Верни меня к жизни

- Подумай насчет этого контракта, Кайл. Такие предложения не падают на голову дважды, знаешь ли, - мистер Пулман был явно взволнован. Он крутил ручку в своих тонких пальцах над раскрытым ежедневником. В нем было столько пометок, что начинало рябить в глазах, стоило кинуть хотя бы беглый взгляд на страницы. Кайл думал только о том, как бы побыстрее придти в свой номер, выпить таблетку от головной боли и упасть на кровать. В последнее время мигрени мучали его гораздо чаще, чем в школьные годы. Мать всегда беспокоилась на этот счет и вечно просила его показаться врачам. Однако те все время твердили, что это от переутомления. - Это все оттого, что под этими кудрями скрывается мозг гения! - шутка была совсем несмешная, но мистер Коулман всегда реагировал на нее так, будто миссис Уильямс была лучшим комиком стендапа. Не удивительно, что позже этот мужчина стал отчимом Кайла. Не то, чтобы парень ненавидел своего нового члена семьи, но тот взял привычку поддакивать его матери насчет здоровья Кайла. Постоянно твердил, что это ненормально, хотя до того, как сделал предложение Ребекке, его слова свидетельствовали совершенно о другом. Вот и верь после этого врачам, которые флиртуют с твоей матерью. Сам Кайл имел другое мнение насчет природы своих болей. Парень в последнее время слишком много времени проводил на съемочных площадках. Из-за его внешности и актерских способностей, которые он начал проявлять еще в школьном театре, предложения о работе начали сыпаться со скоростью снежного кома, скатывающегося с крутой горы. Кайлу приходилось учить тексты ролей ночью, заливаясь литрами кофе и энергетиков. Темные круги под глазами хорошо скрывали тональные средства. Вот только следы усталости из его карих глаз убрать было сложно. В конце концов, в актерской академии приходилось брать академические отпуска на время съемок. Но, учитывая, что парень не просто бездельничал, а работал по своей специальности, ректор был только рад. Еще одно достижение в копилку его учебного заведения. И сейчас парень все еще был студентом этой чертовой академии, которую, если его карьера так и пойдет развиваться дальше, он либо закончит лет через пять, либо бросит. Он все чаще задумывался над вторым вариантом. Уильямс хотел учиться, чтобы набраться опыта, чтобы ему открыли новый мир, который до этого был ему неведом. На деле же оказалось, что постановки в академии больше убивали все желание играть. Особенно с преподавателем, которого их группе выделили. Все твердили, что он профессионал своего дело, но на самом деле мистер Финч только и делал что критиковал. Причем критика эта была отнюдь не конструктивной. В такие моменты Кайл вспоминал школьный театр. Он начал ходить туда еще в средней школе. Затем продолжил в старшей. И тогда это казалось ему веселым занятием, от которого он получал удовольствие. Вслед за воспоминаниями о школьных спектаклях, что пользовались успехом, приходили воспоминания о невысокой фигуре с длинными волосами. Он помнил ее лицо практически в мельчайших деталях первое время после того, как уехал из родного города. Позже они начали размываться и становились все менее четкими. Глаза теряли свой необычный красивый цвет, улыбка превращалась в обычную полосу на овале кукольного личика. Кажется, у него не так давно была похожая партнерша по съемкам в одной из романтических мелодрам для подростков, где он примерил на себя роль рокера. Она ему совершенно не шла. Но в каком восторге были фанатки от него с электрогитарой в руках. Играть он, конечно же, не умел, просто повторял движения на грифе, а монтажеры после наложили музыкальную дорожку. Профессионал бы сразу раскусил обман, но они вряд ли смотрят фильмы для девочек-подростков. Вот и сейчас его агент предлагал Кайлу очередную роль в глянцевом неправдоподобном романтическом фильме. От одного только синопсиса у парня усилилась головная боль и захотелось смять несчастный листок в руках, а затем отправить в мусорную корзину, а еще лучше сжечь к чертям. Но вместо этого он позвал официанта. Без чашки крепкого кофе и чего-нибудь съедобного, он скоро совсем взвоет. У него уже начало трястись колено под столом - верный признак, что уровень раздражения стремительно повысился. Еще немного и начнет отбивать такой же ритм по столу пальцами. Это больше всего нервировало мистера Пулмана. - Послушай меня, Кайл. Ты не первый молодой актер, с которым я работаю. Поверь моему