Путь Шиноби: Первые Шаги.

      — Проклятье! Они забрали их! — В гневе и отчаянии прокричал Обито вслед убежавшим шиноби Ивы.       Все произошло настолько быстро и внезапно, что Учиха просто не успел среагировать. Вот он слышит предупреждение Узумаки, что тот прокричал в сторону Нохары. Стоило только черноволосому повернуться к куноичи, как со стороны Акиры слышится уже взрыв, а воду начинает баламутить так, что стоять на ней становиться совершенно невозможно. В итоге, Обито провалился под воду.       Когда же Учихе удалось всплыть на поверхность, единственный, кого он увидел, был Хатаке. А врагов, как и их сокомандников, и след простыл. Лишь рассеивающаяся дымовая завеса указывала примерное направление побега шиноби Ивы.       Ни секунды не сомневаясь, Обито выскочил из воды на берег и уже собирался отправиться в погоню за врагами, как его окликнул голос.       — Остановись, Обито! — Прозвучал за спиной Учихи резкий приказ Хатаке.       Обито среагировал на приказ и действительно остановился. Обернувшись назад, он с совершенно диким взглядом смотрел на приближающегося сокомандника.       Какаши же, наоборот, выглядел равнодушным. Но стоило только посмотреть ему в глаза, как становилось ясно, что равнодушие это напускное. За этим фасадом скрывалось отчаяние.       — У нас есть миссия, и мы не можем позволить себе отвлекаться от её выполнения. — Оказавшись напротив Учихи, Хатаке высказал свою точку зрения.       — Что?! — Исказилось лицо Учихи в гневе и непонимании. — Ты хоть понимаешь, что ты несешь?! — Попытался он удостовериться в здравомыслии Хатаке.       — Более чем. — Со все тем же равнодушием проговорил Какаши. — Мы с тобой продолжаем путь к мосту Каннаби.       — А Рин… — Прибывая в шоке от слов сокомандника, машинально сказал Обито. — А как же Рин?! — Уже более целенаправленно поинтересовался он.       — Забудь про неё на время. — Продолжил жестко высказываться беловолосый. — Враги захватили её, чтобы выведать наши планы, так что им она нужна живой. Кроме того, Рин ирьенин. Пока она будет ухаживать за ранеными ей не причинят вреда. — Приводил он аргументы… или скорее отговорки того, почему не стоит переживать за Нохару. — Куда важнее, что враги могут прознать о цели нашей миссии. Если мы промедлим, шиноби Ивы успеют подготовиться к нашему прибытию и уничтожение моста Каннаби станет практически невозможным. И ты прекрасно знаешь чем наш провал грозит Конохе.       — Твои слова не гарантируют безопасность Рин! — Продолжил словесные нападки Обито. — С чего ты вообще решил, что они не причинят ей вреда?! Они могут просто выпытать у неё всю информацию, а затем убить! Мы должны спасти Рин! — Напирал он на своем.       На некоторое время между этими двумя установилось молчание. И Учихе, и Хатаке это молчание было необходимо чтобы собраться с мыслями, а кое-кому разобраться в своих противоречивых чувствах. И вот, когда Какаши уже принял решение и собирался вновь заговорить, его опередили.       — А ведь пока мы спорили о Рин, то совсем забыли про Акиру. — Неожиданно высказался Обито, тем самым заставив застрять слова в горле у Какаши.       И действительно, они забыли о том, что Акира тоже пропал. С Учихой все понятно, он по уши влюблен в Нохару, и стоило только ей попасть в беду, как все его мысли были сосредоточены исключительно на ней. Но почему Хатаке, с его спокойствием и рассудительностью, совершенно позабыл о пропаже Узумаки? Или, быть может, он неосознанно гнал от себя мысли про красноволосого, ведь понимал что тот, в отличии от куноичи, не имел никаких шансов остаться в живых, находясь в руках шиноби Ивы. Осознание этого факта внесло бы ещё больше раздрая в его мысли.       — Ты ведь прекрасно знаешь, что ждет Акиру во вражеском плену. — Вновь заговорил Обито, но в этот раз более спокойным тоном. — Даже если ты и вправду веришь, что с Рин ничего страшного не случиться, то все равно должен понимать, что Акиру ждет верная смерть. Ты правда бросишь шестилетнего ребенка умирать? — Надавил черноволосый на совесть сокомандника.       Ответить Хатаке было нечем. Теперь, когда Учиха высказал все вслух, беловолосый больше не мог убегать от этих мыслей. Сейчас, внутри него боролись две крайности. Одна из этих крайностей — это идеальный, по мнению Какаши, шиноби. Шиноби, который всегда действовал согласно правилам и призирал тех, кто эти правила нарушает. И этот же шиноби, на рациональном языке говорил, что миссия должна быть продолжена.       