Семь хранителей Академии «Эларой». Воздушный хранитель (ЧАСТЬ II)

Подняв руку в воздух, девушка махнула ладонью и магический ветер отворил шторы, впуская лучи утреннего солнца в западную башню Академии «Эларой». Мира нехотя потянулась, разминая каждую затекшую после сна часть тела, и быстро осознала, что лежит не сама, ведь некто опутал своими большими ручищами ее тело. Услышав смешок над ухом, опаливший ее мочки холодным воздухом, Мира хмыкнула и развернулась к Дариусу лицом. — Ты не ушел, — констатировала она, проводя пальцами по нагой подтянутой груди. — Нас могут поймать. Кожа у Дариуса, сколько помнила Мира, имела цвет успевшей взяться коркой выпечки — ее любимый цвет, когда внутри все пропеклось и уже готово к употреблению. Мира часто сравнивала Дариуса с лакомым кусочком, который так и хочется съесть. Особенно ночью, когда аппетит повышался в несколько раз, стоило взглянуть на мужчину. Этого ходячего Аполлона, на которого все время покушаются то другие учителя Академии, то и вовсе ученицы. Вот только Дариус Сиградд — один из семи хранителей Академии «Эларой», более известный, как водный хранитель, принадлежал ей, Мире Роузэрроу, самой молодой хранительнице. Следы этой принадлежности запечатлены по всему телу мужчину, а вот на бледной коже Миры ни одного пятнышка после страстной ночи, кроме россыпи веснушек. Дариус был до меры сдержанным мужчиной, джентльменом, которого она и так с трудом затянула в постель. Оставлять свои следы на ней он считал непростительным, пока они не связаны узами брака. Вот только Мира ни за что не свяжет себя этими цепями. Лишь Дариус продолжал надеяться. — Пускай ловят, — ответил мужчина хриплым голосом и, поймав, руку девушки, поцеловал ее кисть. — Мне нечего скрывать. — Дариус… — Послушай, Мира, я не понимаю, к чему все эти игры в кошки-мышки. Я люблю тебя и готов взять ответственность. Прошло уже больше года, а ты так и не ответила на мое признание. Мира стыдливо опустила глаза. Да, все так и было. Дариус любил ее. Он был лучшим, что случалось в ее жизни, и девушка знала, что никого идеальнее не встретит, но… Их роман начался с момента вступления Миры в должность хранительницы. Она долго и целеустремленно обучалась в Академии, а после стала одним из учителей, но девушка всегда целилась на место хранительницы. И вот, когда два года назад, один из хранителей Академии покинул их мир, Мира приложила все усилия, чтобы занять его место. Мира Роузэрроу стала самой молодой хранительницей в долгой истории Академии, чья история брала начало больше тысячи лет назад. Ей было всего двадцать четыре. Претензионный возраст в их мире. Многие хранители были против, но Мира показала не только упорство и ум, но и невероятную магическую силу, которая была сравнима с другими хранителями. Уже через год остальные хранители стали ее вернейшими друзьями и семьей, но Дариус… Девушка хорошо помнила, какое первое впечатление на нее произвел мужчина. Чистокровный тритон, который большую часть времени проводит на суше, а в остальное время под водой, охраняя близлежащие к Академии водные просторы. Еще будучи ученицей Академии взгляд Миры всегда инстинктивно останавливал на одном из хранителей, который по невероятной случайности вел у нее один из предметов — управление погодой. Темно-синие локоны Дариуса были особенно красивы, смоченные водой. Его смуглая кожа при контакте с водой покрывалась голубой чешуей, переливающейся в лучах солнца. Красоту мужчины видел каждый ученик, поэтому не удивительно, что каждый хотел раз быть замеченный водным хранителем. Мира не была исключением. Это же причина, почему она не сразу распознала ухаживание. Она не была готова, что этот мужчина, не замеченный ни с кем в связи за время со становления хранителем, обратит внимание на простую городскую девушку — смертного человека, которого судьба случайно одарила сильным даром. Все начиналось, как в сказке, вот только стоило Мире подпустить Дариуса ближе, как тот захотел ее всю и без остатка. Жизнь научила Миру не верить и не отдавать свою свободу никому, кроме себя самой, поэтому она продолжала держать тритона на расстоянии вытянутой руки, проводя с ним ночи, но игнорируя в дневное время. С каждым днем это становилось все труднее, а ее близкая подруга, хранительница теней Версалия, и вовсе начала прямо спрашивать, что между ними происходит. Становилось сложнее скрывать и собственные чувства. Мира любила Дариуса. Любила еще