Влюбленность

Школьная пора одна из самых захватывающих в жизни каждого человека. Ты уже почти все понимаешь, осознаешь себя, и из гадкого утёнка постепенно превращаешься в складного лебедя. Или ворона, как думал Серёжа. Ему нравится рисовать на уроках эту фигуру, полностью покрытую перьями, получается хорошо, рисует то он с натуры. Однако, постепенно, перья с тетради ушли, оставляя место для кого-то другого. Более значимого и важного, как думалось Сергею. Первая влюбленность, так назовет это любой взрослый, но Серёжа дать своим чувствам определение не мог. Он и так любит Олега, они вместе слишком давно, прошли через многое и уже который год дружат. Но это чувство было совершенно другим. Оно почему-то теплотой отзывалось в желудке, но никак не в сердце. Улыбка на губах напоминала странную, изогнутую линию, а глаза бегали в разные стороны, придумывая, что же сказать. Олег не обращал внимания на странности друга, не замечал этого и похлопывал парня по плечу, говоря, чем займётся сегодня и приглашая с собой. Играть в футбол до самого вечера? Тоже мне занятие, однако, Сергей соглашается. Он знает, что сам играть не будет, однако, сможет полюбоваться фигурой Волкова в шортах и майке. И он не один такой, на трибуны перед школой придут девчонки — новый фанклуб Волкова! А как на него не смотреть? Парень спортивный, симпатичный, ещё и закалённый, раз бегает в таком прикиде, когда снег ещё не до конца сошел, его фигура уже начала обретать силу и стать, в отличии от Серёжи, который, сколько бы не ел, оставался тощим, а от физкультуры бежал как от огня. Заставить его бегать вокруг поля тот ещё квест, который приходится проходить их физруку. —Олежа, будешь водичку? Она с лимоном, как ты любишь! — прощебетала одна из их одноклассниц. Вот делать ей нечего, кроме как на поле торчать, думал Сергей, а сам понимал, что идея принести Олегу воды весьма правильная. Как он не догадался? Олег подошёл, беря бутылку, залпом осушая ее наполовину, запрокинув голову. Серёжа с восторгом смотрит на это, фигура Волкова закрывает собой солнце от этого кажется, что оно само вырисовывает его силуэт. Отдав бутылку девчонкам, которые тут же начали о чем-то шептаться, Олег стянул шапку с друга, растрепал волосы Серёжи и вернул шапку на место, поправляя ее лучше прежнего, возвращаясь к игре. Мальчишка покраснел. Олег часто так делает, гладит его по голове, потому что знает, как Серёже это нравится. Недолюбленный мальчик сам признался в своей слабости и Олег, запомнив это, не переставал терроризировать рыжую копну волос. Утром, во время чистки зубов, на уроке, потянувшись к нему через всю парту, прося дать списать, вот сейчас. Все это раньше тянуло по спине мурашки, а сейчас заставляло краснеть щеки. В холод ещё и одежду на нем поправляет, потому что Серёжа очень сильно мёрзнет. Даже кровать свою у батареи уступил другу, лишь бы тому было теплее. Однако единственное, что дарило самый настоящий жар, это объятия Олега. Его всегда горячая кожа заставляла Серёжу плавиться от восторга. На четырнадцатое февраля у Олега всегда полно открыток. У Серёжи? Всего одна и та от Олега. После школы они обычно вместе едят шоколад, который подарили Волкову, потому что девчонки где-то вычитали, что его дарят человеку которого любят. Верит ли Олег в их чувства? Ни капли. Но шоколад вкусный, особенно когда ешь его с другом. Серёжа не рассказывает, что одна шоколадка как раз от него. Однако в этом году он ещё ни разу не притронулся к чужой сладости, лишь наблюдая за другом. Тот не сразу понял, что что-то не так. —Эй, ты совсем не ешь. Не нравится? — осторожно спросил Олег, кладя на язык квадратик шоколада. —Я не должен его есть. Это