Солнечное сплетение

Это был глубокий вечер. Примерно 21:00. В это время в Италии уже вовсю жители ужинают. Кто-то в одиночестве, а кто-то с друзьями или семьёй, в ресторане или дома. В общем, вечером жизнь кипит вовсю. И один мальчик по имени Наранча Гирга тоже хочет есть. Он уже как несколько лет существует как без постоянного места жительства. Его мама умерла, а отцу и вовсе стало наплевать на собственного ребёнка. Поэтому Наранче и приходится выживать вне своего родного дома. Пару раз он просился переночевать у своих знакомых и друзей, но большую часть времени он проводит на улице. В общем, жизнь не сахар, но старается хоть как-то выживать. Если его встретить на своём пути, то можно подумать, что он всего навсего простой ребёнок. Какой-то сорванец, таких полно. Но была одна тайна, которую он никому не рассказывал, кроме тех, кто были такими же, как и он... Наранча вампир. Но не совсем тот, которых привыкли видеть в медиа. Вместо чьей-либо крови он питается фруктами и овощами, утоляя голод их соком, и вовсе не боится солнца. Он наоборот рад целыми днями весной и летом гулять в светлое время суток и наслаждаться теплом. Кстати, а как он получает еду? Ну, его настоящая форма это летучая лисица небольшого размера. Поэтому он часто превращается в летучку, чтобы безнаказанно воровать фрукты с овощами или выпрашивать их. Ведь как отказать и не покормить щеночка с крыльями? Тем более, что его можно ещё и погладить. Сегодня Гирге на ужин хотелось помидоров. Он подошёл к одному из прилавков с овощами и заметил, что владелец по какой-то причине отсутствует. А раз так, то можно в человеческом обличьи набрать побольше еды, в лапах не унесёшь много. Как только мальчику казалось, что всё идёт как по маслу, он начал уходить с ворованными помидорами. И тут его заметил владелец лавки, который в тот момент просто отошёл за ящиками с новыми овощами. Мужчина тут же начал преследовать брюнета, дабы всыпать ему как следует и заставить заплатить за ворованную еду даже больше, чем если бы он купил. Наранче же в какой-то момент удалось свернуть за угол какого-то дома и в один момент обратиться летучей лисой. При этом пришлось, к сожалению, побросать все овощи, но в тот момент надо было спасать свою шкуру, а не думать о еде. И он даже не подозревал о том, что в полёте случайно врезался в какого-то пса. Собака этого, конечно же, не оценила и напала на летучку. Гирге удалось кое-как вырваться из хватки и всё же улететь, правда, с повреждённым крылом. Парень не знал, сколько летел. Силы из-за ран были на исходе. И в этот момент, как ему показалось, была открыта балконная дверь чьей-то квартиры. Он подумал, что это шанс, он сейчас залетит в квартиру хотя бы для отдыха. И вот с последним рывком он летит… И шмякается об стекло. Дверь была закрыта. Наранча издал болезненный писк и упал на балконный пол, потеряв сознание. Кто ж знал, что это событие изменит его жизнь навсегда… С наступлением восьми часов вечера, Бруно Буччеллати, захватив все свои вещи, оделся и вышел из своей небольшой антикварной лавки, закрывая её на ключ и оставляя рабочее место до следующего дня. После восьми часов изучения рукописей и проверки их на достоверность, Бруно определённо требовалось отдохнуть. Его работа не была для него особо трудной, и делал он её всегда с удовольствием, но порой и от любимого дела можно устать. Что сейчас и произошло с молодым человеком, всё же единолично выполнять всю работу — энергозатратно. По дороге домой Буччеллати решил, что было бы неплохо себя порадовать чем-то вкусным на ужин и его выбор пал на пасту с помидорами. Какое-то время походив по местному гастроному, испытав муки выбора и, наконец, купив помидоры, он наконец вернулся домой. Быстро приняв душ и надев домашний халат, Буччеллати принялся готовить ужин, только начав нарезать помидоры. Примерно в тот момент он и услышал странный звук, будто что-то звонко ударилось о его балконную дверь, поэтому он решил удостовериться в том, что ни одна его рассада не пострадала. Открыв дверь и ступив на балкон, он не обнаружил ничего странного, кроме маленького существа, лежащего там на полу. Буччеллати осторожно поднял животное и удивился, что оно умещается у него на ладони. С виду существо напоминало лису, но наличие у неё крыльев вводило молодого человека в ступор. Как бы то ни было, не зря ведь он владеет антикварной лавкой, в его подсобке очень много книг и наверняка, поискав где-то там, он что-нибудь да найдёт. Отбросив размышления о природе происхождения этого создания, Бруно понял, что ему нужна помощь, а из его ран ещё течёт кровь. Быстро зайдя в дом, Буччеллати нашел аптечку и отработал ему раны совсем как человеку, попавшему в беду. Честно говоря, Буччеллати не имел никакого опыта в отношении животных, поэтому очень надеялся, что сделал всё правильно. Найдя широкую подушку и полотенце, Бруно смастерил импровизированную лежанку для этого создания, после чего осторожно переместил его туда. Он уже и думать забыл и об ужине и о помидорах, ожидая, когда лисица придёт в себя. Первое, что ощутил Наранча, когда очнулся, так это боль в теле. Она не была такой уж и сильной, но всё равно дискомфортно, особенно в повреждённом крыле. Когда он открыл глаза, то ему сначала показалось, что уже утро, так как было светло. Неужели он столько времени провалялся без сознания, что уже взошло солнце? Но потом он осознал, что находится в помещении. Юноша подумал, что каким-то образом всё же попал в квартиру, хоть он и не помнит, как это было. Но когда зрение полностью прояснилось, то Гирга увидел перед собой неизвестного человека. На вид тому было 20 с чем-то лет, среднего роста и с тёмными волосами с каре. Вполне себе