Вторая пуговка от пиджака

Дазай Осаму — выпускник в этом году и это осознаётся не то чтобы тяжело, даже наоборот - из его параллели, он явно реагирует спокойнее всех. Школа мало что дала ему, если уж быть откровенным, от того и остаётся лишь порадоваться выпуску из нее на пару с учителями, которые, не скрывая своего отношения, дружно говорят о том, что школа наконец сможет вздохнуть спокойно с его уходом. Осаму собирается специально надеть на себя что-то выбивающееся из однотонной формы выпускников, посмеявшись напоследок: тот же его излюбленный плащ явно был отличным вариантом, но получив сообщение от одного конкретного человека, в последний момент решает изменить своим планам. Мори провожает его удивлённым взглядом, а на выходе улыбается, похлопывая по плечу, и обнимает на последок. Слышать: “Я так горжусь тобой и люблю, старайся не забывать об этом." и добавочное, с хитрецой в голосе: “Да кстати, потрясающе выглядишь!„ - неожиданно приятно, до мелких мурашек по коже. Он тоже любит этого мужчину, как ни крути, а с дядей ему все же невероятно повезло.                                           ☘️ Идя к школе, он не ожидает ничего особенного, любуется цветением сакуры и позволяет себе лёгкие смешки, наблюдая за тем, как лепестки облепляют спешащих по своим делам людей. На улице хорошая погода и даже нет желания убиваться со скуки, лишь приятное спокойствие в теле и на душе. На школьном дворе народу собралось много, и Дазай остаётся стоять поближе к калитке, не желая вливаться в эту толпу. Многие плачут или обнимаются, есть и те, кто умудряются совмещать оба действия. Он видит и то, как его одноклассники стоят недалеко, разбившись по кучкам: кто-то просит расписаться у него в бумагах, наверняка на память, кто-то шепчется и громко смеётся, бурно радуясь, что прошла пора экзаменов, да и закончилась вся школьная эпоха, а кто-то присел на калитку и листает ленту телефона, предпочитая занять себя чем-то в одиночестве. Осаму не имеет привязанностей к своему классу, как и они к нему, не считая разве что парочку вечных исключений из правил. Люди предпочитают его избегать, остерегаться, мало кто решается подойти. Из-за этого, тот факт, что сейчас к нему движется стайка девушек, можно относить к ряду фантастических, возможно, с заявкой на паранормальное. Он даже немного саркастично приподнимает брови, когда видит что они останавливаются в паре метров, а девчонка по центру начинает мешкать и смущённо кидать взгляды на подружек. Ох уж эти негласные традиции признаваться в своих чувствах одновременно с важными событиями. Когда блондинка с яркими бантами на голове все же подходит, у него как раз готова речь, чтобы смягчить удар по хрупкому сердечку незнакомки, и не заставить никого реветь в, вероятно, особенный день. – Э-э, Дазай, здравствуй. Я так долго не решалась подойти к тебе, но– Знаешь, не мог бы ты подарить мне вторую пуговицу своего пиджака? - выговаривает скороговоркой и замолкает, заливаясь румянцем. Секунду назад уже выстроивший всю цепочку разговора парень, резко подвисает, в попытках понять, а правильно ли он расслышал собеседницу. Чего вообще? Девушке что, резко понадобилось подшить свою форму, от того, борясь со смущением она подошла к нему? Неужели не нашлось совсем никакого другого, более разумного, решения? Окончательно потерявшись от тишины в ответ и сделав свои выводы, блондинка резко мотает головой из стороны в сторону, бормочет нечто неразборчивое и бросается куда-то в сторону, убегая прочь. Осаму остается лишь недоуменно моргать ей вслед и забивать свою голову догадками. Мелькает мысль, что давно его что-то так по простому не удивляло, даже если и такая мелочь, оставляя после себя привкус недопонимания произошедшего. Постепенно, все потянулись внутрь, чтобы спокойно занять свои места в зале, не сталкиваясь с толкучкой и руганью. За пять минут до начала, заходит и Дазай, аккуратно пристраиваясь сбоку. Не то чтобы он расстраивается или переживает, нет, но отсутствие одной весьма заметной макушки явно удивляет во второй раз за день. И возможно, только возможно, начинает немного беспокоить. Глаза бегают по залу, но так и не обнаруживают пропажу. Слушать директора отпадает всякое последнее желание, а мысленно уже выстраивается план мести, с подробно описанными пытками щекоткой и особо глупыми шуточками. Ну кто же знал, что приводить в действие месть и вовсе не придётся.                                           ☘️ Никто не ожидает, что посреди церемонии вручения дипломов, кто-то влетит в зал и практически подлетит к сцене, где выдают аттестаты. Как раз красные, как раз те самые, ради которых было вложено столько сил учеников, в том числе и новоприбывшего. Стоит директору произнести всего два слова, как глаза Осаму приковываются к сцене. "Накахара Чуя" Рыжеволосый парень, стоит в пиджаке, отчего-то застегнутом всего на одну пуговицу, на небольших каблуках, со своими, выделяющимися и за километр, рыжими кудрями, раскрасневшимися щеками и чёртовой шляпой на голове. Шляпой и аттестатом, заполненным высшими отметками. На Чую откровенно пялятся, директор кидает осуждающий взгляд, на что сам выпускник лишь растягивает свои губы в нахальную ухмылку, гордо занимая свое место на сцене и ни капельки не смущаясь. Он уверен в сегодняшнем вечере, в себе и в своем положении сейчас. Дазай впервые за год радуется тому, что решил не забивать на оценки окончательно, и теперь спокойно может выйти на сцену к этой рыжей бестии, но только уже за своим аттестатом. Позже они увидят на фотографиях, что на этой линейке они стояли двумя, скаляще улыбающимися, придурками, которые были рады окончанию этого года, лету, цветущей сакуре и друг другу.                                           ☘️ Но в настоящем же, сразу после окончания официальной церемонии и прощания с учителями, их отправят на задний двор, разрешив там побыть столько времени, сколько им потребуется в последний вечер. Девочки радостно разулыбаются, и побегут включать музыку для танца вальса, поставленного по их личной инициативе. Парни принесут и откроют вина и где-то раздобытого саккэ, вряд-ли сегодня им кто-то сможет хоть что-то запретить. А Осаму вновь потеряет одного маленького, но очень эффектного человека из виду. – Чиби, вот ты где! Ещё немного, и я решу что ты выбрал целью на сегодняшний день – избегать меня. Это совсем нечестно!! Сначала не приходишь на вступительную часть, и я в одиночестве и полной скуке выслушиваю речи старика этой школы, потом сбегаешь, только появившись, и прячешься под деревом, когда все танцуют, а я! Я снова вынужден быть один-одиношенек, умоляю, сжалься надо мной. – Балда ты, 'Саму. - окинув высокомерным взглядом его, а затем и местность вокруг них, говорит Накахара, смягчая тон к концу. – Выглядешь конечно вау, всегда бы так. Учителя наверняка и не знали, что у тебя есть школьная форма. Или ты специально, все же решил удивить их напоследок? – Мм, а это и не моя. Пиджак вот, моего отца. А штаны куплены им же, ровно вчера вечером, перед закрытием последнего магазина! - закатив глаза, от услышанной информации, Чуя мысленно отмечает тот факт, насколько же Мори-сан терпеливый и потрясающий. – а что на счёт причины. Не поверишь, но мне обещали танец. – О, как смело с чьей-то стороны соглашаться на танец с тобой. И безрассудно, либо, человеку совсем себя не жаль, либо он мазохист, готовый пожертвовать пальцами ног на благое дело!! – Да-да, Чиби, именно так. Если правильно растолковать всю твою речь, то это что ж, благотворительность в чистом виде выходит? - наступая, игриво тянет, с нотками сарказма, Дазай. – Мг. Или жалость. Ну, нельзя и убирать возможность того, что ты заставил этого человека насильно, от тебя было бы неудивительно, даром что почти студент, ведёшь себя как большой ребенок. Ну так что, какой вариант более верный? Осаму ухмыляется и закусывает