Другой же крайностью, была человеческая сторона Хатаке. Друг, соперник, ученик. Этой части его личности не были чужды эмоции а также простая человеческая порядочность. И эти эмоции ему твердили, что бросать на произвол судьбы двух, ставших близких ему, людей, будет чудовищно с его стороны.       После высказанных слов, Обито наблюдал за тем, как менялся в лице Какаши. Он увидел это в его глазах, как противоречивые мысли снедали его. И Учиха примерно понимал, что сейчас происходит в голове у Хатаке. Все же, прошедший, не так давно, с Минато разговор, помог Обито лучше понять своего сокомандника, раскрыв правду о ранее неизвестных подробностях из жизни семьи Хатаке.       — Я считаю, что Белый Клык был настоящим героем. — Заговорил Обито, решив высказать свою точку зрения.       Какаши, услышав прозвище своего покойного отца, а затем осмыслив и остальные слова Обито, с удивление уставился на сокомандника. Все предыдущие мысли разом улетучились из его головы.       — Сегодня утром ты назвал меня мусором за то, что я опоздал и нарушил правила шиноби. Пускай так. Но… — С решимостью заглянул Учиха в глаза Хатаке. — Те кто не заботятся о своих товарищах и бросают их, ещё хуже мусора.       Слова Обито поразили Какаши. Сколько раз за свою жизнь он слышал ругательства и видел плевки в сторону своего отца. Но ещё никогда он не слышал хвальбы в его сторону.       Отец Какаши, Хатаке Сакумо, был героем Второй Великой Войны Шиноби. Ещё до того как прославились Саннины, Сакумо уже сделал себе имя. Стоило только ему появиться на поле боя, как баланс сил тут же менялся в пользу Конохи. Мастерски владея клинком а также семейным стилем кендзюцу, он поверг множество грозных врагов и стал героем всей Конохи.       Но стоило ему только один раз провалить миссию, и он, из всеобщего любимца, превратился в объект ненависти презрения. Он провалил миссию, ради спасения своих друзей. Это решение многого стоило для Конохи, из-за чего Сакумо был опозорен. Даже спасенные им друзья, ополчились против своего спасителя.       В итоге, это привело к печальным последствиям. Не выдержав обрушившегося на него позора и всеобщего презрения, Сакумо совершил сэппуку, чтобы кровью вернуть себе честь.       И конечно же, свидетелем всего происходящего был Какаши. Он видел как из героя, его отец превратился в изгоя. Он, будучи ещё совсем ребенком, нашел тело своего отца, со вспоротым животом. И он сделал собственные выводы.       С тех пор он и сам начал ненавидеть и презирать отца. Он ненавидел его за то, что тот провалил миссию и спас своих друзей. Ведь какое ребенку дело до жизней других людей или мотивов отца, когда из-за этого он остается сиротой?       Вот почему Какаши так помешан на правилах шиноби, и почему он презирает тех кто эти правила нарушает. Он не хочет повторить участь своего отца. Не хочет быть похожим на отца, что его бросил.       И все же… Как бы сильно Какаши не старался строить из себя образцового шиноби, он не мог избавиться от своих человеческих чувств. Как бы ему не хотелось абстрагироваться от сокомандников, они все равно стали для него друзьями. Его прежние убеждения уже давно были не так крепки, хоть и продолжали влиять на его жизнь. И даже давняя обида на отца утихла, ведь он наконец смог понять что движило им на той злополучной миссии.       И теперь, когда он услышал эти заветные слова от Обито, когда понял что есть кто-то, кто считает его отца героем, Какаши… обрадовался. Ведь в глубине души он все ещё любил своего отца, а любая грязь сказанная в адрес Сакумо, отдавалась глухой болью в сердце Какаши. Ему хотелось верить, что его отец был героем.       «Если бы я бросил своих друзей умирать, ты бы презирал меня, отец?» — Мысленно обратился Какаши к образу Сакумо, возникшему у него в голове. — «Нет, я бы сам себя стал презирать.»       В мыслях Хатаке все ещё творился раздрай, между долгом и чувствами. Но не смотря на это, он все же принял решение.       — Мы отправляемся на выручку наших товарищей. — Переступая через себя и, выстраиваемые многие годы, убеждения, озвучил Какаши свое решение.       — Какаши… — Пораженно проговорил Обито, после чего радостно и воодушевленно произнес. — Отлично! Тогда не будем больше терять времени!       