ничего на вид. Наранча сразу же понял, что именно этот мужчина и спас его. Парень и до этого имел дело с людьми, но за последние пару лет никто из них не помогал так сильно, как этот незнакомец. Почему-то на подсознательном уровне возникло чувство, что ему можно доверять. Заметив, что ночной гость проснулся, Бруно посмотрел на него и подошёл ближе. Он был похож на маленькую лисицу больше, чем на летучую мышь, поэтому Буччеллати нужно было найти побольше информации о том, как за ним ухаживать. Мальчик же хотел было что-то сказать, но он вспомнил, что не должен выдавать себя, что он вампир, и решил прикинуться реальной летучей мышью. Он состроил щенячьи глаза и что-то пропищал, давая понять, что ему действительно нужна помощь и лечение. И молодому человеку и вправду показалось, что дикому зверьку нужна помощь, поэтому он решил её оказать. Он осторожно одним пальцем погладил его по голове, боясь навредить лишним неосторожным движением. Прикосновения незнакомца были довольно приятными. Но это ожидаемо, мужчина как и на вид был дружелюбен, так и по голосу. А это точно значило, что ему определённо можно довериться. После этого мужчина отошёл к холодильнику и философски произнёс: — Я слышал, что летучие мыши едят насекомых, но, увы, я ваших вкусовых предпочтений не разделяю. Ты не против обойтись помидорами сегодня? Спагетти — неподходящая для тебя еда, а помидоры вполне могут сойти, что думаешь, друг? — Бруно улыбнулся, хоть и понимал, что ответа не последует, а после продолжил свой монолог: — Завтра я куплю тебе что-то более подходящее, — после чего он мелко нарезал помидоры и положил их на блюдце, которое поставил перед летучей мышью, надеясь, что она будет это есть. Когда перед Наранчей оказалась тарелка с помидорами, он пододвинулся к ней ближе. Летун понюхал овощи. Пахло свежими помидорами, совсем неядовитыми. Нередко, к сожалению, такое бывало, что бездомных и диких животных подкармливали чем-то, куда была подмешана отрава. Неизвестно, конечно, какие цели преследовали такие люди, но Гирга в этом плане старался всегда быть осторожным, когда ему в форме летучей лисы предлагали что-то поесть. Убедившись, что помидоры безопасны, мальчик принялся их есть. Было довольно интересно наблюдать за тем, как он помогал себе уцелевшей ногой-лапой. В природе такие лапы выполняли ещё и функцию руки, когда на одной лапе зверёк висит на ветке, а другой держит спелый фрукт, чтобы тот не упал. На вкус томаты оказались сладкими и едва кислыми, идеально. В плане еды вечер точно удался. Пока зверёк поедал помидоры, Бруно обыскал свой дом на предмет книг по биологии. Неудивительно, что у антикварщика есть полно всякого хлама дома, но всё-таки порядок в этом деле какой-никакой присутствует, что уже хорошо. Он сел искать что-то о летучих мышах, о том как ухаживать за ними и что нужно для их содержания. На поиск и прочтение информации ушло около двух часов. Ужин давно остыл, а уставший Бруно наконец знал, как ему обращаться со зверьком. Поев, Наранча откинулся обратно на спину, благодарно смотря на своего спасителя. Была бы возможность, он вы словесно ответил, но раскрывать все карты было опасно. Неизвестно, как тот отреагирует на то, что перед ним вампир, так что лучше действовать осторожно. Гирга лишь издал писк, надеясь, что мужчина поймёт, что зверьку понравилось. Буччеллати снова подошёл к нему, осторожно поглаживая того по голове. Ему было очень одиноко в обычной жизни, поэтому появление питомца скрасило её. Узнав много новой информации, он теперь понимал, что такие лисицы любят фрукты и мёд, а так же им хорошо в темноте и тепло. Комната Бруно хорошо отапливалась, а свет был приглушён, поэтому с этим проблем не было, а вот фрукты ему следовало купить. По-хорошему нужна была клетка или гнездо, но с этим мужчина решил разобраться завтра после работы. Поэтому сейчас он просто сидел и радовался тому, что ему больше не одиноко, хотя понимал, что есть вероятность того, что зверька придется отпустить, когда он отправится, это нагоняло тоску на молодого человека. Как бы то ни было, так он и уснул, сидя за столом, на котором в импровизированной лежанке сидел его новый питомец. Наранча же был очень рад тому, что за ним ухаживают. В принципе он даже и не был против подольше побыть в такой форме и даже стать питомцем для этого мужчины. Если бы ещё и ран не было, то вообще идеально. Есть временный дом, есть еда и человек, который о нём заботится. Что ещё для счастья надо? Вскоре и сам Гирга заснул, чувствуя спокойствие на душе. Настало утро. Солнце уже как пару часов взошло, чьи лучи проникали в комнату и освещали её, а также попадали на стол. Проснувшись утром от боли в спине, Бруно с прискорбием осознал, что заснул в сидячем положении и такую боль должен будет терпеть чуть ли не весь оставшийся день. Только после этого он посмотрел на лежанку и не обнаружил зверька. Неужели тот куда-то улетел? Но повернув немного голову, Буччеллати ошарашенно отшатнулся и случайно упал со стула. Послышался грохот, звук сломанного стула (у антикварщика и мебель была антикварной). Поднявшись с пола и потерев ушибленный бок и затылок, Буччеллати осознал, что, кажется, стул не подлежит ремонту, но эта проблема была не первостепенной. На месте летучей лисицы оказался… мальчик. Да, какой-то мальчик спал прямо на столе. На вид тому в районе 15-17, если не младше, с чёрными растрёпанными волосами и загорелой кожей. Также можно было заметить, что он довольно низкий. Похоже, что Наранча во сне бессознательно вернулся в человеческий облик, что иногда случалось, когда он спал. И в этот момент он и вовсе не осознавал, что произошло и продолжал спокойно спать. На звук грохота какой-то