их слова≠ты

— Ты же не планируешь серьезно этим заниматься? Я бы даже в одном классе с ней находиться не смогла, не представляю, как ты будешь сидеть рядом. — Конечно, я не планирую. Просто приду один раз и скажу, чтобы она сделала все сама. Когда Мистер Рухлядь оставил нас после урока, чтобы дать задание, она даже смотреть на меня боялась. — Какой же стыд. Поскорее бы ты освободилась от этой зубрилы. Через два месяца школьный бал, так что нам надо подготовиться. Держу пари, что Тэхен уже сейчас пускает слюни от одних мыслей о том, что ему перепадет.       Дженни довольно хихикнула, убирая помаду в сумку и еще раз оглядывая себя в зеркало туалета. Она была более чем согласна с Лили-Роуз, проводить время в обществе зануды ей совершенно не хотелось. Девушка почти взвыла от досады, когда учитель Чон объявил ей об этом глупом проекте по экологии в паре с той, чье имя нельзя называть. А все потому, что мама Дженни узнала, что та получает оценки немного не тем путем, на который она рассчитывала. Остаток времени до школьного бала Дженни должна была лишь продолжать получать восхищенные взгляды от всех в школе, менять милые наряды и по-прежнему оставаться популярной девушкой. А теперь ей придется мириться еще и с этими глупыми «встречами» для проекта. Хотя она уже явно решила для себя, что не будет в нем участвовать. Обе девушки покинули туалет, громко обсуждая какую-то последнюю модную новинку и даже не подозревая о том, что дверца одной из кабинок открылась спустя пару минут после того, как помещение опустело.       Была уже пятница, а значит — должно состояться первое обсуждение, и Дженни получила сообщение на телефон о конкретном месте в библиотеке, где ее ждала Лиса. Даже это имя было неприятно произносить. На самом деле, Дженни мало что знала о Лисе, у них не было общих классов. Но она часто видела эту ученицу в коридорах, когда та выглядела такой закомплексованной и совершенно незаинтересованной в человеческом взаимодействии. Дженни не слышала, чтобы Лиса хоть раз посещала вечеринки или одевалась во что-то кроме штанов и толстовок. Типичный школьный ботаник. Тот факт, что им приходится видеться, изрядно подпортит имидж кореянки, и она вновь раздосадованно выдохнула, пока поднималась по лестнице. По крайней мере, чуть позже они с Лили-Роуз договорились сходить на шоппинг, а это отличная возможность для Дженни выгулять новую юбку, которой она и воспользовалась.       В библиотеке почти никого не было, потому что какой глупец захочет тратить время перед выходными на учебу, когда можно сходить куда-нибудь потусоваться. Дженни огляделась по сторонам, наконец замечая название раздела на полке, выступающего как ориентир. Сразу за поворотом показался стол, который скрывался за всеми этими многочисленными стеллажами. За ним уже расположилась фигура в, как неожиданно, темной толстовке, а перед ней были разбросаны кипы бумаг. Дженни подошла ближе и прочистила горло, сложив руки на груди. — Я вижу, что ты уже занялась проектом, Лиса, — проговорила она, подняв руку, чтобы проверить маникюр на ногтях. — Не буду тебе мешать, у меня назначена встреча, так что разберись с этим, — Дженни уже развернулась на каблуках, добавляя: — И не надо писать мне или звонить, лучше удали мой номер. Я сама найду тебя, если мне что-то потребуется. С довольной ухмылкой, Дженни двинулась обратно к лестнице, мысленно уже перебирая наряды и духи, которые она давно хотела купить. — Мистеру Чону не понравится то, что я работаю одна, — услышала она за спиной.       Кореянка тут же остановилась и замерла на месте, обрабатывая произнесенную фразу. Было ли дело в том, что именно сказала ей зубрила, или в том, как она это сказала, Дженни не могла понять. Но что-то в этом голосе заставило ее замереть. Возможно, всему виной то, что Дженни никогда раньше не слышала голоса Лисы, та не разговаривала с ней (и, кажется, не разговаривала в целом). Так что шок от слегка непривычной твердости и глубины застал ее врасплох. — И-извини? — Дженни, тем не менее, медленно развернулась, слегка запнувшись. — Я сказала, что Мистеру Чону не понравится то, что я занимаюсь проектом одна, когда он назначил нас обеих, — продолжила спокойно Лиса, все еще сидя к Дженни спиной. — Если у тебя нет времени в нем участвовать, я предупрежу учителя, так что ты можешь идти.       