Попытка найти ответы на вопросы из последних строк трека "Башня из слоновой кости" и моё предположение, кто убил Марка

В альбоме «Горгород» Оксимирона в конце трека «Башня из слоновой кости» (и своей жизни) Марк, главный герой альбома, задаётся следующими вопросами: «Может ли творец жить в башне из слоновой кости? Быть вхожим во дворец, или яро против вельмож, или сохранять свой нейтралитет?», и в этой статье я бы хотела попробовать найти на них ответы. Здесь я буду отталкиваться в основном от статей «Горгород в руках литературоведа» и «Контекст, товарищи!», ссылки на которые указаны в примечании, и разбора данного трека на Genius, однако по большей части я всё же напишу свои размышления, ни в коем случае ни на что не претендующие, и буду рада, если вы также поделитесь вашим мнением в комментариях. Итак, начнём. В этих строках Марк предлагает творцам четыре варианта сосуществования с реальностью и властью и задаётся вопросом, какие из них возможны. Первый вариант — это «жить в Башне из слоновой кости», то есть совсем уйти от реальности в мир творчества, второй — «быть вхожим во дворец», то есть поддерживать власть (в контексте Горгорода — Мэра), делать всё, что она от тебя требует и так далее; третий — «быть яро против вельмож», то есть, напротив, быть радикальным оппозиционером (в Горгороде это Гуру, Алиса и некоторое время сам Марк), и, наконец, четвёртый — «сохранять свой нейтралитет», то есть не относиться к власти никак (таковы большинство жителей Горгорода и Марк до похода к Гуру). Сначала поговорим про последние три варианта, ибо вопрос с Башней из слоновой кости, на мой взгляд, самый сложный и в некотором смысле является философским. Также стоит сказать, что слово «творец» здесь довольно неоднозначно (а вместе с ним и понятие «искусство»); мы можем понимать его в более широком смысле, то есть «человек, нечто создающий», а можем в более узком (следующее значение, насколько я знаю, подразумевается не так уж часто, однако в контексте Горгорода и вопросов Марка оно было бы уместно) — «человек, имеющий право создавать всё так, как он захочет», то есть имеющий полную свободу творчества (к слову, такой интерпретации, вероятно, придерживается бывший фанат Марка из трека «Кем ты стал», о котором мы ещё скажем в самом конце). Далее я хочу отвечать на вышеуказанные вопросы сначала используя первую интерпретацию, а затем вторую. Итак, первый вопрос: «Может ли творец поддерживать власть?» Если использовать первую интерпретацию, очевидно, что да — существует множество пропагандисткой литературы и прочих произведений искусства, и, согласно нашей первой интерпретации, их авторы также считаются «творцами». Если использовать вторую, то ответом также скорее будет «да», однако здесь всё не так однозначно. Одним из главных факторов, мешающим таким творцам, безусловно, будет цензура, которая в той или иной степени должна быть в каждом государстве, однако стоит заметить, что она (в Горгороде и, смею предположить, в других тоталитарных режимах по большей части) отвечает и за невозможность писать и издавать материалы, неугодные именно власти, то есть оскорбляющие сам режим и т.п, но такого рода цензура никак не будет ограничивать тех, кто власть поддерживает (они просто не будут такое писать за неимением мотивации для этого), следовательно, в творчестве их практически ничего не будет ограничивать, за исключением оставшихся аспектов, за которые отвечает цензура, однако к этой проблеме мы ещё вернёмся. Что ж, а если наш творец «яро против вельмож»? Здесь сразу следует сказать, что я полагаю, что под такой формулировкой Марк всё же подразумевает, что политические взгляды исследуемого нами творца таки отражаются на его творчестве, иначе это неинтересно, и мы можем отнести его к «сохраняющим нейтралитет». Тем, к кому мы применяем первую интерпретацию, здесь по-прежнему ничего не мешает, про них по-прежнему вполне можно сказать «да». А вот со вторыми уже интереснее. Учитывая вышесказанную оговорку, я думаю, что ответом на этот вопрос скорее всего будет «нет» из-за, опять же, цензуры (хотя, как известно, люди придумывали множество способов её обойти), однако здесь ещё многое зависит от характера власти (например, в тоталитарных режимах цензура будет очень жёсткая, а в других — нет), да и, в конце концов, существует не только такой строй, как в Горгороде, но и такой, в котором количество радикалов (хотя бы какое-то время) будет меньшим, а следовательно, и творцов среди них будет немного (и вообще, если мы хотим отвечать на эти вопросы для всех, а не только для жителей Горгорода, не стоит сохранять установку, верную только для первого — «власть (Мэр) — плохая, радикалы (Гуру) — хорошие», ибо очевидно, что не во всех государствах так). Третий класс творцов, класс, к которым до встречи с Гуру принадлежал сам Марк — те, кто «сохраняют свой нейтралитет». Интересно, что в треке «Кем ты стал» фанат обвиняет Марка именно в этом (к слову, в статье «Горгород в руках литературоведа» эпизоды жизни, где Марк нейтрально относиться к власти, так же считаются условно плохими), однако разве он не имеет права никак не высказываться на этот счёт? Мне кажется, это довольно неочевидно и моё мнение может быть несколько непопулярным, особенно в данном контексте, где власть «очевидно плохая», и слушая, как Марка обвиняют в бездействии и молчании, однако задумайтесь, разве он не имеет права так делать? Разве он не имеет право относиться к власти никак? Я думаю, и с точки зрения морали к этому тоже надо относиться нейтрально, ведь он не присягает ни «добру» (радикалам), ни «злу» (Мэру), и к этому мы ещё вернёмся в конце. Тех творцов, к которым мы применяем первую интерпретацию, в этом случае всё ещё ничего не ограничивает. «Вторые» же здесь находятся в той же ситуации, что и те, кто за власть — их не ограничивает цензура, так как у них также нет мотивации и желания негативно высказываться о власти. А теперь поговорим про первый и, на мой взгляд, самый интересный вопрос — «Может ли творец жить в башне из слоновой кости?» (и, если может, то какой именно творец?) Я думаю, что нет. Говоря «жить в Башне из слоновой кости», я подразумеваю (и, честно говоря, полагаю, что в тексте трека подразумевается тоже самое) «жить вне контекста» и, соответственно, творить вне контекста, однако я считаю, что творить вне контекста невозможно, так как творчество является некоторой формой выражения мыслей, а мысли эти не могут рождаться без реального мира (напомню, что вопрос этот очень философский и что мои рассуждения не претендуют на правильность), и поэтому творец в обеих интерпретациях не может жить в Башне. Примечательно, что в реальном мире творцу, к которому мы применяли вторую интерпретацию, в том числе мешали аспекты цензуры, отвечающие не за возможность писать и издавать тексты, критикующие режим, а за прочие аспекты, такие как, например, откровенные постельные сцены, детальное описание употребления наркотиков и тому подобное (и всё-таки нигде, насколько я знаю, не запрещено писать такое «в стол», то есть формально ограничений для творчества нет, так что вопрос о том, насколько это мешает творцу, всё же спорный), а теперь этих ограничений нет, но сам процесс творчества невозможен.

