Это семейное

Пальцы на ногах щекотали слабые волны, ветерок никак не помогал охладиться, палящее солнце нагревало кожу, которая и так уже ощущалась раскалённой лавой. Шум, смех, разговоры и крики людей на разных языках смешивались в один мерзкий звук, больно давящий на уши. Особенно выбешивали жизнерадостные родители и младшая сестра, лепящая куличики у самого берега. Я тяжело вздохнула, когда она в очередной раз возмутилась, что я не хочу с ней играть, а родители снова начали мучить вопросами, почему я не занимаюсь её воспитанием и вообще сижу тут такая недовольная, море же, нужно радоваться, плавать, нырять, строить с сестрёнкой песочные замки, украшая их ракушками, и играть всей семьёй в мяч. Наверное, под всеми этими сладкими речами скрывалось желание временно избавиться от обузы в виде двоих детей. Ну так зачем рожали меня вообщ… — Эй, ну не дуйся, вон у тебя какой купальник красивый… — мысли прервал толстый мужчина, покрывшийся потом, и с интересом разглядывающий мою грудь. Я резко поднялась с места и молча ушла в неизвестном направлении, крики его — моего родного дяди (и, по совместительству, извращенца, не видящего ни личных границ ни родственных связей) заставили меня перейти на бег. Всё. Я устала. Я сбегу! Песок, песок, люди, нос щекочет запах варёной кукурузы, шезлонги, кто-то ест шоколадное мороженое, песок, люди, мужчина мажет женщину солнечным кремом, шезлонги, кто-то вылепил огромную русалку, девушка в шляпе и солнечных очках, дети ссорятся из-за песочных построек, песок, люди, кто-то хвастается найденной ракушкой, шезлонги, песочные замки, люди… песок… песок… тишина… Где я?.. Я согнулась, отчаянно пытаясь восстановить дыхание, одновременно оглядываясь по сторонам с интересом и небольшой примесью страха. Вокруг никого не слышно и не видно. Даже, например, насекомых. Как будто всё вокруг мертво. Только шум волн не останавливался, и солоноватый запах водорослей остался. Это уже не пляж. Вокруг оказался только, да, песок, вода и… гора. С пещерой. Когда я сбегала, не думала о добыче еды, месте ночлега или чём-то таком, так как мозг у меня работал гораздо медленнее эмоций. Но что ж, уже поздно жалеть, буду стараться выжить в таких условиях, а дальше посмотрим, что будет. Я с опаской шагнула в пещеру. Со свода её свисали сталактиты, каменная поверхность оказалась неровной и местами островатой. Кажется, дальше вглубь вели какие-то туннели и развилки… странно, что я умудрилась всё это разглядеть. Впрочем, почему-то это место освещалось чем-то тусклым и синеватым. Сначала я спокойно искала глазами источник света, но потом вдруг испуганно вздрогнула и даже сама сначала не поняла, что это вызвало. Откуда-то послышался рык. Затем он стал громче, и я снова не успела осознать произошедшее, лишь почувствовала, как что-то холодное скользит по моему телу, как оно обвивает меня, бесстыдно залазит в лифчик, трогает соски… Мой крик разорвал тишину, прерываемую чавканьем чего-то склизкого, бирюзовые щупальца до боли крепко сжали моё тело, а в ответ на попытки вырваться, вцепившись ногтями в них и бешенное размахивание ногами, оно обездвижило меня окончательно, схватив руки, против силы сведя их над головой, взялось за дрожащие ноги, и ещё одно среди бесконечных щупалец сорвало лифчик и выкинуло куда-то вниз, на пол, стоп, когда меня успели поднять? Всё происходило слишком, слишком быстро, чтобы мозг успел это обработать, новое щупальце залезло в трусы и, рвано обласкав клитор, проникло внутрь меня. Всё внутри сжалось, перевернулось и похолодело, кажется, внизу у меня всё насквозь вымокло… но почему? Я же не хочу этого, я против, хватит! Тяжёлое дыхание, шлепки, стоны сквозь сжатые губы, которые я пронзила зубами до крови, организм не слушался, всё вокруг помутнело, и я задрожала, забилась в конвульсиях, это от шока?.. Или это оргазм?.. Но мне же не нравится! Стало мерзко от самой себя, прошу, пусть это всё прекратится, только не знаю, кого именно прошу, бога? Небеса? Я не верующая, но в этот момент как никогда прежде захотелось надеяться на высшие силы. — Хватит!!! Хвм-м-м… — закричала я, срывая голос, но рот тут же закрыло новое щупальце и залезло мне далеко в горло, от чего я закашляла, к горлу подкатила тошнота, невыносимое осознание своей беспомощности заставляло всё тело дрожать, щупальце изо рта хотелось убрать, но оно проникло ещё дальше, кажется, оно забралось мне в желудок. Щупальца внутри меня снизу, щупальца внутри меня сверху, они тянулись друг к другу, связались в комок в моём кишечнике, от чего я продолжала совершать отчаянные попытки кричать, больно, больно, больно! Всё в глазах размылось, происходящее смешивалось в комок из одних ощущений того, как слёзы текут по щекам, как что-то чужеродное шевелится во всём теле, что-то, чего там быть никак не должно!

