Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Находясь на грани ясности, Рин не могла в должной мере осознать своего положения. Что с ней произошло, и где она находится? Подавленный разум куноичи никак не мог ухватить ни за одну мысль, и уж тем более не мог найти ответов на вопрос.       Но не смотря на это, инстинктивно Нохара чувствовала как в её разум пытаются вторгнуться. Эти ощущения неправильности, от присутствия в её разуме чужих намерений, были достаточным стимулом, чтобы даже в подобном состоянии пытаться сопротивляться. К сожалению, только сопротивляться Рин и могла. На то чтобы выгнать чужеродные намерения из своей головы, её сил не хватало.       В какой-то момент ситуация чуть улучшилась, и давление на её разум несколько ослабло. Этого было достаточно чтобы отчасти вернуть контроль над своими мыслями. Куноичи осознала что эти чужие намерения являются вражеским гендзюцу, причем достаточно сильным. Вот только развеять его не представлялось возможным. Рин чувствовала что её разум отдален от тела. Не полностью, ведь какие-то ощущения пробивались к ней. Но этого было недостаточно для того чтобы остановить ток чакры, или хотя бы укусить себя за внутреннюю сторону щеки.       Сейчас, только от её силы воли зависело то, сможет ли она сопротивляться гендзюцу и развеять его, или же нет.       Ещё через какое-то время, напор вражеского гендзюцу вновь ослаб, причем настолько, что Рин начала постепенно выдавливать его влияние из своей головы. Это противостояние продлилось ещё около несколько секунд, прежде чем Нохара смогла вернуть себе контроль над разумом и выплеснуть из тела чужеродную чакру, тем самым развеивая гендзюцу.       Сознание Рин прояснилось и она вернула контроль над своим телом. И хоть глаза её вернули ясность, она не спешила более давать окружающим понять что гендзюцу развеялось. Оставаясь во все той же позе, она начала оценивать свое положение.       Руки Нохары были плотно прижаты к телу и обвязаны веревкой. Она сидела на коленях, но при этом ноги её были свободными. Голова опущена, что хорошо, ведь так её глаза были незаметнее. Глянув исподлобья на окружение, куноичи поняла что находится в каком-то просторном помещении, а не в клетке. Ну и конечно же она четко слышала разговоры своих похитителей.       Весь этот анализ занял всего секунду после прояснения сознания. Но прежде чем Рин смогла продолжить, до неё наконец дошел смысл разговора между шиноби Ивы.       — Давай уже эту девчонку сюда. — Сказал обладатель молодого голоса.       «Это они обо мне.» — Догадалась Рин. — «Нужно сделать вид что я все ещё под гендзюцу.» — Решила она подыграть своим похитителям, чтобы лучше разведать обстановку.       Кто-то направился в её сторону. Так как голова Нохары все ещё была опущена, она не могла опознать врага по внешности. Присев перед ней на корточки, он схватил девушку за волосы и поднял её голову. Ощущения того как её тянут за волосы были довольно болезненными, но, будучи куноичи, Рин была в состоянии вытерпеть подобную боль, не переставая играть роль.       И пока её мучитель явно наслаждался своими действиями, Нохара не переставала анализировать происходящее. Так, до неё долетел новый разговор между обладателями молодого и басистого голосов.       — Так что с тем мелким уродом? — Спросил басистый голос, и, как поняла Рин, речь шла про про Акиру. — Вы ведь хотели доставить его живим к Ёшито-сама.       — Убил. — Ответил молодой голос, чем заставил Рин мысленно обомлеть. — Взорвал ко всем чертям. — Добавил он.       Далее Нохара не прислушивалась к разговору, так как информация о смерти Акиры заставила её похолодеть и ужаснуться. Вся её серьезность и собранность вмиг улетучились. Ну и конечно же это не могло не отразиться на её лице.       — А? — Испытал мучитель Рин неприятное удивление, когда лицо девушки приобрело страдальческий вид. — Какого хрена? Как ты умудрилась развеять мое гендзюцу?! — Наконец осознал он происходящее, и его это неслабо разозлило.       Не сдерживая порыва эмоций, Какко, а именно он и контролировал Рин при помощи гендзюцу, отвесил девушке сильную пощечину, от чего та свалилась на землю. Удар был очень болезненным, отчего щека куноичи сильно покраснела, а внутренняя её часть ободралась об зубы, вызывая ротовое кровотечение. Но из уст куноичи не вырвалось ни единого крика.       — Тц. — Цыкнул Какко, не услышав так желаемого им крика.       — Ты чего творишь?! — Прокричал ему подошедший Минору. — Она мне нужна чтобы вылечить Минори!       — Ничего с ней не будет от одной пощечины. Я её совсем легонько ударил. — Сказал Какко, после чего зло усмехнулся. — Видишь? Она даже не закричала.       — Пф. — Фыркун в ответ Минору, но больше ничего не сказал.       Аккуратно опустив брата на землю, он следом приблизился к Рин и, схватив её за плечо, резко поднял и усадил на колени.       — Ты ведь у нас ирьенин, ведь так? — Не столько спросил, сколько констатировал факт Минору, глядя в лицо Рин. — Вылечи моего брата.       — Нет. — Упрямо ответила ему Нохара.       Возможно, при любом другом раскладе она бы и согласилась пойти на поводу у своих пленителей, чтобы получить какие-нибудь преимущества или просто не подвергать свою жизнь риску. Но стоило ей только услышать про смерть Акиры, как она резко возненавидела Минору. Рин испытывала отвращение к самой мысли о том что бы помочь убийце своего друга.       Минору, естественно, ответ Нохары не понравился, так что он схватил её за волосы, так же как Какко ранее, и дернул её голову к себе.       — Ты видимо не понимаешь в какой ситуации оказалась! — Взъярился на неё Минору. — Если уж ты не захочешь лечить моего брата по собственной воле, то я просто тебя заставлю. Но я дам тебе последний шанс исправиться. Итак, твой ответ? — Выжидательно уставился он в лицо девушки.       — Надеюсь… твой брат долго не проживет… Кха-а… — Стоило только Рин договорить, как ей в живот прилете удар Минору, что заставил её закашляться и попытаться согнуться, что не позволила хватка на её волосах.       На этом уговоры не закончились, и Минору продолжил избивать Рин, а куноичи, в свою очередь, продолжала упрямиться и отказываться помогать.       За процессом уговоров спокойно наблюдал Какко, с довольной улыбкой на лице. Он определенно был садистом, которому нравилось наблюдать за болью и мучениями жертв. И единственная причина, по которой он выбрал гендзюцу а не пытки, в качестве метода добычи информации, была в его особом таланте на поприще гендзюцу, позволявшая довольно быстро получать поверхностную информацию. Хотя, если бы он изначально знал о довольно сильной воле Нохары, то прибегнул бы к обычным пыткам.       Единственный кто не принимал участия в этом действии был Тайсеки, что все ещё стоял на страже у входа в курган. Но вскоре и для него нашлась работенка.       «Еще один незваный гость.» — Подумал Тайсеки, услышав глухой звук удара.

***

      Мчась по верхним путям, Обито испытывал сильные переживания. Он переживал о судьбе Рин и Акиры, переживал о предстоящей встрече с врагами. Но кое-как ему удавалось держать себя в руках.       Хоть он и отрицал слова Какаши, насчет безопасности Рин, но в глубине души надеялся что беловолосый прав. Хоть Обито и видел как Акиру подорвали, а также слышал о сильном запахе крови, витавшем в воздухе, он верил в Какаши, ведь тому точно под силу помочь младшему члену их команды.       Так что, как бы сильно Учиха не волновался о судьбе пропавших сокомандников, он верил что все будет хорошо и они со всем справятся. Главное придерживаться плана.       — Долго нам ещё бежать? — Нетерпеливо поинтересовался Обито у бегущего рядом Паккуна.       Да, Учиха верил в то что у них все получится, но терпения ему это не прибавляло.       — Запах становиться сильнее, а значит мы уже близко. — Дал положительный ответ Паккун.       — Хорошо. — Сказал Обито и даже позволил себе чуть расслабиться.       Как и говорил нинкен, уже вскоре они добрались до странного сооружения посреди леса, похожее на курган. Спрятавшись в кроне одного из деревьев, Учиха стал наблюдать за округой и оценивать обстановку. Он выискивал возможные ловушки, а так же других шиноби, что могли запрятаться поблизости.       — Паккун, чуешь что-нибудь? — Шепнул очень обтекаемый вопрос Обито, решив положиться на усиленные чувства нинкена.       — Нюх-нюх. — Принюхался Паккун. — Чую, что к тому шиноби Ивы, примешиваются ещё два запаха. Причем один из них кровавый.       — Кровавый? Это Акира? — Чуть более громким шепотом спросил Учиха.       — Нет. — Мигом ответил нинкен. — Этот кровавый след не такой сильный, как был от Акиры. — Пояснил он этот момент.       Услышав ответ, Обито нахмурил брови и задумался над тем кто эти двое и почему от одного из них пахнет кровью.       — Никого больше я не чувствую. — Тем временем продолжил говорить Паккун. — Все враги собрались внутри этого строения и… — Прервался нинкен на полуслове и задергал ухом.       Он явно к чему-то прислушивался и, судя по тому как его мордочка становилась все более хмурой, услышал нечто неприятное.       — Что такое? — Обратился Обито к нинкену, испытывая неприятное предчувствие.       — Это… — Протянул Паккун, пытаясь различить звуки. — Похоже на удары.       — Удары? Какие удары?! — Ещё громче заговорил Учиха, но при этом не переставая шептать.       Неприятное предчувствие лишь усилилось. Обито не был уверен — хочет ли он знать ответ? Ведь если Паккун подтвердит его самые неприятные мысли, то Учиха не знает, сможет ли он сдержать себя в руках?       — Эй, спокойнее-спокойнее. — Заметив как переменился в лице Обито, нинкен сразу понял что за мысли могут его терзать. — Я всего лишь расслышал неясный звук. Неизвестно, что именно это за удары. — Попытался он успокоить черноволосого.       Но Обито его слова не убедили. Он не дурак и понял что Паккун недоговаривает и пытается приукрасить действительность. Иначе почему он не говорит прямо о своих наблюдениях?       — Это были удары по человеческому телу? — Задал Учиха один единственный вопрос.       — … — Паккун немного промолчал, после чего отвел глаза и ответил. — …Да. — Поняв что попытки продолжить увиливания могут сделать только хуже, честно ответил нинкен.       Когда подтвердились его самые мрачные догадки, Учиха воспылал ненавистью. Его тело задрожало, готовое выплеснуть всю эту ненависть на врагов, посмевших причинить вред Рин.       Лишь толика здравомыслия удерживала его от совершения необдуманных действий. Обито понимал что в одиночку точно не сможет победить троих или даже четверых сильных шиноби Ивы. Надо было придерживаться плана и дождаться прибытия Какаши и Акиры. Втроем у них больше шансов на успех.       Но удерживать свою ненависть под контролем все равно было очень тяжело.       — Слушай, я понимаю твои чувства и тоже хотел бы расправиться с этими уродами, за то что они сделали с Рин-чан. — Продолжил Паккун свои попытки утихомирить Учиху. — Я правда все понимаю, но на надо придерживать пла…       БАМ!       До того как Паккун закончил говорить, Обито с размаху ударил кулаком по стволу дерева, отчего послышался глухой звук удара. Этим действием он пытался выместить свою злость и выпустить немного пара. Отчасти это помогло, и Учиха уже не был готов сорваться с места и направиться прямиком в логово врага. Но надолго ли этого хватит?       — Надо придерживаться плана… придерживаться плана… — Повторял Обито вслух, чтобы настроить себя на нужный лад и меньше думать о происходящем внутри кургана.       — Какого плана? — Поинтересовался, внезапно появившийся у Учихи за спиной, шиноби Ивы.       Осознав наличие рядом врага, Обито моментально отпрыгнул, создавая дистанцию. Обернувшись в поисках врага, он никого не увидел, что только сильнее насторожило черноволосого, заставив лихорадочно осматривать окружение.       — Пригнись! — Послышалась команда Паккуна.       Обито незамедлительно последовал словам нинкена и пригнулся, ощущая как легкий ветерок пронесся у него над головой, трепля волосы. Вновь отпрыгнув со своего места, он попытался увидеть врага или то что его атаковало. И в очередной раз Учиха ничего не увидел.       — Сзади, левый бок! — Прозвучало предостережение от нинкена.       Увернувшись в бок, Обито снова почувствовал небольшой ветерок и попытался ударить ногой в то место, откуда он возник. У него даже отчасти получилось. Нога прошлась по касательной и задела что-то твердое и невидимое. Впрочем, особого ущерба его удар не принес.       — Где он, Паккун?! — Обратился Обито к нинкену за помощью.       — Не знаю. — Последовал ответ. — Мой нюх бесполезен и я могу различать его только на слух. Но даже так, враг очень тихий.       — Черт. — Выругался Учиха, осознав всю тяжесть своего положения.       Обито обострил свои чувства на максимум и принялся напряженно ждать следующего действия врага. И конечно же тот не заставил себя долго ждать.       — Он… — Начал было говорить Паккун, но не успел.       Невидимый враг пнул нинкена с такой силой, что повреждения его тела стали критическими, вынудив дзюцу Призыва развеяться. В небольшом облачке дыма Паккун исчез, оставив Учиху с врагом один на один. С врагом, которого он даже ощутить был не способен.