опыту - лучше использовать молодость по полной и сделать себе имя, берясь за популярные проекты. Может быть, они не несут в себе какой-то огромной художественной ценности, но тебе за них тоже платят. А уж вот когда твое имя будет на слуху у всех, можешь становится более избирательным. Некоторые актеры даже в режиссуре себя пробуют, чтобы в старости иметь дополнительный источник дохода. - Здравствуйте! Меня зовут Вонн, и сегодня я буду вашим официантом. Уже что-то выбрали? - знакомый голос заставил Кайла замереть. Даже его не прекращавшееся трястись колено остановилось. Он медленно поднял свой взгляд на девушку и слова застряли в горле. Вонн Филипс - девочка, похожая на какого-нибудь сказочного персонажа. Та самая невысокая фигура, которая практически полностью стерлась из его памяти после стольких лет. Кайл слышал о ней от их общей подруги, когда выпадала редкая свободная минута и возможность связаться с девушкой. Он знал, что Вонн потеряла родителей в последний месяц лета. Как раз когда у девушки должна была начаться учеба в университете. До него она так и не дошла. Стала жить с тетей, не отличавшейся мягкостью и пониманием. Делала Филипс это ради старшей сестры. Сама-то она могла запросто обойтись без опекуна, но вот Анна была в другом возрасте. А учитывая, что на тот момент у Вонн не было ни жилья, ни работы, опеку бы над сестрой ей никто не дал. Кайл хотел помочь. Думал перечислить какую-то часть заработанных денег. Но почему-то каждый раз отказывался от этой затеи. Зная характер своей близкой подруги, он был уверен, что она откажется от этих денег или потратит их совершенно не туда, куда он планировал. Так что единственное, что продолжало связывать парня с этой девушкой - общее прошлое. Вонн ненадолго замерла и приоткрыла рот. Не знала что сказать и стоило ли вообще - так подумал Кайл, заметив, как ее ресницы задрожали. - Девушка, вы меня слышите? - и он и она разом перевели свое внимание на мистера Пулмана, который не понимал и не знал, в чем была причина такой реакции двух молодых людей друг на друга. - Д...да. прошу прощения. Не могли бы вы повторить? - Вонн улыбнулась натянуто и старалась унять легкую дрожь в руках. Она начала записывать заказ и сглотнула тугой ком в горле, пока Кайл продолжал украдкой наблюдать за ней. Все такая же невысокая, все такое же округлое лицо, но слегка вытянутое. Длинные волосы, завязанные в высокий хвост, практически никакой косметики. От нее теперь не пахло легким ароматом жасмина. Его сменил запах кухни. Не такое будущее она для себя хотела, он это прекрасно знал. Оттого сердце сжималось в груди. - Кайл, даже не думай заводить роман с такой вот девицей. Репортеры в прошлый раз уже доставили массу неприятностей. Ты сейчас на пике популярности - один неверный шаг и лишишься любви поклонников. А если будет какой-нибудь скандал... - Она сама меня поцеловала, если уж на то пошло. Я не собирался заводить, как ты выразился, роман, - раздраженно бросил Кайл, как будто мистер Пулман только что озвучил ему, что он обязан жениться на какой-нибудь пустышке ради дешевого пиара. Хотя глупо с его стороны было отрицать, что он не пялился на официантку. Это и слепой бы заметил. - Я тебя предупредил. Компания понесет убытки, если ты снова нарвешься... - Да понял я. Во время обеда Кайл принял две таблетки обезболивающего, начав отсчитывать минуты до момента, когда мигрень отступит. Облегчение наступило лишь на несколько секунд, когда Вонн снова показалась перед ним. Пожалуй, так было и в школе. Девушка каким-то чудесным образом воздействовала на него, заставляя забывать обо всяком дискомфорте. Так было и сейчас. Он ожидал, что она что -то скажет, но подруга следовала четким правилам, которые обычно диктует работа в таких дорогих местах. Работа для нее была явно важнее встречи со старым другом. Особенно учитывая, на какой ноте они разошлись в разные стороны. Вонн принесла счет и тут же убежала принимать следующий заказ, пока Кайл смотрел ей вслед. Парень тяжело вздохнул, поймал на себе слишком пристальный взгляд своего менеджера и закатил глаза. Прежде чем они покинули ресторан, Уильямс оставил хорошие чаевые. Эти деньги она была обязана принять. Парень положил в карман телефон, лежавший на столе, когда к нему подошла молодая девушка со своей то ли сестрой, то ли подругой. - Извините, мы ваши большие поклонницы. Можно получить ваш автограф? - головная боль усилилась, но Кайл улыбнулся