Дженни явно опешила от такого заявление. Лиса ей что…угрожает? Угрожает ей, Ким Дженни? Девушке, которая способна получить оценки одним взглядом, чья семья является одним из ведущих акционеров их школы? Это было просто нелепо. На секунду у кореянки даже пропал дар речи, потому что как Лиса посмела угрожать ей? — Кажется, ты не поняла, — Дженни нахмурилась снова подходя ближе и останавливаясь сбоку от Лисы, возвышаясь над ее склоненной над какой-то бумагой фигурой. — Мне не нужен этот проект. Я не знаю, какого черта Рух…точнее, Мистер Чон повесил его на меня, он лишь отнимает мое время. И мне плевать на этот проект, с моими оценками все в порядке.       Лиса, которая все это время что-то писала в своем блокноте, остановилась. Кореянка почувствовала себя немного неуютно, раньше эта девочка казалась ей более…безобидной. Спустя еще пару секунд тайка медленно развернулась на своем стуле, подняв голову и посмотрев Дженни прямо в глаза. — Я это понимаю, и мне все равно, будешь ли ты участвовать в этом проекте. Не уверена, также ли все равно твоей маме.       Глаза Лисы были большими, и Дженни не была уверена, виной всему ее круглые очки или у девушки от природы такие выразительные глаза. И этот взгляд, который пробирался куда-то внутрь, за привычную внешность, немного пугал и завораживал одновременно. У Лисы всегда были такие красивые губы? А потом до Дженни начал медленно доходить смысл сказанной тайкой фразы и в этот момент ее челюсть оказалась на уровне пола. Лиса была в курсе того, что вся эта затея с проектом принадлежала ее матери? Откуда она узнала? Хотя теперь, когда Дженни немного более глубоко об этом задумалась, в голову пришла мысль о том, что учитель Чон специально поставил ей в пару одну из самых умных учениц. А значит — ввел в курс дела. Ситуация начала принимать весьма скверный оборот, потому что мать Дженни и так слишком часто устраивала в последние дни скандалы, связанные с тем, что Дженни практически не учится. Видимо, ее шоппинг придется отложить, хотя кореянка не сдастся так просто. — Как ты смеешь упоминать мою мать? — постепенно внутри Дженни поднималась густая пелена гнева, она никогда не отличилась хорошей сдержанностью. — Я просто хочу закончить проект, — Лиса склонилась над своим блокнотом, её голос был тихим и совсем не раздраженным.       Первоначальное замешательство от такого контраста личностей тайки, которую ожидала и которую в итоге встретила Дженни, начинало сходить на нет. Поэтому последняя коротко выдохнула, собираясь с мыслями. Она хотела урегулировать все по-тихому. Лисе нужно было всего лишь взять проект на себя, но раз она имеет наглость так открыто отвечать Дженни, следует преподать ей урок. Дженни сделала шаг вперед и приблизилась к Лисе. Она наклонилась над ней и прошипела: — Я хотела быть хорошей, но, кажется, ты немного медленная и совсем не понимаешь, какого черта творишь. Не нужно испытывать мое терпение, иначе ты об этом пожалеешь. Лиса спокойно подняла на нее глаза, но в них не было и намека на страх. — Пожалуй, я действительно пожалею, — ответила она с легкой улыбкой, которая не достигала ее глаз.       Дженни не могла понять, что происходит. Она не слышала в ее голосе ни испуга, ни раскаяния, ни даже удивления, на которые рассчитывала. Лиса была спокойна и уверена в себе. И эта улыбка? Черт возьми, по крайней мере у нее можно спросить марку помады, потому что она отлично выглядит на ее губах. Это была слишком странная смесь чувств. Все было так быстро и так неоднозначно, что Дженни буквально запуталась в том, что именно она сейчас должна испытывать. Гнев? Злость? …Заинтересованность? — Отлично. Знаешь что? Я просто уйду отсюда, мне абсолютно наплевать на то, как ты будешь делать этот проект, — кореянке хотелось показать, что она контролирует ситуацию, поэтому она гневно повернулась и громко затопала прочь.       Лиса подняла голову и посмотрела Дженни в спину. Ее лицо было спокойным, но ее глаза горели странным огнем.

