Начать всё заново

Это не могло быть правдой, или она не хотела в это верить. Напротив стоял Он, вежливо улыбаясь её родителям, под руку с её младшей сестрой. Та висла у него на предплечье, но взгляд её был направлен на Софу в ожидании реакции. Юля всегда как бы соревновалась с Софой, хоть и была младше. Той в пример всегда ставили старшую и это, казалось, было самым раздражающим на свете. И даже факт нагулянного ребёнка не опускал Софу в глазах родителей, что возмущало Юлю ещё больше. Она злилась и бесновалась, в тайне ненавидя сестру, а та как назло держала нейтралитет и игнорировала её попытки к конфронтации. — Виктор, приятно познакомиться, — мужчина первый нарушил тишину, решая представиться перед девушкой. — Софья, взаимно, — кивнула, упорно игнорируя протянутую руку. Нужды представляться не было, Аверина прекрасно помнила его имя и это злило, ведь хотелось забыть и никогда больше не вспоминать. Мама кинула обеспокоенный взгляд на дочь, но он остался никем не замеченным. — Вы, наверное, голодные с дороги, присаживайтесь скорее за стол, — сказала женщина, приглашая. Усаживаясь за стол, отец отодвинул стул для матери, а Виктор для Юли. Только Софа самостоятельно шкрябнула ножками стула по дощатому полу и села раньше всех. Юля, смотря на это, фыркнула, ухмыляясь. Все принялись обедать.

***

Разговоры шли обо всём и ни о чём. Из них семья узнала, что Виктору двадцать семь, бизнес он ведёт вместе с друзьями, а с Юлей они познакомились в ресторане, случайно столкнувшись. Софе подумалось, что сестра клешнями тогда вцепилась в мужчину, лишь бы не упускать такой шанс. Любовь к себе на пару с нездоровым эгоизмом сестры поражали Софу, та готова была идти по головам и жечь мосты, лишь бы выгрызть себе кусок побольше, хотя никогда ни в чём не нуждалась с рождения. Обед кончился, но они остались за столом, чтобы выпить кофе с вишнёвым пирогом, приготовленным мамой. Никто, конечно, не упомянул о том, что этот пирог любила только Софа. — Пирог восхитительный, Екатерина Владимировна, — сказал Виктор, поворачиваясь к женщине. — Спасибо, Витя, — мама улыбнулась. Софа, смотря на все эти любезности, старалась не закатывать глаза от раздражения. Всё это казалось каким-то напускным. Девушка встала из-за стола и направилась на кухню. Казалось, никто не обратил внимания на её уход, но Виктор смотрел ей вслед, силясь вспомнить, откуда он её знает. Быстро вернувшись, Аверина со стуком поставила хрустальную пепельницу рядом с собой на стол, и достала сигарету из пачки. Хлопая по карманам голубых джинсов, она искала зажигалку. Перед носом тут же оказалась зиповская зажигалка из блестящего железа. Она взглянула исподлобья на протянутую руку Виктора, а потом на его доброжелательное лицо и приняла её, стараясь не касаться с ним руками. Металл лёг приятной тяжестью в руку. Быстро подкурив, она отдала её обратно. — Фу, почему ты не можешь где-то в другом месте покурить, — фыркнула Юля и скривила лицо, демонстративно прикрывая лицо ладонью. — Не нравится, уйди, — невозмутимо ответила Аверина, не глядя на сестру и стряхнула пепел. — Это мой дом, я отсюда никуда не уйду, — упёрлась сестра. — И мой тоже, — девушка пожала плечами и сделал глубокую затяжку. — Пап, я хочу, чтобы она вышла, — по-детски пожаловалась младшая. — Много хочешь, — грубо отрезала Софа, прекращая жалобы сестры. — Давайте не будем ссориться, девочки, — попросила мама, — У нас же гости. Юля фыркнула, на пару мгновений образовалась неприятная тишина. — Тем более гости тоже хотят курить, — хохотнул Виктор. Все подхватили его смех и обстановка разрядилась. Из глубины дома раздалось приглушённое «Мама!» детским голосом, и Софа быстро затушила недокуренную сигарету, выдохнула остатки дыма и помахала перед собой ладонью, развеивая его. Быстро поднялась с места, поспешив в дом. — Да, котёнок, — отозвалась девушка и стали слышны шаги по лестнице. — Проснулась, похоже, — отозвался отец, — Милейший ребёнок, сейчас прибежит знакомиться. Мужчина улыбнулся, вспоминая всепоглощающее очарование внучки. Прошло ещё несколько минут и послышался топот, а следом строгое: — Не беги! — сказанное Софой. Но девочка не слушала, резво улепётывая от матери. Рядом с ней шёл Арес, словно охраняя. Она подбежала к столу, оглядела всех сонным взглядом, останавливая взор на новоприбывшем. В детской голове зашуршали шестерёнки. — Привет, — сказала она, важничая, и протянула ладошку мужчине, — Меня зовут Алиса, а как тебя зовут? Пчёлкин улыбнулся, встав из-за стола и присел, оказываясь наравне с Алисой. Взяв её маленькую руку в свою, он поцеловал тыльную сторону ладони. — У тебя очень красивое имя, Алиса, — он покрепче сжал её руку, — Меня зовут Виктор, приятно познакомиться. Девочка заулыбалась и отошла на пару шагов, спрятавшись за ногами только что подошедшей Софы, смущённо выглядывая из-за них на нового знакомого. Мужчина посмеялся и вернулся на своё место, не переставая смотреть на ребёнка. — Ну чего ты, — вздохнула Аверина, наблюдая за этой сценой, — Садись за стол, пирог будешь? Девушка подняла дочь на руки, усадив ту на стул рядом с собой. Алиса, сидящая между Софой и Виктором, смотрелась органично. Константин Олегович, сидящий напротив, поразился тому, насколько внучка похожа на жениха младшей дочери.

