Конец нашей дружбе

      Рамён получился потрясающий. Пусть я ещё не успела попробовать его, но знала это наверняка. Аромат специй заполонил собой комнату, а сырные палочки, утопая в бульоне, соблазнительно блестели на солнце. Давясь слюнями, я изо всех сил старалась не наброситься на еду, пока Ники не вернётся в комнату. — Долго ты ещё?! — завопила я, привлекая внимание друга. — Какая нетерпеливая! Если бы заранее помыла стаканы, я бы справился с напитками гораздо быстрее. — Тоже мне, чистюля, — пробурчала я, надеясь остаться не услышанной. — Что ты там бубнишь? Ничего не слышу.       Я недовольно закатила глаза. Если бы могла, давно бы избавилась от этого несносного парня. Но кто ещё вытерпит его, как не Кан Юна? Моему ангельскому терпению позавидовал бы любой, кто пообщался с Нишимурой Рики дольше пяти минут. — Эй! Подождать не могла? Куда за обе щёки уплетаешь?       Он вернулся как раз тогда, когда я сдалась, решив немного утолить чувство голода. Съесть кусочек кимчи и сырную палочку, не более. — Уже полтарелки нет. Неудивительно, что ты так и не дебютировала.       Может, я и правда увлеклась, съев чуть больше запланированного, но точно не полтарелки. С наслаждением облизнув губы, я отправила в рот кусочек мяса. — Серьёзно, — усмехнулся Ники, усаживаясь рядом на диван.       Мы познакомились во время стажировки. Одни из младших в агентстве, вечно теряющиеся в коридорах и с круглыми от страха глазами просящие старших о помощи. Вот только я хотя бы знала корейский, положение Ники тогда было куда плачевнее. Сейчас всё изменилось. Он стал успешным айдолом, а я осталась бывшей трейни. Хорошо хоть поступила в университет. — Тебе всё равно много есть нельзя, — я подбадривающе похлопала друга по плечу, — станешь толстым и всё, захейтят.       Откинув тёмные волосы от лица, Ники покачал головой. — Меня уже столько раз хейтили, что больше ничего не страшно. И ты глянь на это тело, — он задрал футболку, открывая вид на свой тощий живот, — лишний вес мне точно не грозит. — Фу, ну я ведь ем!       Я едва не подавилась, скорее отворачиваясь от этого придурка. Он же вскочил с места, вновь появляясь передо мной. — Глупая, знаешь, сколько девушек мечтают потрогать этот пресс? Ты многое теряешь!       Прожевать лапшу оказалось крайне трудно. Справившись с рвотным рефлексом, я состроила самую милую гримасу, на которую была способна. — Так хочешь, чтобы я его потрогала? Зачем? Видела сто раз, ничего впечатляющего.       А после, не давая Ники одуматься, потянула край его футболки и коснулась натренированного тела. Оно оказалось тёплым и твёрдым. Его даже было приятно трогать, если не поднимать взгляд и не видеть лицо своего лучшего друга. — Ты что творишь! — завопил Ники, продолжая стоять на месте. — Кто в тебя вселился? Я ведь просто пошутил!       Он отпрыгнул в сторону, оттягивая футболку вниз и прикрываясь руками. Я же злорадно рассмеялась, забирая его порцию кимчи себе. — Эй! Отдай!       Так мы проводили вместе свободное от работы и учёбы время. И всё в нашей дружбе шло просто прекрасно, пока в один день Ники не появился на пороге моей квартиры с крайне озадаченным видом. — Привет, — зевнула я.       Он не предупредил заранее о своём приезде, так что я вышла встречать его в одной пижаме. В футболке с Hello Kitty и шортах с сердечками, если быть точнее. Волосы не расчесала и даже не успела умыться, зато Ники с самого утра был при параде. В каком-то модном худи и цепями на шее. Мне даже показалось, что он подкрасил глаза, но чтобы быть уверенной в этом, мне следовало сначала промыть свои. — Привет, — изучающим взглядом Ники прошёлся по мне с головы до пят, а после недовольно цокнул языком и прошёл в квартиру. — Эй, я что, в вечернем платье должна тебя встречать?       Взяв зубную щётку и пасту, последовала за другом в комнату. Этот двухметровый успел сложиться пополам, чтобы поудобнее разглядеть содержимое моего холодильника, но выискивать там особо было нечего. Захватив банку с газировкой, Ники уселся за стол так, словно это была его квартира. — У нас проблемы, — наконец, сообщил он, не глядя на меня.       Не особо понимая спросонья, какие у нас с ним могут быть проблемы, я поспешила занять второй стул. В ожидании пояснений молча выдавила пасту на щётку и принялась чистить зубы. — Что за проблемы? — я постаралась уточнить настолько разборчиво, насколько позволял полный пасты рот. — Конец нашей дружбе. — выпалил он и, пока я не начала заваливать его вопросами, добавил: — Ты мне нравишься.       