***

Что ж, ответив на все вопросы, которые задал перед смертью Марк, хочется наконец понять, кто его убил. В статье «Горгород в руках литературоведа» написано, что Марка в первую очередь убил автор (то бишь Оксимирон), потому что его жизнь можно условно разделить на положительные периоды и отрицательные; отрицательные периоды — это периоды стоицизма и нейтрального отношения к власти (то есть именно того, в чём его упрекает фанат из «Кем ты стал»), а положительные — периоды радикализма, ярой борьбы «за добро», и получается, что до знакомства с Гуру у него был отрицательный период, после — положительный, и после разговора с Мэром (то есть в «Башне из слоновой кости») снова отрицательный, поэтому автор его и убивает. Я не согласна с этим, потому что считаю, что периоды стоицизма не могут являться «отрицательными», так как у Марка есть полное право относиться к власти никак, это не хорошо и не плохо. Я считаю, что Марка убил тот самый фанат из «Кем ты стал»; во-первых, я верю в то, что это было хорошее Чеховское ружьё от Оксимирона, что персонаж, появившийся в самом начале, может сыграть ключевую роль в конце. Во-вторых, он мне кажется единственным, у кого есть на то мотивация — Мэр только что отпустил Марка, и последний сам довольно логично рассуждает об этом («Но, видимо, мэру надо улице бедной продать было милосердие да правосудие щедрое — хер знает»), Гуру просто незачем было это делать, кажется, что Марк не нужен ему ни живым, ни мёртвым, с Алисой аналогично. А вот фанат, судя по его обращению, в некоторой степени является радикалом и очень недоволен нейтральной позицией кумира, к которой тот и приходит в «Башне из слоновой кости», и потому мотивация у него есть.

***

Посмотрим, к чему мы пришли в итоге. Получается, что творец, к которому мы применяем вторую интерпретацию, не может полноценно творить нигде — в реальном мире его сдерживают некоторые аспекты цензуры (да и, честно говоря, много других проблем внешнего мира), а в Башне из слоновой кости творчество невозможно, а тот, к которому мы применяем первую, в целом может существовать везде, кроме Башни. И эти размышления, по-моему, уже можно продолжать бесконечно…