***

Серый потолок, жёсткий пол. Ну и кошмары же мне снятся… Секундное облегчение прервалось осознанием, что я всё ещё в этой проклятой пещере, стоит запах моих выделений, мочи, пота и… крови?.. Я что, в обморок упала? Я с тяжестью приподнялась. Всё болело, под ногами находилась мерзкая смесь из телесных жидкостей. В любом случае, я хотя бы жива. Эта мысль заставила сорваться с места, но бирюзовые щупальца резко вернулись и развернули меня в другую сторону. В тени пещеры я увидела горящие жёлтые глаза, в которых, показалось мне, закрутились спиральки… спираль… она захватила мой разум, всё вокруг растворилось, остался лишь вкрадчивый добрый голос, такой ласковый, что невозможно не довериться. Не сопротивляйся. Да… точно… я знаю, что он не сделает мне ничего плохого. И как я не понимала раньше? Он хочет сделать приятно, потому нужно широко расставить ноги, ах, я же до сих пор без трусиков, как восхитительно непристойно. Правильно, продолжай. Приятный бархатный голос мёдом лился в уши, заставляя внутреннюю часть бёдер покрываться стаей мурашек, и всё внизу густо обливаться выделениями, пустота между ног слишком надоела, и я не удержалась, впустила в себя два пальца, внутрь, хочется глубже… — О да, — выдохнула я сквозь сладкие стоны, запрокинув голову. Всё вокруг плавилось, внутри меня буря, и она тоже расплавилась, стала лавой, и эта лава проникла в мой мозг и начала его массировать. Гипноз настолько сильно на неё повлиял? Снова в голове, как будто только в мыслях, зазвучал тот мужской голос, расплавленному мозгу не удавалось понять смысла слов, но это было неважно, ведь во мне всё сильнее кипело удовольствие, пока не достигло пика, и я закатила глаза от эмоций, высунула язычок, чувствуя, как по мне скатывается пот, смешивается со слюнями, и это лишь сильнее заводило. Хм… ослаблю действие, пожалуй. — Не надо! Мне хорошо! — воскликнула я, одновременно не понимая, кому и на что отвечаю. Слышит мои мысли?.. Какие мысли… что вообще произошло?.. Рассудок очистился, то, что я делала секунды назад, показалось нереальным, собственные действия вызывали шок, захотелось отмотать время и никогда, никогда в жизни даже и не думать сбегать от родственников и приближаться к этому месту. Хм… интересно. Надо бы постараться ничего лишнего не подумать. — Нет… — вырвалось измученное, на ослабевших ногах меня качнуло из стороны в сторону, как пьяную, но если я и была такой, то разве что несколько минут назад. Инстинкт самосохранения заставил, спотыкаясь, нестись к выходу, когда силы окончательно покинули тело, пришлось ползти. Как раскат грома, голову заполнил низкий смех. Какая ты забавная. Думаешь, тебя это спасёт. От отчаяния хотелось забиться в истерике. — Что тебе от меня нужно?.. От…стань… мо…лю… — наигранно смелую интонацию разорвало неуверенное бормотание, переросшее в кашель и жалкие всхлипы. Положи ладони на пол, ноги отставь немного назад и выгнись в спине. Тело послушалось не хозяйку, а гипнотический голос в голове. Нет… не хочу… — Остановись… О чём ты? Ты же сама это сделала. Получай удовольствие. Да, точно, я совсем забыла, насколько же это приятно, голова закружилась, и я застонала от удовольствия, когда в попку мне проникли две тентакли, начали её тщательно исследовать. — Ах, а остальное тело? — пожаловалась я, тело моё изнывало от желания нежности, хотя ладно, грубость тоже бы подошла, а может её я хотела даже больше… Нет. Страдай. Слово выбило из сладких ощущений, вернуло в реальность, и ужас от осознания происходящего накатил ещё с большей силой, и я затряслась всем телом, больно и мерзко, пусть это окажется кошмаром, и я наконец проснусь! Чёрт, я забыл про гипноз… возьми в рот моё щупальце и поласкай его. Не сопротивляйся. И снова из холода бросило в жар, я обняла ладонями истекающую какой-то мутноватой жидкостью конечность монстра, стала поглаживать и лизать нечто солоноватое, пока щупальца исследовали всё моё тело изнутри и снаружи, что-то шевелилось в животе, несколько игрались с сосками и стискивали грудь, сдавливали моё тело всё сильнее и сильнее, дышать становилось труднее, кажется, перед глазами у меня заплясало что-то разноцветное, и я была на грани обморока, но щупальца опустили меня, прижали к полу, я тряслась от удовольствия снова и снова, отступающее возбуждение возвращалось снова уже спустя пару секунд, никогда мне не было так хорошо, как от этих пыток, от собственных страданий, похоже, я мазохистка. Впрочем, какая разница, если я получаю удовольствие? Очнись. И снова окунуло в ледяную реальность, заставило очнуться от сахарного сновидения. Но было уже поздно. Сотни щупалец подняли высоко над полом пещеры, в грудной клетке всё взлетело вместе со мной, и я оказалась в пасти чудовища. Темно, стопы ощущают шершавую мягкую поверхность с кучей жидкости… Меня… съедают?.. Я не хочу умирать, эй, выпустите! Я толкнулась во что-то твёрдое и острое, наверное, зубы, попыталась их раскрыть, оно сдвинулось, но другие зубы поцарапали меня, я почувствовала, как по плечу скатываются капли, ощутила металлический запах, смешавшийся с удушливым дыханием монстра, рвано вдохнула, содрогаясь от рыданий. Как же панически страшно от ощущения, что смерть совсем рядом, близка ко мне как никогда. Плечо начало жечь, хотя сначала даже боли не ощутилось, я хотела закричать, но… Глоток.