с того момента, как сама была ученицей Академии, но… — Послушай, Дариус, ты не понимаешь. То, что ты хочешь, для меня это… — Так объясни мне, цветочек. Мужчина сильнее притянул ее к себе и зарылся носом в кудрявые русые волосы, пахнувшие медом. — Я хочу тебя понять. Дай мне шанс. Откройся мне. Прошу… Мольба отразилась не только на смуглом лице, но и в сердце Миры. Каждый раз ей было все сложнее отказывать Дариусу, но сегодня… Сегодня в особенности сложно, ведь вчера вечером Алистар Труллвинд, хранитель равновесия и наставник всех хранителей, вызвал девушку к себе. То, что он сообщил, дало Мире понять, что прошлое не отпустило ее. Оно преследует ее, стремясь разрушить не только ее жизнь и отношения с Дариусом, но и весь мир. Тяжело вздохнув, Мира кивнула, решаясь открыться любимому. Скоро всем станет известно о ее прошлом, так пускай Дариус станет первым, кто услышит об этом из ее уст. Тритон заслужил это. — Я была крайне любопытным подростком…

***

Мира Роузэрроу была крайне любопытным подростком. Может, это было связано с тем, что она родилась в королевстве, которое отдавало предпочтение науке и знаниям, а не магии, а может, любопытность было ее врожденной чертой, об этом уже никто не узнает. Мать Миры умерла при родах, поэтому девочка росла с отцом, который в скором времени привел новую женщину в их дом. Мачеха у девушки была хорошей женщиной, поэтому не удивительно, что Мира полюбила ее так же сильно, как и новорожденную сестру. Новый ребенок, работа — все это причины, почему папа Миры был слишком занят, чтобы уделять дочери время. Он слишком уставал на работе, а мачеха была занята младенцем. Четырнадцатилетняя Мира бродила по городу в одиночку, узнавая все новые места и людей. В ее любопытном сознании не было ни капли страха. Мачеха часто ругала ее за то, что она не заботится о собственной безопасности, а отец после того, как смягчался, ласково называл ее его бесстрашным солнышком. Она постоянно узнавала что-то новое, планировала однажды стать, как отец, ученым, но судьба начертала ей иной путь. Когда Мире исполнилось шестнадцать, она вместе с городскими подружками отправилась в горы на пикник с ночевкой. Они часто так делали и еще ни разу не попадались родителям. Одна из девушек захватила из дома папин коллекционный эль и подружки хорошенько так напились в тот день. Подростки, что с них взять. Без опыта в выпивке упились так, что и стоять ровно не могли. Ночь они решили провести под открытым небом, накрывшись одним и тем же огромным пледом. Утром у каждой раскалывалась голова, поэтому они не сразу услышали странный грохот. Вскоре землю под ногами начало трясти. В их королевстве, расположенном на высоком горном хребте, землетрясения были нередким явлением, поэтому девушки почти не обращали внимания, живя у подножья горы под защитным магическим куполом, который спасал их от лавин и летящих со скал валунов. Совсем другое дело, когда природный катаклизм встречает вас во время похода в горы за пределами безопасного купола… Мира проснулась от того, что одна из подружек громко кричит, пытаясь разбудить остальных. Девушка распахнула глаза и уставилась на исполинскую толщу снега с камнями, несущую прямо на них. Выставив руки вперед, она закричала, готовясь к неизбежной гибели. Вот только… Вместо предсмертных криков подруг, Мира услышала только выкрикивающие ее имя голоса. Она вновь открыла глаза, но вместо загробного мира увидела, как снег и камни летят всего в метре над ними. Словно какая-то невидимая сила отталкивает покров гибели от них. Когда лавина остановилась, она отключилась, но магия исходящая из нее поддерживала снег в метре от девушек, не позволяя тем быть раздавленными лавиной и не задохнуться. Так Мира узнала, что она не обычная городская девушка из королевства, правящее наукой, а юный воздушный маг. Она очнулась спустя несколько часов от того, что внезапно стало слишком жарко. Перед ее глазами показался старец, опершийся на трость. Его магия согревала каждую из девушек по очереди, исцеляя от обморожения. — Как тебя зовут, дитя? — задал вопрос старец, протягивая той руку, чтобы она поднялась. — М-мира. Мира Р-роузэрроу, — прошептала девушка. Казалось, цокот ее зубов можно было услышать по всему горному хребту. — Мира, значит? Станешь моей ученицей? В тот день Мира спасла троих подруг, открыла в себе силу, а также обрела учителя магии. Вскоре она попрощалась с родителями и покинула город вместе с