Born To Die

Dalaney Bailey — j's lullaby (darlin' i'd wait for you)

— Папа! Мама! — кричит на всю улицу Йеджи бежа к ним. Ей 12 лет и она, как и все дети с нетерпением ждёт выходных чтобы погулять, она любит бегать, играть в куклы, разные уличные игры, лето, солнце и шоколадное мороженое, ходить на танцы с лучшей подругой, ездить на соревнования, проигрывать и побеждать, ощущать и также излучать эмоции. Жить с родителями в доброте и заботе, лучшее что может быть на этом свете. Просыпаться от запаха жареных блинов и знакомых голосов на кухне, садить цветы в саду, ездить на рыбалку, в горы, на пляж и просто весело проводить время. Всё хотят остаться в этом периоде, и Йеджи не исключение. Подбегая к родителям, девочка с радостной улыбкой крепко обнимает их. — Угадай, куда мы сейчас едем? — улыбаясь спрашивает отец. — Гулять? Сегодня ж выходные, значит, гулять? — радостно проговорила малышка улыбаясь во все зубы. Хван Ки кивает, смотря на счастливую дочь. — Да, мы едем в парк развлечений! Парк «Lotte World» мечта Йеджи с раннего детства, как и большинство других детей. Некоторые друзья Йеджи уже были там, и каждый раз, когда кто-то начинал говорить о этом парке, они хвастливо рассказывали, как им было весело кататься на различных аттракционах. Йеджи только несколько раз видела его издалека, мечтая однажды там побывать. — Тот большой парк с огромным замком? — удивлённо и с восторгом спросила Йеджи. — В точку! — радостно проговорила мама. — Ура! Наконец-то мы пойдем туда! А можно чтобы с нами пошла Черён? — малышка смотрит на родителей взглядом маленького котенка, от чего мама рассмеялась. — Сегодня нет, но в следующий раз пойдем все вместе, хорошо? — отвечает ей мама. — Хорошо! Держась за руки, они весело идут ко входу в парк. — Вааау, в близи он ещё красивее. — малышка с восхищением смотрит на огромный замок молочного цвета украшенный различными цветными фигурками. — Хочу покататься на всех аттракционах! Родители Йеджи громко захохотали. — Мы бы с радостью, но это невозможно! — смеясь говорит мама. — Почему? — Потому что это парк один из сааамых больших парков развлечений в мире и здесь очень много аттракционов, мы просто физически не успеем всё обойти. — Ну тогда половину сегодня, а половину в следующий раз, хорошо? — воодушевлённо спрашивает Йеджи. — Хорошо. — Обещаешь? — улыбаясь дочь прищурила глаза смотря на маму. — Обещаю! — Пап, пап, а купишь мне эти мыльные пузыри? — девочка подбежала к прилавку с игрушками и сувенирами разглядывая всё большими глазами. — А будешь маму слушаться? — Хван Ки присел возле Йеджи смотря на неё улыбаясь. — Буду! — Ну тогда решено! Мыльные пузыри для хорошей дочери!

***

–Пап, как мама? — тихо прошептала Йеджи со слезами на глазах. Ей уже 13, и она всё так же ждёт, когда они вместе с Черён пойдут в парк развлечений, как два месяца назад пообещала ей мама. — Она в лучшем мире. — отец выдавил из себя эти слова и крепко обнял дочь. Кажется, что весь мир перестал быть красочным для этой невинной малышки. Лучший мир, какой он? Это мир, в котором существуют единороги? Или бесконечное шоколадное мороженое? Или это что-то наподобие парка развлечений, в который она ходила с родителями? Или, возможно, это жизнь без школы? А может это мир, в котором нет боли и страха? Что такое «лучший мир»? Какой он для людей? А для мамы? Йеджи часто задавалась этими вопросами. Она спрашивала у отца, бабушки, дедушки, друзей, но все отвечали ей «мы не знаем» или «придёт время и узнаем». Но почему тогда для мамы уже пришло время? Почему она кинула свою дочь, своего мужа, и ушла в этот «лучший мир»? — Почему она ушла туда без меня? — Йеджи смотрит на бабушку со слезами на глазах. — Потому что ты ещё маленькая. — бабушка улыбаясь вытерла слезы малышки поглаживая ее по спинке. Она каждый раз говорит одно и тоже, как заученную фразу. — Бабушка, а когда я выросту и попаду в этот лучший мир, я смогу увидеть маму? — девочка спрашивает, обнимая бабушку. — Всё, возможно, дорогая. Всё возможно… Спустя полгода. Холодный ветер подул с открытого окна и по телу мужчины пошли мурашки. Отец Йеджи упираясь руками об край стола тихо проговорил нервным голосом. — Это может быть, как у моей жены? — Хван Ки смотрит на врачей холодным пронзительным взглядом сжимая руки в кулаки. — Обычный порок сердца, но скорее всего наследственный и… — То есть, вы хотите сказать, что моя дочь… есть шансы, что она закончит так же, как и моя жена…? — он проговорил эту фразу с болью, как будто он не верит, не хочет верить в то, что говорит. — Н-нет, ещё не всё так плохо. Болезнь вовремя дала о себе знать, если пройти некий курс лечения, то есть шансы, что она выздоровеет до совершеннолетия. — И какие шансы? — Хван Ки смотрит в глаза врачам стараясь найти в них ответ. — Больше шестидесяти процентов, но мы не уверены… — Что значит «не уверены»? Вы же врачи! — его голос сорвался на крик, но доктора понимающе опустили голову. — Мы не можем гарантировать, что она вылечиться, потому что не всем подходит этот метод, но у неё растущий организм, поэтому мы надеемся на лучшее. А если её организм не сможет справиться с болезнью, тогда в лучшем случае лекарства просто будут поддерживать её сердце. — А в худшем? — Нужно будет сделать пересадку. — Пересадку? — напряжение с лица Ки пропало, вместо этого по его телу прошлась дрожь. — Да, но сейчас это рискованно, так что если лечение не поможет, то операцию сможем сделать только после совершеннолетия. — После совершеннолетия… — Да, а пока мы попробуем специальный курс лечения. Держитесь, сэр. Ваша дочь справится.

