Just one chance

В его душе застыл беззвучный крик. Спасите! Спасите, спасите, спасите! Спасите, спасите, спасите, спасите, спасите-спасите-спасите-спасите-спасите-спасите!!! Больно, больно, больно, больно, больно, больно… Больно, больно, больно, больно, больно, больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно-больно!!! Почему я не умираю?! Почему я не могу умереть?! От боли принца охватило безумие, словно всю боль, предназначенную ему за несколько жизней, он должен был испытать здесь, сейчас. А после ему уже никогда не будет больно. Никогда? Несколько жизней? Я ведь бог....так пусть будет так как я захочу! Так и стало. Наследный принц издал последний, истошный крик, а после чего исчез. Его больше нет, он не умер, его просто нет. Ему уже было плевать на всё что его только окружало. 18 марта 693 год. Громкий крик младенца стоит на всю гору. – Госпожа, ваш ребёнок, мальчик, имя уже выбрали? Девушка, ещё не отшедшая от крайне тяжёлых родов, едва могла что-то сказать, настолько ей было неважно. Женщина, что принимала роды, быстро позвала другого лекаря, ибо матери ребёнка совсем уж поплохело. А ребёнок был словно небожителем, таких красивых детей сразу после родов практически не встретишь. Глаза плохо открывает, но было видно, что они светлые, с оттенком фиолетового. Пусть ещё слишком короткие, но красивые чёрные волосы. Ну точно божество. Мать не выжила. Сильное послеродовое кровотечение. Дитя стало сиротой даже, не открыв нормально глаза. Но никто не мог его забрать, а потому было принято решение оставить его у подножия горы, где обитают даочжаны, может и заберут. Так и случилось. Мимо проходила женщина, в белых одеждах, даос. Она заметила ребёнка. – Ах.. кто же тебя оставил? М, малыш? Хорошо, что ребёнок спал, а иначе он бы уже такую истерику устроил. С тех пор он жил на горе, а имя ему Сяо Синчэнь. Все вокруг восхищались его внешностью, так ещё и учиться прекрасно! Только вот... вехтование ему давалось ужасно, но только в том случае, если тренировки проходили с мечом, а в остальном он был просто бесподобен! Вместе со своим Шиди он совершенствовался каждый день. Кстати о его Шиди! Сун Лань, Сун Цзичэнь, Чан Пин. Они всегда были вместе, а потому Даочжан Сяо его считал своим Шиди, а тот и против не был. Но в какой то момент они решили, что хотят исследовать этот мир, учиться и обучать, а потому спустились с горы, но было одно строгое правли которое гладила: Те, кто спустятся с горы, никогда не вернуться вновь. Но их это не пугало, до тех пор пока не объявился он. Сюэ Ян, что так и наровил отомстить Цзичэню за поступок его отца, а что он собственно такого сделал? Лишил его пальца, так ещё и обманул, его! Ребёнка! Как не стыдно! А потому, этот самый ребёнок поклялся отомстить всему его роду, чтобы неповадно было. Неслыханная наглость и жестокость! И вновь этот Сюэ. Ослепить моего Шиди, да как можно! Конечно я не мог просто так смотреть на страдающего друга, а потому нарушил запрет и отвёл его к горе и передал лекарям, а сам отдал ему свои глаза. Больше мы не виделись. Но не всё так ужасно. Вскоре я познакомился с двумя крайне язвительными особами, к которым успел за три года безумно привыкнуть, однако одна из них, А-Цин, тоже была слепой и ходила везде с тростью, а юноша, он не представлялся, да, верно вы не понимаете почему, я ни разу не поинтересовался его именем, но он сам не рассказывал, а значит, что это не важно, он вроде как был в порядке, А-Цин всегда его в чём то подозревала, но я просто не обращал на это внимание. Как оказалось, зря. Снова. Снова. Снова. Нет.. Помогите! – Спасти мир! Умираю со смеху! Да ты даже себя защитить не можешь! Предо мной был выставлен меч... Сун Ланя. –Цзичэнь?.. Скажи что-нибудь. Почему ты молчишь?! Со стороны слышался смех Сюэ Яна. – Почему ты молчишь?! - Сяо был уже на грани срыва, всё что происходило с ним, неужели правда?.. Верно вы спросите, а почему я не мог их успокоить, ведь я же Небожитель! А я вам отвечу. Я не знал об этом! Но когда я был уже твёрдо уверен в своих действиях, когда лезвие меча в моей руке уже пронзало горло, только тогда я всё осознал, мне не было страшно, наоборот я хотел этого, я не знал, что будет потом, но мне уже всё надоело, я всем всегда помогал, и даже одного бранного слова не произнёс, а со мной так обращаются, я устал! Не хочу ничего. Вот умру, и кто этим тварям помогать будет?! Да! Тварям! Всегда, абсолютно всегда, люди вели себя как твари последние! Последнее мгновение. Я лежу на земле в своей же крови. Ничего. Абсолютная пустота. Так выглядит конец? От моей растерзанной души не осталось ничего. Я не хочу возвращаться. Я ничто и меня больше нет и не будет Больше никогда!