мебели он слегка завозился во сне. Похоже, что это побеспокоило его сон. Но он почти сразу же расслабился и продолжил снова спать. Единственное, о чём думал Буччеллати, так это о том — как этот мальчишка оказался здесь. Мужчина не знал стоит ли его будить, но всё же аккуратно потряс его за плечо. Почувствовав, что что-то коснулось плеча, мальчик всеми силами не хотел просыпаться. Всё же прошлым вечером он знатно поранился, так что заслужил отдых. — Ммм… Ещё пару минут… — сонно пробормотал юноша, ощупывая рукой перед собой, вероятно, он искал одеяло или что-то вроде того. Но через пару минут ему всё же пришлось открыть глаза. Он почему-то спал на какой-то твёрдой поверхности, что резко контрастировало с лежанкой, которую ему сделал до этого его спаситель. Открыв глаза и едва отойдя ото сна, парень понял, что он лежит на столе. Так вот, почему так неудобно было. Наранча зевнул, потирая уцелевшей рукой глаза. Рука… Внезапно он осознал, что прямо сейчас в своём человеческом облике, а не летучая лиса, как до этого. Это бы нисколько его не удивило, ведь нередки были те случаи, когда он перевоплощался прямо во сне. Но сейчас другой случай. Сейчас на него в шоке смотрит тот самый мужчина, который вчера вечером его спас, накормил и подлечил. Юноша удивлённо вытаращил глаза, поняв, что он спалился. Надо было хотя бы всё же ответить. Наверняка сейчас человек будет задавать кучу вопросов по типу «как ты попал сюда?», «кто ты такой?» и тд. Но сам мальчик слегка растерялся, не зная, что и сказать. — Эээээ… Доброе утро?.. Буччеллати удивлённо хлопал глазами, пытаясь понять, что происходит в этом доме. Мальчишка выглядел подозрительно похожим на ту лисицу, но мысли о нечисти Бруно отмёл и пытался найти происходящему чисто логическое объяснение, которого всё равно у него не было. И сегодня Буччеллати решил попасть в рейтинг самых умных людей мира, потому что следующим, что он сказал, было: — Ну… как спалось? — браво, сеньор. — Нууу… Хорошо спал, спасибо, — и настало неловкое молчание. Мальчик не знал, что ещё ответить. Выдавать себя ещё больше и говорить напрямую, что является вампиром, пожалуй, самое опасное решение, которое в данный момент не стоит совершить. Тот человек может вовсе перепугаться или чего похуже. Буччеллати видел растерянность мальчика и сам был в таком же шоке, хлопая глазами и оглядывая гостя. Лишь спустя пару минут у него повернулся язык сказать: — Слушай, как ты здесь оказался? Я вижу, что ты растерян, как и я, наверняка это какое-то странное недоразумение. И всё же как-то надо было объяснить произошедшее. Наранча почесал затылок, думая, как ему изъясниться. — Эээээ… Я не знаю, как сказать, но… — начал юноша. — Т-только не пугайся, хорошо? Да, я у тебя тут со вчерашнего вечера… Н-но я не сделаю тебе ничего плохого, клянусь! Мне просто нужно лечение и место для ночёвки, вот… Я не кусаюсь, честно! И парень снова замолчал. Конечно, хотелось надеяться, что мужчина не начнёт сейчас паниковать и не предпримет какие-либо меры. В любой другой ситуации он просто мог бы сейчас убежать или превратиться обратно в летучку и улететь, но с ранами сделать это будет сложно. Буччеллати, услышав изъяснения мальчика, тихо вздохнул, нашёл баночку валерьянки принял её, чтобы успокоиться и прийти в себя. Значит его самые странные предположения оправдались — мальчишка действительно оказался вампиром. Буччеллати сел на край кровати, задумавшись на какое-то время, а после сказал: — Ты ведь вампир, да? Тебе нужно пить чужую кровь, чтобы жить, верно? Наранча на секунду даже забыл, как дышать, когда Буччеллати наконец произнёс то слово, которым не хотелось себя называть. Он ждал наихудшего исхода. Но, похоже, что ему всё же попался на редкость неконфликтный человек. При слове «кровь» мальчик и вовсе кашлянул. Конечно, мужчина первоначально подумал именно о тех вампирах, которые питаются чужой кровью. Но юноша был далёк от тех, которых чаще всего вспоминают. — Всё не так, как ты думаешь… — вновь начал брюнет, стараясь осторожно говорить. — В смысле, я вообще кровь не пью! И даже мясо не ем! Я ем только фрукты и овощи, вот! С этим никаких проблем! Снова повисло неловкое молчание. Посидев ещё немного, Бруно вынес вердикт: — Хорошо, можешь остаться у меня на какое-то время, с тем условием, что не убьёшь меня. Где ты живёшь? — уже более спокойно спросил Буччеллати, глядя на мальчика. И мальчишка снова замялся, думая, как ответить уже насчёт места жительства. Нужно ли было говорить, что он практически бомж и последний раз ночевал у кого-либо примерно месяц назад? Он думал-думал, да и выдал сразу. Это не так страшнее, как признание в том, что он вампир. — Ну… Нигде? Улицу же вряд ли можно домом назвать? Мужчина внимательно выслушал мальчика и задумался. Он посмотрел на него, похлопал глазами, а после всё же принял решение и сказал: — Хорошо, я поверю тебе на слово, но если подорвёшь моё доверие — тебе не будет места в этом доме. Но если ты говоришь правду — оставайся у меня, хорошо? — после чего Буччеллати всё-таки поднялся и ещё раз осмотрел его раны, внимательно изучив их. Наранча выдохнул с облегчением, когда ему разрешили остаться. Хоть и опасность миновала, он всё равно понимал, что нужно быть осторожным и вести себя прилично. — Спасибо большое! Я буду послушным, честно! — ответил мальчик, не раздумывая. — Не за что. Идём, — сказал мужчина. — Нужно ещё раз обработать твои раны и по-хорошему перевязать их. А хотя, сперва сходи в душ, уверен на улице таких удобств нет, поэтому лучше тебе сходить помыться. Одежду кинь в корзину, я постираю, а тебе сейчас что-нибудь подыщу. Найти одежду было той ещё задачей, потому что Наранча был гораздо меньше Буччеллати. Тем