Его жабье величество!

***

Однажды на уроке физики

— Чонгук, как ты можешь не знать этих формул с твоей-то способностью? — Учитель Кан скрестил руки на груди, глядя на раздраженного и потерянного парня у доски. Его черные волосы начинали подыматься, будто об них потерли воздушным шариком. Чонгук нервничал. — Простите, я… — Мальчишка сверлил чистую зеленую поверхность доски взглядом и не мог выдать ничего членораздельного. — Ему током память отшибло, не ругайтесь на бедного мальчика! — Выкрикнул с третьей парты Тэхен, ехидно усмехаясь. С ним рядом хихикнул и Чимин, совершенно незаметно для преподавателя жующий свои ужасно сладкие жвачки. — Закрой рот, жабья принцесса! — Волосы Чонгука резко встали дыбом, и, кажется, можно было увидеть маленькие вспышки: это электрический ток вырывался наружу от злости. — Ким! Я смотрю, ты очень хочешь помочь? Тогда выходи и пиши формулу. — у господина Кан Тэсона кончалось терпение. Этот класс — 9-2 — совершенно ничего не знал из физики и вечно творил черт пойми что на уроках.        По законам, введенным из-за сверхспособностей, пользование силами на уроках, не связанных непосредственно способностями, было запрещено. Но были у детей некоторые побочные эффекты от способностей, избавиться от которых было очень проблематично. Так, например, Ким Тэхен, он же жабья принцесса, везде носил за собой огромную орущую жабу по кличке Мая. Даже сейчас она сидела на их с Чимином парте среди тетрадок и иной канцелярии. А у Чонгука вставали волосы дыбом каждый раз, когда кто-то из других детей выводил его из себя. В основном, этим занималась жабья принцесса.       Тэхен нехотя вылез из-за парты, похожей больше на мусорку, и встал рядом с Чоном, взяв в левую руку мел. Писать он, конечно, ничего не собирался, потому как и сам ничегошеньки не знал по теме.       В принципе, можно было бы попросить Чимина открыть нужный параграф и заставить жабу читать. Все равно бы никто не понял, почему животное вдруг разоралось. Однако Мая была очень принципиальная и ни в какую не признавала корейскую письменность. А может она просто принципиально глупая? Тэхен не раз задавался этим вопросом. Хотя сейчас выглядит глупо именно он, а не вредная жаба. — Ну что? А тебе чем память отшибло? А хотя нет, извините, ваше жабье высочество. Чем заквакан ваш мозг? Неужели в нем не нашлось места для жалкой формулы силы тока? — Чонгук выдавал эту великолепную, совершенно не вдохновившую адресата речь шепотом, чтобы господин Кан не поставил им обоим двойки раньше времени. — Заткнись, шпиц наэлектризованный. — Ким ковырял ногтем мел, потому что выхода из ситуации на горизонте не виднелось даже где-нибудь очень вдалеке. — От жабы слышу. — Выплюнул Чон, стараясь не слишком искриться электрическими разрядами. — Ты кого жабой назвал, придурок?! — Жабой Тэхена и правда ни у кого язык не поворачивался назвать. У парня были прекрасные блондинистые блестящие волосы, зеленые выразительные глаза, россыпь очаровательных родинок на лице, да и фигуре его позавидовал бы любой не совсем слепой человек. Но у Чонгука был очень изворотливый язык, так что он без особых проблем повернулся и назвал. — Ну что? Родите что-нибудь в конце-то концов? — Кажется, господин Кан был не очень заинтересован в том, чтобы заваливать сразу двоих более-менее успевающих учеников класса. — Господин Кан, может быть я какой-нибудь опыт вам лучше проведу? Я же, считай, наглядный пример. — Чон посмотрел на недовольное лицо учителя своим фирменным щенячьим взглядом. Преподаватель разочарованно прыснул. И махнул рукой, мол, делай уже хоть что-то. А вот Ким прищурился и внимательно следил за дальнейшими телодвижениями одноклассника, стараясь разгадать задумку и просчитать насколько велика вероятность отчисления их обоих после этого.       На лице Чонгука расползлась довольная и нахальная улыбка. Потому что в голове этого электрического ската созрел совершенно невероятный план. Тэхену он заранее не нравился. Зря он именно на физике решил поиздеваться над Чоном. — Тогда, моим ассистентом будет Ким его жабье высочество Тэхен. — Чонгук отложил мел и развернулся к классу. — Меня не радует твой воодушевленный тон. — Проворчал мальчишка и, последовав примеру одноклассника, тоже оставил мел в покое. — Сейчас я продемонстрирую вам то, как электрический ток проходит по электрическим цепям! — звучало это очень и очень подозрительно.       