Торгердом — так назвался старый странствующий маг. Отец долго отговаривал дочь, но в итоге смирился. Мира всегда была любопытным ребенком, а подростком стала еще невыносимее. Когда она увлекалась какой-то идеей, то ее невозможно было остановить. Теперь эта идея — магия. Со слезами на глазах мужчина дал благословение и пожелал хорошего пути. Так в жизни Миры Роузэрроу началась новая глава. Для нее магия стала чем-то совершенно новым и в ней было то, что можно было изучать раз за разом. Вскоре юная девушка осознала, что это именно то, что ей нужно. Для ее безграничного любопытства всегда будет пища, а Торгерд лишь радовался энтузиазму юной ученицы. Два года девушка провела в странствиях вместе с учителем. Постепенно обучаясь магии и открывая новые края и существ их мира, она преисполняясь детской радостью и восторгом. Спустя два года Торгерд заявил, что им пора осесть. Он чувствовал, что передал все знания своей ученице и теперь готов спокойно отойти на тот мир. Мира не ведала о причине возвращения учителя в Башню магии, но последовала за ним без вопросов. Башня магия — не просто причудливой формы здание, достигающее небес, это организация, которая регулирует магию во всем мире. Башня борется с магами, которые перешли черту позволенного или от чрезмерной магической силы сошли с ума. Она ответственна не только за магию смертных, но и бессмертных, поддерживая мир со времен его начала. Одна из древнейших организаций их мира, сравнима по силе с Академией «Эларой», где обучаются маги со всего мира. Мира хотела однажды попасть в Академию, чтобы открыть доступ к ее библиотеке с обширными знаниями, но не могла бросить учителя, поэтому избрала иной путь. В возрасте восемнадцати лет Мира все еще оставалась таким же общительным и открытым ребенком, как в тот день, когда Торгерд забрал ее из родного королевства. По приказу учителя она стала одним из магов Башни, обучаясь на должность низшего инспектора магии. Торгерд предрекал ей огромное будущее в стенах Башни, и Мира радостно следовала ему, обрастая связями и заводя новых друзей. Спустя несколько месяцев Башня стала ее новым домом, а также местом возникновения ее первой влюбленности. Его звали Аскель Флетнайт — старший инспектор Башни и по совместительству ее напарник, к которому ее приставили для обучения. Аскель был старше ее на добрый десяток лет, пускай и был одним из самых молодых старших инспекторов. Аскель был первым, кто проявил инициативу в их отношениях, а Мира, влюбленная наивная девчушка, открыленная любопытством в новой для себя стези — любви, побежала на встречу взаимным чувства, канув в пропасть. — У тебя талант, детка. Шептал он ей страстными ночами, проведенными на крыше Башни после тренировок в освещении одних лишь созвездий. — Ты покоришь этот мир. Стонал он ей на ухо, затыкая поцелуями. — Мира, ты стоишь больше, чем все эти жалкие маги Башни. Говорил он ей, заплетая ее непослушные кудряшки в тугую косу. И девушка верила. Верила, что она особенная. Что сильнейшая из всех существующих магов. Что она единственная для Аскеля. Что он положит мир у ее ног, чтобы прославлять ее величие. С ним она чувствовала себя не городской девчушкой из далекой страны, а королевой. Королевой всех и вся, а он ей король, что пойдет на что угодно. лишь бы получить один ее благосклонный взгляд. Мира была ослеплена. Она не слушала учителя, который продолжал вторить, что Аскель нехороший человек. Отвергала друзей, которые по очереди пытались вразумить Миру и донести до нее, что Флетнайт последний ублюдок. Аскель многим не нравился, но стоило Мире подумать о причинах, как ее взгляд терялся в карих глазах и темных волосах, что принадлежали лишь ей. Они были вместе всего два месяца. Розовые очки Миры разбились в день похорон учителя. Торгерд умер глубокой ночью, когда ее не было рядом. Она отдавалась объятьям Аскеля и плавала в океане его любви и обещаний о будущем. Похороны прошли скромно, как и хотел учитель. Мира поднялась на верхушку Башни, где Торгерд хотел, чтобы был развеян его прах. Девушка договорилась встретиться с Аскелем на крыше. Она ждала и ждала, ждала и ждала, а любимого так и не было. Ей пришлось встретиться с трагедией один на один и развеять прах в одиночестве. Когда девушка вернулась в комнату и переодела траурное платье обратно в зеленую мантию Башни, в двери ее небольшой комнатушки постучали. На пороге стоял Аскель. Как всегда бесподобный в такой же