не менее, мужчина нашёл свою старую футболку с глупым принтом с котами и старые шорты в крапинку. Хоть выглядело это сочетание странно, но вещи были чистыми и по размеру Наранче. Беря одежду, юноша окинул её взглядом на пару секунд. Сочетание, конечно, слегка нелепое, но что поделать. Надо радоваться хотя бы тому, что разрешили остаться, а не выкинули обратно на улицу. Хотя на самом деле он и не считал эту одежду какой-то дурацкой. — Принимай ванную, пользоваться можешь всем, что найдёшь, а я пока что схожу в магазин, куплю тебе фруктов и зубную щётку, — отдав одежду, сказал мужчина, после чего ушёл. Когда же Бруно ушёл в магазин, мальчик собирался идти в ванную. Но, пройдя мимо балкона, он не выдержал и решил выйти на него. Его встретил лёгкий утренний ветерок и тёплые лучи солнца, мягко ложившиеся на кожу и будто ласкающие её. Большую часть своей жизни Гирга провёл под солнцем. И дело не в том, что он до этого жил на улице. Если для каких-то вампиров солнечный свет смертельный, то для юноши всё наоборот. Ультрафиолет был жизненно необходимым для здоровой жизни. И больше всего его, конечно же, было в солнце. Лишить парня возможности получать ультрафиолет сравнимо с жестокой пыткой, которую пережить он не сможет. Наранча вытянул уцелевшую руку, смотря на то, как солнечные лучи падали на неё, как тёплое одеяло. Хорошо было бы после завтрака попросить своего спасителя выйти на улицу и прогуляться. Кстати, о нём. Через какое-то время Гирга резко услышал щелчок входной двери. Стало понятно, что Буччеллати уже вернулся. Мальчик быстро вышел с балкона, закрыл за собой дверь, ведущую туда, и мигом направился в ванную. И успел как раз вовремя. Он быстро снял с себя одежду, кинул в корзину рядом со стиральной машиной и залез в душевую кабину. Мыться с ранами на теле, конечно, было довольно дискомфортно, но что поделать. Это всяко лучше, чем ходить грязным и неопрятным. Вернувшись домой, Буччеллати принялся за приготовление завтрака. Он решил сварить кашу и добавить в неё фрукты, что было вполне оптимальным завтраком для них обоих, и именно поэтому он приступил к готовке. Сварив овсяную кашу, добавив туда клубнику и банан, он поставил тарелки на стол и стал дожидаться своего гостя. Когда тот вышел из ванной, первым делом Буччеллати взял аптечку и, усадив мальчика на стул, начал обрабатывать ему раны. Во время обработки ран мальчик старался изо всех сил терпеть и не шикать. К счастью, повреждения не были такими уж и колоссальными, но неприятные ощущения всё равно возникали. Это ещё повезло, что пострадала лишь верхняя часть тела, ниже живота всё вообще было цело. Эта процедура не продлилась долго, чему брюнет был рад. — Завтрак на столе, — сказал мужчина, закончив. — Будешь чай или кофе? В твоём состоянии, конечно, лучше уж чай, чтобы быстрее окреп. И Таким же будничным тоном Бруно добавил: — Кстати, я так и не представился. Меня зовут Бруно Буччеллати, а тебя как зовут? — спросил мужчина и повернулся к гостю. — Я… Я Наранча Гирга. Рад знакомству! — парень улыбнулся в ответ. — Я буду чай! Кофе ему действительно не требовался, так как взбодрился ещё при контакте с солнцем, а окончательно под душем. — И мне приятно познакомиться, Наранча, — тепло улыбнулся мужчина и принялся готовить гостю чай, а себе кофе. В конце концов они сели вдвоём завтракать. Наранча и даже позабыл как-то, каково это завтракать в компании кого-то. Тем более с человеком. В воздухе витал аромат чего-то молочного и свежих фруктов. Можно было подумать, что оба запаха исходили от каши, но второе также было и от Наранчи. Он от природы пахнет фруктами. И не просто смесью каких-либо, а у него был свой конкретный запах. И пахло от него апельсинами, по большей части сладкими. Этот запах, конечно, можно было ощутить Бруно, только если он находился очень рядом с Гиргой, так как люди не могли по большей части распознавать запахи вампиров. Буччеллати хоть и заметил, что от Наранчи пахло апельсинами, но он предполагал, что дело в каком-нибудь геле для душа, хотя не помнил, чтобы у него было что-то с запахом апельсина, тем не менее, это было неважно. Овсянка и молоко, конечно, никакого эффекта на Наранчу не оказали, как и другая подобная людская еда. Но фрукты, добавленные в кашу, всё равно принесли чувство сытости. — Так вкусно! — сказал мальчик во время завтрака. — Не помню, когда я последний раз ел что-то, кроме фруктов и овощей, но мне нравится! — Я рад, что тебе нравится. Тогда сегодня останусь дома и сварю что-нибудь на обед и на ужин, а то обычно у меня совсем есть нечего, — сказал Буччеллати, на самом деле очень радуясь, что теперь у него есть тот, о ком можно заботиться. — Расскажешь немного о себе? — когда оба парня съели кашу, Буччеллати поставил на стол небольшую корзинку с конфетами, а после налил мальчику ещё чая и сел напротив него. — Нуу… Я… Эээ… — мальчик замялся, глотнув чай. А что ему было рассказывать о себе? То, что он практически сирота? Или как он выживал на улице? На чём-то плохом сосредотачиваться не хотелось, так что парень продолжил дальше думать. — Ну… Я люблю апельсины… И гулять, когда солнечно… И загорать… Глотнув ещё раз чай, Наранча понял, что там есть какая-то фруктовая нотка. Но он после этого сходу определил, что это лишь ароматизатор и не более. Его фруктово-овощная «диета» привела к тому, что он умеет отличать в еде с первых секунд, есть ли там натуральные фрукты или нет. Хоть и его каждый раз раздражало, когда вместо ожидаемого вкуса попадался какой-то ароматизатор, на чай он не жаловался. — О, я как раз купил апельсинов, будешь? — Буччеллати достал из уже другой корзинки нужные фрукты и протянул их Наранче. — Да, буду!.. Ой, у меня же через