своей профессиональной улыбкой. Дружелюбной, максимально искренней, показывавшей, что каждый фанат для него очень важен. - Конечно. После этих девушек подошла уже взрослая женщина. Брала автограф для своей дочери. Только после этого актер с менеджером наконец оказались на свежем воздухе. Кайл потянулся к карману брюк, чтобы достать оттуда пачку сигарет, но не нащупал ее. А ему очень хотелось скурить хотя бы одну, чтобы успокоить нервы и заглушить этот противный шум в ушах. - Даже не думай об этом. Сигареты убивают, а тебе нужно прожить долгую счастливую жизнь, - которая непременно принесет этому мужику кучу денег. Мистер Пулман из кожи вон лез, чтобы создать впечатление заботливого дядюшки, якобы действительно беспокоившегося за здоровье своего подопечного. Но Уильямс слишком хорошо знал, как был устроен шоу бизнес. - Я отвезу тебя домой. Тебе должно понравится, - мужчина направился к своей машине, а Кайл зажмурился и надавил пальцами на веки. Боль все никак не прекращалась. Квартира, которую для него выбрал менеджер действительно была хороша. Просторная, светлая, практически на самом последнем этаже высотного здания. с панорамными окнами и современной мебелью. Над интерьером точно поработал дизайнер. И как только мистер Пулман оставил своего подопечного наедине с самим собой, Уильямс направился в спальню и рухнул на кровать. Парень ту же провалился в сон и открыл глаза только когда на улице уже стемнело. Где-то внизу послышался вой сирены скорой помощи. Сияли неоновые вывески вдалеке и зажглись огни. Нью-Йорк всегда нравился Кайлу больше всего в ночное время суток. Несмотря на то, что по улицам ходили толпы людей с одинаково кислыми лицами. Что-то было в его атмосфере. Парень вдруг ненадолго перенесся в свои школьные годы. Вспомнил, как они ходили толпой в кинотеатры, заваливались в кафе и караоке-бары, как делали смешные фото на память. Вспомнил, как они втроем: он, Вонн и Макс ездили на выходные в Хэмпстед к его тетке, чтобы провести время в более тихом и зеленом месте. Они устраивали пикники под деревьями, тетка устраивала бранч, приглашала своих соседей. Вспомнил, как на футболку Вонн маленький ребенок случайно пролил сок. Помнил и то, что произошло между ними, когда он пошел ее искать и случайно зашел в их комнату, когда девушка одевалась, забыв постучать. Пожалуй, это был первый неловкий момент, но он хорошо отпечатался в памяти и даже сейчас картина была такой яркой, что он готов был поклясться, видел ее сейчас наяву. Кайл сглотнул, вспомнив уставшие глаза Вонн. Теперь они не горели так ярко. Теперь она была больше похожа на тень той прекрасной девушки, которая жила в его памяти. Парень принял душ и заказал ужин, приписал, чтобы пакеты оставили у двери. Хотелось чего-то максимально вредного. Поэтому как только еда оказалась в квартире, она тут же начала заполняться запахами фаст фуда, который так не любил его менеджер. Для кумира стольких подростков у него должна быть хорошая фигура и лицо. Идеальный имидж, не дай бог заметят пьяным или обкуренным. Правда, Кайла никогда и не тянуло к подобным развлечениям. Вопреки сложившемуся стереотипу, что все популярные парни либо играют в рок-группах в школе, либо являются завсегдатаями шумных вечеринок, Уильямс был иным. Он покорял свой зрелостью, несвойственной парням в столь юном возрасте. В отличие от сверстников лежал на кровати и читал классику зарубежной литературы, пытаясь первое время скрывать подобное увлечение, чтобы друзья не засмеяли. Но после ему стало совсем фиолетово. Один из его друзей погиб в аварии, когда сел пьяным за руль, так и оставшись девственником, чего всю жизнь после своих тринадцати боялся как огня и все время нервно шутил на эту тему. А второй попал в клинику для душевнобольных. Подробностей Кайл не знал. Родители того бедняги предпочли оставить все в тайне. Пожалуй, из всей троицы только он и состоялся в жизни, хотя ему-то эти самые парни всегда и твердили, что он никогда не обзаведется девушкой. Знали бы они, что произошло в выпускном классе. Кайл до сих пор помнила, как скромно Вонн опустила ресницы, когда они остались надеине за кулисами школьного театра. Как заламывала пальцы от нервов и все время облизывала не слишком пухлые, но не менее красивые губы. От нее пахло лавандой, едва уловимо. И в какой-то момент с ее уст сорвалось то заветное, что мечтал услышать каждый человек в своей жизни, будь он хоть парнем, хоть