Призрачный поцелуй

      — Зачем, Хан Джисон, ну вот зачем ты среагировал на это глупое "Трусишка" в свою сторону, а? Ну заче-ем?       Джисон уселся на свою кровать, зарываясь пальцами в красно-каштановые волосы и вспоминая сегодняшний спор с лучшими друзьями.

*Несколькими часами ранее*

      — Да ладно? Серьезно, что-ли? Совсем перестал бояться этой "пугающей стрёмной" заброшки? — ухмыльнулся Со Чанбин, складывая руки на выпяченой колесом груди, уверенный в обратном.       — Да, — гордо поднял голову Джисон, не показывая и капли тая́щегося внутри детского страха перед тремя своими друзьями.       — Джини, ты его слышал? Он больше не боится. Веришь ему? — загадочно оскалился Чанбин, смотря на своего второго лучшего друга.       — Не-а, — ухмыльнулся в ответ Хван, отлично зная, что трусишка Хани не мог так легко и просто избавиться сразу от нескольких страхов. — Джисони, а как же призраки? Темнота? Что? Тоже не боишься?       — Н-нет, — уже не так уверенно ответил Джисон, упрямо храбрясь на глазах у своих друзей.       Младшенький Ян Чонин, с которым они познакомились в начале этого лета, растерянно слушал чужой разговор, не понимая о каком таком доме вообще идёт речь. Что же, после их разговора у него будет возможность с ним ознакомиться.

*Сейчас*

      Взгляд сам по себе скользнул к незашторенному до конца окну и поймал тёмные очертания той самой заброшки прямо напротив его дома. Эта обветшалая слегка обугленная с одной стороны постройка, частично разобранная кем-то из местных жителей, с лет десяти внушала обратившему на неё внимание Джисону страх и ужас. Конечно, сейчас ему было целых четырнадцать, но бесчисленные слухи, ходившие по деревне, с момента когда в этом доме произошёл пожар, не давали покоя бурному воображению.       Порой поглядывающему на него Хану казалось, что грязные шторы в том доме двигались, словно кто-то их только что зашторил. Иногда он видел, как что-то движется там, за ними, в глубине дома, будь то на дворе день или ночь. Конечно, Джисон уговаривал себя быть разумным. Он прекрасно помнил, что дверей в заброшке нет уже давно, да и небольшая часть крыши со стороны обгоревшей части тоже оставляла желать лучшего. Так что он прекрасно знал, что все эти иллюзии мог создавать забежавший на секунду игривый ветерок, коснувшись лёгкой ткани. Или чей-нибудь нерадивый кот, ищущий приключения вне своего двора и забре́дший в пустующий дом. А может и вовсе какая птичка припрыгала в дом, решив свить там своё гнёздышко. Однако, как бы Хан Джисон себя в этом не убеждал, мурашки толпой бежали каждый раз, когда он кидал на эту заброшку свой осторожный взгляд.       Вот и сейчас, заметив движение занавески за мутным потрескавшимся стеклом, он заметно поёжился и, резво встав, зашторил своё окно. Ему срочно нужно было придумать как выйти сухим из воды.

👻👻👻

      Почти пол ночи раздумий не помогли. Единственным выходом было либо признаться в своей никуда не девшейся трусости, либо притвориться серьёзно больным. Однако второе казалось вариантом похуже первого, ведь завтрашняя ночь была ночью праздника, который он совсем не хотел пропускать, а чудесное выздоровление на второй день болезни будет выглядеть куда более очевидным и нелепым. Что же касаемо первого пункта, Джисон совершенно не хотел этого делать. В конце концов, он уже взрослый четырнадцатилетний парень, который должен нести ответ за свои слова. Даже если они сказаны из-за глупой импульсивности.       Целый день друзья терпеливо поглядывали в его сторону, ожидая, что тот наконец сдастся и признает, что соврал и что до жути боится. Джисон же прекрасно всё это видел, что лишь сильнее подстегивало его к решительному "я смогу, я справлюсь, я докажу".       И вот уже время приблизилось к закату, а их небольшая компашка собралась в месте между домом семьи Хан и заброшкой, где единственный сын этой семьи по своей глупости должен провести целую ночь.       Джисон старательно сжимал вспотевшие ладони в кулаки, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Его взгляд скользил по окнам выходящим на эту сторону, изучал пыльные занавески, что днями и ночами то и дело пугали его. Те не шевелились, и почему-то сейчас это пугало даже больше. Казалось кто-то внутри следил за ними, знал, что они идут, и старался быть тише воды ниже травы.       — Ну что, пошли? И просто к сведению, ещё не поздно признаться нам, что боишься, — ухмыльнулся Чанбин, держащий в руках походный спальник для младшего.       — Пошёл ты, — самоуверенно кинул Джисон и шагнул к небольшой калитке, увитой разросшейся виноградной лозой.       "Я им докажу. Тоже мне, нечего тут бояться. Обычный дом".       — Вы идёте? — обернулся Джисон, еле ступив на территорию заброшки и уже почувствовав, как ноги его не держат.       — Ну пошли, — тяжело вздохнул хмурый Хёнджин, убирая с лица блондинистую прядку, которая всё равно спустя пол минуты упала ему на лицо, и шагнул за младшим.       Чанбин и Чонин поплелись вслед за ними о чём-то тихо переговариваясь. Джисон же лишь сильнее нахмурился, взглянув на это, и отправился дальше.       Неуверенно прошуршав по заросшей травой земле ещё немного, он развернулся и уставился в проём, ведущий в дом. Предзакатное солнце всё ещё довольно неплохо освещало внутренности этой постройки и Джисон внимательно вглядывался в каждый уголок, боясь что вот-вот на них выпрыгнет какая-нибудь бабайка.       — Пошли? — спросил Хёнджин, вырывая его из мыслей и заставляя сделать свой первый шаг навстречу сердечному приступу.       Неуверенно опустив ногу на твёрдо удерживающую его половицу, Джисон стал вглядываться в каждый тёмный уголок дома. Но здесь уже давно ничего и никого не было. Бывшие хозяева забрали с собой всё, что осталось нетронутым в пожаре. Да и, если что и оставили, то местные любители острых ощущений уже давно бы это нашли и забрали. Кроме пыли и старой мебели здесь ничего и не осталось.       — Так и будешь в проёме стоять? — поинтересовался Чанбин, явно желая поскорее отсюда убраться, желательно со струсившим младшим, но Джисон не хотел доставлять ему такого удовольствия.       — Уж извини, что я не прусь напролом в когда-то наполовину сгоревший дом.       — До сих пор не рухнул, думаешь будешь тем самым счастливчиком, что умрёт под обломками заброшки?       