пару месяцев день рождения! — Наранча внезапно вспомнил. — Эээ… Вроде, мне исполнится 28 лет или типа того. В ответ же Гирга получил удивлённый взгляд. И в следующую секунду мужчина подавился кофе, услышав возраст собеседника. — Сколько-сколько тебе? — переспросил Бруно, с трудом откашлявшись. — Что? Что-то не так? Я не ошибся, наверное… Мне реально столько будет. — То есть ты младше меня всего на год? — Бруно выглядел удивлённым, глядя на совсем маленького на вид мальчика, сидящего напротив него. — В смысле? Ты почти моего возраста? — удивлённо произнёс Наранча, беря в руки один из апельсинов. — Вау… Типа… Я реально не думал. Для своих 28 ты как-то старовато выглядишь. Мальчик не удержался и засмеялся. Он хоть и знал, что возраста вампиров и людей по-другому работают, но всё равно забавно получилось. А вообще он и сам не до конца понимал, почему люди быстро стареют. — Был бы ты вампиром, я бы подумал, что тебе вообще 50 или типа того. Не в обиду, если что! Просто люди бывают странноватые какие-то. Буччеллати возмущённо вскинул брови, услышав слова мальчика и ответил: — Значит, по-твоему я уже дед? — он сказал скорее в шутку, потому что после этой фразы он добродушно улыбнулся, давая понять, что обид никаких не держит. — Да прямо уж, ты в самом расцвете сил! — хихикнул Гирга, чистя апельсин, а затем положил одну дольку себе в рот. На вкус фрукт оказался по нужной спелости и в идеальном балансе сладости и кислоты. — Моей маме было где-то 55, когда она… ну… умерла… — парень слегка притих. — У неё было что-то с глазом, но так и неизвестно, что это за болезнь была… Ты внешне примерно её возраста. Услышав судьбу матери Наранчи, Бруно посмотрел на него даже с сожалением. Сострадания ему было не занимать и Буччеллати на самом деле часто помогал другим людям и постоянно подкармливал бездомных животных. — Мне жаль, что такое произошло в твоей жизни… У тебя есть ещё кто-то из близких? — Нуу… Эээ… — Наранча вновь замялся. — Кроме папы больше никого… Но он после смерти мамы вообще забил на меня! Как будто я не существую! Не знаю, почему так случилось, но я поэтому и сбежал из дома пару лет назад. Ему всё равно на меня плевать, так что меня даже не искал. К тому моменту он съел уже половину апельсина. Еда помогала от стресса, так что пока мальчик держал себя в руках. — У меня есть пара знакомых, я у них несколько раз ночевал. Но меня никто в дом за последний месяц не пустил! Я же вроде прилично себя веду, может, я просто раздражать стал? Не знаю, короче. Когда же фрукт закончился, парень потянулся за другим. — Так то на улице жить не особо сложно, но зимой вообще пипец! Повезло, что хотя бы в летучую лису превращаюсь, люди обо мне позаботиться могут. Типа, думают, что я животное, которое попало в беду… Ой, кстати! Я тебя как-нибудь потом отблагодарю за спасение и лечение! И за сломанный стул… Бруно очень проникся историей Наранчи, потому что был эмпатом. Ему действительно было жаль мальчика, который остался без родных и близких. Слова просто не шли, потому что сказать в этой ситуации ему было абсолютно нечего. Всё же, подобрав выражения, он сказал: — Не стоит меня благодарить, Наранча. Живи у меня, пока тебе не надоест, хорошо? Я позабочусь о тебе. У меня тоже никого нет и я живу один, а вдвоём нам и повеселее будет, — Буччеллати выглядел серьёзно, но от него так и веяло теплом и добротой. — Ты… ты правда разрешаешь? — Наранча удивлённо и с небольшим недоверием уставился на Бруно. — Ты серьёзно? Реально? Вот так просто? Мальчик и не знал, что ещё больше сказать. Но он чувствовал, что Буччеллати точно не врёт. Пожалуй, это был самый доброжелательный человек, который ему только и встречался. Слёзы сами стали наворачиваться на глаза от радости. Наконец-то у парня был не просто дом, а тот, кому он может поделиться своими переживаниями, эмоциями, да и просто провести время. — Я… С-спасибо большое! Я очень ценю это, правда! Ты… да ты мне жизнь буквально спас… Буччеллати, заметив слёзы Наранчи, встал из-за стола и обнял его, оглаживая его спину в утешающем жесте. — Да, разрешаю, вот так просто. Только давай договоримся разделить дела по дому, хорошо? — сказал Бруно и взглянул на мальчика (он всё ещё не мог назвать его мужчиной, как бы того не хотелось), и огладил его волосы, чтобы он хоть немного успокоился. Буччеллати и сам несколько лет назад остался без семьи и без дома, поэтому пришлось поднимать себя на ноги самостоятельно. Тогда он и открыл небольшую антикварную лавочку, которая начала приносить ему доход в скором времени. Наранча слегка вздрогнул от неожиданности, когда его обняли. Нет, не потому, что для него прикосновения были чем-то неприятным. Просто его так давно не обнимали, что он даже забыл каково это. Каково, когда ощущаешь себя тепло и комфортно в чьих-то руках. Этого так не хватало… — Х-хорошо! Я помогу, чем смогу, обещаю! — и мальчик обнял Бруно в ответ. Казалось, что это были простые объятия. Но для Гирги это был один из самых счастливых моментов в его жизни. Большую её часть он был в одиночестве, так что при каком-либо стрессе приходилось брать себя в руки и терпеть. А тут он может просто взять и выплеснуть всё, что накопилось за это время. Но на деле парень как-то даже и забылся в обнимашках, ему больше не о чем волноваться. Буччеллати же не спешил отпускать Наранчу, так как чувствовал как близко он к нему прижимался и понимал, что для мальчишки эти объятия очень важны. Бруно и сам давно ни с кем не обнимался, так давно, что даже и не помнил когда конкретно это происходило с ним в последний раз. И как бы сильно Буччеллати не строил из себя сильного и независимого, простых объятий ему и правда не хватало. — Ты тёплый… — едва