***

      Дженни вышла из библиотеки, еще будучи в шоке от встречи с Лисой. Она была в бешенстве и не могла понять, что происходит. Эта зубрила была слишком умной, слишком хитрой. Она не могла её прочитать. Дженни никогда не сталкивалась с таким сопротивлением. Обычно все ее слова и действия приводили к желаемому результату, но Лиса была как непробиваемая стена. Она не поддавалась ни угрозам, ни уговорам.       В голове у Дженни кружились разные мысли Как она узнала о ее матери? Почему чувствовала себя так спокойно при разговоре с Дженни? «Она просто пытается меня вывести из себя,» — подумала кореянка, пытаясь успокоиться. «Она не хочет со мной работать. Она хочет, чтобы я сбежала от этого проекта». Но глубоко внутри Дженни чувствовала, что Лиса хочет от нее чего-то еще. Что за ее действиями стояла какая-то цель. Конечно же, ей было все равно на эту цель, главное — как можно скорее избавиться от этого назойливого проекта.       Дженни уже представляла, как она расскажет Лили-Роуз о всех происшествиях. Ее подруга точно знала, что делать. Лили-Роуз была ее главной поддержкой и всегда помогала ей решать проблемы. Она оказалась на улице перед школой и увидела Лили-Роуз, стоящую около своего автомобиля. Она была в своем любимом красном платье и с яркой красной помадой на губах. Она всегда выглядела так ярко и уверенно, словно она сама был олицетворением моды и стиля. — Ну как у тебя дела? — спросила Лили-Роуз, встречая Дженни.       Дженни была слишком взволнована, чтобы сказать что-то вразумительное. Она просто кивнула и пыталась собрать свои мысли. — Что произошло? — вновь спросила высокая девушка, заметив неспокойное выражение лица Дженни. — Эта дура… — Дженни не смогла закончить фразу. Она была слишком в бешенстве, чтобы говорить спокойно. — Что она сделала? — Она знает о моей матери. Она сказала, что ей все равно, буду ли я участвовать в проекте, но она не уверена, также ли все равно моей маме, — Дженни пыталась передать тот тон, которым Лиса произнесла эти слова.       Лили-Роуз приподняла бровь и улыбнулась. Она была спокойна, словно и не удивилась словам Дженни. — Не волнуйся, — сказала она, положив руку на плечо Дженни. — Я постараюсь все уладить. И с Чоном, и с твоей мамой.       Кореянка слегка удивленно посмотрела на подругу, не понимая, говори ли та всерьез или просто пытается успокоить ее. — Но как ты…? — начала Дженни. — Не важно, — перебила ее Лили-Роуз. — Пойдем, мы можем зайти в то кафе, там у них появился новый десерт, — девушка взяла Дженни за руку и потянула ее к автомобилю.       Обычно кореянка полагалась на Лили-Роуз, та была ее подругой всю старшую школу и всегда выручала. Они вместе имели довольно схожий уровень жизни, так что быстро сошлись характерами и подружились. Поэтому конечно кореянка выдохнула про себя, пытаясь отогнать остатки гнева, и зашагала за своей подругой. Что бы ни случилось — Лили-Роуз была на ее стороне. И Дженни ей верила.

