Влюблённые на фестивале

      Мама была не очень рада, что лето я снова провожу вдали от них, но я не могу остаться. Фестиваль на Кубе идёт всего месяц, и я хочу найти её. Ту, что я полюбила так сильно, что больше не видела смысла жить без неё. Полумна была словно нежный цветок, который ускользнул из моих рук быстрее, чем я могла понять это. Но она говорила, что каждый год помогает в организации. Поэтому у меня есть надежда, что я встречу её вновь. Мама не понимала, почему приехав домой, я была грустной хотя не должна была. Я не смогла бы ей объяснить, что влюбилась в девушку, с которой потеряла контакт, а потому промолчала. Конечно, мама ещё несколько раз пыталась выпытать информацию, но так и не получив ответа, отстала. А мне даже не с кем было поделиться, все братья разъехались и беспокоит кого-то не хотелось. Даже Рон слишком быстро после выпуска из школы съехался со своим другом. Я ведь даже не могу догадываться, как в моей семье относятся к «другим». Свою любовь к девушкам, я осознала ещё в средней школе, когда почувствовала неприязнь от приглашения на балл от парня. Несмотря на то, что в основном я общалась с парнями, с девушками мне было комфортнее. От них не прилетит странной шутки, они всегда поймут и помогут чем смогут. Но не только это сыграло роль в признание ориентации, а вполне себе трезвый поцелуй с подругой детства на вечеринке. Мы не начали встречаться потом и договорились не говорить об этом, я и не настаивала, мне лишь хотелось поцеловать ещё какую-нибудь девушку. От них намного приятнее пахнет и выглядят ухоженно, в отличие от большинства парней.        Мама не смогла отпустить меня снова одну и поэтому попросила кого-нибудь из братьев приехать, Билл с Флёр согласились. Они как раз хотели на море и Куба была отличным вариантом, пообещали встретить с самолёта и довезти до отеля. И тогда мама успокоилась, я тоже. Не хотела снова быть одна и пребывать в уныние, а ещё Флёр можно было доверять. Мне она нравилась, она была для меня как старшая сестра, которой у меня не могло быть. Я сразу списалась с Биллом и спросила, какой отель они выбрали. Билл не дал мне право выбора и сказал, что соседний номер от них будет мой. Он не позволил бы мне жить в ужасных условиях, без защиты. Но ведь в прошлом году всё было хорошо, ну за исключением разбитого сердца. Но за деньги брата я была не против пожить, тем более это Билл, самый милый из всех братьев. Чемодан я собрала быстро, мне ничего не надо было, я не собиралась гулять по Кубе, я собиралась играть детектива. И полёт на самолёте прошёл незаметно, вроде только недавно была в Лондоне, а через секунду на Кубе. Мне не терпелось пойти на фестиваль.        Билл, как и обещал, встретил в аэропорту, вместе с Флёр. Судя по рядом стоящим чемоданам, они тоже недавно прилетели. Я никогда не завидовавшая брату, вдруг заметила, как меня пробирает на странную неприязнь, видя как Флёр нежно целуют в щеку Билла. Я скрещиваю руки на груди, закрываясь и отворачиваясь от них пока они закончат свои нежности. Я сказала Биллу подождать меня, а сама пошла курить в разрешённое место, не слушая ответ. Я была слишком зла, и эта злость не оправдана. Билл не виноват, что у меня в любви одна неудача. Курить я начала год назад, когда пыталась найти хоть крупинку информации о Луне, но с каждым днём мне казалось, что она мне просто приснилась. Я была раздражена и сигареты немного помогли успокоиться. Я знала, что это обман и с тем же успехом я могла делать дыхательные упражнения, но не хотела. Когда я вернулась, Флёр заботливо, спросила всё ли хорошо, я только кивнула и села на заднее сиденье автомобиля. Билл арендовал машину на дни отпуска, и я была благодарна ему за это, потому что тратить деньги на такси не хотелось. Хорошо, что мои права были с собой всегда, могу попросить машину у брата. Вряд ли он откажет.        Постепенно моя злость сошла на нет, и я пришла в себя. В конце концов я на Кубе, где вероятнее всего и Полумна, я должна радоваться, но шанс, что я снова её встречу был мал. Неизвестно, что с ней случилось, раз она так внезапно исчезла. Но мне всё равно было обидно, не каждый день тебя кидает красивая девушка. Можно было хоть сообщение написать, но с того дня, её симка была вне зоне доступа.        