слышно прошептал Гирга, обнимая крепче. — Мне нравится… —Ты тоже. Я раньше думал, что вампиры очень холодные, но ты не такой. Ты слишком солнечный для вампира в привычном понимании его сути, — сказал Буччеллати, не спеша отстраняться от Наранчи. — Так я потому что и провожу большую часть времени под солнцем! — Наранча хихикнул, не отпуская Бруно. — Оно мне реально важно, кстати! Я под ним себя таким бодрым и полным сил чувствую! —Значит я сниму с окон солнцезащитные шторы, — сказал Буччеллати, тоже не стремясь отпускать Наранчу, желая подольше насладиться его объятиями, и доставить удовольствие ему тоже. Гирга же на какое-то время замолчал, будто бы что-то вспоминая. — Но холодные вампиры или что-то типа того реально есть. Я, конечно, не встречал их, но мама мне рассказывала, что существуют вампиры, которые пьют кровь и боятся солнца. А, и ещё, что от них какой-то мертвечиной пахнет. Хотя… Я в каком-то парке вечером однажды что-то такое почуял… Но я надеюсь, мне реально тогда показалось! Мама говорила, что такие вампиры нас не любят и считают какой-то ошибкой, поэтому мне не стоит пересекаться с ними. — В случае их нападения буду защищать тебя посредством пожертвования собственной шкуры, — хихикнул Бруно, на деле было невесело, но это действительно единственное, что он мог предложить. — Но тебе тоже нужно быть осторожным! Вдруг они твоей крови захотят! Я слышал, что большинство из них злющие такие, как собаки… Хотя не хочу это проверять и не буду. Некоторое время они просто сидели в объятиях друг друга. Для Наранчи это было так умиротворённо, что даже ни о чём не хотелось думать. Именно подобное он так долго ждал. Всё же хорошо, когда есть кому позаботиться. — Давай пойдём погуляем? — в один момент сказал Наранча. — Зачем сидеть дома, когда такая хорошая погода? Тем более под солнцем мои раны быстрее заживут! Буччеллати кивнул и, оставив едва заметный поцелуй на макушке Наранчи, отстранился от него. От поцелуя в лоб Наранча застыл на пару секунд, а его щёки слегка покраснели. Ему это напомнило о тех временах в родном доме, когда мама вот так же чмокала своего сына перед школой или прогулкой. Он ощутил тепло на своей душе и неизвестное покалывание, но быстро пришёл в себя. — Тогда я приму душ, а ты пока поройся в шкафу и подыщи что-нибудь более нарядное. Мои вещи наверняка будут тебе велики, но мы скажем, что сейчас такая мода, — Бруно подмигнул Наранче и ушёл в душ. И мальчик направился в шкафу с одеждой и стал в нём искать, что ему надеть. Конечно, большая часть одежды была парню велика. Но надо было сказать, что хоть и Буччеллати одевался по простому, но всё же со вкусом. На самом деле Гирга и не был против пойти в том, во что одет сейчас. Он и так месяцами носил одну и ту же одежду, так что привык. Но одеждой всё равно потом надо будет закупиться. В какой-то момент Наранча всё же нашёл подходящее для себя. Какая-то полосатая футболка и серые джинсы. Похоже, что эта одежда однажды села после стирки, так как была меньше остальной. Но для парня это было только на руку. Одевшись, брюнет понял, что футболка с джинсами практически идеально на нём сидят, они лишь чуть-чуть ему велики, но не сваливаются, что уже хорошо. Помывшись, уложив свою шевелюру, и переодевшись, Буччеллати вышел из ванной, направляясь в сторону Наранчи. Увидев его, мужчина улыбнулся. Выглядел тот в его одежде очень даже мило, но тем не менее нужно было купить ему новую. Отдав Наранче свою старую пару кроссовок, которые были ему более-менее по размеру, Бруно обулся сам, и вместе с Наранчей вышел из дома. Их обоих встретил тёплый свет полуденного солнца. На улице было нежарко и едва облачно, самая идеальная погода. Гирга даже на минуту вытянул руки вперёд, чтобы получить больше света. Уже можно было ощутить, как раны заживают быстрее. Если он под солнцем пробудет весь день, то вечером уже полностью восстановится. Бруно также любовался местной природой и наслаждался компанией в лице Наранчи. — Давай купим тебе одежду? А то, боюсь, моих старых вещей тебе не хватит. — Да, давай! Я как раз хотел предложить! И какую-нибудь пижаму ещё надо, а то голым спать как-то не очень будет, — Наранча засмеялся, хотя он был прав, голым спать, особенно когда не один, довольно неловко. — Да, это тоже обязательно нужно сделать, — Буччеллати согласился с ним и медленным шагом направился в магазин одежды. — Ой, кстати про сон… А ты мне отдельно матрас постелишь? Или я буду в гостиной спать? Или вообще с тобой на одной кровати?.. — на последнем вопросе щёки у мальчика вновь порозовели. — Если что, я тогда на ночь буду специально в летучую лису превращаться, я тогда места мало занимаю! — Дивана у меня в гостиной нет, но и позволить тебе спать на полу я не могу. Ты можешь пока спать на кровати, а я на полу, или можем вместе спать на кровати, смотри как тебе удобнее. В таком случае я принесу с работы диван. Просто раньше никто не жил вместе со мной, и смысла тащить диван с работы не было, — объяснил Бруно. Когда они пришли в магазин одежды, Буччеллати зашёл туда вместе с Наранчей и сказал: — Выбирай всё, что тебе необходимо для твоего комфорта, о цене не беспокойся, — и хоть бюджет Бруно был ограничен, он решил умолчать об этом, чтобы Наранча не заботился о ценниках. Мальчик с удивлением глянул на Бруно, когда тот сказал, что можно не беспокоиться о ценах и выбирать всё, что необходимо. В прочем, он до этого только пытался воровать одежду, поэтому и удивился. Глаза разбегались при виде огромного ассортимента. Если бы парень мог, он бы унёс половину магазина с собой. Но всё же бюджет был не резиновый, так что нужно было не бездумно кидать всё в корзину с покупками. По итогу они оба пробыли