Кинув убийственный взгляд на старшего, Джисон всё равно медлил. И хоть дом внутри и не казался таким уж страшным при свете дня в присутствие друзей, Хан понимал, что останься он тут после наступления темноты один, он точно кукухой поедет. Убедившись, что ничего не треснет под его ногами и ничего не свалиться ему на голову, Джисон двинулся в следующую комнату.       И вот они, те самые занавески, что сейчас, словно насмехаясь, мертвым грузом свисали вниз, не сделав ни единого движения от дунувшего ветерка. Джисон покрылся мурашками и слегка истерично осмотрел комнату. Ничего эдакого опять же не увидел.       — А что там? — спросил Чонин, с любопытством разглядывая каждый уголок.       — Дальше кухня, туда не пойдём, — кинул Чанбин, словно не раз тут бывал. — Она сгорела почти вся. Странное у них тут конечно расположение комнат. Почему кухня с другой стороны от входа?       — А у них тут кажись две двери было, — задумчиво ответил Хёнджин, строя логичные предположения. — Заметил, когда ещё во дворе были. Там и крыльцо у них было к кухне, правда от него почти ничего не осталось. А эта, через которую мы вошли, наверняка была для приёма гостей.       — Ну что, Джисон, решил что-нибудь? Правда остаёшься? — нервно полюбопытствовал Чонин, явно надеясь на благоразумность старшего, но Джисону некуда было отступать.       — Да. Остаюсь, — сглотнул Хан и поёжился, сжав руки в кулаки, когда по его коже прошёлся лёгкий холодок.       — Так, ладно, я понял. Ты крутой и бесстрашный. Молодец, доказал, а теперь пошли уже отсюда, — раздражённо цокнул Чанбин, и потащил ошарашенного таким заявлением Джисона к выходу.       — Чего это? Я же даже до темноты не остался, — растерявшемуся Хану почему-то совсем не нравилось, что его тянут наружу. Буквально парой секунд назад, он мечтал об этом, но сейчас, когда это случилось, он отчего-то стал уверен, что сможет выиграть этот дурацкий спор. И, если честно, доказать это хотелось в первую очередь себе.       — Да ладно, ты уже и так всё доказал, Хани, — кинулся за ними Хёнджин, подхватывая по дороге Чонина, что продолжал с любопытством рассматривать кухню, заглядывая в щели между заколоченными досками по всему проёму, что вёл туда, дальше.       Вытащив всех на улицу, Чанбин вручил Джисону спальник.       — Так а зачем он мне, если я не иду?       — А, точняк, — Чанбин почесал голову, взъерошив чёрные волосы, и обернулся в сторону своего дома. — Да блин, — он повернулся обратно со сложным выражением на лице, — передержи денёк у себя, завтра заберу. Родичи требовали объяснений, почему он мне вдруг понадобился, пришлось соврать. Не хочу тащить его обратно, только больше вопросов будет.       — Ну ладно, — хмыкнул Джисон, подхватив спальник подмышкой.       — Расходимся уже что-ли? — уточнил Чонин, грустно смотря на друзей из-под лезущих в глаза красных волос. Хоть совсем скоро солнце должно было окончательно скрыться за горизонтом, погружая деревню и этот дом во мрак, младшему явно не хотелось уходить отсюда.       — Думаю да, — задумчиво кивнул Хёнджин. — Надо ж выспаться к завтрашнему.       — Ага, надо бы, — подхватил Чанбин, широко зевая.       — Или ты хочешь всё Ивана Купала носом клевать? — ухмыльнулся Хёнджин младшему. — Даже не думай. У нас так не принято.        — Хёнджин дело говорит. Я лично хочу до утра у костра досидеть, так что раньше часа даже не смейте мне звонить, — пригрозил Чанбин пальцем и своими смешно сощуренными глазками.       — Как скажешь, — усмехнулся Джисон, поудобнее перехватив спальник. — Словно я раньше планирую просыпаться. Скажешь тоже.       Когда все разошлись, оставляя Хана стоять у заброшенного дома, он осторожно огляделся. Заброшка больше не казалась такой уж страшной, даже отсюда. Хан перевел взгляд к окну, и нет, там не было никакого движения. Что же, Джисон определённо себе всё это надумал.       Сделав пару шагов к дому, он застыл. Так, у родителей он отпросился. Те считали, что он ночует у Чанбина. Так что дома его никто не ждал. Оглядевшись на совершенно не страшный дом и покусав с минуту нижнюю губу, Хан Джисон всё же развернулся и зашагал обратно к заросшей лозой калитке, что приветливо открылась под уверенно толкнувшей её рукой.

👻👻👻

      "Ой зря-я я это сделал. Ох, очень даже зря."       Джисон в который раз шарахнулся от то и дело звучащих в ночи странных скрипов и постанываний деревянных половиц.       Телефон в его руках, показывающий до недавнего времени полные семьдесят процентов батареи, как-то слишком стремительно стал терять свой заряд. Однако Джисон отказывался выключать экран, ведь сидеть здесь без единой капельки света, было бы куда страшнее. Конечно, на их переулке светило несколько уличных ламп, только вот почему-то до этой комнаты свет доходил настолько слабо, что считай его почти и не было. Хан ощутил всю тяжесть этой темноты в моменты, когда его экран на секунду тух.       Поёжившись, Джисон посильнее укрылся спальником, который частично располагался под его задницей, усевшейся между теми двумя окнами, что постоянно его пугали. Тонкие белые занавески, иногда немного колыхались над его головой, но теперь Джисон был уверен, что их никто не трогал. Как и предполагалось, всё это был лишь ночной прохладный ветерок, которому было плевать на то, что за окном жаркое лето. Сейчас и здесь он составлял Джисону игривую компанию, периодически перебирающую его окрашенные в начале лета в красный каштан волосы.       Первые три часа с момента наступления темноты Джисон сидел более-менее спокойно.       Пытаясь настроиться на одну волну с домом, он вслушивался в каждый шорох и скрип, запоминая и сортируя их по придуманным в процессе критериям. И вроде бы он запомнил каждый из них, но стоило хоть немного расслабиться, как дом подкидывал что-нибудь новенькое, заставляя напряжённо дёргаться и гипнотизировать темноту дома, которую он старательно изгонял светом от экрана телефона. Включать фонарик Джисон не рисковал. Во-первых, это лишь быстрее стало бы сжирать его батарею. Ну а во-вторых, заметь кто-нибудь ночью свет в заброшенном доме, о котором ходило множество слухов по всей деревне, без проблем точно не обошлось бы. Может и не для него конечно, но вот для того, кто бы это увидел — запросто.       