Верный своим словам, Учиха мигом развернулся и приготовился бежать по направлению ушедшим шиноби Ивы. Но прежде чем он успел сорваться с места, сзади за воротник его схватила рука Хатаке.       — Стоять. — Приказал беловолосый, вернув себе частичное самообладание а также настроившись на командирский лад.       — Ну что ещё?! — Возмутился черноволосый. — Мы ведь уже решили идти спасать Рин и Акиру!       — Ты хотя бы знаешь куда идти? — Бросил Хатаке вопрос в сокомандника.       — Конечно знаю! — Возмутился Учиха проявленному недоверию. — След от дыма шел в ту сторону. Значит туда враги и побежали. — Указал он пальцем направление.       — Это была простейшая обманка, на которую купиться лишь зелёный генин. — Высказался Какаши, при этом насмехаясь над словами сокомандника.       — У тебя есть идея получше?! — Обито уловил эту насмешку и разозлился, но устраивать конфликт прямо сейчас не собирался.       — Я запомнил запах шиноби Ивы, с которым обменивался ударами. Пройти по его следу будет нетрудно. — Ответил Какаши, после чего его лицо приобрело мрачный вид. — Только вот у нас есть одна проблема.       — Что ещё? — Нетерпеливо поинтересовался Обито.       — Я чувствую сильный запах крови, скорее всего от Акиры. Но запах крови ведет в другом направлении. — Поведал Какаши о наметившихся неприятностях.       — Значит… нам придется разделиться? — С долей неуверенности в голосе, спросил Учиха.       — Именно. — Подтвердил Хатаке. — Я пойду по запаху крови за Акирой. Обито, ты пойдешь по второму следу, оценишь обстановку и дождешься моего прибытия.       — Хочешь чтобы я отсиживался в стороне? — Недовольно произнес Учиха.       — Мы не знаем у кого именно находиться Рин. — Объяснил Хатаке причину своего решения. — Возможно она вместе с Акирой. В таком случае я помогу им, затем мы отправимся к тебе и разберемся с оставшимися врагами. Если же Рин окажется в твоем направлении, ты также дожидаешься меня и уже вместе мы составляем план спасения. Все ясно? — Под конец разъяснений, поинтересовался беловолосый.       — Да понял я, понял. Ты командир на этой миссии. — Прозвучал положительный ответ со стороны Обито. — Только вот как я по запаху выслежу свою цель? У меня нет обостренного чутья, как у тебя.       Вместо слов, Какаши надкусил до крови большой палец правой руки и принялся складывать ручные печати.       — Техника Призыва! — Закончив формировать дзюцу, беловолосый хлопнул раскрытой ладонью по земле и из-под его руки вырвались цепочки фуиндзюцу.       Следом возникло небольшое облачко дыма, что быстро начало рассеиваться, позволяя увидеть мопса в синем жилете и с протектором Конохи на голове. Это был Паккун.       — Что стряслось, Какаши? — Спросил нинкен своего призывателя.       — У нас чрезвычайная ситуация. Рин и Акиру похитили и нам нужно выследить их похитителей по запаху. — Кратко обрисовал ситуацию Хатаке.       — Дела-а. — Протянул Паккун, поняв серьезность ситуации и начав принюхиваться. — Вся округа забита сильным запахом крови. Никакой посторонний запах я уловить не могу.       — Обнюхай тот валун. — Указал Какаши на один из валунов у берега пруда. — За этим валуном достаточно долго прятался шиноби Ивы. Этого должно быть достаточно чтобы взять след.       Как беловолосый уже говорил ранее, он успел запомнить запах шиноби, с которым обменивался ударами. Поэтому ему не составило труда найти место, где тот достаточно наследил.       — Хм-хм, да, я чувствую его. — Обнюхав указанный валун, проговорил Паккун. — А что с этим кровавым следом? Он кажется ведет в другую сторону. — Заметил нинкен эту деталь.       — По кровавому следу пойду я. Ты же вместе с Обито отправишься по взятому следу. — Объяснил Какаши их дальнейшие действия.       — Принято. — Согласился с планом действий Паккун.       — Тогда выдвигаемся. — Отдал приказ Хатаке.       — Ну наконец-то! — Воскликнул Учиха, уже изъеденный от нетерпения.       Все же с момента похищения и начала спасательной миссии прошло уже больше десяти минут. И за эти, казалось бы, непродолжительные десять минут, многое уже могло произойти. Так что больше времени терять было нельзя.       — Запомни, Обито, следи за врагами и дожидайся моего прибытия. — Решил Какаши ещё раз напомнить план действий.       — Ты меня за идиота держишь?! Я и с первого раза все понял! — Взъярился Обито на слова Какаши.       Больше ничего друг другу не говоря, они разбежались в разные стороны.