там около двух часов. Наранча в это время сначала выбирал себе одежду, а потом долгое время провёл в примерочной, а также интересовался у Бруно, подходил ли что-то ему или нет. В основном Гирга выбирал довольно ярку одежду, и при этом та в большинстве случаев сидела на нём довольно мило. Параллельно с шоппингом также решился вопрос насчёт сна. Они приняли решение, что первое время мальчик будет спать в одной кровати с Буччеллати, раз они оба не против. Буччеллати видел с каким увлечением мальчик подбирал себе одежду и красовался перед ним в ней, и тихо радовался тому, что смог подарить ему такие положительные эмоции. Бруно с улыбкой и очень нежно смотрел на Наранчу, будто тот был его родным сыном. Когда с выбором одежды было закончено, он купил всё, что мальчик навыбирал, и они наконец-то вышли из магазина. Но внезапно парень увидел какой-то зоомагазин и захотел пойти туда. На вопрос о том, зачем ему, ведь у Бруно дома не было никаких животных, Наранча ответил так: — Я же ведь в летучую лису превращаюсь, забыл? И мне нужно за шерстью ещё ухаживать, пока я в таком виде. Думаю, щётка для собак или типа того сгодится! Ты тогда мою шёрстку сможешь расчёсывать! — Мне кажется нужно что-нибудь нежнее. Например что-нибудь для шерсти кроликов. Можем ещё купить тебе шампунь для шерсти, чтобы совсем блистал, — произнёс Буччеллати, зайдя в зоомагазин вместе с Наранчей. Прогулка была довольно долгой, а когда они вернулись домой, уже вечерело. Бруно был уставшим, но довольным собой, так как смог сделать кому-то приятно. На самом деле он в принципе был счастлив тому, что у него есть этот кто-то в жизни. — Что ты будешь на ужин? — спросил Буччеллати и не думая расслабляться, сразу вставая за готовку. — Конечно же что-то с фруктами или овощами! — радостно ответил Наранча, обнимая сзади Бруно. — Что насчёт фруктового салата с йогуртом? — спросил Бруно, взяв несколько фруктов, которые лучше всего сочетались бы между собой по вкусу. — Да, давай! Вообще, я не против есть и человеческую еду, но в конце тогда обязательно нужен какой-то фрукт, а то я не наемся! Мальчик был доволен сегодняшним днём. Впервые за последнее время он наконец-то не чувствовал себя одиноким. Тем более раны почти что зажили. На самом деле парень бы и попросил Буччеллати усыновить его, но из-за того, что они ровесники, такая возможность отсутствовала. Но это нисколько не волновало в данное время, потому что в жизни у Гирги наконец-то был тот, кто сможет о нём позаботиться. Возможность усваивать только фрукты и овощи давала есть без зазрения совести другую еду в неограниченных количествах. А значит, что от того же сладкого он не полнел. Зато мог потолстеть от фруктов, если их много ел. Но даже лишний вес не мог напугать Наранчу, ведь тогда, как он сам говорил, у него будет «фруктовое пузико», что считал милым, особенно когда в форме летучей лисы. Занявшись приготовлением еды, Бруно задумался о том, как же ему повезло обрести человека (ну или не совсем), живущего с ним под одной крышей. За этими мыслями он и продолжил готовить. Закончив с салатом, он разложил еду по тарелкам и поставил на стол. Когда оба парня закончили с трапезой и время подошло ко сну, Буччеллати сказал: — Если хочешь спать в человеческой форме, ты можешь это делать, кровать у меня просторная, не стесняйся. — А ты обеспечишь меня тогда обнимашками на всю ночь? — спросил Наранча и состроил щенячьи глазки, чтобы Бруно быстрее согласился. И долго уговаривать не пришлось. Буччеллати улыбнулся Наранче, считая такое желание очень милым. — Конечно, как иначе? — ответил мужчина. И мальчик принялся радостно переодеваться в свою новую купленную пижаму. На пижамной майке был какой-то дурацкий принт с единорогом на радуге, но это был выбор самого парня. Переодевшись, Гирга сразу же плюхнулся на кровать. Какое счастье, что он наконец-то может поспать в тёплой и уютной постели, а не на улице или висеть на дереве в виде летучей лисы. День для них обоих прошёл просто прекрасно, а ночь обещала быть такой же. К тому же Бруно давно не чувствовал себя настолько кому-то нужным. — Последний раз, с кем я спал когда-то, была моя мама… — прошептал парень, когда к нему в кровать присоединился Буччеллати. — Если честно, я себя чувствую сейчас как дома… Это так прекрасно… Мужчина перед обнял Наранчу, поцеловал его в лоб как родного сына и сказал: — Спокойной ночи, Наранча, я рад, что смог дать тебе дом, — после чего совсем скоро он заснул. Ночь для Наранчи прошла лучше предыдущей. А как иначе, в прошлый раз он спал на столе, а теперь на кровати, да ещё и его обнимали. Мальчик чувствовал себя, как в раю, что даже почти сразу же уснул, когда почувствовал на себе объятия Бруно. Следующим утром вставать нужно было рано, а так же идти на работу. Буччеллати, проснувшись, очень пожалел, что ему нужно покидать кровать и объятия Наранчи. Кое-как заставив себя это сделать, он поцеловал мальчика в лоб снова, как бы извиняясь перед ним, а сам пошёл в душ. Парень проснулся, когда почувствовал небольшую прохладу. Сонно ощупав рукой пространство рядом с собой, Гирга осознал, что Буччеллати куда-то ушёл. От этого стало как-то неспокойно на душе. Отойдя ото сна и потянувшись, он понял по звуку воды из ванной, что мужчина в душе, поэтому успокоился. Тогда он нехотя слез с кровати, подошёл к двери ванной комнаты и стал ждать, пока человек выйдет. Когда Бруно вышел, Наранча заметил, что тот почему-то спешит. — А ты куда? — удивлённо спросил мальчик, на что получил ответ, что на работу. — Ой, а можно мне с тобой пойти? Я обещаю не мешать тебе, честно! — Да, конечно, только боюсь, тебе моя работа может показаться несколько скучной, — сказал Буччеллати, а после