Если бы я сейчас не сидела, точно свалилась бы на пол. Разразившись нервным смехом и едва не забрызгав всё вокруг зубной пастой, я побежала до раковины, чтобы прополоскать рот. Вот только, вернувшись на место, не заметила на лице друга и тени улыбки. — Погоди, это что, не шутка? Ты сейчас серьёзно?       Я уставилась на Ники в надежде найти хоть какой-то намёк на розыгрыш в этих обычно хитрых глазах. Однако сейчас они были серьёзны, как никогда. — Не-ет, — протянула я, откидываясь на спинку стула. — Да, — поджал губы Ники, не отводя от меня взгляда. — Не может быть. — Кан Юна, ты мне нравишься. Ну, как девушка.       Я устало прикрыла глаза. Счастливые моменты нашей дружбы с Ники вспыхнули в памяти, как последние огоньки надежды. Вот у этого балбеса сок полился из носа, а я свалилась от смеха с дивана. Вот мы посмотрели ужастик, и меня начало трясти от любого шороха в квартире. Ники тогда скрылся в коридоре, решив выключить везде свет. А один раз мы напились настолько, что Джей-оппа был вынужден растащить нас по разным комнатам, пока мы не выцарапали друг другу глаза из-за очередной несмешной шутки Ники. Я не могла представить, в какой момент он решил, что будет отличной идеей влюбиться в меня. — И как ты это понял? — возвращаясь к реальности, я покосилась на Ники. — Ну-у, я общаюсь с разными девушками. На работе и не только, — он запустил пальцы в волосы, откидывая их к затылку, — так вот я никогда не думал о том, что они вкусно пахнут, а запах твоих волос… я хочу нюхать его так долго, чтобы задохнуться. — Мило. — И кожа у тебя такая нежная. Помнишь, когда я не вписался в дверной проём и ударился лбом? Ты сказала держать тебя за руку, пока вела до дивана. Я думал, у меня сотрясение, и не придал значения. Но сейчас я абсолютно здоров, а твоя кожа всё такая же мягкая, как персик.       Он коснулся моей руки, и я поспешила одёрнуть её. — Уверен? Всё же тянет на сотрясение.       В ответ на нелепую попытку пошутить Ники смерил меня недовольным взглядом. И за что мне это несчастье? Я мысленно взвыла, умел же он досаждать мне! — Ладно, и что ты думаешь делать? — Ну, я, судя по всему, тебе нисколько не нравлюсь, так что подожду, пока мои чувства пройдут. Просто решил, будет честно, чтобы ты знала.       Что отвечать на подобное не объясняли ни в школе, ни в университете. Поэтому я, по-доброму улыбнувшись, теперь сама коснулась руки Ники: — У тебя отличный вкус в девушках, знаешь?       Его и без того узкие глаза сейчас сощурились настолько, что я не была уверена, видел ли он что-то вокруг. — А у тебя просто отвратительный вкус в парнях. Как можно отвергать такого красавчика? — Я видела, как ты пердишь подмышкой, о чём ты?       Ники рассмеялся, и я вслед за ним. Нужно было спасать этого балбеса. И чем быстрее, тем лучше. Придумал тоже, влюбиться в меня! Нет, я не собиралась оставлять это, как есть. Мне был нужен мой друг в добром здравии, хотя и до этого он вынуждал сомневаться в своей адекватности.       Но с каждым днём всё становилось только хуже. Ники изменился. Нет, он не переставал насмехаться надо мной при каждом удобном случае. Но, вместе с этим, стал заваливать тоннами сообщений и обижаться, когда я долго не отвечала на них. Он старался ненароком коснуться меня, если мы привычно оставались вдвоём. И злился из-за моих вопросов о его хёнах.       Я правда начала ему нравиться не как друг, а как девушка. И что с этим делать долго не приходило мне в голову. Почему бы не пойти ему навстречу, подумают многие. Как минимум потому, что Нишимура Рики мне совершенно не нравился в этом плане. Я любила парней старше, серьёзнее и умнее, чем он. И чем я сама, собственно, тоже.       Переехать в другой город – не вариант, сразу заподозрит неладное. Намекнуть ему, чтобы отстал? Так он ведь никогда не понимал намёки. После долгих размышлений у меня появилась идея. Ранить чувства Ники серьёзным разговором не хотелось, так почему бы не сделать что-то, чтобы он меня разлюбил? Я не была той самой девушкой, одной на миллион, о которой мечтают все парни в университете, а потому искоренить неуместные чувства казалось проще простого.       