влюблённость

      — всё хорошо? — марко на мгновение не узнаёт свой чуть севший, хриплый голос. он ещё не отошел ото сна, трёт глаза и жмурится от света, что исходит от волшебной палочки, которую стар почему-то использует как фонарик. — не свети в глаза, пожалуйста.       стар кивает, почему-то смотрит испугано, но всё же направляет луч себе под ноги, оглядывается и быстрым шагом идёт к кровати. она еле-слышно скрипит под чужим весом, проминается и марко на мгновение думает, что давно пора менять матрас. он взглядом осматривает девушку, пытаясь понять причину визита, но полумрак в комнате даёт разглядеть лишь то, что как минимум количество конечностей у неё не изменилось.       — он снова снится мне, — она дышит чаще обычного, дергается от каждого звука за окном и вот-вот прокусит собственную руку, которую по привычке кусает от стресса.       марко замирает. после смерти тоффи они думали, что он навсегда покинет их жизни, оставшись лишь неприятным воспоминанием и очередной строчкой в списке подвигов, но спустя пару дней после его кончины, стар не может нормально уснуть, каждый раз просыпаясь посреди ночи с пронзительным криком.       «он сказал, что вернётся за пальцем» — это было единственное, что она вспоминала из кошмаров.       — опять палец? — марко поджимает губы, садится в кровати, откидываясь спиной на её изголовье, и чуть щурится, всматриваясь в её глаза, что поблескивают от слёз в уголках. он опускает взгляд всё ниже, замечает подрагивающие плечи, а после и пальцы, что нервно сжимают рукоять палочки словно прямо сейчас придётся кого-то атаковать. или защищаться. — иди сюда.       в полуночной тишине спокойного района, где они живут, облегчённый вздох и жалостливое «пожалуйста» слышатся слишком отчётливо.       марко разводит руки для объятий, улыбается тепло, когда видит бесконечную благодарность в глазах напротив, и наклоняет голову чуть вперёд.       он целует её волосы, нежно прижимается щекой к макушке и старается как можно медленнее гладить по спине, чтобы выровнять чужое дыхание. тепло.       — спасибо, — тихо, чтобы никто на свете больше не услышал. когда марко видит, что она без раздумий откладывает волшебную палочку, чтобы прильнуть ближе… становится почему-то приятно. хочется прижать её как можно ближе, бесконечно шептать «всё будет хорошо», «я всегда буду рядышком, стар»       «потому что я тебя люблю»       стар чувствует, как постепенно расслабляются плотно сжатые до этого момента челюсти, а веки, которые уже несколько дней не получалось сомкнуть в страхе увидеть на их обратной стороне свой худший кошмар, постепенно смыкались, под чужими поглаживаниями и нежным «я рядом». и хочется верить.       — давай спать, — он выпускает её из объятий и ложится, а спустя мгновение приподнимает одеяло, — сегодня ты будешь маленькой ложечкой.       почему-то прямо сейчас, под тонким, мягким одеялом ощущаешь себя безопаснее, чем в стенах огромного каменного замка.       эти поцелуи в лоб, виски и кончик носа — теплее и трепетнее всех тех, что были у неё до этого.       а нежные поглаживания сердечек на щеках… лучше любого признания в любви.