Твоё присутствие

В квартире по-родному пахнет крепкими сигаретами. Раньше это казалось чем-то отвратительным. Приходилось открывать все окна, чтоб хоть немного избавиться от тошнотворного запаха. Но теперь всё иначе. Теперь нет претензий к курению в квартире, к грязной посуде и к разбросанным вещам. Это стало таким привычным, что, если бы все это исчезло, то появилось бы чувство неполноценности. Стало бы казаться, что что-то не так. Нион снял своё пальто и бережно повешал его, зашёл в ванну, вымыл руки с мылом и прошёл в кухню с пакетом продуктов. На столе стояла бутылка водки, рядом с ней была уже пустая стопка. Открытая банка солений, грязные тарелка и вилка. Нион укоризненно покачал головой, прежде чем убрать посуду в мойку, а остальное - в холодильник. Он вытащил из пакета булку пшеничного хлеба, обезжиренный йогурт(на который его сожитель посмотрит с презрением, понюхает и ещё сильнее сморщится), сосиски и свежие овощи. Нужно успеть приготовить ужин раньше, прежде чем любовь всей его жизни проснётся. Ниен много спал, и Ниона это беспокоило. Он просыпался утром, чтоб проводить Ниона на работу, затем вновь засыпал. Следующий его подъём был примерно в обед. В это время он выпивал, ел, что найдёт в холодильнике, смотрел телевизор и снова погружался в сон. Затем опять вставал ближе к ночи. Ниену нужно было найти занятие. Нион уж молчит о работе и кодировке. Он зарабатывает достаточно, чтоб прокормить и себя, и Ниена, да и с его зависимостями он свыкся. Главное, чтоб Ниен был счастлив, а большего и не надо. Если счастлив он, то счастлив и Нион. Вымыв посуду, Нион поставил кипятиться воду и попутно стал нарезать салат. Без майонеза, ведь при гастрите-то Ниена он не рекомендуется. Нион пытается следить за его питанием, но вот именно, что только пытается. От той же самой водки Ниен не в состоянии отказаться. Пока Нион занимался приготовлением пищи и думал о здоровье Ниена, даже не заметил, как последний медленно зашёл в кухню и уселся на свой стул. Свой. Ниен до ужаса был собственником. Попробуй только выпить из его кружки - мало не покажется! – Вернулся, – прохрипел Ниен, протягивая руку к пачке сигарет, лежащей на подоконнике. Нион обернулся. В мятой спальной рубашке, с сальными волосами, с синяками под глазами и недельной щетиной, Ниен вальяжно сидел и выпускал изо рта дым сигареты. – Вернулся, – с счастливой улыбкой проговорил Нион, отворачиваясь и возвращаясь к своему делу. – Выспался? Ниен фыркнул. Он стряхнул пепел в цветочный горшок и ничего не ответил. – Ты так и не притронулся к тем книгам? – продолжил беседу Нион, закидывая в кипящую воду спагетти. – Притронулся, – скучающим тоном ответил Ниен, заглядывая в окно. Погода была прескверной. – Та ещё нудятина. – Это не нудятина, а классика. – Для тебя, преподавателя - в жопу давателя, может, и нет, – Ниен усмехнулся. – а я человек простой. Не до классики мне. Нион повернулся со скрещенными на груди руками. Его тонкие брови были сведены к переносице. – Просил же, чтоб ты так меня не называл. Несмешно это. Ниен закатил глаза, тяжело вздыхая. Его взгляд вновь упал на окно. Всё было серым. Моросил дождь. – Я пойду завтра устраиваться на работу, – вдруг произнёс он то, чего никак не мог ожидать Нион. – На завод. Если не возьмут, то пойду куда-нибудь охранником. Нион открыл рот и хотел было что-то сказать, но вдруг встрепенулся и быстрым движением снял с кастрюли крышку. Он с лёгкостью выдохнул. – Какой ты молодец..! – Обойдусь без твоей похвалы! Не начинай! – с раздражением перебил его Ниен, хмуря брови, на что Нион коротко рассмеялся. – Чего ты? – возмущённо спросил он, не пропустив мимо ушей звонкого смеха Ниона. – Ничего-ничего, – быстро проговорил Нион, поставив на стол чашку с салатом. – Осталось сосиски сварить, дождешься? Ниен залез в чашку пальцами, взял пару нарезанных огурцов и закинул их в рот. – Дождусь. Нион растянул губы в довольной улыбке, смотря на жующего Ниена. Его глаза зацепились за грязную рубашку. – Нужно купить тебе новую. – Я лучше у тебя стащу, – отмахнулся Ниен, снова направляя пальцы к чашке. Он был удивительным человеком, который не любил, когда прикасаются к его вещам, не любил он также книг и чрезмерной заботы, но Нион знал, что кое-что в этой жизни он всё же любил, и это было присутствие самого Ниона. Нион не мог скрыть радостного выражения лица, пытаясь угадать, какую рубашку выберет себе Ниен.