***

— Она пропала, — произнесла женщина в возрасте, обливаясь слезами, — на том же прокля́том пляже, на котором исчезла моя сестра! Зачем мы вообще туда пошли?! Мужчина успокаивающе погладил её по спине с сочувствующим выражением лица. — Это не твоя вина… мы оба были невнимательны к ней, но… — Мы были настолько невнимательны, что даже не понимали, что с ней происходит… и… — Если ты хочешь сказать о моём брате, то тут уже действительно есть вина, но не твоя, а моя. Я ведь знаю его так долго, я должен был заметить, что с ним что-то не так. То есть, он иногда шутил о таких вещах, но я не думал, что… Женщина и мужчина замолчали. В мрачной обстановке они обняли друг друга, и в этот момент дверь в комнату открылась. Девочка с двумя косичками посмотрела на родителей печальным взглядом. — Мою сестру же найдут?.. Они неуверенно переглянулись. — Надеюсь, — произнесла её мать, выдавив ласковую улыбку. Младшая сестра всё это время знала, что происходило со старшей и решила, что пришло время рассказать родителям. Она долго говорила о том, что у них всё было хорошо, а потом что-то пошло не так, и сестра стала вспыльчивой, они начали часто ссориться. Причиной, вероятно, было то, что, несмотря на давно исполнившиеся восемнадцать лет, девушке никак не удавалось выбраться на волю от семьи. Они продолжали делиться секретами, но они уже становились причиной споров. Ведь говорила старшая о том, что больше не может доверять никому, что родители на самом деле ужасные люди, потому что прикрывают таких же, как они сами, что дома она чувствует либо страх либо отвращение. Родители снова переглянулись. Они ничего не сказали дочке, но догадались, что настоящая причина не в этом. Потому что замкнулась в себе их дочь после того, как впервые съездила в гости к дяде, теперь арестованному. И им совсем не хотелось принимать жестокую правду о том, почему все их прекрасные семейные отношения пошли под откос.

