Мороженка с ликером

С десяти до полудня в нашей кафешке был мертвый час. Все мамочки, которые перед школой/садиком/поликлиникой хотели угостить детей мороженым, уже разошлись, а послеполуденный наплыв первоклашек с их бабушками еще не начался. Наш мини-буфет, копирующий Баскин Роббинс, был довольно популярен в этом спальном районе, но сейчас, как я уже сказал, был мертвый час. Пустой зал и только за столиком у окна мрачно поедает вторую порцию мороженки горячий русый крепыш в футболке-безрукавке, с мощными забитыми татушками плечами. Я прятался за кофемашиной и протирал один и тот же стаканчик уж минут десять, в основном пялясь на перекаты этих мышц, когда крепыш отправлял в рот очередную ложку. Горячий парень приходил сюда вторую неделю кряду, всегда в одно и то же время, хмуро съедал сначала шоколадное, а потом малиновое с посыпкой, а я… ну, я пялился. На широкую переносицу, пухлые губы и родинку на левой щеке. Родинку хотелось попробовать на вкус. И губы эти тоже. И плечи. Один раз в вырезе майки я увидел шрамик под ключицей и запал на горячего брутала еще сильнее. Даже поменялся сменами с Иришкой, и плевать было, что приходилось приезжать к семи утра. Эти плечи и покатый бритый загривок того стоили. Парень доедал малиновую порцию и я грустно думал, что наше время вдвоем подходит к концу (я не думал, будто между нами что-то есть, я нормальный, просто… увлекаюсь и люблю красоту). Распечатал счет, положил перед парнем, вовсе пользуясь шансом глянуть поближе на чернильную птицу, заходящую крылом на мощную шею. Только на татушку смотрел, честно. Так и скажу, если он предъявит мне. Он посмотрел на счет, потом перевел на меня мрачный взгляд. — Принеси еще одну, — сказал тоном, которым в баре обычно просят налить еще шот, надеясь, что алкоголь излечит душевные раны. — Школадного? — пискнул я, кляня свой сорвавшийся от волнения голос. Парень задумался, потом махнул рукой, мол гулять так гулять. — Фисташкового. Вот скажи мне, — добавил он, а я резко затормозил и обернулся. Парень скорбно глядел в пространство. — Разве в отношениях так важен секс? — Э-э… — ответил я, потом присел напротив. Разговор становился все интереснее. — Думаю, да. — Дерьмо, — с чувством сказал парень и укоряюще глянул на меня, с намеком, что я мог бы и подыграть. — А как же любовь? Я долго смотрел на него. А потом велел: — Давай-ка за стойку. Подхватил пустую формочку из-под мороженого и уверенно направился к стойке. Парень сел за барный стул, я положил ему два шарика фисташкового. — Плеснуть тебе ликера в мороженое? Алкоголя у нас конечно не было, но у меня в рюкзаке была бутылочка, которую я купил в подарок для врача мамы. Ничего, куплю потом еще одну. — Ну что там с сексом и любовью? — спросил я, когда парень закинул сразу две ложки фисташкового с ликером. — Мы год встречались. Я ей все… любил ее. Наверное… Ну, нормально нам было, понимаешь? — Понимаю. Разумеется, проблема в девушке. — А раз нормально, необязательно же, ну… спать? Есть ведь и эти, асексуалы, да? — Ну, есть, — признал я. Неужели такой мужик не хочет секса? Прям совсем? — А ты такой? Парень насупился, отправил в рот одну за другой пару ложек, а я опять ненадолго залип на его губы. Просто умереть какие губы. — Не знаю, какой я, — пробурчал парень наконец. — Но чет с девчонками постоянно лажа, — добавил он совсем тихо, а я сделал стойку, будто терьер какой. Да я и был как терьер, тощий, мелкий и взъерошенный. — А что, только с девчонками пробовал? — небрежно спросил я, наливая в чашку с мороженым еще пятьдесят ликера. Парень хмуро глянул в ответ, воткнул ложку в мороженое. — Разок сходил в клуб, ну, ты понял какой, — едва слышно признался он, поскорей заедая слова алкогольным мороженым. — И что? — так же тихо отозвался я, склонившись ближе. — Стремные там все. Голубки эти. Ничего мы не стремные, подумал я, и некстати вспомнил анекдот про кладбище. — И что, ты завязал с сексом? — Я хз, — грустно ответил парень, облизал ложку и я бы подумал, что он издевается, если бы он не был таким наивным потерянным щеночком. — И тренер меня выгонит скоро. — Это еще почему? — сбился я с фантазий, как вместо ложки парень посасывает мой язык. И не только язык. — Много сладкого жру. Мы помолчали, а я кинул взгляд на часы. Через полчаса здесь станет людно, а малышня начнет перекрикивать друг друга. — Думаю, надо еще раз проверить, — храбро сказал я. — Насчет секса и парней. Знаешь, типа научный подход. Не зря же я потом в аспирантуру собирался, должна мне наука помочь хоть в чем-нибудь. Парень смерил меня слишком трезвым после двух алкошариков взглядом, а потом у него скулы заалели, резко и пламенно. — Че, здесь что ли, — смущенно сказал он. — В подсобке, — хрипловато ответил я. Парень огляделся, закусил губу (я чуть не кончился прямо там), а потом кивнул. У него был вкус мороженого. С ликером. Меня унесло сразу. Я жадно ощупывал его плечи, мы целовались, а парень приятно трогал меня теплыми шершавыми ладонями. И что ж, чисто физиологически с ним все было в порядке, судя по внушительному болту в его спортивках. Какой удобный элемент гардероба — спортивные штаны! Сдвинул вниз резинку, руку внутрь, и вот парень уже стонет мне в губы, а я взвешиваю в ладони тяжелый твердый ствол. Что-то сложнее взаимодрочки у нас бы в подсобке не получилось, хотя я и рассматривал несколько секунд вариант, что я сейчас мог бы встать на колени и показать, насколько мы, голубки, не стремные. А очень даже охрененные. Но парень приподнял меня, сжав задницу, втиснул в стену и все мысли сначала забуксовали, а потом расплавились к чертям. Понятия не имею, сколько мы обжимались. Я был занят тем, что задрал на нем майку до самого горла и губами изучал все линии татуировок (на торсе их было намного меньше, чем на руках) и проступающие под кожей мышцы. И тот шрамик под ключицей я тоже хорошенько обцеловал, потом вылизал, потом прикусил. Парню нравилось. Он шумно дышал и тискал мне задницу, а еще мы были все липкие ниже пупка. — Я Влад, — сказал парень, аккуратно поставил меня на пол и даже заботливо поправил на мне штаны. Меня растащило сразу. — Ринат. — Ага, знаю, — он кивнул на мой бейдж, а глупый стереотипный гей во мне заверещал, что Влад запомнил мое имя, ура. — Ты мне сразу понравился. — сказал Влад и я уже готов был верещать вслух. — Глаза красивые. Черные такие. И кожа. Я бы от него любой комплимент принял, но сейчас мне надо было прояснить наш статус, потом вернуться на работу, а потом уволиться и лечить свое разбитое сердце, когда Влад шарахнется от намека на вторую встречу. — Я хз, как это у вас делается, — сказал Влад, дернул на мне футболку нервно. — Пойдешь со мной на свидание?