***

За посиделками время пролетело быстро. Близился вечер. На улице стало темнеть, солнце уходило за горизонт и стало прохладнее. Алиса уже давно была в доме вместе с Аресом. Девочка не нуждалась в том, чтобы её постоянно развлекали, отличаясь самостоятельностью с ранних лет. Разговоры почти иссякли, когда Юля засобиралась обратно, нетерпеливо одёргивая будущего мужа за руку. — Поехали домой, я устала, —говорила девушка, смотря умоляюще на мужчину. — Ну когда вы сейчас поедете, дочь, — отмахнулась Екатерина Владимировна, убирая со стола, — Оставайтесь ночевать здесь, тем более папа уже под шумок успел Витю напоить. Женщина засмеялась, смотря на удивлённое лицо мужа. — Вот ведь, — хмыкнул он, качая головой, — Ничего от этой женщины не скроешь. — Я бы остался, пожалуй, — согласился Пчёлкин, — Опасно за руль садиться сейчас. Юля, на это заявление, смерила мужчину холодным взглядом, полным недовольства и закатила глаза. — Как хотите, тогда я пошла к себе. Она встала из-за стола, откинула крашенные в рыжий цвет волосы назад и поспешила скрыться в доме. — Хоть бы помогла прибраться, — тихо пробубнила себе под нос Софа, а потом сказала уже громче, обращаясь к матери, — Оставь, я сама всё уберу, идите отдыхайте лучше. Женщина благодарно улыбнулась, оставляя грязную посуду на столе. — Костя, пошли, с Алиской посидим, — она подтолкнула мужа в сторону дома. — Спасибо, дочь, — только и успел сказать отец. Аверина только кивнула ему и принялась за уборку, а Виктор, услышав тихое недовольство Софы в сторону сестры, остался. На веранде наступила тишина, прерываемая лишь стуком приборов и тарелок. — Я помогу, — сказал Пчёлкин. — Не нужно, лучше иди к Юле, она весь вечер сидела недовольная. Удовлетвори её потребность во внимании. Девушка хмыкнула, даже не поднимая на него глаза. — С этим я разберусь потом, — пообещал мужчина, продолжая складывать тарелки в одну стопку. — Спорить, я так понимаю, бессмысленно, — флегматично констатировала Софа. Виктор улыбнулся. — Верно. Девушка ничего не сказала, лишь взяла внушительную стопку с тарелками, стараясь держать их ровнее и направилась на кухню. Мужчина стремительно её нагнал, забирая одной рукой часть тарелок, в другой держа вилки и ложки. Софа бросила на него взгляд, брови приподнялись в удивлении, но она быстро взяла эмоции под контроль. Дошли до кухни они в тишине. Там же девушка быстро помыла всю посуду, стараясь игнорировать прожигающий взгляд рядом стоящего Пчёлкина, который помогал вытирать посуду от воды и складывать в навесной шкафчик. Раздражение росло по возрастающей и когда последняя тарелка была вымыта, она выключила кран с водой, бросила губку в раковину и, вытерев руки кухонным полотенцем, повернулась к Виктору. — Хватит на меня так смотреть, — грубо выпалила она, натыкаясь на прямой немигающий взгляд. Она отошла к плите, чтобы, как обычно, приготовить