Билл и Флёр ушли на море, а я осталась в номере дабы просмотреть информацию о фестивалях. Раньше я любила их, это всегда было интересно и увлекательно, но не сейчас. Сейчас они вызывают у меня лишь по большей части негативные чувства. Мне для уверенности нужно рассказать Биллу и Флёр, потому что они должны знать, если я вдруг исчезну, с поля зрения. Билл давал слово маме, что со мной всё будет хорошо. И он сдержит его, это же Билл. Он всегда проводил со мной больше времени, чем остальные. И это, несмотря на то что с нами он тогда уже не жил. И добираться до родного дома было далековато, но он всё равно был рядом. Все мои дни рождения, выпускные, праздники он был со мной. Флёр бывала не на всех праздниках, но от неё всегда были крутые, а главное нужные подарки. Честно признаться из всех братьев, мой любимый это Билл. Он никогда не отказывал, не пытался сплавить меня куда-то и даже на эту просьбу мамы, я знала, что Билл единственный кто согласится. И я даже уверена, что никакого отпуска они не планировали, а Билл просто захотел провести время со мной. Мы давно не общались и признаться честно в прошлом году мне его особенного не хватало, но я попросила маму не говорить никому о моём состоянии. Она послушала меня, за что я ей безумно благодарна, но с другой стороны не очень. Непонятно как объяснить всю ситуацию Биллу, конечно я не сомневаюсь в том, что он поймёт и не будет осуждать, да и Флёр не похоже на гомофобку.        Сама ситуация странная и непонятная даже мне в какой-то степени. И было несколько моментов которые меня напрягли тогда и напрягают до сих пор. Первое — информацию о ней, я не смогла пробить даже через своих знакомых в полиции. Второе — никаких данных об удалённых или созданных аккаунтах в социальных сетях тоже нет. Третье — никаких фотографий и она сама запрещала куда-то выкладывать себя, но я и не выложила бы. Мои посты смотрит мама и она не поняла бы. И какое-то время я даже думала, что Полумна в розыске или агент ФБР, раз информации ноль. Возможно она и не Полумна вовсе, но найти всё равно хотелось. Мне всё равно на её сферу деятельности, я полюбила её слишком сильно.        Раздаётся стук в дверь, и я откладываю ноутбук, иду к ней. Ожидала ли я что за дверьми будет Билл? Да. Была ли я готова к этому? Совершенно точно нет.       — Кажется тебе есть что рассказать?       — Я не знаю как правильно рассказать.       Билл заходит в мой номер, закрывая за собой дверь. — Разберёмся.       Я рассказываю Биллу всё. Память у меня неплохая, да и я не смогла бы забыть все моменты связанные с ней при всём желании. Билл внимательно слушает и не перебивает, лишь держит крепко мою руку. 

«Куба; прошлый год.»"

      Я не очень хотела ехать на море, но мама настояла, чтобы я отдохнула. Год, говорит, тяжёлым для меня был и это от части правда. Меня уволили с прошлой работы и я долго не могла найти новое место и до лета я обходилась подработками. И даже со всей моей жизнерадостною, я начала выгорать слишком сильно. Вечером у меня даже не было сил, чтобы поесть, и поэтому с мамой я отчасти согласилась с тем, что мне нужен отпуск. Они с папой купили мне путёвку и я соврала, что с деньгами у меня всё нормально. Это была ложь во благо. Я не хотела занимать у них ничего и поехала на Кубу практически пустая. Куба встретила меня хорошей погодой, в отличии от Лондона, где сейчас шли дожди. Но до отеля был не близкий путь и мне пришлось потратиться на такси, не хотела я трястись в автобусе с чемоданом. Уже на ресепшене мне рассказали о фестивале, что проходил недалеко от их отеля на побережье моря. Для меня посещение было бесплатным, так как я была гостем отеля. Я была рада бесплатному развлечению, тем более, что фестивали я любила. В Лондоне их было немного, но я часто ездила в другие города или страны, если у меня было свободное время. Для меня никогда не было трудным завести с кем-то общения, я всегда легко шла на контакт, но увидев её растеряла дар речи. Я не смогла подойти сразу, поэтому ходила по всей локации фестиваля, беря на вооружение где мне стоит побывать в остальные дни. Сегодня открытие и было довольно шумно, но той незнакомке кажется было всё равно на суету вокруг, и она спокойно сидела на своём островке с аквагриммом. Я решила подойти к ней под предлогом гримма, но она удивила меня.        — Тебе же не нужен гримм, — говорит она спокойным голосом. — Просто решила завязать беседу так.        Я ошарашенно киваю, но на стул всё равно сажусь, её плохо видно, так как на ней кепка, и сидит она поодаль от стола. — Я Джинни. Если ты не против познакомиться.        Я вижу её неуверенную улыбку, но я не заметила чего-то подозрительного в этом. Возможно ей, как и мне сейчас неловко. — Я Полумна,— отвечает она всё-таки и я радушно улыбаюсь ей.       — Может погуляем после того, как ты закончишь здесь?        Полумна качает головой. — Не на этой неделе. Если хочешь поговорить, приходи завтра в это же время. Только не опаздывай.        Она мягко намекнула, что мне пора уходить и я расстроилась. Казалось между нами промелькнула искра, но возможно так казалось только мне. Фестиваль продолжал идти, но я не сильно хотела быть здесь. Потом я вспомнила, что пришла сюда ради праздника, а не знакомств и вернулась к общему веселью. Меня увлекли в танец незнакомая компания, и я по настоящему расслабилась, мне было слишком весело. О Полумне я не вспоминала, да и о других проблемах тоже. И следующие несколько дней я не подходила к той палатке, развлекаясь и знакомясь с культурой Кубы. Я тусовалась на пляже целыми днями, забывая о всех проблемах. О новой знакомой я вспомнила лишь тогда, когда она сама выловила меня возле ларька с мороженным.        — Я ждала тебя,— как-то слишком грубо говорит она, она такая мягкая, что казалось не способна на такой тон.        Я улыбаюсь ей пьяной улыбкой. Обычно я не пью, но здесь вкусный алкоголь. — Извини. Меня увлёк фестиваль, танцы здесь такие зажигательные, — я сделала моё любимое круговое движение бёдрами и заметила, как Полумна залипла на это.        — Всё равно не красиво так кидать, — уже более мягко говорит Полумна. — Мы ещё можем погулять вечером?        Я мигом трезвею, я и забыла что, предлагала что-то. Но уверенно киваю. — Да, давай. Где встретимся?        Полумна просит подойти к парку недалеко от пляжа к восьми вечера и опять напомнила про то, что опаздывать нельзя. Я решила уйти с пляжа сейчас, чтобы успеть подготовиться, тем более что Луна упорхнула словно бабочка. Я влюбилась в её запах персика, пока у самой меня был запах ежевики. Если будем идти вместе, то будет прям фруктовый сад. И я не могла дождаться вечера, до него осталось всего три часа. Я не помню как собиралась на свидание, если оно таковым было. С моей стороны хотелось считать так, но я не знала, что думала насчёт этого Полумна. Спросив у неё об этом напрямую, она ответила, что до свидания нам далеко. Прогулка получилась отличная, Луна открылась со странной стороны.  Во-первых, её наряд, которого на работе не было, там она в спортивном костюме и в кепке. Хотя и здесь она не изменила себе и была в кепке подходящей к наряду. Ну хоть без очков, но я заметила на её глазах тёмные линзы и светлые волосы, что выбивались из-под парика. Раз она так ходит, значит есть повод, и я сказала ей об этом. Я никогда не видела такого страха в глазах, но я спокойно спросила не нужна ли ей помощь. Полумна как будто выдохнула, поняв, что угрозы от меня не поступит. И сказала, что зеркало она забыла, но ей нужно просто спрятать свои родные волосы. Я подошла к ней слишком быстро, не как подруга или знакомая, я подошла к ней так близко будто мы уже в отношениях лет десять. Но Полумна не была против, лишь усмехнулась. Её кожа была очень мягкой и мне хотелось коснуться её нормально, но не могла.  