изумрудной мантии, что и у нее. — Ты не пришел, — разочарованно констатировала девушка, поджимая нижнюю губу. — Прости, малышка, Башня поручила мне срочное дело. Но смотри так жалобно, я принес тебе подарок. Мира никогда не могла долго обижаться на Аскеля. Поэтому она обняла его и приняла небольшую коробочку. Внутри лежало ожерелье, сделанное из какого-то темного металла с вкраплением таких же черных кристаллов. Девушка потянулась, чтобы надеть ее, но Аскель опередил ее. Ласково отобрал ожерелье и надел его сам. — Ну как тебе мой подарок? Нравится? Мира улыбнулась, стирая слезы из опухших после похорон век. — Нра- Внезапно Мира ощутила, как воздух в ее легких и теле вмиг исчез. Словно его насильно вытолкнули наружу. Длинное ожерелье, достававшее ей до груди, резко сузилось и сжало ее горло, впиваясь в кожу. Девушка упала на пол, беспомощно царапая шею, пытаясь снять удавку. Она смотрела на Аскеля с отчаянием, с непониманием. — Я ведь говорил, что ты особенная, Мира. Моя маленькая могущественная девочка, твоя сила — спасение для всех нас. С этими словами девушка потеряла сознание, пока Аскель продолжил держать ее в своих объятьях, нежно поглаживая спину. Двадцать семь дней — вот сколько Аскель Флетнайт продержал Миру Роузэрроу взаперти. Двадцать семь дней проведенных наедине с мучителем, который пытал ее с помощью неизвестного магического камня. Этот предмет высасывал ее магию каждый день, пока она снова не падала в беспамятство. Магия Миры заключалась в управлении воздухом, поэтому не удивительно, что забирая у девушки энергию, камень отбирал весь воздух из ее тела. Вот только до опасной черты невозврата Аскель никогда не доводил. В комнате, где ее заперли, не было ни окон, ни дверей. Аскель с помощью магии иллюзий каждый раз делал проход в ее комнату с новой стороны, поэтому Мира не знала, как ей сбежать. Вскоре девушка стала замечать, что ее кожа сморщилась, а в русых волосах начали появляться седые завитки. Это заметил и Аскель. С того времени он каждый час стал пичкать девушку какими-то зельями, что возвращали ей утраченную жизненную энергию. Каждый раз, как она пила их, но боль была такой сильной, что хотела вытянуть своей же магией воздух у себя из легких. Кости словно ломались и заново заживали. Кожа будто отмирала и заново нарастала. Боль — вот, какое слово Мира ассоциировала с любовью, ведь Аскель, как умалишенный, продолжал заверять, что верный ей всей душей и телом. В один из дней, восемнадцатый, как насчитала Мира, Аскель поведал ей о том, кто он таков на самом деле и зачем она ему. В тот день, когда дух девушки окончательно сломился… — Я глава организации «Сумрачная гильдия». Ты, должно быть, не слышала о нас, милая? — Аскель улыбнулся и стер слезу с ее щеки. Так нежно, словно действительно волновался за ее чувства. — Ты можешь считать, что я плохой, но на самом деле, я спасаю мир. С помощью таких, как ты, одаренных, мы подпитываем ключ, чтобы тот не потерял силу. — Какой еще «ключ»? — спросила девушка, когда боль немного утихла. — Ключ мира, конечно же, глупышка! — Аскель рассмеялся и сел позади Миры, обняв ту со спины. — Существует семь ключей, в которых по Писанию нуждаются демоны. Если они соберут все семь ключей, то воцарится апокалипсис. Писание говорит и об эпохе процветания, которая наступит после конца мира. Но вот в чем вопрос: как она может наступить, если мир уже рухнет? Почему в Писании не написано, как укоротить период разрухи, чтобы процветание наступило быстрее, или как долго он будет? Почему в Писании говорится об обязательном наступлении судного дня, даже если демоны не завладеют всеми ключами?.. Писание — очень сомнительное предание… В любом случае, пока неизвестно, сколькими ключами уже завладели демоны, но у нашей гильдии завалялся один. Без всех семи ключей демоны никогда не завладеют этим миром, детка. Мои сумрачные маги ответственны за его защиту. Аскель оскалился и поцеловал шею Миры, оставляя засос. Девушка прикусила губу изнутри, пытаясь заставить себя не захныкать от отвращения. — Но раз ключ нужно подпитывать магией, то не лучше ли полностью опустошить его, чтобы тот стал бесполезным для демонов? — Моя маленькая, глупая девочка, если бы все было так просто, думаешь, я бы заставлял проходить тебя через это? Проблема в том, что ключ нельзя уничтожить, если он исчерпает внутри себя всю магию. Когда ключ опустошается, то начинаются бедствия в том месте, где