Утопленик

      — Я скоро вернусь, братец, не переживай!       С этими словами паренёк выбежал из дома. Он собирал свои кудрявые волосы в хвост прямо на ходу и даже так умудрился сделать причёску красивой. Мальчишка побежал в сторону пляжа, улыбаясь, словно весеннее солнышко. Он был счастлив снова оказаться здесь, старший брат не часто возил его в свой домик у моря.       Песок разлетался из под его босых ног, тапочки он оставил под лестницей. Он терпеть не мог бегать в шлёпках по песку, потому прятал обувь и бегал так. Ощущал тепло песка под ногами и яркое-яркое счастье.       Он замедлился только тогда, когда приблизился к скалам. Остановился прямо перед ними, задумчиво нахмурившись. Ему много раз говорили, что туда ходить нельзя, что бухточка за этими скалистыми камнями проклята. Что люди там пропадают и ворует их мальчишка утопленник.       Ши Цинсюань слухам этим не верил. И вообще, был настроен всецело скептически, ну разве может такой же как он подросток лет пятнадцати топить людей и сам когда-то утопиться?       Недолго думая, Цинсюань стал взбираться на скалы. И так ловко это делал, словно всю жизнь подобным занимался. Перелезая через самую низкую вершину на ту сторону он правда чуть не соскользнул. Но всё обошлось и парнишка почти мгновенно забыл об этом, слезая и пару раз стукая рукой о руку, чтобы с ладоней упал песок.       Цинсюань стал осматриваться, подмечая, что бухта эта ничем не отличалась от берега за этими скалами. Маленькая, правда, он был абсолютно уверен, что легко доплывёт с берега до выхода в открытое море и даже не устанет. Парниша недовольно надулся, направляясь иследовать пляж на наличее интересных камушков и ракушек. Раз бухта проклята, то люди сюда не ходят, а значит ракушки отсюда никто не брал. Тут их наверняка множество самых красивых и необычных. Лишь подумав об этом, парнишка снова ярко заулыбался.       Он не сразу, но с удивлением обнаружил в песке очень необычные прозрачные камушки желтоватого и зеленоватого оттенка. Потом нашёл маленькие красивые ракушки с витиеватыми узорами. Пока он бегал и собирал свои находки в карманы шорт, наткнулся на пару больших ракушек. Одна из них даже не помещалась на его ладони.       Прыгая по берегу от места к месту, Цинсюань заметил блеск прямо в воде. Он был совсем не похож на солнечные блики, потому, закатав шорты по самое не могу, парнишка шагнул в воду, силясь разглядеть то, что в ней блестело.       Оказалось, что у песке лежала серёжка. Золотая с янтарными нитями. Улучив момент между волнами, Цинсюань схватил её и побежал к берегу, пока вода его не нагнала. Волосы развивались на ветру, а глаза сияли азартом. Серёжка эта, правда, была совсем не к его лицу, да и он больше любил зелёные оттенки, голубые, мятные. Потому младший Ши положил очередную находку в отдельный маленький карман и снова огляделся в поисках сокровищ. Подобных серёжке он больше не замечал даже в воде, потому продолжил собирать ракушки.       Он так увлёкся, что даже не заметил, что карманы наполнились до конца. Взяв самые большие ракушки себе в руки, Цинсюань даже нахмурился, посматривая на скалы, которые ему придется перелезать, пытаясь не растерять всё своё богатство. Слишком сильно задумавшись об этом, он даже не и сразу заметил, высунувшееся из воды лицо. Оно было бледно-серое, осунутое. Остальное тело скрыто под водой и тенью находившегося рядом небольшого старого причала. В одном ухе у внезапно явившегося незнакомца была такая же серёжка, какую нашёл Цинсюань. Хоть тот и выглядел мёртво, лет ему с виду много не дашь. К тому же, глаза у него горели живым янтарём, и наверное, это даже пугало.       — Эй, ты, верни мою серьгу. — Произнёс незнакомец, спокойно, но слегка хмуро смотря на младшего Ши.       — А? Твою серёжку?       Парнишка перевёл свой взгляд на желтоглазого мертвеца, а после усмехнулся, забираясь на дряхлый причал.       — Держи, конечно, она всё равно мне совсем не к лицу, а тебе очень даже подходит. Так что хорошо, что её хозяин нашёлся. — Он сел на корточки прямо возле незнакомца, протягивая ему серёжку.       Чуть помедлив, тот высунул из воды свою руку. Между пальцами у него были перепонки и она была даже бледнее его лица. Потянувшись за серёжкой, тот не моргая смотрел в глаза Цинсюаня, который с виду ничуть его не боялся.       — А ты утопленник, да? — Спросил парнишка, как только бледная рука забрала из его пальцев серьгу.       Утопленник решил сначала вернуть серёжку на её законное место, только после снова взглянул на незваного гостя этой бухты.       — Я умер от голода. — Ответил он всё же.       — А почему же тогда в воде живёшь?       — Потому что меня утопили.       — Но как же тебя утопили, если умер ты от голода?       — Утопили сразу после смерти.       В янтарных глазах утопленника виднелось сухое раздражение, но Цинсюаня это будто не смущало. Парнишка в глубине души и правда побаивался, но ему казалось, что раз с ним даже разговаривают, то всё более чем нормально. И с чего вск решили, что этот водный житель топит всех, кто бродит по его бухте?       — А как тебя зовут? — Стоять на корточках стало неудобно и младший Ши свесил ноги с причала, устраиваясь поудобнее. Утопленник отплыл от него на полметра, недовольно хмурясь, но никак не озвучивая своё недовольство.       — Хэ… Хэ Сюань. — Вымолвил он, по ощущениям словно вспоминал, слишком давно не произносил этого имени.       — Ой, у нас с тобой имена похожие! — Обрадованно воскликнул мальчишка. — Меня зовут Цинсюань. Ши Цинсюань.       Он тихо рассмеялся этому совпадению. Утопленник явно не разделял такой радости, но молчал.       — А если ты умер от голода, я могу принести тебе еду. — Вдруг подумал он. — И тогда ты сможешь упокоиться, да?       — Не знаю. — После значительной паузы ответил Хэ Сюань.       — Ничто не мешает попробовать! — С этими словами парнишка подскочил с причала и побежал к скалам, через которые сюда попал. На причале от него остались лишь несколько больших ракушек.       Хэ Сюань смотрел ему в след и мог только поверить тому наслово и ждать.       Время близилось к вечеру, водная гладь стала беспокойной, а Ши Цинсюаня всё не было. Утопленник, спрятавшись под причалом, пустым взглядом смотрел на скалы. Думал, что наверное стоило съесть этого мальчишку, как и других, а не отпускать. Хотя он показался ему совсем не таким, как остальные люди. Но раз он так сбежал, значит такой же, как и они. Хэ Сюаню вновь показалось.       Солнце опускалось плавно за горизонт, закат раскрашивал небо оранжевыми и алыми оттенками. Чёрные волосы утопленника мирно качались на волнах, глаза были прикрыты. Море бушевало, словно поддаваясь эмоциям несчастного, а тот даже не замечал, что волны хлестают причал слишком сильно. Со стороны казалось, что ещё немного и всё развалится прямо на голову утопленника.       — Хэ Сюань!! — Крикнул кто-то сквозь морской шум. Причал затрясся ещё сильнее, и названный выскользнул из под него, взглядом цепляясь за фигурку младшего Ши прежде чем утопленника накрыло очередной волной.       Цинсюань испуганно ахнул, подбегая к тому месту, где волна накрыла его нового друга. Он протянул руку к воде, надеясь схватить Хэ Сюаня и вытащить к себе. Он в моменте совсем забыл, что мёртвый уже не может захлебнуться, потому испытывал ужасный страх за него.       За руку младшего Ши схватились холодные мокрые пальцы, цепляясь будто намертво. Парнишка схватился за них уже второй рукой и потянул на себя, силясь вытащить утопленника. Хэ Сюань этого вовсе не ожидал. Он вообще думал утопить парня в отместку за ожидание, не желая и думать, почему он пропал на весь день.       Цинсюань так уверенно тянул к себе мертвеца, что по инерции свалился спиной на хлипкие подгнившие доски. Он зажмурился, ощущая вес Хэ Сюаня на себе. Утопленник не сразу, но приподнялся, уставившись на лицо своего "спасителя". Приоткрыв глаза, Цинсюань замер, разглядывая янтарные глаза, что теперь были так близко. Может быть они так и продолжали бы друг на друга пялиться, если бы часть причала внезапно не начала рушиться.       Цинсюань подорвался, хватаясь за своего нового друга и таща его за собой, побежал к берегу. Утопленник конечно согласия своего не давал, но будто его кто-то спрашивал.       Отбежав от почти что под их ногами разрушившегося причала, они замедлились. Обернувшись, Цинсюань смотрел на качающиеся на волнах доски. Тихо вздохнув, перевёл взгляд на утопленника, снова заглядывая в его глаза.       — Ты в порядке? — Тихо поинтересовался Цинсюань, но так и не дождавшись ответа, отвёл взгляд и промямлил. — Мой брат не хотел отпускать меня, поэтому я задержался. Но я принёс для тебя еду, как и обещал!       Хэ Сюань не помнил никаких обещаний, потому решил, что парнишка обещал это себе или кому-то другому. Впрочем, он не стал это комментировать, наблюдая за тем, как уголки чужих губ приподнимаются в лёгкой улыбке. Парнишка повёл его к скалам, где на удобном плоском камне стояла корзинка с чем-то очень вкусно пахнущим.       Утопленник правда не знал, как реагировать. Когда Цинсюань положил ему в руки булочку, он смотрел на неё так, словно не понимал, что с этим делать.       Но приятный запах всё же подбил Хэ Сюаня попробовать предложенную еду.       Наблюдая за неуверенными действиями утопленника, парнишка рассмотрел его заострённые кончики ушей под мокрыми чёрными волосами. Сквозь кожу выпирали кости, на плечах у утопленника было нечто напоминавшее длинную майку, достававшую ему до колен.       Когда Хэ Сюань съел первую булочку, то сразу потянулся за второй, даже не спрашивая разрешения. Уселся на камень рядом с корзиной и вдумчиво жевал. Сев с другой стороны, Цинсюань улыбался и болтал ногами.       — Хэ Сюань, а давай дружить? — Парнишка спросил это лишь для галочки, и без того считая нового знакомого другом.       Тот посмотрел на него с прищуром, продолжая жевать.       — Я буду тебе сюда еду приносить. Каждый день. — Он легко засмеялся.       — Дружба за еду? — Хмыкнул тот, но раньше чем ему ответили, легко произнёс. — Хорошо. Будем дружить.