***

Oscar Lang - you.

Звон будильника, шум дождя, стук тарелок на кухне. Йеджи устало поднялась с кровати и одевая на себя худи, она спускается по лестнице на кухню к отцу. — Доброе утро, уже идёшь? — дочь улыбнувшись поцеловать Ки в щёку. — Да, сегодня буду поздно, поэтому можешь позвать Черён к нам, чтобы я не так волновался. — Хорошо. Ты взял обед? — Взял. И не забывай пить таблетки! — отец кричит Йеджи с коридора. — Хорошо, пап. Удачи тебе. — И тебе, солнышко. — проговорил отец, закрывая дверь. Йеджи 17 лет, и теперь большую часть своего свободного времени она проводит в одиночестве. Либо на берегу Сокчхона, либо на могиле матери, куда Йеджи сегодня и пошла. Влажная земля после дождя издавала хлюпающий звук от каждого шага, кроссовки Хван промокли насквозь, но та не обращает на это внимание. Медленно идя, она рассматривает уже знакомые деревья, лавочки и вот её взгляд натыкается на могилу. — Привет, мам. — Йеджи грустно улыбнулась, рассматривая буквы на белом камне. — Знаю, я обещала, что перестану навещать тебя так часто, но… я не могу. — Йеджи присела на корточки возле могилы слегка проводя рукой по шершавой поверхности. — Прости, что опять тебя беспокою, но я соскучилась. Отец опять на роботе проводит больше времени, чем вдома. Но я его не осуждаю, я знаю, что он работает ради оплаты моего лечения, но… — Хван опустила голову закрывая глаза. — Я бы хотела проводить с ним больше время. Как мы раньше… всё вместе… понимаешь? Хотя это невозможно. — прошептала Йеджи издавая нервный смешок. — Почему ты ушла так рано, мам? Почему ты бросила нас? — она подняла голову смотря на могилу опустошенным взглядом. Ветер и крик ворон пытались перебить гробовую тишину на кладбище. — Прости… Я должна перестать задавать эти вопросы… Но ты же знаешь, я не виню тебя, мне… просто обидно. — с глаза Хван потекла маленькая струя, но она моментально вытерла её. — Прости, я обещала больше не плакать сидя здесь, — она улыбнулась, поправляя волосы. — Я люблю тебя. Хочу, чтобы ты это знала, даже если ты не здесь, я все равно люблю тебя. Йеджи просидела ещё несколько минут и пошла на автобусную остановку чтобы поехать в школу. — Божечки… Я звонила тебе раз десять, почему не отвечала? — Черён подбежала к Хван рассматривая её с ног до головы. — Опять ездила на кладбище? В ответ шатенка просто кивнула и крепко обняла подругу. — Прости, мне правда это нужно было. — Всё хорошо, я понимаю. Но больше не делай так, хорошо? Просто дай знать если пойдешь туда снова. — Черён обняла Йеджи в ответ. — Пошли давай, скоро начнется урок, только сначала — темноволосая девушка посмотрела на обувь Хван. — Пошли переобуешься. — Хорошо. Уроки для Хван прошли быстро, как и всегда. Она была отличницей, хоть и не всегда слушала, что говорят на уроках. Она старалась только ради матери, ведь та хотела, чтобы Йеджи поступила в престижный университет и всегда была прилежной ученицей. Возможно, она и бросила б учёбу, но из-за её желания она не могла это сделать. Она не хотела её расстраивать, наоборот, она хотела, чтобы мама ею гордилась. — Посмотрим что-то за ужином? — Йеджи спросила подругу улыбнувшись. — Давай, я только за. Тогда пока я буду говорить рамён, найди что-то интересное. — Хорошо. — шатенка радостно кивнула и побежала в гостиную. Вечер прошел весело, они с Черён вкусно поужинали, посмотрели фильм и много смеялись. Иногда Йеджи казалась действительно счастливой, а иногда по её глазах можно было понять, что у неё происходит в глубине души. Но только Черён понимала это. Ведь никто не знал Хван так как она. Они с самого детства вместе и Ли могла прочитать её как книжку, даже если та будет закрыта. И Йеджи было действительно легче вместе с ней. Пускай ей бывает тяжело, но Черён рядом и всегда готова помочь, отвлечь, развеселить. Пускай даже если их дружба закончилась, они все равно были счастливы вместе.