Часть 1
2 июня 2024 г., 21:39
Тео возвращается из самого ада, но искупление — последнее, чего он желает. Он делает вид, что помогает стае из Бейкон-Хиллс, лишь бы они отстали от него, а как появляется возможность — сваливает из этого захудалого городишки и отправляется туда, где осталось его сердце — в Новый Орлеан.
— Это не Тео Рэйкен, — сказал как-то Стайлз, впервые увидев его. Как же проницателен он оказался. И как удобно, что никто не пытался потом раскопать, кем Тео является на самом деле. Родным городом для него был Новый Орлеан, а в Бейкон-Хиллс он тогда приехал впервые. Он был действительно похож на того погибшего парня, Тео Рэйкена, и звали его так же — Теодор. Притвориться им было до смешного легко. А чтобы подделать документы, хватило щепотки магии.
Он въезжает в Новый Орлеан и с удивлением понимает, что скучал по этому городу, краю болот, магии вуду и джаза. Но больше всего Тео тосковал по одной ведьме — Давине Клэр. Он ненавидит всё ведьмовское племя, и неважно, что сам является магом. Но его крошка Ди — исключение из всех мыслимых правил.
Они оба должны были стать жертвами жестоких ритуалов. Давина — на Жатве, Тео — на последовавшем за ним, когда наиболее фанатичные ведьмы решили, что принести парнишку-сироту в дар древним богам — не такая уж плохая идея. Они оба чудом спаслись, но Тео никто не помогал, пришлось использовать собственную смекалку. А потом он уехал как можно дальше от Нового Орлеана, понимая, что иначе присоединится к духам предков быстрее, чем ему хотелось бы. Тео знал, что хотя бы Давина в относительной безопасности и под защитой. Но часть сердца всё равно осталась с ней.
Он успел выяснить, что обстановка в городе неспокойная, но ведьм и магов больше никто не притесняет. Они больше не озлобленные изгои. Если же кто-то всё-таки решит сунуться к нему… Что ж, ему не поздоровится. Тео усмехается и выпускает длинные когти. Его сущность оборотня искусственно взращенная, но это не значит, что он слаб. А в сочетании с кипящей в венах магией его новообретенная сила ещё опаснее.
Он звонит в дверь её дома и спустя несколько секунд слышит шаги, а затем ему открывают, и девушка на пороге смотрит так, будто думает, что зрение обманывает её.
— Привет, Ди, — улыбается Тео так обаятельно, как только умеет. — Соскучилась по мне?
Под наигранной веселостью — тянущая тоска. Это он скучал, все два года, что не видел её. Давина всхлипывает, делает шаг навстречу и крепко обнимает его. Тео тут же обнимает её в ответ, зарывается лицом в её волосы.
— Я… я думала, что ты умер, — сбивчиво произносит она.
— Было дело. Но за тобой я даже из ада вернусь, — отвечает он. И это не преувеличение, не просто красивые слова.
Давина пропускает его в дом, и Тео с интересом оглядывается. Он не спрашивает, что стало с её родителями. Наверняка пали в войне между ведьмами и вампирами. И вряд ли его подруга сильно страдала по ним. Они умерли для Давины в ту ночь, когда согласились принести её в жертву на кровавом ритуале.
Ди ведёт Тео на кухню, и он заранее знает, что она сейчас будет делать. Наблюдает, как она заваривает травяной чай привычными отточенными движениями и разливает его по чашкам, потом достаёт печенье с конфетами. От этой картины веет уютом, теплом. Тео и раньше не раз приходил к Давине в гости на чай, когда они ещё были детьми, искавшими утешение друг в друге и верящими, что всё в итоге будет хорошо. Но страшные события искалечили их души, оставив от них тень себя прежних.
Давина садится напротив, тепло улыбается, но в глубине её зрачков Тео видит печаль и застаревшую боль, похожую на ранку, покрывшуюся коростой. Он готов убить каждого, кто заставил её страдать.
— Расскажи. Расскажи мне всё, что с тобой произошло за эти два года, — просит он. И она рассказывает, как помогала Марселю, спасшему её на Жатве, как противостояла другим ведьмам и даже древним вампирам. Давина не раз оказывалась на волосок от смерти, но ей удавалось выкарабкаться. Были и те, кто поддерживал её: тот же Марсель, молодой вампир Джош и новый регент местного Шабаша.
— И ещё я познакомилась с одним парнем, — немного смущённо говорит Давина. — Его зовут Кол.
— Кто он? — В тоне голоса Тео сквозит холод.
— Раньше был древним вампиром, но после того, как мать вытащила его с того света, стал ведьмаком.
— Я о другом. Кто он для тебя?
— Он мне, наверное, нравится, — отвечает Давина, и её взгляд становится виноватым. В душе Тео вспыхивает жгучая злость, а глаза становятся янтарными. У них с Ди была особая связь, именно друг с другом они целовались впервые. Но они не давали никаких обещаний и не виделись два года. Тео понимает её, но принять до конца её слова не может.
Давина протягивает руки, накрывает его ладони своими, сжимая в теплом жесте.
— Теперь ты расскажи мне, что произошло с тобой, — тихо просит она. — Я вижу, что ты изменился. И не только телом.