уголок губы, оперевшись наконец о дерево, расставив руки по бокам от тела собеседника, и заключив того в кольцо. Наклонившись почти в плотную, он шепчет последнюю фразу в этом разговоре: – Кажется, ты лучше меня знаешь ответ. Но если хочешь знать мое мнение, то я склонен верить, что этот танец обещан мне от большой любви, и совсем капельку на решение моего прекрасного партнёра повлиял наш шуточный спор, который он, между прочим, продул. И ещё меньше, чем прошлую капельку, на него повлияли мои слова что танец - это интимно, вряд-ли он запомнил мое желание станцевать с кем-то близким, кому я мог бы доверять. Чуя лишь цокает, неотрывно смотря в глаза напротив, и не успевает сказать и слова, так как стоит ему приоткрыть рот, как в него вгрызаются голодным поцелуем чужие губы. Они целуются долго, мокро, покусывают губы до ранок, тут же зализывая их, сталкиваясь языками, забирая друг у друга весь кислород, и выбивая всякую почву из под ног. Они упиваются друг другом, не желая никак отпускать, терять хоть мгновение вдали друг от друга, и прижимая лишь ближе, сильнее. Приходят в себя - оба на земле, раскрасневшиеся, потрёпанные, в попытках наполнить легкие воздухом, и при этом не сорваться в объятия друг друга вновь. – Т-твой внешний вид, - быстрый вдох, – он великолепен. Кто-то из нас все же должен был нарушить к черту этот дресс код, но что по пиджаку? Новая фишка? Или тоже решил отобрать у кого-то из родни? Чуя замирает на мгновение, поднимает свои невыносимо-голубые глаза к его темным и пустым, и прищурившись, пару мгновений в них что-то ищет, а отыскав, срывается лихорадочно обыскивать карманы. – Чиби? – Цыц, 'Саму. Вообще-то, сейчас я сделаю кое-что важное, но если ты рассмеешься, я клянусь!! Ты останешься не то что без танца, ты останешься и без парня в один момент. Тебе же лучше сдержать в себе любые порывы и свои низкие шуточки. И закончив говорить, рыжий парень быстро вкладывает что-то круглое в всегда забинотованные руки другого подростка. – Чу? Ты только не злись, хорошо? Но.. э, что это? Пуговица от нашей формы? - Дазай неуверенно вращает в своих пальцах маленькую пуговичку, из-за всех сил пытаясь сообразить к чему это было сделано. Глаза его рыжика опасно сужаются, но быстро перестают дотошно изучать его, становясь немного.. растерянными. – Черт, 'Саму, только не говори что ты этого не знаешь? - на неуверенный положительный кивок, Чуя готов был зарычать от неловкости и досады, ударившись головой о собственные колени. – ты знаешь столько всего, про всё и обо всём, но черт возьми, ты никогда не слышал именно об этом?! Спустя пару минут, он все же поднимает себя из своеобразного укрытия и говорит: – Это не просто пуговица. Она вторая, и та самая, которую ты сегодня не досчитался на моем пиджаке. Существует традиция. Согласно ей, на школьном выпускном можно подарить вторую пуговицу пиджака своей школьной формы человеку, который нравится. И не знаю, но я почему-то подумал, что раз именно ты поцеловал меня в первый раз, раз ты пригласил меня на танец, и раз, именно ты, черт возьми, постоянно говоришь о том, как сильно любишь, то я смогу сделать хоть это. Но вышло– Совсем глупо, да? – Чу-у. Вышло замечательно. Даже не верится, что я отхватил себе такого парня романтика. Так ты именно по этому выглядишь весь вечер так, будто тебя уже успели раздеть? Потому что ты срезал эту чёртову пуговицу мне? - кивок в ответ, пусть и со стыдливо отведенными вбок глазами, воодушевляет неимоверно, и Дазай клянётся себе выучить эти гребаные японские традиции, чтобы в следующий раз, обязательно, сделать ответный сюрприз. – Я люблю тебя, Чиби. Спасибо, за этот выпускной, и за то, что выбираешь каждый раз меня. – Не зазнавайся, шпала. - и чуть тише, но почти сразу же звучит, – я тебя тоже. Тоже люблю. Давай пойдем вместе и дальше, но сначала ты все же научишь меня танцевать этот вальс, на который я всё же успел подписаться. – С удовольствием.