находится. Землетрясения, ураганы, цунами и лавины — кажется, словно весь мир рушится, когда он пустеет. Моя гильдия поддерживает магию ключа на достаточном уровне с помощью таких кладезей магии, как ты. — Но это убивает меня, Аскель… — Я спасаю мир, дорогая, а ты принимаешь дорогие снадобья для поддержания жизни. Пока я не найду какого-то другого достаточно сильного мага, придется потерпеть. И Мира терпела. Терпела еще ровно шесть дней. Аскель был с ней постоянно. Он приносил камень, который убивал ее изнутри. Он же поил ее снадобьями, возвращая жизненные силы. Он же заставлял ее насильно сжимать ключ мира в ладони, чтобы тот высасывал с нее магию и жизненные силы. Он же утешал ее, когда девушке было невыносимо больно. Аскель был рядом каждую минуту заточения, пока однажды один из его подчиненных не сообщил им, что они нашли нового мага. В тот же день Миру перевели в другую комнату. Больше ее не пытали этим проклятым ключом. Аскель задаривал ее подарками, платьями и снадобьями, задабривал, как мог, приговаривая, что дождется, когда она вновь вернется к нему по собственному согласию. Однако ожерелья, эту удавку, которую Мира возненавидела всей душей, он так и не снял. Ожерелье являлось магическим предметом подчинения. Тот, кто его одевает, имеет полную власть над тем, кто позволил его одеть. Аскель желал полной и бесконтрольной власти над Мирой, поэтому держал ее на коротком поводке. Однажды днем, пока Аскель уезжал из гильдии в Башню по делам, пообещав Мире вернуться к ужину, в комнату девушки ворвалась девочка и мальчик лет четырнадцати. Близняшки. В один голос белокурые спросили: «Хочешь сбежать?». Мира, ни на миг не задумываясь, ответила согласием. Девушка не знала, как эти дети знали способ сбежать, но по их серым накидкам она поняла: дети — одни из членов гильдии. Близнецы помогли снять ей ожерелье. Как оказалось, лишь она не могла его снять, а на остальных запрет не распространялся. Они сбежали втроем. Вместе покинули страну. Вместе пересекли океан. Вместе поступили в Академию «Эларой» — самое безопасное место в мире. Вместе ее закончили. Мира предпочла остаться в Академии, а близнецы ушли за ее пределы. Больше девушка никогда их не видела. Все эти годы Аскель преследовал миру во снах. Она просыпалась от ужасно реалистичных кошмаров, где он нашел ее. Просыпалась, вспоминая пытки и ключ мира — один из тех, что хранитель равновесия хранит в подземельях «Эларой». По этой же причине Мира никогда не спускалась под древний фундамент Академии. А полтора года назад Леонель Эльрендер, лунный хранитель, привез еще один ключ. Мира приходила в ужас от одного только воспоминания о древнем артефакте неизвестного происхождения, а видеть его воочию — выше ее сил. Вот каков жизненный путь воздушной хранительницы — самой юной среди хранителей Академии «Эларой».

***

Дариус молчал, пока Мира, его любимая Мира, которая никогда не плакала, роняла слезы, тихо всхлипывая себе под нос. — Мне было восемнадцать… Ей было всего восемнадцать. Еще совсем ребенок, подросток, который не ведал о тяготах и жестокости этого мира. Весь рассказ Дариус молчал, пытаясь обуздать внутренний гнев. Кто же знал, что Мира, лучик солнца среди всех хранителей, такая юная и жизнерадостная, пережившая пытки и плен, могла так радостно улыбаться им всем и ему… — Иди ко мне, — произнес Дариус, притянув девушку к себе. На подсознательном уровне мужчина давно подозревал, что жизнь Миры была далеко не счастливой до поступления в Академию, но не желал верить в это. Теперь же он все понимал. Она шугалась тени. Даже на километр не подходила к магам, использующим магию разума, как кошмарный человек из ее прошлого. Исключением была лишь ментальная хранительница Лиандрин, к которой Мира с немалой осторожностью привыкала очень долго. Мира боялась замкнутых мест. Не носила никаких украшений, а когда Дариус подарил ей магический амулет посмотрела на него с такой болью, которую он в жизни никогда не забудет. — Он вернулся, Дариус. Вчера Аскель заявился перед защитным барьером и сказал, что убьет близняшек, если я не поговорю с ним. Дал мне время на раздумья до сегодняшнего вечера. — Мы справимся вместе. Я пойду с тобой. — Нет! — мотнула головой девушка. — Я должна справиться с ним сама, понимаешь? Просто… Давай побудь со мной еще немного. Еще совсем чуть-чуть… После тяжелого рассказал Мира вновь уснула. Дариус был с ней все время, успокаивая, когда она вздрагивала от