И он рассказывает без утайки, не скрывая даже самых тёмных эпизодов из своего прошлого. Тео откровенен не только потому, что Давина тоже теперь не святая. Просто он всегда привык быть честным с ней, и с годами это не изменилось.
Когда он замолкает, Ди встаёт со своего места, садится к нему на колени и обнимает, утыкаясь носом в его шею. Тео гладит её по волосам и обещает, что больше никогда не покинет.
***
Давина предлагает ему остаться в её доме, и он соглашается. Не из-за того, что не хочет заморачиваться с поиском места для ночлега. Тео хочет быть ближе к ней. Следующие два дня они проводят вместе, не желая расставаться даже ненадолго. Гуляют по любимым местам Нового Орлеана, предаются ностальгии по прошлому. А на третий день Давина сообщает, что у неё запланировано свидание с Колом. Заметно, что ей неловко. Тео чувствует, как гнев и ревность вновь накатывают на него, но не собирается чинить им препятствий. Не в открытую. Он часто манипулировал людьми, чтобы добиться своего, но сейчас хочет, чтобы Давина осознанно сделала правильный выбор. Когда раздаётся звонок в дверь, Давина, уже готовая к выходу, открывает своему кавалеру. Она очаровательна в цветастом платье и с локонами, падающими на плечи и спину. Тео хочет, чтобы она так наряжалась лишь для него, но сейчас это всё для другого. Он появляется за спиной Давины и смотрит на Кола, видя перед собой высокого смазливого парня с шапкой тёмных кудрей и нахальной улыбкой. Кол Майклсон не нравится ему с первого взгляда. Хотя, по сути, эта антипатия возникла ещё до личной встречи. Давина представляет их друг другу, и Кол говорит: — Наслышан о тебе. В его взгляде читается вызов. Он протягивает руку, Тео ухмыляется и пожимает ему ладонь, прикладывая больше силы, чем требуется. В его глазах вспыхивает янтарь, а отросшие когти вспарывают кожу на чужой ладони. Кол шипит от боли и отдёргивает руку. — Тео… — выдыхает Давина и касается его плеча. — Не надо. В её взгляде нет укора, лишь печаль. Кол произносит короткое исцеляющее заклинание, и глубокие царапины тут же затягиваются. Давина суетливо достаёт из сумочки влажную салфетку и протягивает ему, чтобы вытереть кровь. А Тео поджимает губы и уходит вглубь дома, оставляя их вдвоём.***
Давина возвращается спустя несколько часов, растрёпанная, с ссадиной на лбу. — Что произошло? — взволнованно спрашивает Тео, утягивая её в дом. — Как видишь, свидание прошло не совсем гладко, — поясняет она. — На нас с Колом напали. — И этот идиот не смог защитить тебя? — фыркает Тео. — Для чего тогда ему сила? — Ему тоже досталось, — пытается оправдать Кола Давина. — Надеюсь, сильно. — Тео сажает её на диван, выбегает в ванную и вскоре возвращается с аптечкой, сейчас жалея, что не умеет исцелять. Он смачивает вату в перекиси и осторожно промокает ссадину на лице Давины. Пару минут они молчат, затем ведьма признаётся: — Мы с Колом поссорились. — До или после нападения на вас? — До. — Надеюсь, из-за меня? Она легко толкает его плечом, и Тео шутливо грозит ей ватой: — Не стоит бить человека, который лечит тебя. Давина улыбается, затем признаётся: — На самом деле, у нас с Колом и так были не радужные отношения. Особенно после того, как я узнала правду о нём. Но когда ты вернулся… Они стали ещё напряжённее. Думаю, Кол понимает, как ты дорог мне. И ему это не нравится. — Что ж, не хочется признавать, но кое в чём мы с ним похожи. Оба те ещё собственники, — задумчиво говорит Тео. Давина встречается с ним взглядом, и они снова замолкают. Смотрят друг на друга так, будто никак не могут насмотреться. А потом Тео обхватывает её лицо ладонями с нежностью, обычно ему не свойственной, и целует. Давина замирает на секунду, после чего отвечает ему. Они не торопятся, вспоминая, каково это: целовать друг друга. Вкус губ такой знакомый, но сейчас всё иначе, чем пару лет назад. Тогда ей было пятнадцать, ему — шестнадцать, они были невинны, сейчас же — ломаные-переломанные, ещё дети, но уже искалеченные. Тео сцеловывает слёзы с щёк Давины, прижимается своим лбом к её и осознаёт, что никто, кроме неё, ему в целом мире не нужен.***
Спустя несколько дней Давина вновь уходит на встречу с Колом, и на этот раз Тео отпускает её без опаски. Знает, что она вернётся. Его ведьма понимает, кому на самом деле принадлежит её сердце, кому принадлежало всегда. Осталось сказать это тому, кто невольно стал третьим лишним, чтобы больше не обманывать ни его, ни себя. Давина возвращается, когда Тео уже почти собрал чемоданы. Она открыто улыбается, и он увлекает её в объятия. Пожалуй, Новый Орлеан прекрасно обойдётся без них. А их впереди ждёт новая жизнь. Хотелось бы верить — более счастливая.