девушкой. - Ты мне нравишься. Потом Кайл прокручивал в голове этот эпизод раз за разом. Возвращался к нему первое время, пока был вдали от дома. Сам не понимал почему. Возможно, потому что именно после этого момента жизнь круто изменилась. Закончив с едой, парень устало плюхнулся на кровать и уставился в потолок. Головная боль наконец отпустила. Сработал хороший отдых и отсутствия угрозы получить очередную просьбу об автографе и фотографии. Да и постоянно жужжащего про следующий проест мистера Пулмана не было рядом. Порой Кайл задумывался хотел ли он продолжать делать то, что делал. Хотел ли продолжать быть медийной личностью, участвовать в рекламах, сниматься в кино и ходить на различные многолюдные мероприятия, которые привлекали его одними лишь новыми знакомствами и фактом, что на них приходили любимые писатели современной литературы. Уильямс бы все отдал, чтобы сняться в экранизации какого-нибудь произведения, а не только в сопливым подростковых мелодрамах, где проблемы буквально высасываются из пальца. Нет, он видел и хорошие примеры подобных работ, но вот именно его почему-то звали в слишком легкие и незамысловатые. Оно и понятно. Агентство ориентировалось на прибыль, а основная масса поклонниц Кайла были в основном старшеклассницами или студентками первых курсов универов и колледжей. Парень взглянул на время. Было еще не слишком поздно. Уильямс набрал номер матери, решив поделиться с ней всем, о чем так сильно переживал. Ребекка обладала удивительной способностью действовать на сына как успокоительное. Стоило только услышать ее мягкий ласковый голос, и на голове ощущались фантомные ощущения женской руки. В детстве мать всегда гладила его по кудрявым волосам, когда он сильно переживал и между бровей появлялась та самая складочка, которая обычно была характерна для более старших и более опытных людей. - Как Джулс? - его младшая сестренка родилась два года назад и была самым очаровательным ребенком, как считали не только ее родные, но и все, кто когда-либо видел ее. У девочки были пухлые розовые щечки, прелестные волнистые локоны и карие глаза. Она, как и ее старший брат, пошла в маму. - Сводит Джима с ума. Он купил ей набор детской косметики, которую она так и него просила, теперь сидит и использует ее на полную катушку, - по голосу матери Кайл понял, что та широко улыбается, пока на заднем фоне ее второй муж пытался всеми силами сопротивляться маленькой дочери. Но, судя по тому, как он тяжело вздохнул, бой был проигран, и маленькая Джулс одержала над папой верх. От картины, которую Уильмс представил в голове, его губы сами расплылись в улыбке, а на душе стало намного спокойнее. И все же он не мог не поделиться с матерью новостью о столь внезапной встрече, которая все никак не хотела оставлять его в покое. - Я видел Вонн, - коротко сказал Кайл, но в его голосе было практически все, о чем он умолчал. Какое-то время мама молчала и был слышан только детский лепет сестры. Но после женщина все же заговорила. - И как она? - Выглядит не очень. Ты не знаешь, что произошло? - Нет, милый. После смерти ее родителей, мы больше не общались. Она с сестрой переехала. Кажется, к своей тете. Кайл ощутил какую-то необъяснимую злость на мать за то, что та не присмотрела как следует за девушкой. Но понимал, что сам ничем не лучше. Он ведь мог приехать до того момента, пока не появился на экране, пока не был слишком популярным, чтобы опасаться последствий подобных действий. Но у него была другая жизнь, полная новых впечатлений и знакомств. Кайл так погрузился в учебу, в свою студенческую жизнь, что совершенно забывал о девушке, которая отказалась поехать вместе с ним после того, как он ответил ей на ее признание совершенно другими словами. - Мне нравится дружить с тобой. Давай остановимся на этом? - именно так он ей тогда ответил, наблюдая за тем, как ее взгляд меняется, как она еще ниже опускает голову и еле заметно кивает. А потом уходит, не сказав больше ни слова. Возможно, они бы больше не пересеклись после этого разговора, если бы не общая подруга. Макс буквально стала связующим звеном после того, как Кайл отверг чувства Вонн. И сейчас он весьма кстати вспомнил о девушке. Ее телефон до сих пор хранился в его записной книжке, как и телефон Филипс, но последней он звонить не решался. Кайл набрал Макс, но на том конце телефона послышались только протяжные гудки. Он набирал ее раз пять, но ситуация повторялась. В конце