***

— Да ладно, ничего ужасного не случится! — протянула я. Сестра закатила глаза на моё предложение исследовать окружение подальше пляжа. — Если так интересно, что там, иди одна, — фыркнула она и продолжила лежать на шезлонге. Я хитро улыбнулась и понеслась прочь от неё, игнорируя какой-то крик в мою сторону. В итоге я перешла на шаг, с интересом разглядывая окружение, но долгое время вокруг были лишь толпы людей, зонты, пляжные коврики… но вот наконец-то оно начало сменяться. Так я оказалась в пустынном месте с песком, в котором приятно утопали стопы, барханами и пещерой. Дух исследования захватил меня, и я походила взад-вперёд перед ней, внимательно осматривая, затем прощупала островатый камень, и, наконец, с радостным волнением зашла внутрь. Не так уж и темно, странные светящиеся голубые цветы, растущие сверху, в углах стен, помогали разглядеть место. А ещё во тьме светились чьи-то жёлтые глаза. — Ты кто, разумное существо или дракон какой-нибудь? — вслух произнесла я шутливо, не ожидая ответа. Но глаза превратились в спиральки, и, судя по ощущениям, спирали эти проникли глубоко в мой мозг… и… Какая смелая. Будет весело. Раздалось в голове. Ага, значит вот как, я-то думала, меня загипнотизировать пытаюсь, а тут просто передача мыслей? Скучновато. — Голос у тебя классный вообще, — начала я издалека, от чего жёлтые глаза расширились, а затем весело сщурились, зрачки из огромных круглых сузились до кошачьих, — но ты кто? Голос?.. Интонация существа перетекла в растерянную. — Ага, голос. В голове. Шизофрения у меня походу, — я рассмеялась. Застынь. Не просьба, твёрдый приказ. Тело явно захотело послушаться, но я нарочно начала очень энергично двигаться, и в итоге неприятное ощущение сжатости исчезло. — Ну зачем так, ты чего хочешь, давай всё уладим?.. Хочу изнасиловать тебя и съесть. — Воу-воу, стоп, полегче… — вырвалось у меня, кажется, я испытала страх, смущение и возбуждение одновременно. Мда, со всем с головой плохо, из-за голосов в голове, угрожающих таким, возбуждаюсь. Пора к психиатру. Полегче?.. Ладно, так и быть, ты интересная, издеваться над тобой буду послабее. Такой ход событий меня тоже не очень устраивал, но внутри загорелось предвкушение чего-то интересного. Что там сестра говорила, любопытство меня однажды погубит, да?.. Иронично… — А можно, ну, там, всё по взаимному согласию, а съесть не полностью меня, а несколько частей?.. Она хочет всю жизнь прожить с кучей травм?.. — Ну, в современном мире это не так сложно. В современном мире? Ты имеешь ввиду мир людей? — Есть другие варианты? Что-то, одновременно в голове и снаружи, хмыкнуло, и этот звук эхом разлетелся по пещере. Голос существа слегка отличался от того, что в голове, он был более раскатистым и будто с примесью какого-то рычания и шипения. Как бы там ни было, отказываюсь. Я голоден, здесь и так поймать ничего невозможно, тем более чего покрупнее. — Ладно-ладно, а если я тебе сюда стадо коров приведу? — проговорила я, честно собираясь так и поступить, чтобы, как говорится, и волки сыты, и овцы целы. Где возьмёшь? Кажется, он заинтересовался. — Ну… а… а если рыбы наловлю? Ответили мне очередным хмыканьем, немного пренебрежительным, но с примесью радости, будто я была для него новой интересной игрушкой. Хотя кто тут с кем играл ещё непонятно, потому что к жизни я всегда относилась абсолютно несерьёзно. Правда, инстинкт самосохранения в этой ситуации у меня всё же проснулся, но это было будто забавно. Залог? — Залог?.. А-а, в смысле гарантия? Ну, ээ, загипнотизируй меня, что ли. Что такое гарантия… не могу, ты не поддаёшься гипнозу. — Гарантия это… залог… — пробормотала я, понимая, что способность здраво мыслить исчезает из меня с каждой секундой, и тут же переключилась на другую тему, — блин, обидно. А как мне спастись теперь? Так. Надо придумать что-нибудь. Спокойно. Меня всегда и везде за находчивость хвалили и умение выходить из опасных ситуаций. — Э-э-э… а без изнасилования никак не обойтись?.. Нет, мне скучно. Я здесь всё время один, делать нечего, только ожидать жертв… Ладно, умирать, так с песней. Вернее… с сексом?.. И почему мой разум продолжает генерировать миллионы шуток, если я испытываю жуткий стресс?.. Так, отставить плохие мысли! Сейчас я последние моменты своей жизни сделаю прекрасными! Или вообще выживу… — А что насчёт того, чтобы ты прислушивался к моим желаниям во время этого? Потом можешь меня, — сглатываю, — съесть… От стен отразился низкий смех, похожий