Шоколадные конфеты

–Ты станешь моей валентинкой? Ветер из распахнутого окна уносил слова в сторону пустого школьного коридора, разнося их эхом по всему этажу. Голос парня звучал мягко, но то того не менее уверено. Он выглядел спокойным, даже слишком для подобных слов. А в голове парня напротив него крутился только один вопрос: "А КАКОГО, ПРОСТИТЕ, ХУЯ?!" Всё началось, кажется, ещё месяц назад. Когда февраль ещё не наступил, снегом, как и каждой зимой в целом, и не пахло, грязь становилась второй подошвой для обуви, но парочки уже заполонили школьные коридоры, месили грязь на улице, милуясь за углами, и словно специально раздражали своими странными с высоким лепетом и придыханием рассказами о "том самом человеке" от количества слащавости в которых у обычных смертных-одиночек повышался риск диабета и подступал прилив тошноты с сопутствующим желанием извергнуть содержание своего завтрака на эту парочку, мол, у вас итак всё замечательно, чтоб уж совсем жизнь мёдом не казалась, извольте заткнуться хоть на миг. Скар был одним из тех кого бесила вся эта розовая тема и наигранная, по его мнению, "любовь", пылкие речи и море лицемерия, дабы показаться самой лучшей парочкой на зависть всем, совсем не взирая на то, что отношениям этим и двух недель нет. В один из таких дней чудным образом в руки к Скарамучче попала коробка шоколада. Этот шоколад ему подарила какая-то знакомая которая, приняв его из жалости к одному совершенно не интересному в романтическом плане ей бедолаге, который ежедневно ухаживал за ней, не нашла места лучше куда бы его деть. Могла бы хоть сама съесть из вежливости, раз уж так. Но нет, ей было стыдно просто пользоваться чужими чувствами и довольствоваться сладким, особенно когда у неё уже была пара. Можно подумать, что передаривание лучше! Так или иначе, Скар при всей своей не любви к сладкому, зачем-то оставил конфеты. В конце концов мама сладкое ест часто... Может ей понравится. Ох... После школы, по счастливому стечению обстоятельств не по той дороге по которой ходил обычно, Скар шел домой в наушниках, темной куртке и в шарфе, закрывающим лицо. Меньше внимания, ещё и очередной немой протест против всей этой чепухи. Серьёзно, ебитесь сами! Другие просто хотят сдать экзамены, а не слушать ваши воркования. Под мысли об этом в какой-то момент, который сейчас он был готов обматерить всеми известными и неизвестным словами и насыпать на него проклятьями всего мира, его вдруг привлёк какой-то белокурый парень с хвостиком и в одном бомбере у обочины дороги. В голове первым делом мелькнуло "не холодно ж ему". У него кажется сломался велосипед. Звучит странно, но когда на улице зимой снега – кот наплакал, а температура 15 градусов, то велик звучит, как способ быстрого передвижения туда, куда не доедешь на автобусе или чём-то ещё. Чёрт только его дёрнул подойти к нему и спросить "Что случилось?". Парень с неловкой улыбкой повернулся к нему и объяснил, что у него там что-то отпало и ему никак не хватает только двух рук, чтобы всё поправить. Скар помог ему, сам же спросил, как оказалось это было дело пяти минут. Надо было видеть, как белокурый парнишка весь светится от счастья, что не нужно будет тащить велик на руках. Он несколько раз поблагодарил своего спасителя и, Скар, не придумав ничего лучше, спросил у незнакомца любит ли тот сладкое. На немного ошарашенное лицо и смутный кивок, парень просто отдал незнакомцу конфеты и развернулся идти домой. Незнакомец, опешив от такого, предложил его подвезти, в качестве благодарности. Ну а чего, собственно, от халявы отказываться? Скарамучча молча уселся на багажник велика и, нагнувшись чуть вперёд, обхватил парня за талию и погрузился в себя. Через какое-то время, сам не заметив того, он оказался у какого-то незнакомого дома. Кадзуха, а именно так звали парня, так как тот не переставал говорить от начала пути, спустился с велика и сказал, что они приехали к его дому. Вот чёрт, он ведь забыл сказать куда ему! Будь Скар немного более мнимым, он решил бы, что его поймает какой-нибудь малолетний маньяк, а он и попался! Но как оказалось, парень, из вежливости видимо, итак собирался привезти спасителя к себе и предложить выпить чая, может немного поиграть в приставку. Всё равно сегодня делать ему больше было нечего. Ну... Чай, так чай Немного пообщавшись, Скар мог бы назвать Кадзуху... приятным. Через чур оптимистичным, чрезвычайно споклйным, но...что-то в нем было, что описать в людях всегда тяжело. Это такие люди, которые выглядят, как нельзя мило и приветливо, но внутри хранят целые миры, и неизвестно, какое наполнение в них. Они немного поиграли и после Кадзуха подвёз парня дл дома. Как оказалось, они живут не далеко друг от друга. Скар надеялся, что всё кончится, но на следующее утро, его встретил довольный улыбчивый парень в одном бомбере. Прямо как вчера. С этого момента этот парнишка, похожий на белого кролика, которого один раз погладили по макушке, и теперь он считает тебя своей мамочкой, было невозможно отделаться. Они учились в одной школе, Скар по глупости раскрыл свой адрес, так ещё и знакомы считай теперь. Ну пиздец. Но, как оказалось, Кадзуха был не навязчивым, умел помолчать и оставить в покое по первой просьбе. Всегда носил с собой что-нибудь поесть, подслушивал музыку у Скара в наушниках, всё время подсаживался к нему на обеде, любил касания, но не делал ничего без разрешения, был один, нн не парился об этом, что как бы роднило их со Скаром, постоянного говорил котами на равных и мог подолгу смотреть в окно и нести чушь по голос ветра. Странный но... Грёбанное "но" Сейчас они вдвоем стояли в коридоре, в этот ненавистный розовый день и один из них протягивал второму небольшую открытку. На ней был листик клена, обертка от той самой шоколадки и их небольшое, и наверное единственное, общее фото. Кадзуха улыбался всё так же, как и в первый день их знакомства. Скар же просто не находит слов. Его окутал какой-то неясный трепет, смешанный с тошнотой и мандражем. "Бабочки" так это зовётся? "НИХУЯ НЕ ПРИЯТНО, ВОТ ЧТО Я ХОЧУ СКАЗАТЬ " Но сейчас ему по-прежнему нужно было что-то ответить. По какой-то причине, до этого момента он и подумать о такой не мог, но и не отрицал. Просто не задымываля. Неожиданно его посетила мысль, что всё последнее время, он неосознанно улыбается, стоило Кадзухе появится, и уходил в себя, если тот не приходил в школу или плохо себя чувствовал. За это время он, один из немногих, стал хорошо к нему относится и слушать его. Он сам подолгу засматривался на него, когда тот пялился в окно и хихикал с его разговорами с котами.... До ужаса странное чувство. Губы пересохли, в горле встал ком. Он наконец поднял глаза и неожиданно, до последней секунды не уверенный в своем ответе, произнёс: –Да... Буду