себе кофе и выкурить сигарету. Мужчина вытер последнюю тарелку, аккуратно поставил её на своё место и повернулся к ней, облокачиваясь на столешницу поясницей. Сложив руки на груди, он сказал: — Я понял, почему твоё лицо показалось мне таким знакомым. — Тебе действительно показалось, — она не дала ему договорить, ставя турку на огонь. — И я так же сначала подумал, — он хмыкнул, — Но тебя было не сложно вспомнить, особенно нашу последнюю ночь. — Мы не знакомы и тем более между нами не было никакой «последней ночи», — она поспешила откреститься от его выводов, которые оказались верны. Но говорить об этом она ему, конечно же, не стала. — Поверь, такое не забывается навсегда. Я иногда возвращался к этим воспоминаниям. — Соболезную, обратись к врачу, раз у тебя вдруг начали всплывать воспоминания, которых не было, — фыркнула девушка, снимая турку с огня. — Не будь такой букой, мы же хорошо провели тот август, в чём проблема? — спросил он, выжидающе смотря на Софу. Он надеялся, что она посмотрит на него. — Ни в чём, ты помолвлен с моей сестрой, и даже если, гипотетически, — она выделила это слово, — У нас что-то и было, то теперь это не имеет никакого значения. — Я не люблю Юлю, — сказал он. Софа тем временем села за стол с чашкой кофе и достала пачку сигарет. Виктор сел напротив, подвигая к ней пепельницу. — Мне знать об этом не обязательно. — Мы познакомились совершенно случайное и я не хотел чего-то серьёзного, но она так взяла меня в оборот, что я даже оглянуться не успел. Решил жениться, потому что уже пора, а она милая, когда не выносит мозги. Вновь не найдя зажигалку, Софа раздражённо откинула пачку сигарет на стол. — Скажи мне, я похожа на батюшку, у которого ты решил отпустить все грехи? Зачем мне эта информация? — Только скажи и я разорву помолвку. У девушки повело голову, то ли от накопившегося напряжения, то ли от абсурдности сказанных только что слов. — Иди к чёрту, — только это она и смогла ответить. Она посмотрела на него, надеясь, что в её взгляде он узнает все проклятья мира. Воцарилась тишина, но всего на несколько минут, пока они безмолвно пялились друг на друга. Каждый думал о своём. — Ну сколько тебя можно ждать, — с этими словами Юля ворвалась на кухню. По ней было видно, что она напряжена до предела, а увидев, что эти двоя сидят на кухне одни, и вовсе захотела устроить скандал. — Уже иду, Юль, — сказал Виктор, поднимаясь, — Сильно устала? — Конечно, семейные посиделки так выматывают, — девушка тут же смягчилась, наконец-то заполучив всё внимание мужчины. Взяв того под руку, она поспешила скорее увести его за собой. И, конечно же, подальше от старшей сестры. Софа грустно ухмыльнулась и опустила взор на стол. Там осталась лежать зиповская зажигалка. Бросив сигарету на стол, девушка закрыла ладонями лицо и тяжело выдохнула, зажмуривая глаза. Курить резко расхотелось.