скорее на хихиканье, но так его всё-таки нельзя было описать из-за излишне злодейского голоса существа. Хорошо, давай попробуем. От такого заявления у меня глаза на лоб полезли. Нет, я это сама предложила, конечно, но не думала, что он вот так сразу согласится. Вдруг по стопам нежно похлопало меня что-то, призывая обратить на него внимание… и… — Вот и дошутилась про желание попасть в хентай с тентаклями, — невольно вырвалось у меня. Попасть куда?.. А, ну да, откуда этой хтони знать, что такое хентай. Может, ей предложить мангу такую принести? Почитаем вместе, будем жить долго и счастливо, буду как принцесса жить с драконом в пещере… нет, стоп… Тяжело вздохнув, я присела на колени и взяла в руки бирюзовую тентаклю, с интересом разглядела. — Ты же не против того, чтобы я её трогала? Продолжай. Одновременно с голосом в голове послышалось судорожное дыхание. О, ему нравится?.. Почему-то это зарядило меня таким энтузиазмом, что поглаживания этой скользкой штуки быстро перешли в массаж, и я на пару секунд вспомнила, что меня, вообще-то, должны съесть… — Блин, какая у тебя тентакля красивая. Эм… что за странная девушка… благодарю?.. Я ухмыльнулась, чувствуя, как моя самооценка с каждой секундой летит в космос. Нет, серьёзно, я монстра смутила! Монстра, насилующего девушек тентаклями! Странноватый повод для гордости, если вдуматься… Вдруг ко мне подползло ещё штук… десять?.. тентаклей… — Ого. Впечатлена? Никогда бы не подумала, что тентаклемонстр будет пытаться меня впечатлить. — Ну, я их все погладить не смогу, у меня только две руки, а ногами сложновато. У тебя ещё рот есть. Ага, минет тентаклям. Какое заманчивое предложение. Я лизнула одно из новых щупалец, от чего оно вздрогнуло, вызвав у меня странные ассоциации. А когда я взяла его в рот, почувствовала, как оно выделяет какую-то жидкость, оторвавшись от него, я осознала, что испачкалась в мутной влаге. — А если я долго его трогать буду, то произойдёт какое-нибудь… не знаю, излияние огромного количества этой жидкости?.. Что? Нет… а почему должно? У людей так? Я не смогла сдержать смех (наполовину нервный). — Ну-у… в каком-то роде… ладно, теперь твоя очередь, давай потрогай меня где-нибудь… например, тут… — я положила одно из щупалец на грудь, затем положила другое на лобок, третье завела за спину, — и здесь. во всех этих местах. Вглубь пока что не залазь, просто потрогай. И не будь слишком грубым, окей? Щупальца защекотали меня со всех сторон, от чего моё сердце внезапно ускорило свой ход раз так в пять. Они касались меня сквозь одежду, вверх-вниз по спине, по груди, внутреннюю сторону бёдер и пространство между ног, иногда с сильным напором, но он быстро ослабевал, будто монстр вспоминал о просьбе быть нежнее. Я шумно выдохнула. Вот это я извращенка конечно… Кожа покрылась мурашками, внутри всё закипело. Я обмахнулась рукой. — Ух, здесь всегда было так жарко? — подмигнула я, стараясь перестать вздрагивать от каждого движения по моему телу. Здесь довольно прохладно для людей, это же пещера. Мда, и почему я вообще решила, что монстр может распознать флирт… интересно, а как они вообще размножаются?.. — Ладно, можешь потрогать под лифчиком и войти внутрь… С обеих сторон? Каким осторожным он стал. Открываю в себе талант укротительницы монстров. Интересно, как долго это продлится?.. Хотя какая разница, буду наслаждаться моментом. — Да. Ну… полагаю, если из щупалец выделяется так много этой, эм, слизи? сзади будет не так больно, да?.. — Хотя стой! Сними с меня трусики и спереди просто поводи щупальцем вдоль, не входя. Так? Стон сорвался с губ, сзади внутрь пролезли два щупальца (вот так и доверяй этим монстрам), обильно поливая всё своей слизью, спереди меня ласкали ещё два щупальца поверх и, наконец, множество тентаклей всячески игрались с грудью и сосками, то прижимали, то щекотали, движения везде чередовались: то невесомые и заботливые, то грубые и напористые. И это меня распаляло пуще прежнего. — Здесь, — сдавленно произнесла я, руками останавливая щупальце, когда оно оказалось на самой чувствительной точке, — продолжай трогать, проникни немного глубже… Монстр послушался, и я, как будто в награду, погладила его. После этого в пещере, кроме моих стонов, послышалось что-то, напоминающее рычание, но как будто… от удовольствия… Я запрокинула голову, закатывая глаза от невыносимого удовлетворения, что-то, что разрасталось во мне всё это время, заполнило моё тело полностью, позволяя окунуться в блаженство.