Мой план заключался в том, чтобы перестать быть самой собой. И к его исполнению я приступила, как только появилась возможность. Правда, на пару недель пришлось изолироваться от Ники, совместные вечера в квартире делу не помогали.       По забавной случайности моя научная конференция в Японии точно совпала с концертом ENHYPEN. Я уже успела заселиться в отель, когда позвонил Ники. Стоило отдать ему должное, он не переставал предпринимать попытки проводить время вместе, как раньше. В этот раз предложил выпить с остальными мемберами в их номере, и я, конечно, согласилась. Было бы глупо избегать всех из-за той нелепости, что Ники надумал себе. Да и заставить его разлюбить себя как-то было нужно. Поэтому я, не раздумывая, попросила заказать мне такси до отеля, в котором остановились ENHYPEN.       Ники никогда не любил платья, юбки, всякие оборки и рюши. Я тоже терпеть не могла эту мишуру. Однако сейчас она была как никогда кстати. Мне следовало измениться настолько, что случайно влюбившийся парень сразу откажется от своих чувств. Правда, подходящих вещей у меня было немного. Я смогла найти лишь белую майку на дне чемодана и короткую джинсовую юбку, в которой планировала всего-то пофотографироваться. Кто бы знал, что на её долю выпадет куда более страшная участь.       Приодевшись, я распустила волосы и накрасила губы ярче, чем обычно. Образ вышел вызывающим и неуютным для меня, но я же бывшая трейни. Уроки актёрского мастерства не пропускала ни разу.       В отеле предупредили о моём приезде. И хоть я спрятала лицо под маской, всё равно чувствовала себя девушкой по вызову. Не моё эти юбки, ещё и ситуация вышла неоднозначная. Работники отеля наверняка знали, в чей номер я так спешила. — Привет, — дверь мне открыл Джейк-оппа, — а Япония интересно на тебя влияет.       Прячась внутри, я сняла маску и вопросительно уставилась на него. Джейк-оппа улыбнулся, смущённо почёсывая затылок. — Выглядишь как-то иначе.       Отлично. Этого я и добивалась. Довольно откинув волосы за спину, я поклонилась старшему. — Спасибо. Япония и правда удивительная, из-за неё мне захотелось перемен.       Или из-за одного несносного японца. Но это я уточнять не стала. — Проходи, как раз принесли еду, — Джейк-оппа пропустил меня вперёд и, не дожидаясь пока мы зайдём в комнату, воскликнул: — Юна здесь!       Отчего-то разговоры сразу стихли. Номер был большой, даже гигантский по меркам Японии, однако, спальных мест в нём было всего два. Здесь будет ночевать кто-то из мемберов, но я понятия не имела, кто конкретно. Все они сейчас сидели на полу, уставившись на меня. И я могла бы почувствовать себя неловко, если бы не знала про каждого из них столько постыдных историй, что любой папарацци позавидует. — Всем привет, — я поклонилась, ища взглядом Ники.       Нашёлся он быстро, в самом углу. Одинокий и покинутый настолько, что мне даже стало совестно. Всё-таки не стоило его избегать. Я вдруг поняла, что сама успела соскучиться по этому негоднику, хотя не виделись мы всего несколько недель. Я соскучилась по его низкому смеху и забавным историям. Даже по родинке на подбородке, хотя, чего это я?       И пока собравшиеся начали приветствовать меня, я прошмыгнула в нужную мне сторону. Уже собиралась плюхнуться на пол, как вдруг, вспомнив о надетой юбке, остановилась. — Юна, — Джей-оппа улыбнулся, отодвигаясь вбок, — отлично выглядишь, присаживайся.       Ники не смотрел на меня, пока я неловко опускалась на колени. Подобрав ноги под себя, села, как настоящая леди, которые никогда не нравились Нишимуре Рики. — Что скажешь? — я улыбнулась, ударяя своим плечом о его. — Правда, эта юбка мне совершенно не идёт? Ну, не мой стиль.       Пиво в стакане было для него интереснее, нежели мой внешний вид. И не то, чтобы меня это расстраивало. Нет, наоборот, я обрадовалась этому факту. Но всё же, оцени Ники мои старания ради него, я была бы рада чуть больше. Каждое неудобство, связанное с этой юбкой, я терпела из-за него. Из-за того, что он вдруг решил влюбиться в свою лучшую подругу. — Только много не пей, пожалуйста, — взмолился Джей-оппа, передавая мне стакан, — я не выдержу снова приглядывать за вами, детишки. — Почему предупреждение только мне? Он тоже тогда нажрался в слюни.       Джей-оппа молча оглядел Ники. — На него уже нет никаких надежд.       