Во-вторых, она была в напряжении и незаметно оглядывалась по сторонам. Это было не часто, но проскакивало. В-третьих, когда я захотела сфотографировать её, для личного архива она категорично отказалась и попросила для следующей встречи оставить телефон в номере. Испугалась ли я? Да, но не настолько, чтобы прекратить общение. Каждый день в восемь вечера мы встречались возле парка и гуляли по Кубе, только это были не слишком людные места. Я боялась ходить там, но Полумна чувствовала себя спокойнее, хоть людей она боялась. Или их реакцию на неё, мне так и не было понятно. С каждым днём я влюбляюсь в неё всё сильнее, она рассказывала невероятные истории и немного открывалась мне. Мы говорили обо всём на свете и Луна мыслила странно, но её всё равно было интересно слушать. У неё волшебный голос, который при желании мог усыпить бдительность. Наверное, и я попала под её чары. Недели общения прошли быстро и скоро я должна была уезжать. За неделю до моего отъезда наших свиданий, как она уже сама их называла, моему взору предстали красивые серые глаза, а на следующей день она пришла без парика и в красивом синем, словно ночное небо, платье. Мне было приятно, что она настолько доверилась мне, что сняла маску таинственности. Эту ночь мы провели вместе в её отеле, без разговоров, нам было не до этого. Я попросила Луну не бросать меня, она согласилась, но увидела неуверенность в её глазах и мне стало не по себе. Утром она проводила меня до парка и больше мы не виделись. Я пыталась звонить ей, но всё бесполезно. Я пришла на площадку фестиваля, но её палатки там не было и мне хотелось плакать. Мне пришли на ум сразу слова самой Полумны «не красиво так кидать». Я испытывала много эмоций, но в основном это была злость. Неужели она первоначально так и планировала? Я не могла постоянно приходить на фестиваль, потому что мне нужно было собираться. Но вернувшись домой, я искала хоть крупицу информацию, что за год я так и не нашла. Злость прошла, осталась только боль и обида на такой кидок. 

«Куба; настоящее время.»"

      — Моя ты принцесса, — Билл обнимает меня и гладит по волосам. Я не плачу, я уже всё выплакала, но мне приятна поддержка. Как я и говорила, Билл не стал осуждать, но ещё осталась Флёр и непонятно почему она не пришла вместе с Биллом. Они же знают, что я доверяю им обоим одинаково. Но возможно у Флёр были проблемы с работой и она не смогла оставить это на потом. Я не обижалась на неё, но мне не хватало её сейчас.        — И сейчас ты приехала чтобы? — Не договаривает Билл, потому что не понимает, чего я хочу добиться.        — Найти её. Я хочу найти её, — понимаю, что это возможно глупо и во мне играет недосказанность от последней встречи. Я хотела коснуться её нежной кожи ещё раз, хотела целовать и чувствовать запах персика. И вариантов почему она скрывалась было много, но все они были до ужаса абсурдными, ну не была Полумна похожа на преступницу. Я не знала, что делать, но теперь у меня в помощниках Билл и мне будет проще. Полумна запрещала себя фотографировать, но у меня была одна фотография. Там где она спит. Я показываю её Биллу, чтобы он знал, как она выглядит в случае чего. Билл уходит к себе, говоря, что ему нужно рассказать всё Флёр и придумать план действий. Я согласно киваю ему и благодарю его за понимает. Билл останавливается возле дверей и наклоняется для поцелуя в лоб.       — Чтобы не случилось, Джинни, я всегда на твоей стороне. И если что, ты можешь жить у нас.       Мы оба понимаем, что он имеет ввиду. Вскозль я упоминула Биллу о том, что если я найду Луну, то признаюсь маме в ориентации. Билл поддержал меня в этом. Настоящая ориентация это не то, что скрывается от родителей, особенно если планируются серьёзные отношения.       Билл ушёл и посоветовал мне сходить погулять. Я слушаюсь его и переодеваюсь во что-то лёгкое. На Кубе весьма жарко. Интересно, Луна соврала о том, что она помогает с организацией фестивалей? Если да, то мне крупно не повезло. Но я надеюсь крупица искренности в ней всё-таки была, раз она рискнула снять парик и линзы. Я решила пройтись пешком подумать и прийти в себя. Разговор с братом пусть и прошёл нормально, но тяжело. Я целый год копила в себе эту боль и сейчас рассказав всё я почувствовала невероятное облегчение. Общее напряжение как будто ушло и мне даже не хотелось курить, чтобы успокоиться. Наверное стоило давно рассказать Биллу. Я не загнала бы сама себя в нервный комок, Билл бы разложил ситуацию по полочкам. А Флёр успокоила и помогла в поисках информации, у неё связей побольше, чем у молодой ничего незнающей девчонки.       