Когда цифры на телефоне показали ровно три часа ночи, батарея, несмотря на тихие мольбы Джисона, скатилась до неполных пяти процентов и грозилась вот-вот отрубить последний лучик света в этой пугающей темноте. Кроме того, зад, которым он сидел на твёрдом полу, несмотря на небольшой слой ткани спортивных штанов и спальника, уже изрядно ныл от долгого сидения в одной позе.       Нервно сглотнув, Джисон решил оставить про запас эти пять процентов и трясущимися руками выключил экран. Взгляд тут же устремился вперёд. Сердце стучало в бешеном ритме, пока почти не моргающие глаза осматривали окружающую его комнату, привыкая к почти полной темноте и задерживаясь на двух проёмах. И если тот, что был заколочен досками пугал лишь тем, что там, за ними, есть что-то чего он не видит, то тот, что был совершенно свободен, пугал своей открытостью. В ней Хан чувствовал свою уязвимость и не собирался в ближайшие пару часов отводить от неё взгляда. Боковым зрением он всё также боялся уловить какое-либо движение внутри, хотя вроде уже сто тысяч раз убедился, что в этой комнате уж точно никого нет.       Когда зад стал покалывать, Джисон больше не мог заставлять своё тело сидеть так неподвижно и дальше. Скованно встав с места, он стал двигать ногами в медленной почти бесшумной зарядке, надеясь, что неприятное покалывание пройдёт довольно быстро, и он сможет вновь сесть на место и больше не привносить в привычные звуки заброшенного дома свою лепту.       Прошло около двух минут, прежде чем Джисон почувствовал, что всё готово. Кровь вновь непрерывным потоком циркулировала по организму, забрав с собой онемение и покалывание в ногах. И когда Хан хотел было уже вернуться на своё насиженное место, как услышал совершенно точно леденящий душу звук откуда-то из той самой уязвимой для Джисона точки дома и застыл в полу согнутом положении, смотря в проём. Дыхание почти сошло на нет, периодически задерживаемое в лёгких, в попытках не выдать себя.       И вроде, казалось бы, всё затихло и Джисон уже дёрнулся готовясь сесть, как вновь этот звук. Тихий, крадущийся, почти не уловимый, заставил его напрячься ещё сильнее. Глаза, не моргая были обращены туда, откуда вроде как этот звук и шёл. И вновь этот крадущийся топото́к, уже более быстрый, но такой же тихий. Джисон боялся сдвинуться с места, ведь любое движение и дом выдаст его с потрохами.       Когда в проёме показалось тёмное нечто, Джисон не смог сдержаться и крикнул, прижимаясь к стене позади. Тёмное облако среагировало мгновенно, дёргаясь и драпая, скребя когтями в ту же сторону откуда пришло.       Когда Джисон отошёл от пугливого ступора и осел на пол, тяжёлый смешок сам вырвался из него. Друзья были правы, он ещё тот трусишка. Ну какие тут могут быть привидения?       Пытаясь привести сбившееся дыхание в норму и хотя бы немного избавиться от напряжения в теле он стал напевать себе под нос. Когда знакомая мелодия закончилась, Джисон на секунду прикрыл глаза, медленно выдыхая.       — Красиво поёшь.       Разрезав тишину нервным коротким криком, прервавшимся из-за недостатка воздуха, Джисон вновь оказался на ногах, прижимаясь к стене и в панике вертя головой, в попытке найти источник звука.       — К-кто здесь? — проблеял он, надеясь что этот звонкий мужской голос ему лишь показался, что конечно же навряд ли — уж слишком тот был реальным.       — Домовой, — саркастично фыркнул этот кто-то, высовывая макушку из-за проёма, где па́рой минут назад исчезло тёмное пушистое облачко. — Ну и зачем ты испугал моего кота? — голос приобрёл лёгкий оттенок недовольства.       — Я... — Джисон не понимал, как он не услышал чужих шагов. Ни одного. — Я н-не с-специально, простите, — Джисон так и не шевельнулся, боясь сделать что-то, что не устроит незнакомца.       — М-да? — макушка сдвинулась, и в проёме показалось чужое тело, которое скептично сложило руки на груди.       — Я н-не знал, что тут кто-то живёт! — в панике вскрикнул Джисон и сделал шаг в направлении дальнего угла комнаты, пытаясь отойти от этого силуэта подальше.       А тот, в свою очередь, завидев, что Джисон пытается сохранить расстояние, преспокойно облокотился о стену примыкающую к проёму и засунул руки в карманы.       Джисон пробежался глазами по силуэту, пытаясь определить по внешнему виду незнакомца насколько сильно ему стоит опасаться за свою жизнь. Конечно, будь то приятная или нет внешность, она не давала буквальным счётом ничего полезного, ведь не суди по обложке, верно? Однако, это пока всё на что мог надеяться Джисон.       — Ты идиот? Конечно же тут никто не живёт. Дом же заброшен, — послышался смешок, что совсем не успокоил нервозность Джисона.       — Н-но... В-вы... Тогда что... в-вы... Вы же сказали, что это ваш кот.       Джисон мельком глянул на оставшийся на полу телефон и тысячу раз пожалел, что не подхватил его тогда, когда испугался кота. Свет бы сейчас не помешал. Тот что лился с улицы давал понятие лишь об общих очертаниях этого силуэта и примерном составе чужой одежды. Сверху — светлая, кажется белая, футболка, вид на которую частично прикрывала джинсовая куртка. А снизу, на ногах — джинсовые штаны и... Джисон нервно отметил отсутствие какой-либо обуви, только два почти идеально белых носка. Безумие входить в заброшенный дом в таком виде.       — Да, верно, кот мой. Вариант с соседями тебе в голову не пришёл? — хохотнул незнакомец, наклоняя голову к дальнему от Джисона плечу так, словно прямо сейчас с огромным интересом разглядывал Хана. Это явно было невозможно, учитывая, что Хан был полностью скрыт в тени.       Джисон прокрутил в голове слова незнакомца, и понял, что ведь действительно об этом не подумал, но... Этот силуэт и голос был ему совершенно не знаком.       — Хотя этот вариант конечно не про меня, — заключил "домовой", заставляя Джисона вновь напрячься.       Если так подумать, то какой нормальный человек войдёт в заброшенный дом, и сам выдаст себя, совершенно не видя своего собеседника? Правильно, только тот, кто чётко уверен в своей безопасности. Вывод напрашивался только один, этот незнакомец имел какое-то ощутимое преимущество. Например, нож в одном из карманов джинс, где сейчас и находились чужие руки.       Джисон впился глазами в эту область, пытаясь распознать лежит ли там что-нибудь угрожающее его жизни.       — Это мой дом, я жил здесь, — продолжал незнакомец.       