решение — топиться, пока все не стало слишком плохо. Угнав чужую лодку и мельком извинившись перед хозяином, бывший Повелитель Ветра в мгновение ока оказался в открытом море, видимо в этот раз ему и в самом деле подсобил ветер. Как будто осознавая, что это будет последний раз.       Ветерок запел, наверное, впервые в жизни он отдавал Черным Водам свой голос, отдавал всего себя без остатка. Для юноши просто не существовало другого выхода, и он не желал мириться с происходящим. Если попрошайничество, выполнение легких трюков на радость людям он мог стерпеть, даже скитальчество, то этого — никогда. Что же, оставалось надеяться лишь на то, что море будет благосклонно к нему. Быть может, его владелец уготовит ему лёгкую смерть? «Время быстрая река, никого не обойдет. Жду демона один, на покой я обречён. Забирай, приплывай-приплывай. На века себя отдам» — Какого черта ты задумал тут горлопанить? — показалась из воды статная фигура Черновода. — Г-господин Хэ, — чуть заикаясь проблеял Ветерок, он не верил, что сам Повелитель Черных Вод снизойдет до него. Ши Цинсюань надеялся по-тихому спеть, попрощаться и утонуть в морских пучинах. К тому же с Се Лянем он уже простился, пусть и чуть некрасиво, оставив возле храма Водяных каштанов записку.       Хэ Сюань облокотился о край лодки, будто боялся, что Ветерок и в самом деле сиганет вниз или может он просто не хотел покидать свою любимую обитель. — Ну и? Зачем меня звал? — недоумевал повелитель Черных Вод — Я Вас не звал, — испуганно ляпнул Цинсюань — Зачем же тогда пел? — Хэ Сюань начинал терять терпение, — отвечай! — и для пущей убедительности качнул лодку. Только вот силы не рассчитал, и бывший Повелитель Ветров рухнул в воду.       Повелитель Черных Вод нырнул на морское дно в поисках столь неудачливого Ветерка и нашел того, испустившего почти весь кислород. Хэ Сюань недолго думая впился в губы Ши Цинсюань в попытке передать хоть немного воздуха, а заодно и духовных сил. Сложив все восемь своих щупалец в одно целое, а затем разжав их Черновод со своей ношей в мгновение ока оказались у берега демонических владений. — Ты кха, — Ши Цинсюань, хоть и пытался говорить связно, но вода легких немного мешала, — Ты, что это? — бывший небожитель ткнул пальцем в одно из щупалец, что вытащило его на берег, — Это… Твоя форма? — Да — грубо ответил ему Хэ Сюань, — что-то не нравится? — когда над вами возвышается демон с восьмью живыми осьминожьими щупальцами лучше не спорить, — и зачем ты вздумал топиться? Не для этого тебе жизнь дана. — Не твое дело, — вдруг осмелев, выпалил Ветер и для пущей убедительности взмахнул веером, что всегда носил с собой. Может как напоминание о прошлой жизни, которой ему не видать никогда. На удивление обоих раздался мощный порыв ветра и чуть не сбил полуосьминога получеловека Хэ Сюаня с …щупалец. — Моё! — чуть ли не прорычал Черновод вырывая из чужих рук веер, — ты мой! — Опять сломаешь веер? — возмущался Ши Цинсюань, — выхватывая свое оружие обратно, — да пожалуйста, мёртвым он ни к чему, — и хотел было уже разорвать нечастный предмет в клочья, как его остановили сильные руки. — Стой! — в голосе устрашающего демона были слышны нотки грусти, — если так хочешь утопиться в моих водах объясни хоть причину, и я последую за тобой, — руки демона отпустили сохранившие былую аккуратности пальцы небожителя. — Если так хочешь знать, то пожалуйста. На свадьбе Се Ляня и Хуа Чэна мной воспользовались, пока я был пьян, ясно. Я не хочу с этим жить. Теперь ты позволишь мне искупаться в Черных Водах? — Кто? — злостно поинтересовался Хэ Сюань, — оторву ему голову. — Единственное, что от него осталось — это, — Цинсюань отодвинул ворот рубахи, демонстрируя еще не сошедшие следы укусов. — Ты? Ничего не было, — склонив голову, сознался демон, — никто тебя не …использовал. Это я. — Что? — шок на лице бывшего Повелителя Ветра был просто неописуем. — Ты пах вином и свежим ветром. Я не смог себя контролировать и сотворил такое с твоей шеей. Только с шеей. Поэтому прошу тебя не губи свою жизнь из-за такого несдержанного демона как я, — признаться честно, это что-то новенькое, чтобы демон Черных Вод и извинялся, а ещё выглядел словно побитый изголодавшийся щенок. И когда только он вновь сумел сменить щупальца на ноги? — Это правда был ты? — не веря переспросил Ши Цинсюань. — Да. — Но я думал, ты ненавидишь меня. — Я тоже так думал, — неохотно признался демон, — но отомстив, я не почувствовал ничего. Мне не хватало тех времен, когда ты был рядом и заглушал мою тишину. — Я тоже тебя не ненавижу, — Ши Цинсюань положил свою маленькую ладонь на ледяную щеку демона, — я, — Ветерочку не позволили договорить, мягко перебив поцелуем. — Прости, — оказывается грозный Повелитель Черных Вод может быть очень робким и милым. — Давай вернем тебя в мир людей, — Хэ Сюань прокусил палец и принялся рисовать заклятие перемещения на тысячу ли. — Я хочу остаться, — перебил его Ши Цинсюань. — Но-но. — Прошу позволь мне, — Ветерок подошёл слишком близко к этой черной неизведанной пропасти, и пропал в ней навсегда, обретая нового себя и новую форму. Веер постоянно оставался при нем, и милый Ветерок так и не узнал, какую тайну хранил в себе его артефакт.       Теперь Ши Цинсюань обитал, как и его супруг, в Черных Водах, только вместо восьми щупалец, обрел прекрасный голубовато-зеленый хвост. Теперь в Черных Водах помимо криков боли и страданий, можно было услышать задорный смех русалок, удивляющихся красоте мужа их повелителя, веселые песни и игры двух водных демонов. И самое главное, море любви которые эти два демона даровали друг другу.       Песня, что пел ветерок посреди океана в ожидании смерти, стала легендой для тех, кто желал расстаться с жизнью в объятиях Черных Вод. Для тех, кто желал мести своим обидчикам, для тех, кого опорочили. Все они просили благословения отнюдь не у богов, а у двух демонов. Демона Черных Вод и его мужа Демонического Ветерка.