Я решаю по пути к пляжу зайти в магазин и купить что-нибудь холодное, но я останавливаюсь в метре от магазина. Я учуяла знакомый запах персиков и я начала осматриваться по сторонам. Возможно я сошла с ума, но я заметила знакомую фигуру в толпе и рванула за ней. Народу было много, но я тянулась за запахом словно безумная. И кажется я словила паническую атаку, потому что не могла словить Полумну. Опасно было останавливаться в толпе и я зашла за угол. Села на землю и попыталась прийти в себя, дыхание спёрло и глаза зазлезились. Сердце колотилось как бешенное, у меня уже были такие приступы и довольно часто. Но они всегда слишком быстро проходили и я не знала, что и думать. Какое-то время я думала, что надо сходить к психологу, потом отмела эту идею. Мне было некогда шататься по врачам, а панические атаки были у всех. В магазин я всё-таки зашла, но на всякий случай купила успокоительное. Я решила осмотреться нормально, Луна действительно могла быть где-то поблизости, может быть я встречу её не на фестивале? Я прошлась по кварталу, подмечая магазины, в которые мы сами ходили с ней, но и парочку новых. Я взяла их на вооружение, идти туда и показывать спящую Полумну не хотелось. Одно дело Билл, который ничего не скажет и не сделает с этим фото, другое дело незнакомые люди. На фестиваль я всё-таки захожу, он случайно попался мне по пути. Я не планировала, но так получилось. Всё как и в прошлом году украшено очень ярко и шумно, я не очень настроена на веселье сейчас. Но всё равно улыбка ненароком появлялась на моём лице, когда я видела счастливые пары или семьи. В какой-то степени я даже немного завидовала, но в основном я чувствовала себя спокойно. И снова в нос попал персик, только теперь это были настоящие фрукты и мне захотелось плакать почему-то. Фестиваль больше не казался таким оживлëнным, а ростовые куклы и актёры бесили до невозможности. Я ушла так и не прочувствовав атмосферы праздника.       Билл встретил меня возле входа в отель и сказал, что у Флёр есть интересная информация. Во мне открылось второе дыхание, у меня появились силы и я хотела рвануть в отель, но Билл придержал меня за руку.       — Она не в отеле, — Билл сжимает губы и берёт меня за руку ведёт непонятной дорогой, хотя улицы более менее известны.       — Почему?       — Мы взламываем камеры, как думаешь насколько это нормально?       Я понимаю, что из-за своей любви, я подвергаю риску своих родных. Но с другой стороны я ведь не заставляла их поступать настолько радикально? Да и не Кубе с этим наверное поспокойнее, это тебе не Лондон кишащий преступниками.       Они выбрали отель в котором жила я и от этого хотелось смеяться. Флёр как увидела меня сразу же подозвала к себе и крепко обняла, я не стала отказываться от объятий. Они были нужны мне. У Флёр была замечательная способность переключаться с дружеских отношений на рабочие и она начала рассказывать про камеры. Как она их взломала, я не очень поняла, но вот, что я точно поняла. Тогда в толпе это не было помутнение, это была Луна. Моя Луна вернулась и искала меня. Я захотела тут же вернуться в тоже место, но Флёр попросила не спешить. Она собирается отследить её и повесить значок слежения на неё. Я высказываю своё несогласие с этим, мы здесь не детективы и сделать всё чисто не сможем. Тогда Флёр говорит, что она продолжит искать её по камерам и записывать места, где она чаще всего бывает. На это я согласилась, мне будет проще.       Флёр смогла перенести себе на телефон сведения о камерах и иногда проверяла, но чаще всего она вливалась в нашу с Биллом беседу. В один из обычных не очень жарких дней, мы всё-таки решили сходить на фестиваль. На выходе на нас надели бусы из цветов, чем-то похожие на гавайские. Я искренне смеялась с шуток Билла, но чёртов запах снова пробрался в мои лёгкие, чуть ли не по самые гланды.       Я обернулась, чуть отстав от моих попутчиков. И теперь я была уверена. Тогда это не был глюк и сейчас, потому что напротив меня стояла в той же тёмной одежде Луна. Я узнаю её лишь по ярко выраженным серым глазам.