Голос звучал довольно спокойно и убедительно, но Джисон был уверен, что это не значило ровным счётом ничего.       — А кот сбежал когда-то давно. Моя семья... переехала. Из-за пожара. Может слышал?       — Д-да, н-но только о самом факте этого, — тяжело сглотнул Хан, пытаясь смочить пересохшее горло, на случай если придётся изрядно покричать.       — М-м-м, то есть получается подробностей о нём не знаешь, — заключил голос словно о чём-то размышляя.       — Н-нет, я... ещё маленький был, да и м-меня в д-деревне не было на тот м-момент. А мне н-нужно ч-что-то знать? — пугливо уточнил Джисон, не понимая к чему ведёт этот разговор.       — Да нет, не нужно, — легко заверил силуэт, вытянув руки из карманов широких джинсовых штанов и оторвавшись от стены. Джисон дёрнулся в сторону, но ничего опасного для жизни в чужих ладонях так и не заметил. — Ну, в общем, я иногда.., — незнакомец замялся, словно подбирая нужное слово. — Приезжаю. Да, — подтвердил он свои собственные слова, удовлетворённый выбором. — Навещаю его. Кота имею в виду.       Конечно история была неплохой, если бы не одно но.       — А п-почему н-ночью?       — А ты сообразительный, — ухмыльнулся незнакомец и уверенно поставил руки в бока, тем самым слегка приподнимая по́лы раскрытой джинсовки и заставляя Джисона сделать ещё шаг в сторону угла. — Не бойся ты так, я ж не маньяк какой-нибудь. Просто сделал логическое заключение, не подумай ничего такого.       — Ага, маньяк бы так и сказал, — нервно хохотнул Джисон, пытаясь придумать как отсюда выбраться. Единственным вариантом было разбить давно треснувшее окно, что находилось в шаге от него, чуть позади. Но только вот, навряд ли он успеет ещё и выбраться через него после этого.       — Ну, наверное. Общался с таковым уже что ли? — хохотнул незнакомец в ответ, ведя себя совершенно раскрепощённо.       Громкое недовольное "мя-я-яу" разрезало тишину и пушистое облачко появилось из глубины заброшки, вновь пугая Джисона.       — Привет, малыш, скучал? — силуэт присел к подбежавшему коту и стал его ласково гладить, почёсывая за ушком.       И если Джисон и увидел в этом моменте возможность сбежать, то просто физически не смог сделать и шага. Свет от уличных ламп, наконец добравшийся до чужого лица и макушки, дал Джисону хотя бы немного его рассмотреть и Хана натурально парализовало. Перед ним был совершенно юный искренне улыбающийся паренёк, плюс-минус его возраста, с выкрашенными в фиолетовый волосами. Да и к тому же совершенно сумасшедше обезоруживающе умопомрачительно красивый, хоть и довольно бледный для жаркого солнечного лета. Если привыкшие к темноте глаза Джисона, конечно его не обманывали, то этот парень был идеален.       — Малыш, ты такой храбрый. Плохой мальчик тебя напугал, да? Но он вроде не такой уж и плохой, — стал сюсюкаться незнакомец с чёрным пушистым котом и, переведя взгляд на Джисона, добавил тем же тоном: — Просто большой трусишка, да?       Его милая улыбка обезоруживала, заставляла Джисона тупо пялиться, притираясь к стенке позади для лучшего баланса. Не было бы её, он бы наверное давно грохнулся.       — Может хватит трястись как осиновый лист? Ты его напрягаешь, — закатил большие почти кукольные глаза незнакомец.       — Извини? — прохрипел Джисон и тут же прочистил горло. Ужасно хотелось пить.       — Ты может поднимешь свой телефон с пола? — незнакомец отвернулся обратно к коту, чуть наклонив голову, из-за чего его фиолетовые волосы упали на глаза лёгкой коротенькой ширмой. — Не думаю, что здесь так уж чисто.       — Говорит мне тот, кто вошёл в заброшенный дом в одних белых носках, — отозвался Джисон. Он осторожным медленным шагом стал возвращаться в изначальную точку, надеясь, что этот паренёк всё же не окажется каким-нибудь особо опасным социопатом и не набросится на него, когда тот потянется за телефоном.       Паренёк лишь напрягся, но ничего так и не ответил, отдавая всё своё внимание чёрному коту около своих ног.       Когда Джисон всё же поднял свой телефон и попытался включить его, тот даже не моргнул. Батарея села окончательно, но Хан не стал об этом распространяться. На всякий случай.       Следующая минута прошла в полной тишине, за исключением урчащего моторчика и уже привычных звуков заброшенного дома.       — Так, эм-м... — всё же решился подать голос Джисон. Приближаться к этому парню он пока не планировал, но вот узнать о нём побольше было бы неплохо. — Как... тебя... зовут?       — А как же твоё "вы"? — смешно надул губы незнакомец и, посмотрев чётко в глаза Хана, что всё ещё находился в почти полнейшей темноте, обиженно захлопал ресницами.       Джисон совершенно растерялся.       Тихое хихиканье, отчего-то даже слишком счастливое, сощуренные в улыбке глаза и игривое:       — Шучу!       Джисон охреневал всё больше. Логика и этот парень совершенно не работали вместе в его голове. Незнакомец был словно с другой планеты. Он казался слишком, прям подозрительно милым и открытым с совершенно незнакомым человеком в лице Хан Джисона. Ну не мог такой парень представлять хоть какую-то опасность.       Кот, что словно почуяв изменения в Джисоне, оторвался от руки своего хозяина, который растерянно посмотрел ему вслед, и медленным перебором лапок продефилировал к новой части привычного интерьера. Обнюхав кроссовки и спортивные штаны Хана, пушистик решил, что его всё устраивает, и стал тереться о хлопковую ткань светлых штанов.       — Ой, а это ты зря ему позволяешь, — хихикнул незнакомец, тыкающий пальцем по направлению к своему коту.       — Почему? — растерянно уточнил Джисон, бегая взглядом от хозяина к коту и обратно.       — Шерсть то нечёсаная, считай почти вся на твоих штанах и останется, — весело ответил тот и положил голову на тыльную сторону рук, соединённых пальцами на коленях.       — А, ничего, мама потом простирает.       Незнакомец громко захохотал и растеряв баланс, бесшумно шлёпнулся на задницу.       — Ну ты даёшь, — всё ещё посмеивался он, стирая с глаз мокрые капельки. — Ну ладно. Это ваше семейное дело. Ты мне вот что скажи лучше, каким же придурком надо быть, чтобы сидеть ночью в заброшке и дёргаться от каждого шороха? Острых ощущений захотелось?       