***

      Кажется, план ее подруги не сработал. Иначе какого черта перед порогом особняка семейства Ким сейчас стояла высокая фигура в толстовке и спортивных штанах. — Какого хрена… — пробормотала Дженни. — Что ты делаешь перед моим домом?! — Тебе следует спросить не меня, — холодно ответила Лиса, склонив голову. — Я могу войти? — Конечно, черт возьми, нет! — тут же ответила кореянка, слегка прикрывая дверь. — Твоя мама меня пригласила.       Дженни словно окатило холодной водой. Снова была замешана ее мать, и ей это совершенно не нравилось. Со скрипящими зубами она слегка отодвинулась в сторону, пропуская внутрь дома Лису. Та вошла, не обратив внимания на недовольное выражение лица Дженни, и направилась к гостиной. Дженни следовала за ней, не скрывая раздражения. — Итак, зачем ты здесь? — кореянка скрестила руки на груди, стараясь выглядеть уверенной.       Лиса спокойно села на диван, посмотрев на Дженни своими большими глазами. — Я пришла обсудить проект. Твоя мама настаивает на том, чтобы ты участвовала в нем, — сказала она, оглядывая комнату. — Это все бесполезно. Я уже сказала тебе, что мне не интересен этот проект, — отрезала Дженни, подходя ближе. — Понимаю. Но, как я уже говорила, мне нужно, чтобы ты хотя бы формально принимала участие. Это важно для моих оценок, и твоя мама настаивает на твоем участии, — Лиса говорила спокойно, без намека на раздражение.       Дженни почувствовала, как ее злость снова начала подниматься. Как эта девчонка может быть такой спокойной? — Ты не понимаешь, я не собираюсь тратить на это свое время! — выкрикнула она, чувствуя, что теряет контроль над ситуацией.       Лиса, казалось, была непробиваемой. Она просто смотрела на Дженни, не проявляя никаких эмоций. — Я понимаю, — мягко сказала Лиса. — Но если ты не будешь участвовать, у нас обоих будут проблемы. Я уверена, что мы можем найти компромисс.       Дженни замерла, пытаясь понять, что скрывается за этими словами. Она не часто соглашалась на компромиссы, привыкнув полностью иметь контроль над любой ситуацией и без особых последствий иметь возможность выбраться из каждой передряги. Но здесь сейчас на кону стояло многое, потому что ссоры с матерью становились все серьезнее, ей нужен был результат. Дженни не понимала, какого черта она решила влезть в жизнь дочери именно сейчас, когда все годы до этого мало интересовалась чем-то, кроме внешнего вида и репутации. Но сейчас у кореянки не оставалась выбора. Мама очень ясно обрисовала ей все перспективы, которые ждут ее, если она завалит этот проект. — Хорошо, — сказала она наконец, тяжело вздохнув. — Что ты предлагаешь?       Лиса улыбнулась. На этот раз ее улыбка достигла глаз, заставляя Дженни странно смутиться и проморгаться. — Давай просто работать вместе. Я сделаю большую часть работы, но мне нужна твоя помощь в некоторых аспектах. Мы сможем закончить проект быстро, и ты сможешь вернуться к своим делам.       Дженни неохотно кивнула. Она все еще была недовольна, но что-то в поведении Лисы заставило ее почувствовать, что можно попробовать. Возможно, они найдут общий язык. — Ладно, — сказала она, пытаясь звучать безразлично. — Но если ты меня подведешь, не сомневайся, у тебя будут огромные проблемы. — Конечно, — ответила Лиса, и в ее голосе слышалась легкая насмешка.       Они начали обсуждать проект, и вскоре Дженни поняла, что Лиса действительно знает, о чем говорит. Она была организованной и умной, и работать с ней оказалось не так уж плохо. Впервые за долгое время Дженни почувствовала, что может научиться чему-то новому. Хотя ей все еще категорически не нравилась эта идея, потому что она могла бы сходить на вечеринку к Наен или потусоваться с Лили-Роуз. В конце концов, снова поддразнить Тэхена, чтобы тот продолжал оставаться у нее на крючке. Явно гораздо более приятные занятия, чем сидеть дома с ботаником и разбираться в проблемах экологии (на которую Дженни было глубоко плевать, и бизнес-джет, оформленный на имя ее матери, был тому подтверждением).       Но Дженни не заметила, как прошло уже несколько часов с того момента, когда они начали проработку проекта, составление плана, поиска источников. Это было необычно и…освежающе. Учеба никогда не интересовала кореянку, так что это казалось странным и сумбурным. Еще и Лиса… Здесь, в доме Дженни, сидя на диване в их гостиной, она выглядела более комфортной и расслабленной. Словно она отключилась от вечно нависающих над ней проблем, которые делали из нее безразличного ботаника. Она даже посмеялась над каким-то высказыванием Дженни. Посмеялась! Не то чтобы Дженни как-то подмечала про себя все эти вещи, просто ей нужно знать своего врага в лицо. Даже если они установили с этим врагом временное перемирие. — Мы хорошо сегодня поработали, увидимся в следующий раз. Я напишу время, место в библиотеке будет то же, — сказала Лиса, коротко махнув рукой и спускаясь по крыльцу.       Из-за какого-то странного внутреннего позыва Дженни хотела прервать ее и попросить продолжить и дальше заниматься у нее дома, но вовремя остановили себя, хмурясь и отмечая то, как нелепо звучала эта мысль. Самолично пригласить зубрилу в свой дом? «Просто помутнение рассудка, возьми себя в руки, Ким Дженни!».