Расставание

Рыжие пушистые волосы развевались на вечернем холодном ветру. Теплые, но моментально охлаждающиеся ветром, слезы разочарования текли по красным мягким щекам маленького, или уже не очень, мальчика, оставляя за собой прохладные и стягивающие кожу влажные линии. Не было сил ни тихо всплипывать, ни даже шморгать текущим красным носом. Он посто смотрел в темную пустоту и думал, а глаза просто тихо мокли и выпускали солёноватую жидкость. Маленькие слёзки стекали прямо на острый подбородок и капали на холодную землю, оставляя за собой на асфальте дорожку из темных точечек, как будто бы начинался дождь. Первое время, с тех пор как его грубо тащат подруки, он хотя бы как-то пытался вырваться, но сейчас уже просто прекрасно понял, что в этом нет ни единого смысла. Как бы ему не было тяжело этого признавать, но два громоздких работника полиции, в металлических костюмах с мигалками, были сильнее тоненького четырнадцатилетнего мальчика. То ли в ушах, то ли в голове, все ещё тихо звинел громкий плач родной матери и любимой сестры. А басистые крики отца ка будто бы отбивались громкой луной от костяных стенок черепа. Вся эта общая какафония звуков и ситуация в совокупности вызывали ужасно неприятные эмоции и физический дискомфорт. Злость на тех, кто его забрали, грусть из-за расставания с родными и даже маленькая обида, то ли на самого себя, что полез куда не надо было, то ли на родных что не оторвали его или не защитили. Хотя на самом деле он прекрасно понимал, что виноват только он сам. Виноват, но прав. Ведь не просто так империя скрывала эти огромные объемы данных. Не просто же так он потратил столько шумных и тихих, спокойных и не очень дней, недель и даже месяцев на их расшифровку... Он знал... Нет! Он чувствовал, что что-то здесь не так. И был прав. Теперь же судьба дала ему возможность узнать все эти секреты изнутри, хоть он этого ещё сам и не знал, но к его несчастью, слишком большой ценой для него. Он был не готов ее заплатить. *** -Мамочка, ну как так? - всхлипывая девочка спросила у мамы - Почему мы ему не помогаем?! -Тише тише... Он... Его обязательно вернут... Он просто сделал ошибку. Да да, именно просто ошибся и ему просто расскажут что так нельзя и вернут. И все будет хорошо... Хорошо.. - тихим дрожащим голосом, на одном тоне выдавила опечаленная мама, успокаивая скорее даже не дочь, а себя. - мой маленький... Маленький Калеб, что же ты наделал - тихо и почти не слышимо продолжила она свой поток мыслей вслух, прижимая плачущую дочь в опечаленных крепких объятиях. - М-мам.. Его.. его сотрут, да? - внезапно вырвала маму из своих мыслей Кейт, задавая волнующий её вопрос, как только он возник в ее голове. Волнующий и в то же время ранящий до глубины души вопрос. - Нет-нет! Что ты... Что ты такое говоришь. Не сотрут... Не сотрут.. Я надеюсь не сотрут... - последнее предложение не было услышано никем, кроме самой матери и Аллы с Террой. Отец же в этот момент нервно и быстро ходил по комнате, приговаривая что-то себе под нос. Он тоже очень переживал за сына. Иногда садился за стол и осматривал его на наличие приклеенных заметок, но даже если бы они там и были, то работники власти уже давно все забрали бы во время обыска их квартиры и особо тщательного поиска на столе рыжего мальчика и старенького компьютера. *** Черная машина остановилась. Калеба вытащили оттуда, из этого омерзительного запаха бензина. Его всегда тошнило от него, но никогда не получалось выблевать этот большой колющий ком тошноты в горле, который перекрывал такое нужное глупым людишкам дыхание. Стражи в металлических доспехами с красными и синими диодами завели мальчика в высокое здание. На