И хоть Джисона задели эти слова, он не подал вида, не хватало ещё препираться с этим странным парнем. К тому же, Хан прекрасно понимал, что в словах незнакомца есть куда больше логики, чем в его собственных действиях.       — Не был бы ты таким милашкой, я бы сказал малышу исцарапать твоё личико, чтобы знал, что не стоит обижать слабых. Вот тебе делать нечего было? Припёрся сюда, когда не звали, ещё и местных жителей беспокоишь.       — Ми... милашкой? — неуверенно отозвался Джисон. Ну теперь всё было понятно, этот парень был сумасшедшим. — Ты же меня даже не видишь.       — М-м-м, туше, — пожал плечами незнакомец, так и не сказавший своего имени. — Но вообще, твой голос, — парень согнул указательный палец, — твоё пение, — согнул средний, — то как ты мило вскрикиваешь, — безымянный, — плюс мой кот тебя принял, — мизинец. — Всё это складывается лишь в один вывод, — незнакомец поиграл бровями и показал сжатый кулак с большим пальцем, который теперь смотрел чётко вверх.       — Ты придурок? — не смог удержаться от смущённого фырканья Джисон, смотря на всё это действо.       — М-м-м, не буду отрицать очевидное, — хохотнул тот в ответ и, усевшись в позе йоги лицом к Джисону, спросил: — Так зачем ты сюда пришёл? Тем более ещё и ночью?       Незаметно для себя, Джисон скопировал позу незнакомца, и рассказал ему всё: о глупом споре с друзьями, о ужасном страхе, что с лет десяти навевал на него этот дом, потому что ему казалось словно за ним следят живущие здесь по слухам привидения, о том, как друзья отменили их спор, осмотрев дом и о том, как он сам для себя же решил доказать, что всё-таки нет, он не трус. Паренёк понятливо хмыкал, внимательно слушая всё, чем делился с ним Джисон, и гладил своего кота, который периодически менял своего раба для почеса́шек, метаясь с одной стороны комнаты на другую.       — Ты прости, ну, за то что...       — Напугал кота? Пришёл в этот дом?— догадался незнакомец, откидываясь на выставленные назад руки. — Ты же уже извинился. Да и к тому же, моя семья здесь больше не живёт. А дверей здесь, как видишь, нет. Мне не за что на тебя злиться.       — Спасибо, — робко поблагодарил Джисон, не зная как быть дальше. — Наверное... Мне стоит уйти? — спросил он, полагая, что может чему-то мешать.       — Ну, если хочешь, то конечно, — грустно поджал губы незнакомец, и его глаза на мгновение потухли. — Но настаивать не буду, — подбадривающе хихикнул он, тихо звеня своим голосом в уже не кажущейся такой уж страшной ночи́.       Джисон смотрел в глаза этого парня и понимал, что ему совершенно не хочется сейчас уходить. На удивление, в этом доме, который приобрёл за время разговора совершенно новые спокойные краски, стало настолько уютно, что Джисон больше не дёргался ни от шума половиц, ни от звуков снаружи. Он не знал, сколько сейчас времени, и посмотреть не мог, но рассвет ещё не наступил, а значит и дома его точно пока никто не ждал. Смысл выходить отсюда, чтобы торчать на пустой тёмной улице, где не скрыться от ночного ветра? Конечно чувствовался он и здесь, но уж точно не так, как там, на открытом пространстве.       — Не против ещё немного поболтать? — смущённо уточнил Джисон, видя внимательный взгляд на своей скрытой в тени персоне.       — Не против выйти из тени? — робким вопросом на вопрос ответил тот, привычно склоняя голову к плечу. — Я, если честно, очень хочу тебя наконец увидеть, — он прикусил губу, заставляя сердце Джисона ощутимо ёкнуть в груди.       — Если только ты обещаешь, что ты не маньяк, — осторожно хохотнул Хан.       Пока у него была такая возможность, он тайком изучал лицо парня напротив, что всё больше его завораживал. Джисон не понимал, как можно быть таким красивым.       Прокашлявшись от лёгкой хрипотцы, он добавил:       — Ну, и, пообещаешь, что не будешь особо плеваться из-за моей не такой уж милой внешности.       Незнакомец мгновенно захихикал, расплываясь в нежной улыбке. Большие кукольные глаза сощурились, и будь Джисон ближе, он бы утонул в них ещё сильнее.       — Ладно, так уж и быть, обещаю. Обещаю, что я не маньяк. И обещаю, что постараюсь не упасть в обморок из-за твоей ослепительной красоты.       — Хе-ей! — возмутился Джисон, но всё же через пару секунд неторопливо встал и вышел на чуть освещённую часть комнаты, и медленно приземлился примерно в шагах трёх от изучающего его парня.       — Знаешь, напротив окна как-то не по кайфу. Всё равно ж ничего не видно, — поджал губы он, хмурясь. — Ты не против, сесть как-то... боком? Я же умру от любопытства, — он просяще надул губки и захлопал глазами, отчего Джисон слегка приоткрыл рот, любуясь картинкой перед собой.       "Я наверное полный идиот, но если я не решусь, то жалеть же потом буду".       Нервно сглотнув, Джисон встал со своего места и чуть погодя сделал несколько шагов к незнакомцу, останавливаясь напротив него. Он всё ещё сомневался в своей идее.       — Что, решил сам в свои эти маньяки заделаться? — хохотнул тот, преспокойно смотря на Джисона снизу вверх.       — Я...       Джисон отметил небольшую еле заметную родинку на поднятом к нему носу́, а точнее на нижней части левого крылышка. Отчего-то он очень чётко её разглядел в этой еле пробиваемой светом темноте. В голове мелькнуло узнавание. Кажется у кого-то из его знакомых или друзей такая же? Джисон не помнил у кого.       — Можно присяду рядом? — Хан указал на место сбоку от парня и получив быстрый кивок, опустился на пол в нескольких сантиметрах от своего нового знакомого, чьё имя он так пока и не выяснил.       — О чём поговорим? — парень еле заметно отодвинулся, неслышно проскользив по грязному полу, словно желал сохранить чуть больше расстояния между ними двумя.       Джисон вида не подал, но что-то внутри от этого действия незнакомца неприятно кольнуло. Однако, кто он такой, чтобы нарушать чужое личное пространство? Никто. По сути он такой же незнакомец. С другой стороны, Джисон этому даже обрадовался, во всяком случае парень не рванул к нему, в попытке задушить или зарезать. Что из этого хуже Хан даже не представлял, но ни то и ни другое на себе он бы испробовать не хотел.       — Об именах, — слегка напряжённо начал он. — Джисон. Меня так зовут. Хан Джисон. Скажешь мне своё? — с надеждой спросил он, смотря на парня в непосредственной близости. Его кожа и правда было слишком уж бледной, чуть ли не прозрачной.       "Может он чем-то болеет?"       Фиолетовые волосы дёрнулись вместе с их хозяином, что взглядом своих тёмных карих глаз стал бегать по пространству спереди. Тёмные брови обеспокоенно нахмурились, а губы поджались. Джисон его не торопил, он не хотел давить, хотя кажется и так уже это сделал.       Прошло наверное с минуты две, прежде чем округлившиеся в решительности губы, запустившие поток воздуха в лёгкие, всё же произнесли:       — Минхо. Ли. Минхо.       И прежде чем он повернулся к Джисону, Хан увидел как кадык на чужом горле нервно дёрнулся.       — Красивое, — искренне улыбнулся Джисон, чувствуя неимоверное любопытство к тому, почему же паренёк так разнервничался. Однако, он не стал об этом спрашивать. Возможно когда-нибудь, если они продолжат общение, Ли расскажет об этом сам.       Услышав сказанное, Минхо неоднозначно шевельнул бровями и пару раз моргнул, после чего, дёрнув уголки губ в натянутой улыбке, поблагодарил Джисона.       — Расскажешь что-нибудь о себе? — спросил Хан.       — Если только и ты расскажешь о себе, — изогнул бровь Минхо, словно думал, что тот откажется.       — Факт за факт?       — Можно, — кивнул Ли, прищуриваясь и скользя взглядом по смутившемуся от этого Джисону. — Первый факт, я был прав насчёт того, что ты милый.       Джисон аж закашлялся, подавившись собственной слюной.       — Спасибо? — просипел Хан. — Но мы вроде фактами о себе делимся, а не друг о друге.       — А это разве был не он? — ухмыльнулся он, явно зная, что не прав.       — Нет.       — Ладно, твоя взяла, — цокнул он, прежде чем отвести взгляд, вспоминая что-то. — М-м-м, ну-у... Я очень люблю танцы. Ходил на занятия какое-то время. У меня даже была музыкальная шкатулка с танцующим котиком в детстве, но... Не знаю куда она делась, — поджал губы Минхо, хмуря брови и округляя рот, словно в попытке прямо сейчас вспомнить тот самый момент.       — Ого, это круто, — закивал Джисон, одобряя подобные увлечения. — Мой факт... Я люблю музыку? Она, как бы, — Джисон замялся, почёсывая волосы на затылке, — как бы, помогает мне? Знаешь, в такие моменты когда грустно, она словно, исцеляет? Не знаю, просто... Я чувствую, что будь у меня возможность дарить музыку другим, как артисту, я, наверное, был бы очень счастлив. Дарить подобное исцеление другим, понимаешь?       Минхо понимающе кивнул, завороженно наблюдая за вдохновлённым темой Джисоном. Хан же, старался особо не концентрировать своё внимание на чужом интересе, чтобы не потерять цепочку мыслей.       Факт за фактом. История за историей. Весёлая за грустной. Серьезная за шуточной. Они делились тем чем могли, пытаясь узнать друг друга получше. Однако иногда, не смотря на огромную кучу историй за спиной, в голове возникают только те, которыми так легко не поделишься, и когда такое время наступает, разговор прерывается задумчивой тишиной.       — Уже совсем скоро восход солнца, — Минхо перевёл взгляд в окно и печально улыбнулся. — Мне нужно будет уходить.       — Куда? — нахмурился Джисон. Честно говоря отпускать Минхо ему не хотелось. Он хотел узнать его ещё больше, о многом поговорить, хоть сейчас темы для этих разговоров не шли так уж легко. Почему-то, спустя всего каких-то жалких несколько десятков минут, очень сильно хотелось стать этому милому открытому парню хорошим другом.       "Да уж, Джисон, другом, ага. Именно этим для этого красавчика ты и хочешь стать. Класс! Супер! Хотя бы себе не ври, а?"       Джисон прикусил губу, ведя́ внутренний монолог.       — Ну... Не вечно же мне тут быть, — натянуто хохотнул Минхо, приоткрывая рот и впервые показывая свои зубы. Передние два из них были слегка... Необычными. Немножко кривоватыми, и чуть более длинными чем остальные. Теперь Минхо напоминал Джисону кролика. Хан улыбнулся, тихонько выдохнув носом от непонятно откуда взявшегося восторга.       — Ну да, да и родители наверное будут беспокоиться? Полагаю они не разрешали тебе убегать из дома ночью? — сделал логичное предположение Джисон.       Минхо шумно и коротко выдохнул, криво улыбаясь и смотря тоскливым взглядом себе под ноги, которые он успел поставить перед собой некоторое время назад.       — Ты прав. Что поделать, вот такой я непослушный.       Его руки, лежащие кистями на коленках, нервно сжимали друг друга, разминая одними пальцами другие. Ли явно что-то поедало изнутри. Джисону же было жаль, что они не настолько близки, чтобы он мог попытаться узнать. Залезть в его душу. А судя по всему, лезть нужно было очень глубоко.       — Эй, Минхо, — позвал Джисон, привлекая хмурый взгляд к себе. — Я знаю, мы не так чтобы знакомы, но.., — Джисон робко поджал губы, готовясь сказать всё, что рвалось наружу: — Но знаешь. Не знаю, что у тебя случилось, и случилось ли вообще, но если что я хотел бы тебя поддержать. Ты кажешься очень хорошим парнем и уверен, что, что бы там ни было, ты справишься. А если что говори, я буду только рад помочь тебе.       — Ты знаешь меня буквально пару часов, — усмехнулся Минхо, расслабленно откидывая голову назад, на стенку.       — Да, это так, но, — стал тараторить Джисон, словно защищаясь, — ты очень милый, открытый, весёлый и красивый и... Я просто хочу тебя поддержать, — буркнул Джисон и отвернулся от удивлённо хлопающего глазами Минхо, понимая, что сам себя спалил.       — Ого, как много комплиментов. Значит я тебе нравлюсь? Я польщё-он, — судя по голосу расплылся в улыбке Минхо и толкнул Джисона, что совсем не ожидал такого вмешательства в личное пространство и повернулся, с выражением лица полного удивления.       Глаза Минхо выглядели такими же шокированными и не моргая смотрели на Джисона. Рука парня зависла в воздухе, словно Минхо сам не ожидал что сделает подобное.       — Вот это да-а, — протянул Джисон, присвистнув в конце. — А если я сдачи дам?       — А... Можешь? — похлопал глазами Минхо, словно приглашал.       Джисон шокированно приоткрыл рот, не понимая, как реагировать и что делать.       — Ну, да? — с запинкой ответил он и ещё неувереннее продолжил: — А что, нужно?       — Да.       Джисон видел, как сбилось дыхание Минхо при ответе. Его грудь стала высоко подниматься, набирая в лёгкие больше воздуха.       Джисон же не понимал, что ему делать. Он чувствовал как его тянет к Минхо, но одновременно с этим и отталкивает. Его тело и душа словно не желали определяться с нужной полярностью.       — Я... Ты серьезно? Ты хочешь чтобы я тебя толкнул? — сделал сложное лицо Джисон, не понимая чужого ответа.       — Не совсем. Можешь просто коснуться меня?       — Коснуться? — нахмурил брови Джисон, пока сердце в груди потихоньку набирало темп.              Минхо кивнул, пялясь на него так, словно обещанное касание это что-то сверхважное и сверхсерьёзное.       Джисон сглотнул. Он чувствовал, как собственные пальцы, нетерпеливо покалывающие в самых кончиках, медленно тянуться к чужому плечу. Он не знал, почему Минхо этого так хочет. Единственное, что он знал, что и сам очень хочет прикоснуться к нему.       Поддержать его?       Джисон не имел понятия, что он хотел сделать этим движением. Он не имел понятия. Не имел. Ни малейшего.       Когда наэлектризованные собственными нервами пальцы коснулись чужого плеча, спрятанного под холодной джинсовкой, Хан нервно облизал пересохшие губы, сглотнул и не смог сдержаться от переполняющего его желания опустить глаза на чужие, почти незримо розовые и еле заметно приоткрытые в тихом глубоком дыхании.       — Ты...       Джисон поднял взгляд к чужим глазам, от которых кажется ничего не укрылось.       — Может ты... хочешь..? — шёпотом произнёс Минхо, словно в замедленной съёмке опуская взгляд к губам Джисона. — Можешь? — звучало почти умоляюще. — Пожалуйста, — на коротком выдохе и очень тихо.       Если бы всё внимание Хана не было сейчас прикреплено к этим завлекающе двигающимся губам, он бы ни за что не распознал последнее слово в шуме собственного сердца, что набатом раздавался в ушах и забившейся в клетке птичкой пульсировал в пересохшем горле. В животе Джисона затянулся ощутимый узел из смеси нервозности, желания и страха. Он ещё никогда не целовался. Его опыт был ограничен попыткой в практику на помидорах.       Подняв слегка испуганный взгляд на чужие глаза, которые казались сейчас такими родными и умоляющими, Джисон прохрипел тихое, почти неразличимое:       — Могу. Я...       Джисон сглотнул, на секунду прикрывая веки, и, нервно сжав чужое вздрогнувшее плечо, приоткрыл их, понемногу приближаясь к завораживающе красивому лицу.       — Хочу, — прошептал он будучи уже в нескольких миллиметрах от своей цели.       Подождав долгую, слишком долгую, секунду, чтобы вновь смочить свои губы языком, Джисон нервно подался вперёд, касаясь чужих. Таких мягких, таких нежных, что всё это казалось лишь иллюзией. Хан задержал дыхание, боясь пошевелиться и сделать что-то не так, из-за чего чётко ощутил на своей коже удовлетворённый выдох, вырвавшийся из Минхо, стоило их губам расстаться так же плавно, как и соединиться секундами ранее.       Когда между их лицами было чуть больше нескольких сантиметров, Джисон неловко отодвинулся и отвернул голову к стене, где недавно жался от страха. Он чувствовал как всё его лицо заливает краской смущения. Возможно ему стоило хоть немного двинуть губами, но ему было дико страшно. Он не хотел, чтобы что-то пошло не так.       — Можешь.., — раздался неуверенный голос сбоку и Джисон робко глянул в сторону Минхо. Чужие уши горели красным ярко контрастируя с бледной кожей, а на губах играла неловкая улыбка. — Может хочешь ещё?       Джисон тяжело сглотнул и кивнул. Конечно, он хотел. Но как быть, если он не умеет? Смотря на Минхо, он нервничал ещё сильнее. Пальцы мяли друг друга, глаза бегали по чужому смущённому лицу в поисках подсказки.       — Я не особо умею, — поджал он губы, решив, что стоит предупредить. — Я никогда не.., — Джисон почесал затылок и отвёл глаза в бок. — Не целовался.       — Это ничего, — моргнул Минхо, смущённо расплываясь в радостной улыбке, чем привлёк взгляд Хана обратно к себе.       Сердце в груди Джисона почти в буквальном смысле рвалось наружу. Казалось оно хотело показать всему миру то, насколько неопытным был его обладатель. Однако несмотря на это, Хан взял себя в руки и вновь стал приближаться к чужим губам, нервно посматривая то на них то в глаза медленно приближающегося Минхо.       Прошло несколько долгих секунд, прежде чем их губы вновь коснулись друг друга. Джисон вновь застыл как изваяние, задержав дыхание и зажмурив глаза. Спустя пару секунд он почувствовал как Минхо отстранился, тихонько посмеиваясь. Лёгкие порывы выдыхаемого им воздуха щекотали чувствительную кожу Джисона. Хан нахмурился и открыл глаза.       — Джисон, дыши, пожалуйста, — прошептал Минхо и не давая Хану возможности отстраниться и обидеться, вновь коснулся его губ.       Джисон вновь бесконтрольно задержал дыхание, слушая барабанную дробь своего сердца и концентрируя внимание на ощущениях. Однако, стоило ему почувствовать, как Минхо задвигался, обхватывая его нижнюю губу своими, до него дошла суть сказанного и он, сделав над собой усилие вдохнул воздух через нос, позволяя своему телу немного расслабиться.       Почувствовав изменения, ещё до недавнего безымянный незнакомец положил холодную ладонь на щёку Джисона, что, так и не закрыв глаза, сейчас рассматривал чужое сосредоточенное на поцелуе лицо. Вблизи кожа Минхо казалась такой же бледной, из-за чего его тёмные ресницы выгодно подчеркивали прикрытые глаза и слегка изогнутые в процессе брови.       Джисон так и не шевелился, позволяя Минхо попеременно обхватывать его губы в пока ещё странном для Хана танце. Было слишком неловко сидеть вот так вот без дела, но пока он мог лишь пытаться контролировать своё дыхание и совсем немного, почти еле заметно и скорее непроизвольно, двигать губами в ответ, запоминая чужие движения. Однако стоило ладони Минхо сдвинуться чуть глубже, съезжая с щеки на горячую от смущения шею, как из Хана вырвался непроизвольный вздох и глаза сами по себе закрылись, погружая его в глубокую темноту.       "Как же сильно он замёрз".       Из-за температуры чужой кожи, что кажется не согрелась ни на йоту, по коже пробежалась целая толпа мурашек и Джисон непроизвольно поёжился. В попытке согреть себя и совершенно продрогшего Минхо, он поднял свои руки и уложил обе ладони на чужие холодные щёки, начиная аккуратно их поглаживать.       Движения чужих губ стали чуть активнее и Джисон стал подхватывать их, пытаясь повторить и влиться в этот завораживающий танец. И хоть касания всё ещё были неловкими, аккуратными, еле ощутимыми, но понемногу Хан начинал осваиваться.              