***

— Так… тебе не жаль людей? — Тебе не жаль еду? — Ну, мы не воспринимаем её, как что-то разумное. — Вот и ответ. Да и у нас нет понятия жалости. Мы все сами по себе, да и мало нас. — Ты не воспринимаешь меня разумной?.. Долгое молчание. — Воспринимаю, — произнёс я, хотя признавать это не хотелось. Она же человек. Люди неразумные существа, мы же гораздо выше этого… — Приятно знать, — лукавая улыбка озарила милое лицо девушки, — а ты зачем вообще такое делаешь? Нет, ну понятно, скучно, все дела. Но тебя это возбуждает типа или что? Снова долго молчу, обдумывая ответ. Как хорошо, что я снял гипноз. — Обычно нет. — Обычно? Я изменила положение дел? Я прикрыл глаза. Какая проницательная. — Так, девица, я тебя съесть собирался вообще-то. — Ну может ещё поболтаем? Ну пожалуйста? — она выглядела очень несчастной, и, очевидно, это было притворством, которое на таких, как я, не действует. — Пытаешься оттянуть момент смерти? — Допустим. Ну, можно я хотя бы посмотрю, как ты выглядишь, напоследок? Каждая фраза этой девушки заставляла меня пускаться в раздумия. Может и правда не съедать её?.. Пусть поживёт здесь со мной… будет весело… — Нет. Я хочу тебя съесть. — Тебя возбуждает поглощение, да? — кажется, девушка это говорила несерьёзно, в глазах её плясали озорные искорки. — Это просто приём пищи, — бесстрастно ответил я. — Ну так возбуждает или нет? — Да. И хватит смеяться, здесь ничего настолько весёлого нет. Какая же она назойливая… Но всё же. У меня действительно нет сочувствия, более того, я знаю о нём только со слов людей. А потому… Я обхватил её щупальцами, крепко сжал, закутал ими, как в кокон. — Э…эй, стоп, если хочешь меня съесть, то можно как-нибудь без жестокос… Фраза прервалась пронзительным криком, потому что одно из моих щупалец резко дёрнуло её за руку. Да, правильно, кричи, девица, ведь это только раззадорит меня. Нет, глупая, игры ещё не закончены, они только начались. Что-то хрустнуло, рука девушки безвольно повисла и, вау, она начала рыдать! Совсем недавно казалось, что её дух не сломить, а теперь произошло это. Упс, кажется, после этого я случайно ей вывихнул её. Какая же она прекрасная, такой она нравится мне куда больше, чем той неунывающей девушкой в раздельном купальнике. Теперь отлично видно её тело, большую грудь, соски которой затвердели, щупальцами я ощущал, что по бёдрам у неё стекает множество выделений. — Ох, милая, неужели ты возбудилась от этого? — НЕТ!!! — ответом послужил такой визг, что я рефлекторно ослабил хватку, звуком больно резануло по ушам. — Пусти!!! Она укусила меня за щупальце, что отозвалось во мне настолько ужасными ощущениями, что, переполненный гневом, я придушил её, ровно до того момента, когда она должна потерять сознание. Смерти её не хотелось, я ещё не наигрался. Ничего, когда проснётся, испытает множество отвратительных