пошёл на кухню и принялся готовить завтрак, а заодно и перекус на работу. На самом деле он никогда не брал с собой перекусы, а иногда и не завтракал, но так как с ним был Наранча, Буччеллати очень хотелось о нём позаботиться. Когда они закончили с утренними сборами, они направились в сторону работы Бруно. Идти было относительно недолго и, дойдя до туда, Буччеллати открыл дверь и зашёл туда с Наранчей. Помещение напоминало какой-то склад, но обустроено оно было со вкусом. В углу была стойка и касса, а вокруг стояли диваны, кресла, ковры, торшеры. Сперва могло показаться, что это мебельный магазин, но пройдя чуть вглубь можно было увидеть много раритетных музыкальных инструментов, книг, ваз, картин и многого другого. Главной ценностью этих вещей было не их применение и смысл, а их время и отличная сохранность. И Наранча поначалу и правда подумал, что Бруно владелец мебельного магазина. Но чем дальше они шли, тем больше мальчик удивлялся ассортименту лавки. Откуда это всё у Буччеллати? Парню хотелось что-то потрогать, но он понимал, что скорее всего разобьёт что-то, поэтому руки старался держать в карманах. — И это, типа, всё находил ты? Даже и не представляю, сколько тебе времени нужно было притащить что-то сюда. — Да, что-то здесь из моего старого дома, но этого очень мало, всё остальное я покупал на аукционах, или просто искал людей, которые продают такие вещи, считая их ненужным хламом, а потом реставрировал. По факту, в этих вещах нет ничего особенного, но ценно в них другое — время. Время не жалеет никого, но эти вещи — прямое доказательство того, что человек может остановить время и задержать его хотя бы на секунду, чтобы насладиться прошлым сполна, — закончил Буччеллати, философствуя. Буччеллати улыбался. Он любил говорить о своей работе, так как это действительно доставляло ему удовольствие. Большую часть времени он проводил на работе, поэтому здесь у него было много чая и кофе разных сортов, а чай был не пакетированный, а листовой, с сушёными фруктами. — Будешь чай, Наранча? — Да, давай! — с радостью ответил юноша. Бруно поставил чайник завариваться, а сам достал рукописи девятнадцатого века, которые нужно было разобрать. Гирга же ходил вокруг, с интересом всё рассматривая. Внезапно ему в голову что-то пришло, и он подбежал к мужчине. — О! У меня есть идея, как тебе больше заработать! Я могу превратиться в летучую лису… А ты посетителям будешь говорить, типа я какое-то древнее животное, которое до наших времён сохранилось! И ты будешь за деньги предлагать им сфоткаться со мной или покормить меня! Как тебе? — Наранча захихикал, по большей части шутя. Услышав идею Наранчи, Буччеллати вновь улыбнулся. — Слушай, это хорошая идея! Почему нет? Только если ты не будешь уставать от этого, — сказал Бруно, посмотрев на мальчика. — А чего мне уставать? Я люблю внимание! — и в этот момент Наранча обратился летучей лисицей, взлетел и приземлился на плечо Бруно. — Тем более если меня покормят и погладят! Я только так и выживал на улице, люди же любят милых животных! И мальчик был прав. В таком виде он часто выпрашивал у людей фруктов, а также получал небольшую порцию почесушек и поглаживаний. А также он и до встречи со своим спасителем бывало специально залетал в дом к кому-то, будто потерялся, и в итоге его оставляли у себя на пару дней. Но Гирга также понимал, что он является личностью, а не чьим-то питомцем, так что ему просто приходилось по итогу улетать из человеческих домов, дабы не раскрыть свою тайну и не повергнуть в шок. Но лишь Буччеллати парень смог показать свою истинную сущность, хоть и то было рискованно. — Кстати, о милых животных… Можешь меня причесать до того, как первые посетители придут? Мне надо быть милым и пушистым! Буччеллати улыбнулся и начал аккуратно гладить Наранчу, который казался ему слишком милым в таком состоянии. — Ты и в человеческом обличии безумно милый, — сказал Бруно и осторожно поцеловал его в макушку. Услышав просьбу Наранчи, Буччеллати кивнул: — Конечно, идём сюда, — Бруно осторожно посадил Наранчу на стойку, за которой стоял, а после достал специальную щёточку, купленную вчера и начал расчёсывать его медленными, массирующими движениями. Он смотрел на него с невероятной любовью и заботой в тот момент и улыбался. Наранча же с удовольствием выдохнул и специально расправил крылья в стороны, чтобы щёткой можно было попасть на любой участок тела. Шерсть же у него и вправду напоминала собачью, тёмная с фиолетовым отливом, которая переходит в рыжий цвет в области шеи. Данная процедура была настолько приятной, что мальчик даже закрыл глаза и принялся иногда пищать от наслаждения. — Это так приятно… — в один момент ответил Гирга. — Буду тогда уговаривать тебя каждый раз перед сном причёсывать меня! — Тебе и уговаривать меня не придётся! Я сам с удовольствием буду делать это, — сказал Буччеллати, ещё секунду позволяя себе просто полюбоваться этим милым созданием. Буччеллати очень нравилось видеть как Наранче приятно. Еле оторвавшись от этого увлекательного занятия, он чмокнул его в нос и всё же принялся за работу. Когда же процесс был завершён, юноше хотелось продолжения. Но он осознавал, что целый день чесать его не выйдет, работа ждёт. Хоть и тот план был поначалу всего-лишь шуткой, но он всё же сработал. Посетители были очарованы таким одновременно необычным и милым существом, что хотя бы просто не могли не подойти и не погладить его. Ну а Наранче же нравилось внимание со стороны людей. Такого восхищение его летучей формой он не получал и за всю жизнь и был более чем рад такому исходу. Тем более, что они оба заработали прилично денег. В тот момент им обоим казалось, что и этот день выдался на славу.