кошмара. Мужчина гладил ее вдоль спины, целовал россыпь веснушек на шее, тихо шептал умиротворяющие обещания, пока девушка не погрузилась в сон без сновидений. Сам Дариус уснуть не мог. Сегодня был выходной, а значит нет уроков, но это ни капли не облегчало груз на плечах мужчины после услышанной истории. Ему хотелось лично найти этого Аскеля и заставить захлебываться в воде, а после исцелить его и раз за разом топить, пока он не потеряет голову и счет времени, как Мира когда-то. Дариус не понимал, как Аскель, который, со слов Миры, обожал девушку, мог сотворить с ней такое. Он бы ни за что не причинил любимой боль. Он бы сам отдал собственную магию и жизненные силы вместо нее… Об этом и еще о многом размышлял мужчина, пока Мира не проснулась. Девушка оделась в плотно прилегающий к телу костюм и накинула алую мантию — доказательство принадлежности к Академии «Эларой». Перекусила печеньем, которые приготовила вчера для Дариуса и остальных хранителей. Выпечка Миры и ее способности к готовке были тем, из-за чего хранители быстро сдались и приняли юную девушку в их ряды. Дариус не был исключением. Он днями бы ел то, что готовит Мира, лишь бы та счастливо улыбалась, как обычно, а не показывала вот это безразличное лицо с которым она шла на встречу с бывшим возлюбленным. По пути к границе барьера им встретился Алистар. Хранитель равновесия и их наставник ни капли не удивился удивив их вместе, лишь спросил нужна ли его помощь с урегулированием проблемы. Мира в одиночку могла справиться с каким-то заурядным ментальным магом. Дариус не уступал силой девушке, но Алистар Труллвинд был совершенно иным делом. В отличие от остальных хранителей мужчина был бессмертным существом, эльфом, которые, чем старше становятся, тем более сильной магией обладают. Счет лет жизни Алистара переваливал за тысячу. Он не был одним из старейших эльфов в мире, но по врожденным способностям и потенциалу превосходил всех. Какой-то там Аскель казался жалкой букашкой на его фоне. Не удивительно, что лишь Алистару Труллвинду по силе справляться с двумя ключами мира в одиночку. Мира поблагодарила наставника, но отказалась, и они продолжили дальнейший путь к барьеру. Девушка взяла клятвенное обещание с любимого не вмешиваться, что бы не произошло. Естественно, это условие крайне напрягло мужчину, но он пообещал вести себя тихо и просто посмотреть. Что бы не говорила Мира, если ее жизни будет угрожать опасность, он мгновенно заставит этого ментального мага захлебнуться водой, а может и взбурлит всю воду в его слабом человеческом теле. Ему, тритону, не впервой идти на такую жестокость ради защиты своего. А Мира была его. Просто сегодня ей нужно поставить точку, чтобы двигаться дальше. Они вышли за пределы барьера и Дариус скрыл свое присутствие, спрятавшись на дереве. Мира ждала, не собираясь никуда уходить и искать бывшего возлюбленного. Если она нужна Аскелю, пусть приходит. Она явилась на его зов и готова говорить. Девушка была настроена решительно. Сегодня она закончит то, что мучило ее на протяжении последних восьми лет, спасет близнецов и начнет новую главу в жизни. Больше она не будет прятаться от Аскеля за барьером Академии. Она должна показать, что стала взрослой и самодостаточной женщиной, которой не нужен такой мужчина, как Аскель, чтобы направлять ее. Она не готова отказаться от свободы ради любви. Любовь не должна ассоциироваться с болью. Любовь должна приносить то, что дарит ей водный хранитель вот уже на протяжении целого года… — Здравствуй, малышка, давно не виделись. Это такое знакомое «малышка», снившееся в самых страшных кошмарах, заставило девушку опешить, но она быстро собралась и ответила: — И правда давно, Аскель. — Я так долго искал тебя, а ты, оказывается, сбежала на другой континент и живешь себе преспокойно, пока я ношусь по всему миру в твоих поисках. Представь мое удивление, когда я услышал о новой воздушной хранительнице Академии «Эларой», носящей твое имя! Мира знала, что ее мечта стать хранительницей, приведет Аскеля к ней. Каждый хранитель Академии становится известным после получения титула, но молвь о самой юной хранительнице за всю историю Академии, прозвенела громче, чем она того желала. И Аскель прибежал на звон колоколов, как только смог. Их встреча была предначертана. — Где близнецы? — нетрепливо спросила Мира, сжимая ладони в кулаки. — Вместе с моими сумрачными магами. Как только пойдешь с нами, я отпущу их. — Вот