эмоций… Вздыхаю, облизываюсь. Ломать рассудок таких людей оказалось гораздо приятнее, чем я думал. Я поднял её высоко, распял щупальцами на стене, чтобы лучше видеть происходящее, шлёпнул по лицу. Она слабо зашевелилась, непонимающе поморгала глазами и, кажется, собиралась что-то сказать, но ужас, отразившийся на лице, не позволил ей. Дрожит, но я своими конечностями останавливаю её дрожь. Одно из щупалец обвилось вокруг её плеча, она не перестаёт рыдать, кричать, умолять остановиться. Ухмыляюсь. Нет, девица, тебе это не поможет. Ты будешь страдать. Потому что этого хочу я. И потому что это моя территория, и тебе придётся играть здесь по моим правилам, как бы ты ни старалась ввести свои. Что-то порвалось, хлюпнуло, потекло. Запах крови заполнил пещеру, оторванная рука упала далеко вниз. Она кричит ещё громче, кашляет от этого. Не переживай, девица, сейчас я тебя успокою. Нарочно медленно и ласково я трогаю её везде, ой, я что, что-то ей пережал?.. Ничего страшного, переживёт. Надеюсь, она успела успокоиться, потому что теперь… резко глубоко вторгаюсь щупальцем внутрь неё, ещё одним, ещё, ещё, она то отключается, то возвращается в сознание с новыми визгами. Эй, чего это она притихла? Не выдержала такого давления? По бёдрам её стекали струи крови, когда я резко выдернул все щупальца разом изнутри, крови стало ещё больше, ох, из неё выпали какие-то органы? Нет, так не пойдёт, без гипноза она долго не продержится… не хочу съедать труп, нужно живьём. Вот только гипнозу она не поддаётся. Что ж… пожалуй, пришло время поедания. Глоток.

***

— Сестра куда-то исчезла, это всё из-за того, что я не стала её догонять… она пропала из-за моей глупой обиды… — Нет, она сама виновата, что зашла куда-то и заблудилась, ты же её знаешь. Её сотни раз пытались остановить от безрассудных поступков, и вот к чему это привело. — Нет, я должна была за ней пойти… Спор дочери и матери продолжался ещё долго, хотя где-то в глубине души дочь считала, что на деле виноват не был никто. Сестра просто потерялась из-за своего любопытного характера, это не значило, что она ужасная и не должна была так делать, это значило лишь то, что… что это произошло. И ничего больше. И сама дочь не была виновата, потому что не несёт ответственности за другую, да, может, было неправильно настолько долго даже не пытаться её поискать или позвать, но всё же, даже если бы она пошла за ней, что произошло бы? Неизвестно, возможно ли было её остановить. Неизвестно, не потерялись ли бы в итоге обе.

***

— Нет, — в какой-то момент произнесла женщина, — всё-таки… всё-таки мы частично виноваты. Нужно было быть внимательнее. Поэтому… давайте теперь всегда-всегда делиться тем, что нас тревожит, ладно? Её муж и дочь согласно кивнули. И, хотя они надеялись на возвращение старшей, что-то внутри подсказывало им, что этого никогда уже не случится.