Я недовольно надула губы. И почему снова что-то требовалось от меня, а не от этого балбеса? Ему всё сходило с рук, тогда как я, мало того, что должна не создавать лишних проблем, так ещё и решать созданные им. — Не дуйся. Выглядишь чертовски мило.       Это было первое, что Ники сказал за вечер. И первое, от чего моё сердце пропустило удар. Часто хлопая глазами, я уставилась на него. — Юбка и правда не в твоём стиле. Но ты не учла, что все будут глазеть на твои ноги.       Взяв своё худи с дивана, Ники расправил его и накинул мне на колени. Щёки загорелись от смущения, и я поспешила утопить внезапные эмоции в стакане с пивом. Хоть и довольно своеобразный, но всё же комплимент, оказал на меня куда больше влияния, чем я предполагала. Получить его было приятно.       Ники говорил тихо, а потому старшие не смогли разобрать слов, но вот его худи на моих коленях не осталось без внимания. Я видела, как они переглянулись, и слышала пару несдержанных смешков, желая провалиться под землю. — Раз все в сборе, чем займёмся? — Чонвон-оппа оглядел друзей, скрадывая неловкую атмосферу. — О, Юна, расскажи, что за конференция, ради которой тебе пришлось лететь в другую страну?       Я прочистила горло. — Буду защищать проект о современной методике преподавания танцев. Это конференция японского университета, на которую приглашают выступить лучшие университеты Азии. — Какая интересная тема, — Хисын-оппа беззлобно усмехнулся. — У семьи Нишимура своя танцевальная школа, Ники наверняка мог многому тебя научить.       Теперь у меня пылали не только щёки, но и всё лицо. То, что Ники мог меня многому научить, прозвучало как-то неправильно и неприлично, или это я так восприняла услышанное. В любом случае, ощущая себя крайне неловко, я не нашла, что ответить. — Ага, нам же заняться больше нечем, — встрял в разговор Ники, на что старшие разразились хохотом. — Юна, если помните, была прекрасной танцовщицей во времена стажировки.       Ситуация становилась только хуже, привлекая всеобщее внимание. И я бы поспорила с утверждением Ники, равно как и преподаватели из агентства. Танцевала я средне. Не так уж плохо, но точно не прекрасно, сколько бы Ники не помогал мне. Хотя, какое это имело сейчас значение.       Хисын-оппа тем временем вскинул руки, как бы говоря, что он ни на что и не намекал. В комнате повисла неловкая тишина, разрушить которую решился Джей-оппа: — Ну ладно, накинулись, дайте Юне хоть поесть. Пить алкоголь на голодный желудок крайне вредно.       Он всё переживал, как бы я не перебрала и не подкинула ему лишних хлопот. Но поесть и правда стоило. Тем более, что это был отличный шанс, чтобы показать Ники, какая я отвратительная. Потому, когда старшие увлечённо разговорились о чём-то своём, я взяла лист салата и начала накладывать на него всего по чуть-чуть. А было тут много всякого. Свининка, маринованная редька, кимчи, даже яйца лежали в отдельной миске. Салат едва обернул всё, что я набрала. И, с огромным энтузиазмом, я отправила этот кусок совершенно разной еды себе прямо в рот. Наверное, у меня челюсть могла бы сломаться, вот как широко я открыла рот, но этого всё равно оказалось недостаточно. Часть овощей упорно норовила вывалиться, пока я останавливала её рукой.       Мне хотелось увидеть отвращение на лице сидящего рядом Ники, но тот лишь в изумлении округлил глаза. — Настолько голодная? Надо было спокойно поесть, а потом уже пиво пить. Теперь у тебя будет болеть живот. Ц-ц-ц, всему надо учить.       Он переставил мой стакан к себе и, взяв в руки тарелку, принялся накладывать на неё, что попадалось на глаза. Всё, кроме грибов, потому что прекрасно знал, что я их не переношу.       Затея вызвать отвращение нелепым поеданием пищи потерпела стремительное крушение. Я даже не смела дуться из-за этого, чтобы Ники снова не счёл меня милой. Правда, признавая это, он и сам был довольно милым.       О, нет.       Это было не по плану. Считать Ники милым точно не содержалось ни в одном его пункте! Пока всё не стало ещё страннее, я принялась молча опустошать свою тарелку, разрабатывая новую стратегию. — Погоди, так она призналась тебе в своих чувствах?       Старшие обсуждали драму, развернувшуюся в личной жизни Сонхун-оппы. Я навострила уши в надежде подчерпнуть что-то полезное для себя. — Ага, призналась, а потом я снова встретил её с тем парнем. Прямо в агентстве.       