как? Хотел вернуть меня и снова нацепить то ожерелье на шею? Мужчина усмехнулся и пожал плечами. — Ты помешанный на подчинении ублюдок!.. — прошипела девушка, ощущая, как магия отзывается гневу в ее теле. — Я помешанный на тебе, дорогая. Самая могущественная среди всех людей, которых я встречал. Бесстрашная. Любопытная. Красивая. Безупречная. Идеальная. Аскель всегда одаривал ее комплиментами, даже когда ее тело и дух раз за разом ломались во время контакта с ключом мира. Теперь Мира видела все ясно: этот ментальный маг обычный душевнобольной человек. Ей незачем его бояться. Она сильнее его. Умнее. И, как сказал сам Аскель, бесстрашнее. Мира ступила навстречу мужчине и, наконец, смогла рассмотреть, как сильно тот изменился. Темные локоны утратили блеск. Глаза потускнели. Пробивалась щетина. Исхудалый вид. Утраченные мышцы от отсутствия тренировок. Но больше всего пугали эти глаза сломанного человека. Кажется, Мира где-то читала, что слабые духом ментальные маги часто сходят с ума. Их собственная магия начинает пожирать их изнутри, сжирая разум. Она никогда не думала, что такое случится с главным героем ее кошмаром. Этот мужчина стоявший перед ней был совершенно не страшен. Он был потерянным. Больным. Жалким. Незначительным. Ничтожным. — Хорошо, — вдруг произнесла Мира и обворожительно улыбнулась. — Я вернусь к тебе, Аскель, а ты отпустишь близнецов. Одно условие. — Какое? — воодушевленно спросил мужчина, зачарованно смотря на Миру, ступившую еще шаг навстречу ему. — Никакого ожерелья. Расстояние между ними значительно сократилось. Мира прикоснулась к щетине Аскеля и провела пальцем по жестким волоскам. — Никакого ожерелья, малышка… — зачарованно согласился мужчина, потянувшись за поцелуем к Мире. Его руки притянули девушку к себе, заставляя прижаться к себе. Мира обняла мужчину за шею и больно сжала волосы на его затылке. Аскель усмехнулся порыву любимой и не мечтая о столь страстном воссоединении, как вдруг тело резко подкосило. В груди было пусто. Ни капли воздуха. Через поцелуй Мира забрала совершенно весь воздух из тела Аскеля, но продолжала его прижимать к себе, обнимая, пока мужчина задыхался, не в силах оторваться. Он отпихнул Миру руками, но девушка сжала кулак перед собой, а Аскель все продолжал задыхаться, сдирая ногтями кожу с шеи. Так же ощущала себя Мира, когда он нацепил на нее то ожерелье, сначала возвысив до небес подарком, а после предав. Мира тоже подарила ему долгожданный поцелуй, а после отобрала то, без чего не может жить ни один человек — животворный воздух. Аскель еще некоторое время корчился в грязи, пока его бездыханное тело окончательно не свалилось на землю. Аскель Флетнайт был повержен вот так просто. Мира и не представляла, что может справиться с главным злодеем истории так легко! Стоило лишь поверить в себя и перебороть страх, в котором она задыхалась по ночам. «Нужно было сделать это еще восемь лет назад. Нужно было набраться храбрости и покончить с ним», — мысленно приговаривала себе Мира, понимая, что нужно было лишить Аскеля жизни еще в гильдии. Не убить его и годами мучаться — самая великая ошибка воздушного хранителя Академии «Эларой». — Мира? — осторожно спросил Дариус, внезапно оказавшийся рядом. — Все в порядке? Девушка кивнула и потянулась к мужчине. Ей хотелось смыть с себя запах Аскеля, ощущения, словно он еще прикасается к ней, целует ее. — Не видел более оригинального способа убить врага. Мира тихо рассмеялась, уткнувшись лбом в плечо любимого. Дариус. Он рядом с ней. Дарит ей покой и умиротворение. Это все, чего она когда-либо желала. — Послушай, Дариус… — Давай я первый? — перебил мужчина девушку и подождал, пока та согласно кивнет. — Спасибо, что решилась рассказать. Теперь я лучше понимаю тебя и, что сказать, мне не так обидно, что ты так долго отталкивала меня. После такого, как Аскель, я бы тоже… в своем роде закрылся в себе. Он лишил тебя свободы, и мне искренне жаль, что ты видела его во мне, когда я хотел более серьезных отношений. Я никогда не лишу тебя свободы. Я никогда не обижу тебя. Мира, я… Девушка оплела мощную шею мужчины руками и легко прислонилась губами к его, поглядывая в серые глаза тритона, выражавшие удивление. — Рядом с Аскелем я задыхалась, а с тобой дышу полной грудью. Я не хочу больше скрываться. Будь, что будет. Со смертью Аскеля Мира приобрела уверенность в себе. Уверенность позволила ей ощутить свободу и по-новому взглянуть на их