Кибер-Лето

Они шли по какой-то не очень широкой улочке. Брок затруднился бы даже город назвать – проекция была четкой, качественной и яркой. Что-то в нём отзывалось этим старым домам с цветами на окнах, флажкам и скрипящим вывескам. Людей им на ходу попадалось немного, и все они говорили громко, жестикулировали активно и чуть ли не бегом стремились вперёд, на основную площадь, туда же, куда стремились и они. Стив и Баки – Капитан и Солдат – шли по сторонам от Кроссбоунса с полным правом быть на своих местах. Они впервые, можно сказать, шли втроём вот так вот, публично. И всем вокруг было плевать. – Куда ты нас ведёшь, – в сотый раз спросил Стив, даже не надеясь уже, что Баки ответит. Баки же, с хитрой улыбкой, повернулся на сто восемьдесят и пошел спиной вперёд, глядя на Стива задорно, провокационно. Брок – Кроссбоунс – никак не мог словиться. Этот его аватар не был приучен к риску и действиям наобум. Он все же был военным, и лишь базовое доверие к своему геймеру позволяло ему не телепортироваться самовольно в знакомые локации Гладиаторской Арены. На площадь они вышли внезапно: один поворот – и перед ними развернулось нечто масштабное, красочное и грандиозное. Всё здесь было ярким, развевалось на ветру и мигало. Все аватары, человекообразные, механизированные, анималистичные и щупальцевые, были нарядными и никто из них никого не бил и ни к кому не лез. Толпа была веселой, и Кросс, ожидавший угрозу, даже растерялся. – Это фестиваль любви. Мы не могли не прийти, правда? Баки сиял. На памяти Брока Солдат никогда ещё не был таким, расслабленно-светящимся. Будто бы его пиксели действительно излучали свет. На секунду он переключил шлем на двойной обзор – Баки в реальности не отличался ничем. Даже через прозрачную заслонку его шлема была видна его улыбка. Стив же поменял только габариты, будто внутри большого человека сидел маленький, такой же насупленный и смущённый. Фестиваль любви... Брок никогда не был на фестивалях. В Белт-Аут Сити не проводилось массовых праздников, даже в школе все мероприятия были камерными, быстрыми, только для класса. Сложновато было тратить несколько часов на развлечения, когда ты занят выживанием. Никто не хотел спускать деньги на излишнюю красоту, когда можно было потратиться на дополнительный фильтр. Их город загнивал в грязи, скуке и суррогате веселья. Их максимумом были голографические девицы около борделей да реклама витаминов. Те, кто жил напротив таких вывесок, круглые сутки находились во вспышках, будто на рейве, и, к сожалению, не все могли себе позволить блэк-аут шторы. Здесь же всё было иначе. Аватары свалились в улыбках-оскалах, кто как умел. Здесь было немало аватаров детей, что было просто удивительно, ведь в Сеть не выпускали раньше четырнадцати. Брок подозревал, что это были бонусные проекции, вторые и третьи аватары богатеев, которые иногда хотели побыть безответственной и веселой ребятнёй, а не суровыми дядями в костюмах или химерами в доспехах. Пахло свежей выпечкой, жженым сахаром и чем-то цветочным. Сетевое солнце грело, и Кроссбоунс сменил боевой аутфит на гражданский – джинсы и лонгслив. Баки уже вовсю щеголял в рубашке и лёгких светлых штанах, а Стив был Стивом, в неизменной белой майке. Но что заставило сердце Брока сделать кульбит, так это узкие голубые джинсы, обтянувшие его задницу, как вторая кожа. Кончики ушей Капитана покраснели – он знал, что Брок смотрел на него, и знал, куда именно. И специально позволил себе покраснеть... Это было прекрасно. Фестиваль любви, значит. – Там яблоки в карамели! – Баки унёсся вперёд, чит-кодами прокладывая себе дорогу сквозь толпу. Брок не боялся потерять его – макушка с петелькой возвышалась над основной массой мелких аватаров, а крупные, нечеловечески прокачанные и дорогие, в основную массу толпы не лезли. Стив вдруг замер на полушаге, словно засбоил, хотя Брок знал, что ничего такого с ним случиться не могло. Он просто заметил огромное, высоченное колесо обозрения и намертво прилип к нему взглядом. – Хочешь? – спросил Кроссбоунс, мотнув головой в сторону аттракциона. Прозрачно-зеркальные кабинки медленно плыли на фоне ослепительно-голубого неба. По приблизительным расчетам навскидку один круг на таком колесе занимал не менее получаса. Капитан перевел на него мутно-тяжелый взгляд, и Брока мгновенно бросило в жар. Стив, очевидно, хотел. И не только на колесо. На дне его пиксельных (да и реальных, наверняка, тоже) глаз тлела искра провокации. Брок бы не удивился, если бы, вглядевшись в зрачок, увидел бы там трансляцию забористого порно размером в нано-метр. Интерфейс на мгновение мигнул красным, принимая код, но Брок не стал открывать ссылку, и без того зная, что там. Баки материализовался рядом в ту же секунду, наверняка потратив на это телепортацию. Очевидно, и ему тоже пришел такой код. – Фестиваль любви подразумевает, конечно, немного иную трактовку, но мне нравится ход твоих мыслей, Кэп. Кроссбоунс широко улыбнулся, чуть ли не впервые за всё своё пребывание в сети. Брок предвкушал – на колесе обозрения они ещё этого не делали, к тому же, была у него она рисковая идея, подбить на которую он мог сто процентов Баки, а они вместе уже уговорят и Стива. На колесо стояла большая очередь, но используя всё те же читы – это не честно, Баки! – они пробились в самое начало. На пропуске стоял дружелюбный бот с эмблемой фестиваля. Он с улыбкой выдал им значки в форме сердечка, меняющие цвет каждые десять секунд и пояснил, что прокатиться бесплатно можно только один раз, и значок – свидетельство проката. Его нельзя откреплять и уничтожать, так как за это полагался штраф. Просканировав бота, Брок обнаружил прекрасное записывающее устройство в его глазу. И неважно. Главное - никаких ограничений на происходящее в кабинке озвучено не было. Все трое прикрепили значки. Смотрелись они при этом довольно комично, но Баки, например, искренне радовался подарку и пообещал носить его и поверх своей угольно-черной тактической формы, а Стив посетовал, что нельзя будет переместить значок и в реал, на память. Солдат сделал как-то так, что они прошли в зону ожидания кабинки только втроём, и никто не стал возмущаться. Кросс не заметил никаких кодов – наверное, габариты трёх довольно агрессивных на вид аватаров дали понять остальным, что они просто не влезут вместе с ними в замкнутое пространство. Предвкушение разливалось по венам Кроссбоунса импульсами тока, Брока в реальности тоже потряхивало. И когда они уже видели свою кабинку, приближающуюся сверху, когда все трое уже были на взводе, он протянул, нарочито сладко растягивая голос: – А что, если мы наслоим реальность на проекцию? К черту аватаров, хочу вас двоих. Фестиваль любви это или что?