Все, кроме меня, знали о чём речь, а потому по номеру прошёлся неоднозначный шёпот. — Я будто смотрю какую-то второсортную дораму, — Сону-оппа недовольно поджал губы. — Если бы ты ей нравился, она бы не крутилась вокруг него. Снова, — неожиданно для всех подал голос Ники. — А что, вы не согласны? Пусть уже валит к нему, зачем играть на чувствах Сонхун-хёна?       По сторонам раздались одобрительные возгласы. Ники был прав, а случалось это не так уж часто. Я даже по-другому взглянула на него, неужели в его голове могли быть разумные мысли? И тут я осознала, ведь лучший способ разлюбить человека, это узнать, что он заинтересован в ком-то другом. Довольно жестоко, конечно, но в моём случае все методы были хороши.       Когда мемберы ENHYPEN выпили чуть больше положенного, я оставалась абсолютно трезвой, пусть и не показывала этого внешне. Мне нужно было осуществить свою задумку как можно скорее, чтобы вернуть назад своего друга. Он и так весь вечер задумчиво сидел в стороне. Его нужно было спасать.       Вот почему, только атмосфера стала более расслабленной, я завела разговор с тем, кто сидел ближе остальных. — Да, у меня и правда много разных гитар, — Джей-оппа с упоением рассказывал о своём хобби, пока я старалась не уснуть, — электрогитара для путешествий, для практик в общежитии, а также есть для концертов и каверов. Их зовут Кваншими, Джек, Джейн, Тонтони. Раскрою секрет, Джейн моя любимица.       Хохот распирал меня изнутри, пока я делала крайне заинтересованное лицо. Господи, Джей-оппа так много выпил, что кто ещё за кем будет приглядывать. На утро он наверняка даже не вспомнит этот разговор. Потому, затылком чувствуя взгляд Ники, я пошла ва-банк. — Оппа, ты настоящий профессионал своего дела. Может быть, ты научишь меня играть? На той гитаре, для практик в общежитии.       Только я потянулась, чтобы коснуться его плеча, как моя рука была грубо перехвачена. — Ты видела свои пальцы? — крепко держа меня, воскликнул Ники. — Такие короткие, что ни до одной струны не дотянутся.       Он постарался провернуть это под видом очередной насмешки, но, обернувшись, я встретила недовольство в его глазах. Неужели я нащупала то самое, что вернёт нашу дружбу в привычное русло?       Вывернув руку, я с лёгкостью избавилась от хватки Ники и схватилась за плечо Джей-оппы. Он пошатнулся, явно не ожидавший такого напора. — Оппа, я уверена, ты покажешь, как правильно двигать пальцами.       Ники усмехнулся. — Это уже слишком.       Кажется, он мне не поверил. Даже на одну сотую не смог допустить, будто я флиртую с его хёном. Тогда я наклонилось ближе к уху старшего и прошептала то, что услышал только он. Джей-оппа засмеялся, пряча глаза в пол.       Не церемонясь, Ники взял меня под мышки и поставил на ноги. — Поехали.       Он подхватил валявшееся на полу худи и накинул мне на плечи, выпроваживая из номера. Джей-оппа тем временем уже рассказывал про свои гитары сидящему рядом Хисын-оппе, который со скучающим видом вчитывался в этикетку на бутылке. — Напомни, в каком отеле ты остановилась? Я закажу такси. — Дай сюда, сама вызову.       Я выхватила телефон из рук Ники, злясь за очередной испорченный план. Мало того, что проблем в мою жизнь подкинул, так ещё и их решения пресекал на корню. — То есть ты правда решила отказаться от помощи японца, находясь в Японии? Что ж, удачи.       Он рассмеялся. Раздражённо цокнув языком, я уставилась на экран его телефона. Разумеется, в приложении всё было на японском. — Это нечестно, — я врезала кулаком прямо по плечу Ники, на что он глухо выдохнул, — бесишь. — Так же, как и ты. Что за спектакль ты там устроила? — следующее он добавил, наигранно передразнивая меня: — Оппа, ты такой профессионал. Покажешь, как правильно использовать пальцы? Мы могли бы заняться этим, когда никого не будет в общежитии. — Я такого не говорила! — Правда? А я отчётливо это слышал.       Я вновь замахнулась, чтобы врезать этому придурку, но он перехватил мою руку. Задрав голову, я гневно уставилась на него. Неужели добилась своего? На лице Ники больше не было той растерянности, что сопровождала каждый его взгляд на меня. Он выглядел по-настоящему недовольным.       