отношения. В этих отношениях именно она была тем самым человеком, что лишал Дариуса воздуха и свободы делать то, что он хотел. Мира не желала уподобляться бывшему возлюбленному, поэтому, переступив через страх, решила двигаться дальше. Дариус протянул Мире руку, и девушка переплела их пальцы, сжав сильнее. Внезапно до них донеслись крики, исходящие из леса. Мира услышала, как кто-то отчаянно зовет ее по имени и всмотрелась в темную лесную гущу. Заметив двух белокурых близнецом девушка просияла, но быстро опешила, когда за братом и сестрой выбежали люди в серых мантиях — члены «Сумрачной гильдии». Мира напряглась и сжала кулаки, приготовившись нанести удар. Магия бурлила по ее крови, готовясь защитить хозяйку, ее возлюбленного и друзей. — Мира! — крикнули близнецы в один голос и обняли Миру, едва не завалив ту назад. Дариус придержал девушку, смутно вспоминая брата и сестру, которые постоянно тягались за Мирой во время ее учебы. — Аскель больше не потревожит вас, — заявила Мира, обнимая друзей. Близнецы быстро метнули взгляд на лежавший труп. — Рада видеть вас в целости и сохранности, но меня больше интересует, почему вы пришли с сумрачными магами?.. — Мира, не будь столь враждебна! Мы ведь тоже были членами гильдии когда-то, — заявила старшая из близнецов, ткнув девушку пальцем по лбу, чтобы та не хмурилась. — Члены гильдии — такие же похищенные дети, как и ты однажды. Аскель находил одаренных подростков по всему миру и высасывал из них жизненные силы. Те, у кого магии было меньше, становились ненужными, но так как им не было куда возвращаться, оставались служить Аскелю. Все, кто позади тебя, такие же, как и мы. Они никогда бы не служили Аскелю, будь у них выбор. Мира обвела взглядом собравшихся позади близнецов сумрачных магов. Незнакомцы начали один за другим снимать капюшоны мантий, и Мира убедилась, что все они — дети, подростки, четырнадцати-семнадцати лет. Она применила магию ветра и накрыла труп Аскеля его же плащом, чтобы дети не видели мертвого тела. За четыре года, которые они обучалась в Академии, близнецы ни разу не вспоминали о произошедшем в гильдии. Трое друзей приняли обет молчания, чтобы лишний раз не бередить старые раны друг друга, поэтому Мира и не ведала, что брат и сестра однажды были такими же жертвами, как и она. Что им не было куда возвращаться, поэтому они приняли решения остаться вместе с этим монстром, который явно давал детям, что стали бесполезными, всего два выбора: служить ему или умереть. — Мира, этим детям нет куда идти, — вступился младший из близнецов. — Мы хотим, чтобы у них тоже был дом и возможности, которые дала нам Академия «Эларой». Ты не могла бы, как хранитель. вступиться за них и принять в Академию? — Могу, но… — неуверенно протянула Мира. — Мне интересно, кто-то из вас знает, куда Аскель подевал такой небольшой камень с выгравированной руной на нем? Дети тихо зашептались и, как один, указали на труп. — Господин Флетнайт в последнее время носил его с собой, — тихо ответила девочка, вышедшая из толпы. По виду ей было не больше четырнадцати. — Башня узнала о нашей организации и начала охотиться на нас, так что мы не могли ловить сильных магов… После вашего побега, госпожа Роузэрроу, и предательства близнецов господин не доверял никому из нас, поэтому в последний год хранил этот предмет в одиночку. «Вот почему он выглядел таким осунувшимся. Не магия свела Аскеля с ума, а камень. Этот проклятый ключ мира», — догадалась Мира и нехотя скривилась, понимая, что ей придется вновь прикоснуться к этому камню, чтобы отнести его в Академию, где Алистар о нем позаботится. Однако Дариус остановил ее. Он сам подошел к трупу и, обыскав его, нашел черный камень, напитавшийся ментальной магией Аскеля. Стоило мужчине прикоснуться к ключу, как тот мгновенно изменил цвет с черного на темно-синий — цвет океанский гладей и ауры магии Дариуса. Вскоре ключ был доставлен хранителю равновесия. Академия «Эларой» стала пристанищем не только бывших сумрачных магов, но и трех ключей мира. Где остальные четыре ключа — по это время никто не ведает, однако судьба продолжает идти по заведомо написанным словам Писания. Конец мира наступит независимо от того соберут ли демоны все ключи или нет, но хранители должны сделать все, чтобы по наступлению судного дня демоны остались ни с чем, а в мире наступила эпоха процветания. Хранители Академии «Эларой» пойдут на любые жертвы, чтобы обезопасить их мир.