Недосып на двоих

      Генья ахуено трахается. Нет, просто пиздато.       Входить и выходить из его податливого тела, ласкать каждый миллиметр кожи и выбивать из самой гортани стоны - это сносит крышу в ебеня, возбуждает до ноющего члена и желания вытрахать всего Генью, не оставив и сантиметра нетронутой кожи.       В комнате младшего сумерки, они мнут своими телами недавно застеленное свежее постельное бельё, а ночные тени играют на потных телах и розовых от возбуждения щеках. Санеми резко переворачивает Генью на спину - тот совсем уже ничего не соображает и с лёгкостью позволяет управлять ситуацией, с недовольным стоном выпустив из себя член. Уже лёжа на спине он, отдавшись желанию, насаживается на него снова и снова, ёрзая на кровати и подыгрывая бёдрами - Санеми чуть ли не кончает от вида разгорячённого тела, в особенности лица. А, может, и кончает. Но стояк не пропадает.       Генья разводит ноги, весь украшенный багровыми пятнами, сжимает дрожащими пальцами плечи, царапает, и жадно хватает ртом воздух. Его румянец почти ненормально яркий, и он ведёт руками по рассечённой шрамами груди брата, наконец находя соски, когда Санеми прижимается к нему и резко входит по самые яйца. В грудь впиваются короткие ногти, задевая соски.       Они оба стонут, и Санеми впивается в ключицу Геньи, прокусывая многострадальную кожу. Кровь металлом оседает на языке, и Санеми вылизывает рану, пока руки Геньи лихорадочно блуждают по его телу, отстав от груди - царапая спину, наконец цепляясь за лопатки и обнимая ногами талию.       Санеми резче вдалбливается, каждый раз задевая комок нервов, заставляя выстанывать его имя на всех известных октавах.       – Неми-нии, – зовут его в беспамятстве.       Толчки становятся более сбивчивыми, он вылизывает ушную раковину Геньи и прикусывет мочку, набирая темп. Генья под ним задыхается, стонет всё громче, хотя связки уже давно содраны. Он жуёт свою губу и, не расчитав сил на очередном глубоком толчке, кусает до крови, сдерживая стон.       Санеми реагирует мгновенно: по красной дорожке поднимается выше, от подбородка к губам, проникает внутрь, вылизывая и там. Сера, слюни и кровь, много крови - всё на языках смешивается, тянется нитью ото ртов, когда Санеми на секунду отстраняется, чтобы схватить терзающие его спину запястья и прижать к ебучей персиковой простыни до побеления. Из Геньи выбивается необычно долгий стон, полный эйфории, Санеми берёт это на заметку.        Он вновь возвращается в рот, перекладывая запястья в одну ладонь, другую освобождая и спуская вниз. Если до этого Генья пытался как-то отвечать, то когда чёрствая рука обхватила член и начала надрачивать, стало совсем не этого: он сжался так, что Санеми простонал ему в рот, сильнее стискивая руки и вызывая в ответ такой же стон. Он продолжает двигаться, игнорируя семя на руке и то что Генья уже задыхается в хриплых стонах, почти не отвечая на поцелуй и пытаясь зацепить ногтями руку, что сжимает запястья. Пара толчков и Санеми кончает внутрь, оставляя на приоткрывающихся жадных по воздуху губах лёгкий поцелуй.       Он выходит, снимает презерватив, кое-как завязывает и кидает на пол, падая на Генью сверху. Оба тяжело дышат, последний поддрагивающими пальцами гладит спину, проходит по царапинам, в итоге оставив руки тупо лежать свехру, не в силах даже сжать в объятиях.       Санеми отдышался - он приподнимается на локтях, капли пота падают на покусанное тело под ним, и смотрит на всё ещё переводящего дух Генью. Тот лупит так тепло-тепло своими зарёванными глазами с пухлыми от поцелуев губами, под которыми остался смазанный кровавый след. Санеми проводит по нему языком и целует - в сотый раз за день, но именно в этот - растянуто и насколько нежно, что чувствует, как Генья окончательно расплавляется, видит, как спокойно его лицо и как поддрагивают ресницы. Он всё это видит и не может налюбоваться. Генье хорошо, он чувствует это. Отстраняется и прикладывает все существующие в себе силы, чтобы обнять и лечь как можно удобнее им двоим.       Они наконец вдыхают полной грудью, дышат духотой в комнате и проваливаются в сон. Наверно, завтра не встанут.