улице уже смеркалось, а в здании горел тусклый свет. Пугающий до мурашек, темный коридор. Калеба тащат под две руки в неизвестном ему направлении. В общем-то не самые приятные ощущения. Они подошли к одной из дверей и один из полицейских постучал свободной, от тяжести навесившогося тела, рукой по двери. Раздался заглушенный шлемом голос: -Инспектор Войд, разрешите войти. Мы привели того мальчика, которого вы просили. Из-за черной, как ночь, двери послышалось строгое и четкое: "входите" И работники полиции открыли металлическую дверь. Внутри сидел мужчина с такими же черными как и дверь волосами лет 25. Глаза были не природные. Фиолетовые. Эти два шарика пронзали его душу словно тысячами заточенных иголок. Даже некоторые полицейские замерли в страхе и в глубине души сочувствовали Калебу. У инспектора Войда были импланты вместо некоторых частей тела. Это выглядело крипово. Нет, Калеб и до этого видел людей с имплантами, но у мрачного мужчины их было многовато. -Отпустите его. Свободны. Дверь с той стороны закройте. - голос был грубым и бассистым. Он точно здесь босс - подумал Калеб -Есть! - хором выкрикнули работники, отпустили Калеба и синхронно развернулись через свое левое плечо. Дверь за спиной громко захлопнулась, с характерным звенящим звуком металла. -Ну что ж... Садись - пригласил Войд на оббитый, чернойя как душа инспектора, кожей стул перед его рабочим столом. Калеб все же решил послушаться, вспоминая не приятный опыт дома и по дороге. Все же он тут судя по всему важная шишка. Страшно было даже не за себя, а за семью. -Ну? Рассказывай, как ты пробрался в систему Империи и расшифровал данные. И не пытайся врать. Я это вижу, а если и не увижу, то мы найдём. -м.. ну... это было н-не очень сложно. Сначала воспользовался обычным поиском, а потом через программу для программирования заглянул в код сайта и *** [идк. Я не шарю. Ты ж програмисты придумайте текст сами]. - сначало тихо, а потом все с большей уверенностью стал рассказывать Калеб о том, какая есть лазейка в системе. В любом случае у него было несколько путей. Рассказать лишь один и его бы наверное отпустили бы. -Угум... А я смотрю ты хорошо в этом разбираешься. Нам бы не помешал такой работник, как ты. Семью твою мы сотрем. Они даже не вспомнят о твоём существовании. Тебя, если будет потребность, тоже. Так что... На твоём месте я бы согласился на то что есть. - Ч-что?.. - В голосе Войда не было ни нотки несерьезности, шутки или даже сарказма. Даже ухмылки когда он хвалил его умения, если это можно так назвать. А вот подросток был поражен до покалывания в сердце такой режущей фразой. - Н-не вспомнят? Н-но как так... Не надо! Прошу! Я могу добровольно на вас работать, пожалуйста. Не надо... -Нет. Откуда мы можем знать. А если ты рассказал секретную информацию своей любимой сестричке, например? -Не рассказывал я никому ничего! Не надо, прошу... Пожалуйста... - под такой угрозой он моментально сломался и уже умолял, уверяя что ничего не выдал, не стирать хотя бы кого-то. -Нет. А вот ты все ещё можешь помнить "теплые моменты" с ней. И забыть их или нет — выбор за тобой - по интонации казалось что ему было противно от всех этих семейных моментов. Да почему "казалось"? Так и было. Ему никто не дал любви. Он не знает что это. -Такие решения не принимаются быстро. У тебя целая ночь впереди. КОМЕНДАНТ. УВЕДИ ЕГО В КАМЕРУ! В кабинет зашёл полицейский и схватив Калеба под руку увел в камеру. Там стояла небольшая кровать и стол со стулом. -Если в туалет захочешь — постучись. - отрезал строгий комендант и закрыл ключём тяжёлую метталическую дверь. Что ж, у него теперь есть целая тихая длинная и тёмная ночь на раздумия.