Стало стыдно от того, что я вывела его на эмоции. Вместе с этим Ники впервые показался мне поразительно взрослым. Я и не верила, что такое могло случиться, но сейчас он не шутил и не подначивал меня, выглядя при этом куда старше. И, в то же время, ужасно красиво. Искры метались в его глазах, челюсти были плотно стиснуты, а на лбу взбухла вена. Его пальцы продолжали удерживать моё запястье. Уже не крепко, едва касаясь, но явно не желая отпускать. — Скажи название своего отеля, и я закажу такси.       От его ледяного голоса кровь в жилах стыла. Конечно, мне хотелось, чтобы Ники перестал испытывать ко мне чувства, но ведь не все, а только романтические. Сейчас же он вёл себя так, будто я стала врагом всего японского народа.       Такси приехало на удивление быстро. Мы молча ждали его около запасного выхода, даже не глядя друг на друга. Я не знала, что сказать Ники. Как объяснить желание оттолкнуть и удержать одновременно. Думала, сценка с ревностью решит все проблемы, но то, как возбудился Ники, перечеркнуло всё. Мне ужасно понравилось, что он не собирался оставаться в стороне. — Пока, — коротко бросила я, направляясь к чёрному седану. — Ещё успеешь попрощаться, я еду с тобой. — Ники быстро нагнал меня и, поймав мой вопросительный взгляд, пояснил: — Не хватало ещё, чтобы ты притащила кого-то к себе в номер мне назло. Уйду, только когда ты уснёшь.       Если бы можно было закатить глаза так сильно, чтобы увидеть собственные внутренности, я бы это уже сделала. Ники был несносным настолько, что хотелось треснуть его как следует. Но ведь не получится! Вновь схватит меня за руку и заглянет в самую душу. По коже пошли мурашки, и я скорее потёрла плечо, чтобы разогнать их.       Отель находился не слишком далеко. Конечно, не в центре, ведь его оплачивал университет, а не BELIFT LAB, но вот, спустя минут двадцать, мы уже стояли перед дверью моего номера. — Знаешь, в мои планы не входило уезжать вдвоём в отель поздней ночью. — А в мои планы не входило, что ты начнёшь строить глазки хёну. Давай, заходи.       Как только я открыла дверь, он протолкнул меня внутрь. — Почему ты так бесишься с этого? — удивилась я, сбрасывая кроссовки в прихожей. — Разве то, что мне интересен другой, не отличный повод, чтобы забыть о своих чувствах?       Ники шумно выдохнул. — Юна, я думал, мы достаточно близки, чтобы ты знала, что я не люблю делиться. Я, как бы это сказать, собственник? И когда девушка, что мне нравится, начинает общаться с другим парнем, перестать что-либо чувствовать к ней я не могу.       Он замер в паре сантиметров от меня, буквально нависая сверху. Наша разница в росте сейчас стала особо ощутимой. Но я была не из тех, кто втягивал голову в плечи. Гордо выпрямившись, с вызовом во взгляде я посмотрела на Ники. — Ты глупый. Вместо того, чтобы злиться, тебе следовало принять мой выбор и отступить. — Твой выбор? — его низкий смех разнёсся по помещению, освещаемому только лампой в прихожей. — Я бы принял твой выбор, продумай ты его как следует. Сегодня всё выглядело, как жалкая попытка привлечь моё внимание. И тебе повезло, что рядом был Джей-хён. Он не из тех, кто уведёт девушку у друга. Будь на его месте кто-нибудь посторонний, тобой бы воспользовались.       От возмущения у меня кончился воздух в лёгких. Я хотела наговорить ему столько всего, но собственные мысли не слушались, упорно отказываясь собираться во что-то разумное. — Я ведь прав, ты это знаешь, — Ники подошёл ещё ближе ко мне, заставляя впечататься спиной в стену позади. — Может, я и глупый, но отдавать то, что принадлежит мне, не собираюсь.       Время остановилось, когда Ники приподнял мой подбородок и заглянул в глаза. Он был полон решимости настолько, что я скоротечно теряла свою. Колени дрожали, как у школьницы перед крутым хулиганом, и я ничего не могла с собой поделать. — Можно я попробую?       "Попробуешь что?" – вопрос, повисший на языке, так и остался неозвученным. Ники наклонился к моему лицу, продолжая придерживать подбородок, чтобы я не отвернулась. А затем жадно поцеловал, вкладывая в этот поцелуй все невысказанные чувства. Стремясь взять всё, пока я не оттолкнула его, он в одно мгновение овладел моим языком. Нагло и своевольно сделал то, на что я не давала разрешения. — Эй! — я упёрлась ладонями ему в грудь, вырываясь. — Какого ты вытворяешь?       Ники склонил голову набок и облизнулся. Вышло это слишком соблазнительно.       