А Чонгук продолжал глупо улыбаться в предвкушении своей пакости. Ой, вернее, опыта. Парень зачарованно потер ладошки друг о друга, вызывая маленькие вспышки. Тэхен мог бы сбежать и отказаться, но тогда господин Кан влепит ему двойку абсолютно точно и бесповоротно. А так, может быть благодаря наэлектризованному шпицу они получат слабенькие, натянутые, высосанные из пальцев, а конкретно из пальцев Чон Чонгука, тройки.       Чонгук вытянул руки вперед и попросил Кима замкнуть живую цепь, так сказать. Блондинистый властелин жаб недоверчиво взял руки Чона в свои. — Ауч! — Вскрикнул Тэхен. По его рукам невероятно быстро прошелся болезненный электрический разряд и, кажется, они действительно образовали живую электрическую цепь. Он буквально ощущал, как по его венам бежит ток, словно по проводам.       Черные волосы Чонгука все так же стояли дыбом, и светлые волосы Кима выглядели сейчас точно таким же образом. Теперь они оба стояли возле доски словно два одуванчика в поле. Зеленая доска — прекрасная полянка, Тэхен — одуванчик, а Чонгук — какой-то неправильный, слишком темный одуванчик.       Зеленые глаза были широко распахнуты. Казалось, что даже в них искрятся маленькие вспышки тока. А может, Чонгук просто засмотрелся и это его фантазия так разыгралась. Потому что в его черных бездонных глазах уж точно бушевала электрическая буря.       Долго они в этой энергетической идиллии не простояли, потому что блондинистые волосы по всей видимости начали дымиться. — Чон, достаточно! Мы сейчас все утонем из-за пожаротушительной системы! — Кан Тэсон иногда велся на проделки учеников, для того чтобы они хоть иногда слушали скучные лекции про всемирное тяготение и удельную теплоёмкость. Однако временами их выходки несли некоторые последствия. Сегодняшним последствием стало небольшое задымление класса и слегка проэлектрезованный Ким Тэхен. Незапланированного душа от системы пожаротушения удалось избежать. — Ой, прости, лягушка… — Чон резко отпустил чужие ладони, как только увидел, что перестарался. Он виновато заглянул в травянистые глаза. Но Ким немного потерял связь с космосом и бессмысленно смотрел в ответ, часто-часто моргая. — Если мои страдания будут не оправданы, я сделаю с тобой что-то очень плохое. — Тихо выдавил из себя блондин, обтряхнув руки, будто те были в пыли или даже грязи, стараясь избавиться то ли от ощущения чонгуковых ладоней, то ли от фантомных электрических разрядов. — Ладно, садитесь, лодыри. — Господин Кан устало потер переносицу. — Так уж и быть, поставлю вам по тройке.       Миссия выполнена. На лицах парней победная улыбка. Они со спокойной душой отправились на места. Кстати, сидят они, на удивление, совсем рядом. Чон Чонгук расположился прямо перед заваленной разнообразным хламом партой Чимина и Тэхена. Ведь ругаться удобнее, когда сидите недалеко друг от друга. — Тебе идет быть одуванчиком. — Усмехнулся Чонгук, поворачиваясь назад и осматривая плод своих трудов. Светлые волосы все еще забавно торчали и не поддавались законом гравитации. — Ты уж определись: жаба, лягушка или одуванчик. — Тэхен сморщил нос и отвернулся от слишком внимательных черных глаз. — Не выступай, Ким его жабье величество Тэхен. Я заработал нам удовлетворительные оценки. — Чон самодовольно зачесал свои черные пряди назад. — Должен руки мне целовать. — А кто мои руки целовать будет? Мне вообще-то было больно! — Ким наигранно со всей своей жалостливостью прижал бедные ладошки к груди. — Договорились. Сначала ты мои, потом я твои. — Парень насмешливо подсунул одну из рук прямо под нос Тэхену. Чонгук был излишне горд собой, учитывая вялый тройбан в журнале. — Черт! — Киму было одновременно смешно и брезгливо, но подыграть стоило. — Ах, какое счастье, что ты — наэлектризованный шпиц — бываешь полезным!       После этих слов Тэхен сделал свои пухлые губки уточкой, нарочито сильно их выпячивая, и со смачным чмоком прижался к тыльной стороне ладони Чона. Этот звук разнесся по всему классу. Чонгук не отставал: сразу же схватил тэхеновы ладони и тоже достаточно звучно поцеловал. Но не смог удержаться и обслюнявил их. Ну, так чисто, чтобы не расслаблялся. — Фу! Чонгук, мерзко! — Ким брезгливо отдернул ладошки и вытер их о свою рубашку. — Боже какие же вы ужасные! — Чимин осуждающе посмотрел на этих придурков, красноречиво жуя жвачку. — Ну, я не более мерзкий, чем твои склизкие друзья. — Чонгук пожал плечами и отвернулся от них. — Не обижай моих прелестных жаб!