Сидеть полубоком к Минхо с каждой секундой становилось всё более неудобно. Желая это исправить, Джисон убрал одну руку с чужой щёки и стал усаживаться поудобнее. Чуть привстав, он уже было хотел сесть на колени, как из-за усилившегося напора Минхо, его повело назад и он рухнул спиной на грязный пол, в панике прихватив с собой и Минхо, что теперь лежал на нём тихонько посмеиваясь.       — Извини, больно? — чуть отстранился Минхо, нависая сверху и глядя на Джисона слегка прищуренным в улыбке взглядом.       — Нет, всё хорошо, — расплылся в неловкой улыбке Джисон. Забота Минхо была словно мёд, тягучей, обволакивающей, сладкой. Необычной.       — Можно? — спросил он, вновь оказываясь у самых губ Джисона, при этом всё ещё нависая сверху и ни капельки не налегая на него. Не смотря на озвученный вопрос, ждать он не стал и вновь захватил в плен уже слегка припухшие по ощущениям губы Хана.       Джисон вновь задержал дыхание, но тут же понял свою ошибку и стал расслабленно дышать через нос. Теперь чужие губы ощущались куда привычнее. Они почти неотрывно касались его нижней губы в нежном, сбивающем дыхании танце, помогая Хану становится увереннее и вновь постепенно вливаться в поцелуй. Это длилось долгие волшебные минуты, прежде чем Минхо отодвинулся и улёгся головой где-то в районе шеи.       — Я впервые так чертовски хочу остаться здесь, — жалобно протянул Минхо, утыкаясь носом в бьющуюся на горле жилку. Джисон же, покрывшись мурашками от чужого холодного касания и не менее холодного дыхания, попытался перевести своё.       — Так оставайся. Я... Можешь побыть денёк у меня. Завтра же Ивана Купала. Я... Не хочу, чтобы ты уходил. С родителями я поговорю. Они разрешат.       — Спасибо, но... Мне нужно. Я не могу не уйти, — тяжело выдохнул Минхо, пуская новую волну мурашек по телу Джисона. — Это убивает меня. Почему тогда не было так больно как сейчас?       — О чём ты? Когда тогда? — растерянно прошептал Джисон, поглаживая пальцами талию, скрывающуюся под тонкой футболкой. — Останься, хоть на пару часов, пожалуйста. Или... Ну или просто возвращайся почаще. Ты же дашь мне свой телефон? — голос сорвался, Джисон понимал как это звучало — он навязывался. — Мы же можем болтать и так, конечно это не тоже самое что...       — Тш-ш, — прошептал Минхо, прикрывая пальцами рот не затыкающегося Джисона. — Не болтай. У нас не так много времени.       Джисон почувствовал аккуратный поцелуй в шею, затем ещё один, чуть смелее и ощутимее. Мурашки от чужого холода словно поселились на его теле.       — Можно? Можно я ещё немного с тобой поцелуюсь?       Слыша такой голос Минхо, Джисон не мог не сказать "да", хотя ему до ужаса хотелось услышать ответы на заданные в нервном потоке болтовни вопросы.       Приподнявшись, Минхо провёл холодной рукой по щеке Джисона, вынуждая потянуться за ней. Он хотел ещё. Ещё больше его прикосновений, которые становились всё менее ощутимыми, словно Ли боялся чего-то.       — Минхо, — просяще выдохнул Джисон вновь охрипшим голосом.       — Прости, — улыбнулся Минхо, словно извинялся, что так долго, и наклонился ближе.       Когда их губы вновь соприкоснулись, Джисон закрыл глаза и зажмурил их сильнее от внезапного солнечного света. Телефон рядом с ним запиликал, принимая оповещения. Джисон больше не ощущал на себе ни грамма тяжести.       "Что за..."       Хан резко сел, раскрывая глаза и в панике оглядываясь по сторонам. Сердце бешено стучало, потревоженное резкой сменой положения, словно не стучало точно также буквально несколькими секундами назад, когда губы были накрыты другими, почти не ощутимыми, но такими нежными. Джисон застонал из-за боли в шее.       Слишком резко повернул?       Минхо здесь не было. Ни следа. Ни записки. Ничего.       "Нет, пожалуйста, я же не мог вот так вот незаметно уснуть".       Джисон схватил телефон и увидел шокирующие 12:00 на часах почему-то наполовину заряженного телефона.       "Что за херня?"       Джисон вскочил на ноги, пошатнулся из-за темноты хлынувшей в глаза словно морской прилив, и осел на одно колено, зная что это скоро пройдёт. Спустя пару долгих секунд, когда всё пришло в норму, Хан кинул взгляд на валяющийся у стены спальник и ринулся на выход лишь с одной мыслью.       "Где ты?"       Ни в следующей комнате, ни во дворе, он так и не обнаружил пропажу. Минхо просто исчез. Не оставив ничего. Когда Джисон это наконец осознал, то просто остолбенел, пялясь на дом пустым взглядом. В груди что-то оборвалось.       "Он ушёл. Навсегда. Он не вернётся. Он ушёл. Ушёл." — говорило ему его подсознание.       — Чёрт возьми! — Джисон ударил ладонью по дереву, что было ближе всего к нему, сдирая кожу до крови.       Он не знал, почему он так быстро доверился, так быстро привязался к незнакомцу с фиолетовыми волосами зашедшему глубокой ночью в заброшенный дом.       Но сейчас он знал одно — ему было чертовски больно.       Он ведь...       "Нет, забудь"       Тихое грустное "мя-я-яу" раздалось где-то сверху и Джисон приподнял слезящиеся, совсем не от солнечного света, глаза вверх, всматриваясь в крону деревьев.       — Малыш? Тебя тоже бросили, да?       Джисон усмехнулся, чувствуя себя последним дураком. Нет, не из-за Минхо. Из-за себя.       Минхо ничего не обещал ему, чтобы злиться.       Хотя...       Ведь он же вошёл в его сердце, которое до его прихода принадлежало лишь Джисону?       Но...       Джисон же сам ему это разрешил.       Он ведь...       Первым коснулся его губ.       Это просто не честно.       Джисон вновь взглянул на чёрного пушистого кота.       — Малыш? Как насчёт переезда? Хочешь жить со мной?       Чёрный кот понимающе смотрящий на него сверху вниз, отрицательно мяукнул и полез вверх, куда-то туда, к облакам.       "Что же, так даже лучше."       Джисон горько усмехнулся.       Горло стало ощутимо сдавливать, и Хан всё пытался вдохнуть, успокоиться. Открыв рот в попытке наполнить лёгкие необходимым сейчас кислородом, он услышал надрывный всхлип.       "Почему мне так херово из-за всего этого?"       Джисон закрыл глаза руками, пока тихие слёзы потоком текли в приоткрытый от немых рыданий рот.       Через час, Джисон всё-таки ушёл из совершенно опустевшего двора, не забыв прихватить с собой спальник Чанбина.