Какой кошмар. Он вёл себя совсем не как Нишимура Рики, которого я знала. Хотя, знать его мне довелось только в качестве друга. Неужели этот недотёпа скрывал в себе мужчину? — Тихо! — я прикрыла ладонью его рот, борясь с желанием поступить очень неразумно. — Дай подумать. — Что тут думать? — пробубнил он. — Признай, что тебе понравилось.       Я отвернулась от него, закрывая уши руками. Да, господи, мне понравилось! Даже в самых грязных фантазиях я не могла представить, что Ники так хорошо целуется. А ещё он смешной и заботился обо мне. У него очень милая родинка на подбородке, и он вкусно пахнет, когда не ведёт себя, как свинья.       Ники обнял меня со спины, убирая руку и горячим дыханием опаляя ухо. От внезапного удовольствия я прикрыла глаза. Кто-то вообще знал, как правильно начинать отношения? Может, именно после дружбы они и были самыми крепкими?       Я развернулась в его руках, утягивая в новый поцелуй. Сдалась его чувствам, сдалась и своим. То, как эти пухлые губы сминали мои, как вкусно пахло от Ники каким-то дорогим парфюмом, как крепко он вжимал меня в стену, всё это сводило с ума.       И если Ники был глупым, то ему хотя бы хватило смелости признаться в своих чувствах. Я же оказалась глупой и трусливой. До последнего убегала, как страус пряча голову в песок, даже когда Ники действовал, несмотря ни на что. Позволял игнорировать, не сдаваясь добивался желаемого. Его настойчивость впечатляла.       Да, он добился своего. Я признала это, полностью отдаваясь моменту. Подушечками пальцев прошлась по выбритым вискам, после касаясь тёмных волос и оттягивая их. Одно дело взъерошить волосы друга, когда он выкинул очередную глупость. И совершенно другое зарываться в них, когда поцелуи этого самого друга не оставляли без внимания ни один сантиметр моей шеи.       Я задыхалась. Только уже не от возмущения, а от того, как приятно ощущалось происходящее. Широкие ладони Ники стиснули мою талию, полностью покрывая со всех сторон. — Так что, — прохрипел он, с трудом оторвавшись от меня, — мы будем продолжать дружить или… — Или, — выдохнула я, — определённо или.       Зелёный свет сорвал ему крышу. Ники подхватил меня на руки, и я с готовностью обняла его торс ногами. Вид сверху открывался потрясающий. Ники смотрел на меня из-под полуприкрытых ресниц, его губы припухли от поцелуев, а волосы растрепались. Я с наслаждением взяла его лицо в свои маленькие ладони, начиная покрывать поцелуями.       Ники опустил меня на мягкую кровать, вновь нависая сверху. Теперь всё происходило в другой плоскости. Мышцы на его шее напряглись, и я вспомнила про кубики пресса, что таились под мешковатой одеждой. Поспешила стянуть футболку, ногтями очерчивая натренированные мышцы. — Почитала на форумах, как вести себя наедине с парнем? — Ники был бы не Ники, упусти он возможность подколоть меня. — А ты то, наверное, женскую грудь только в порно видел. Знаешь хоть, где находится? — О, не переживай.       Ну, конечно, он знал, но придумать что-то поостроумнее я была не в состоянии. Особенно когда длинные пальцы Ники забрались мне под майку, задирая её вместе с бельём.       Первый стон сорвался с моих губ, стоило горячему дыханию коснуться сосков сразу после твёрдого языка, что оставил на них влажную дорожку. — Ты… ты была не права, — пробурчал Ники, всё ещё не отлипая от моей груди, — мне нравятся юбки. С ними куда удобнее.       Его пальцы скользнули мне под юбку и стиснули ягодицы настолько крепко, что наверняка останутся синяки. Я больше не могла справляться с возбуждением, от которого всё пульсировало внизу живота. Взяв Ники за плечи, развернула его спиной на кровать и ловко забралась сверху. Теперь моя грудь покачивалась от каждого движения, а Ники, как загипнотизированный, не мог отвести от неё взгляда. — Кажется, всё-таки не видел, — я рассмеялась, усаживаясь на его бёдра.       Но мой смех длился недолго. Потому что я наткнулась на такое напряжение в штанах Ники, что чуть не кончила от одного только прикосновения. Он был настолько твёрдый, что тело заныло, требуя почувствовать его внутри.       Ники взял мои бёдра, не позволяя отстраниться, и качнул ими вперёд-назад, усиливая трение. Я с наслаждением простонала, ладонями упираясь в подушку под его головой. — Так ты хочешь меня, — усмехнулся Ники, — хочешь своего друга. И как же сильно?       Не дожидаясь ответа, он затронул меня между ног, вызывая взрывную волну по всему телу. А у самого при этом вена на лбу запульсировала и дрогнул кадык. — Чёрт.       