Бесконечная зима или вечный ад?

      Утро, я вновь неохотно открываю заспанные глаза и меня пробирает леденящая дрожь по всему телу. Я лежу на кажется бесконечной пустынной равнине покрытой слоем снега. Небо ясное, а морозное солнце приближается к зениту. Снег тут идет очень редко, но из-за постоянной минусовой температуры никогда не тает.       Приподнимаюсь и сажусь на снег. На мне привычная одежда состоящая из рваных хомутов различных цветов. Мое тело подрагивает, и я осознаю, что во сне я совершенно не чувствовала холода и от этого мне вновь хочется свернуться посреди этой необъятной пустыни в калачик и снова уснуть, чтобы не чувствовать раздирающий холод. Но я понимаю, что вечно лежать на одном месте у меня не получится, ведь, как мой отец говорит: «Движение — это жизнь». Я невольно вспоминаю свое детство и также невольно вздыхаю и наконец поднимаюсь. Я оглядываюсь по сторонам: куда ни посмотри — миллиард путей, казалось бы, иди куда хочешь, никто тебя останавливать не собирается. Но я все равно выбираю идти вперед. Ведь у меня лишь один путь — найти конец у этой огромной заснеженной пустыни.        Иду, ноги мои проваливаются под снег и предательски скользят. Мой путь сложный. Он состоит из бесконечных падений, вставаний, сомнений: «А правильно ли я вообще иду?». Но как бы мне сложно не давалась эта непростая дорога, я продолжаю идти, в надежде все же найти выход.        Я все продолжаю идти. Вокруг совершенно никого нет. Одна. Я совершенно одна. Только ветер, что метет поземку, обреченно завывает над моей головой. Он вынужден непрерывно скитаться по всему миру. Ищет ли он что-то, что давно потерял? Или кто-то заставил его вечно бродить по белому свету? Не могу себе определенно ответить. Но одно я знаю точно, он, как и я, должен все время куда-то лететь, чтобы не исчезнуть.        — Здесь есть кто-нибудь? — кричу, в надежде услышать хотя бы чей-то голос. Прислушиваюсь. Но чуда так и не происходит. Я оглядываюсь — никого. Мне становится страшно. И я начинаю бежать по снегу в одних тонких тапочках. Но не пробежав и минуты –поскальзываюсь и падаю на этот мерзкий и остро колющийся снег. Я смотрю вниз и вижу, как на снегу появляются мокрые точки, а затем они учащаются и безлюдную долину пронзает мой крик состоящий из нескончаемой боли, страданий, несбывшихся мечт и надежд. Кричу изо всех сил, приобнимая себя за плечи.       — Я так хочу выйти из пустыни и почувствовать наконец-то запах зацветшей сирени! Не хочу больше чувствовать себя в одиночестве! Я устала бродить по пустыне и жить вечно в надеждах, что завтра будет лучше и легче! Кто отправил меня в это чертово место? Просто помогите мне кто-нибудь выбраться отсюда или избавьте уже от этих невыносимых мук! Пожалуйста!        Мой крик спадает на нет, и я опускаюсь на снег.        — Прошу… — молю, но меня по прежнему никто не слышит. — Пожалуйста, прошу…        Медленно сворачиваюсь калачиком, как ненужный котенок, которого выбросили на мороз. Поднимаю свой взгляд в небо, что успело сменить цвет ярко-голубого на темно-голубой. Наступил вечер. В середине вечернего неба я замечаю, как поблескивает размытая от моих слез единственная звезда. «Она одна на этом необъятном и одиноком небесном полотне, прямо как и я» — проносится мыслью у меня в голове, и я невольно улыбаюсь своей новой подружке, которая только кажется, что близка ко мне. На самом то деле, между нами миллиарды километров. И она на вряд ли сможет услышать меня. Но от осознания, что я не одна, мне становится тепло на душе и я не перестаю улыбаться.        — Спокойной ночи, подруга по несчастью, — произношу я.       Звездочка озорно мерцает, будто желая мне того же самого. И я начинаю думать, что наконец-то нашла того, кто понимает меня. Моргаю, после поднимаю вновь взгляд наверх и больше не нахожу ее. Улыбка с моего лица медленно сползает. Начинаю активно искать ее, но видимо и она оказалась не для меня. Еще какое-то время поискав, но так и не найдя ее, я отворачиваюсь на другой бок и погружаюсь в сон, где всегда тепло и нет бесконечной холодной пустыни. Последняя мысль перед тем, как уснуть посещает меня: «А может лучше сдаться?»