концов, парень просто бросил телефон на тумбочку и решил лечь спать. Только он выключил ночник и улегся поудобнее, обхватывая руками подушку, как телефон зазвонил. Уильямс машинально потянулся к нему и взглянул на экран. Макс. - Привет, кудрявый! Как жизнь? Не ожидала, что такой популярный чел позвонит мне вот так внезапно. Твои фанатки бы мне обзавидовались, - по-доброму подколола его девушка. Кажется, она была в каком-то клубе или может быть баре. О ее жизни, как и он жизни Вонн он ничего не знал. - Без тебя слишком скучная. Лишена огонька, - усмехнулся Кайл. - Скучаешь по мне? Если не боишься, то приезжай на тусовку. Здесь все адекватные, так что набрасываться и пытаться порвать на сувениры точно не будут, - сквозь улыбку сообщила Макс. - Не в том настроении, Максин, извиняй. Но я хотел кое-что у тебя спросить... Ему было неловко, что первым, оч ем он заговорил с давней подругой после стольких лет расставания стала их общая знакомая, а не она сама. Но ему не терпелось узнать о Вонн побольше. Ему действительно было интересно, почему она такая уставшая, где теперь живет, как ее сестра, забота о которой свалилась на ее хрупкие плечи. Правда, мать сказала, что девочки Филипсов живут у своей тети. - Она мегера, друг. Я тебе серьезно говорю. Это как мачеха из Золушки. Она даже арендную плату берет с них за то, что они живут у нее на чердаке. - Почему она тогда не пожалуется в службу опеки? Они смогут разобраться, - удивился Кайл. Ему решение проблемы казалось весьма легким. Дело всего лишь одного телефонного звонка. - Потому что тогда у нее отберут сестру, - Уильямс замолчал. - У Вонн ничего нет. Дом конфисковали, у ее отца были долги банку. Кредит погасили, но жилья у нее теперь нет. Нет образования и получает она не то чтобы очень уж много. Для содержания сестры вряд ли хватит. Она боится, что опека не разрешит ей взять на себя ответственность за Анну. Кайл бездумно ковырял кутикулу на большом пальце. Разодрал ее практически в кровь, гадая что бы было, если бы он остался. Наверняка все могло бы сложиться иначе. Ответь он тогда на чувства своей подруги, они могли бы забрать ее сестру, и Вонн жила бы иначе. Ее глаза все также сияли... - Черт, - тихо произнес парень и запустил пальцы в растрепанные волосы. Он подумал и хотел набрать номер Вонн. Но что он ей скажет? Извиниться за то, что произошло? Но это ничего не изменит, может лишь причинить боль. Предложит помощь? Зная девушку, она скорее откажется от денег - слишком гордая. Так и проворочался на кровати до самого утра. А когда открыл глаза после двухчасового беспокойного сна, чувствовал себя полностью разбитым и совершенно не готовым к работе. Зато мистер Пулман считал иначе. - Да, - хриплым голосом ответил Кайл. - Бог ты мой, что произошло? Ты вчера напился? - в голосе уже назревал упрек, но Уильямс ответил, что просто плохо спал. - И как мы снимать тебя будем? У нас сегодня фотосессия для журнала, забыл? - тяжелый вздох на том конце трубки. - Ладно. Постараюсь уговорить их использовать старые фото. - Не стоит. Я сделаю свою работу, - уверенно заявил парень. Правда, отражение в зеркале говорило совершенно об обратном. Темные синяки, которые так не любили визажисты, залегли под глазами. Щеки как будто впали. А ко всему этому прибавилась и головная боль, вспыхнувшая с новой силой, как только Уильямс был готов выходить из номера. В фойе гостиницы его уже ждал мистер Пулман. Увиденная картина заставила его нахмуриться и недовольно цыкнуть. Мужчина покачал головой, но после все же двинулся с места и стал выходить на улицу, где на удивление еще не было толпы фанаток, прознавших, где остановился их кумир. - Я постарался на славу, верно? Хорошо бы и ты взял с меня пример, - он намекал на внешний вид своей звезды, на что та лишь закатила глаза. - Я сообщил о сложившейся ситуации визажистам, так что они ждут тебя во всеоружии, - это мужчина говорил уже сидя в машине за рулем. - Викки решила уволиться. - С чего это вдруг? Она ведь громче всех кричала, что никогда не уйдет с должности твоего ассистента, - подал Кайл уставший голос. Он надеялся, что Пулман пустить в монотонный рассказ, как делал это всегда, а Уильмс в это время сможет хоть немного подольше поспать. И так бы оно и было, но в голову ударила идея. - У меня есть кое-кто на примете, - оживился Кайл. - На место твоего нового ассистента. Она способная, сообразительная, быстро учиться. Так что ты не пожалеешь.