Его пальцы стали мокрыми, даже несмотря на надетое бельё. Мне уже было совершенно всё равно, что Ники подумает обо мне и как долго будет насмехаться. Пока его пальцы массировали мой клитор, я была готова к любым последствиям. — Только не останавливайся, — попросила я, беря его за шею и чуть сдавливая. — Даже не вздумай.       Но он, как обычно, повёл себя, как последняя задница. Отпустив меня, залез в карман своих джинс и достал оттуда презерватив. Я хоть и плохо соображала от маячившего на горизонте оргазма, всё же смогла расстегнуть ширинку и стянуть джинсы Ники вместе с нижним бельём.       Я слышала, что у больших мальчиков всё большое, но даже не предполагала, насколько. Прекрасно осознавая, с кем и что я делала, прикоснулась к возбуждённому члену, поглаживая. Ники прикрыл глаза, останавливая руку с презервативом где-то на полпути. Он выглядел таким уязвимым в этот момент, и я буквально могла слышать, как судорожно он сглотнул.       Стиснув мою талию, Ники перевернул меня на спину, вновь занимая позицию сверху. В одно мгновение он раскатал презерватив и потянул моё бельё вниз, следом раздвигая ноги. — Не передумала? — прошептал он, глядя мне в глаза. — После этого я точно не буду с тобой дружить. — К чёрту дружбу.       Повторять дважды не пришлось. Облокотившись о кровать, Ники медленно вошёл в меня. Мы шумно выдохнули друг другу в губы. Его размер выходил за любые рамки, не позволяя принять сразу.       Держаться было тяжело. Из последних сил давая мне время привыкнуть, Ники покрывал моё лицо поцелуями. Боль отступала, оставляя место дикому возбуждению, которое продолжало требовать разрядки. Когда я запустила пальцы в шевелюру Ники, двигаться он начал увереннее. Его пухлые губы впились в мою шею, а я застонала так громко, что наверняка слышал весь отель. Бессовестно впивалась ногтями в широкую спину, пока на моей коже начинали появляться засосы. Я чувствовала их, сильнее захлёбываясь в наслаждении.       Ники реагировал на каждый мой стон, на каждое движение, узнавая, что приносило больше удовольствия. Казалось, этим он доводил и себя до пика. Ему нравилось видеть, как хорошо мне. Нравилось не оставлять без внимания ни одну эрогенную зону. Нравилось, когда его имя слетало с моих губ совершенно не так, как прежде. — Чёрт, — прошипел Ники, стоило мне очертить пирсинг в его ухе языком и прикусить кожу.       Ритмичные удары кровати о стену раздались в тот момент, когда движения Ники стали более рваными, поцелуи беспорядочными, а пальцы на моём клиторе двигались с таким желанием, что я поддалась оргазму. Простонала, наверняка оглушая тем самым Ники, и стиснула простынь до боли в руках. Ники упал в эту яму вслед за мной. Его тяжёлые вздохи смолкли в то время, когда движения стали жёстче и быстрее. Грудной стон разнёсся по номеру, подтверждая, что никакой дружбы между нами больше не будет.       Стараясь отдышаться, Ники ласково поцеловал кончик моего носа, скулу, подбородок, словно мгновением ранее его поцелуи не были куда развратнее. Он плюхнулся рядом на кровать, сгребая меня в охапку и зарываясь носом в волосы. — И что дальше? — спросила я, спустя полчаса, проведённых в объятиях Нишимуры Рики. — Ты про второй заход? — усмехнулся он, приподнимаясь. — Учти, я могу заниматься этим всю ночь. — Нет, глупая ты башка. Я говорю про нас.       Отвесив Ники подзатыльник, я упёрлась подбородком ему в грудь. Его лицо было расслабленным и всё на нём кричало о том, как доволен Ники сложившейся ситуацией. — Ну, мы будем всё так же зависать у тебя, только я буду почаще оставаться на ночь. А ещё приглашать на свидания и отмечать эти глупые десять дней вместе, пятьдесят, сто и все оставшиеся. И нужно будет сказать хёнам, что ты теперь официально моя. Хотя, по твоей шее это и так понятно. — Что, всё так плохо?       Не желая вылезать из кровати, я лишь прикоснулась к повреждённой коже. Она немного побаливала. — Ни одного живого места не оставил.       Смех Ники смешался с моими возмущениями. В общем-то, так было и раньше. Между нами ничего не изменилось, кроме того, что теперь мы не просто смотрели фильмы на диване, а держались за руки. Не случайно засыпали вместе на разных краях кровати, а вполне целенаправленно, утопая в объятиях друг друга. И родинка Ники. Теперь я могла целовать её, сколько мне вздумается.