все твое. Это неправильно. —И в чем неправильность заключается? Ты мой сосед и друг, почему я не могу делиться с тобой шоколадом, которого у меня и так много? Серёжа пожал плечами, а потом выдал то, что надолго засело в памяти Олега. —Они дарят его тебе с любовью, а я не хочу отбирать ее у тебя... Мальчик подтянул ноги к груди, обнимая их, смотря куда-то в сторону. Олег задумчиво взглянул на открытую упаковку «Алёнки». Для него это всего лишь сладость, одна из тех, которые на праздники присылают спонсоры. Он не вкладывает в еду тот сакральный смысл, с которым ему ее дарят. А вот Серёжа видимо считает иначе. —Ты не отбираешь у меня любовь, да к тому же, какая же это любовь? Я их знать не знаю, они меня тоже. Им просто заняться нечем, вот и фантазируют себе. Сергей возмущённо нахмурился. —П-почему ты так думаешь? М-может ты им очень сильно нравишься и они правда испытывают к тебе эти чувства. Олег пожал плечами. —Это прихоть. Они сыты, у них есть дом и семья, им просто хочется страдать от неразделенной любви. Пускай так, мне от этого ни горячо, ни холодно. А вот конфеты, ты зря не ешь, очень вкусные. Вот как Олег относится к этому. Тогда Серёжа понял, что у тех девчонок нет шансов. Никаких. Как бы сильно они не бились в эту глухую стену. А у него самого? Что скажет Олег ему? Его чувства тоже прихоть? —Я вспомнил, что у меня есть кое-какие дела... Мне нужно идти. — глухо прошептал Сергей, а потом встал со своего места. Олег что-то сказал ему вслед, но Серёжа уже этого не слышал, полностью погружаясь в водоворот болезненных мыслей. Если они влюблены от сытости, то он испытывает эти чувства от голода? И что делать? Молчать больно, сказать ещё больнее. Оставшийся день Серёжа ходил как в воду опущенный, это заметили все, включая Олега. Он призадумался, уж не обидел ли кто его друга, пока он был занят? Детский дом — среда обитания настоящей дикости. Порой здесь царит злоба и жестокость, и ее не всегда успевают пресечь воспитатели. Когда Олег сюда попал, Серёжа уже был забитым, загнанным подростком. Олегу на кулаках пришлось объяснять, что трогать мальчика себе дороже. Олег поймал Сергея после ужина, к которому мальчик не притронулся, уводя в сторону. —Серый, что-то случилось? Тебя кто-то обидел? Говори. Серьезный тон, жёсткий взгляд, ещё и плечо рукой сжимает так, будто это сам Серый кого-то обидел. Но по другому просто не получается, парень слишком стеснителен, чтобы признаться в чем-то. Даже не столь серьезные толчки в бок или якобы случайные подзатыльники не воспринимались им, как агрессия. Он забавно морщил нос, прятал глаза в пол и вероятно чувствовал себя обиженным, но защитная реакция диктовала спустить все на самотёк. Олег популярно объяснил, что такие случайности не случайны и с первых дней показал зубы, нередко вступая в неравную драку. Потому сейчас его все уважали и почти никто не смел трогать Сергея, зная, что за это можно получить. —Нет, меня никто не обижал... У меня просто настроения нет. Серёжа спихнул с себя ладонь Олега, а тот положил ее ему на щеку, поворачивая к себе, проверяя говорит ли друг правду. —Почему? Сергей смущённо прикусывал губы, стараясь отвертеться от таких желанных прикосновений. Кто же так делает и влюбляет и отталкивает. —Т-тебя это не касается! Олег удивлённо отшатнулся. Обычно его касались все аспекты жизни друга, а тут у Сергея появились секреты? И давно? Он лихорадочно пытался понять когда же настрой друга поменялся и понял, что тот даже не присутствовал на последней игре, не давал себя трогать на последней контрольной, первый, не дожидаясь просьбы, протянул написанную на коленке шпору и дальше занимался своими делами. Ещё и конфеты есть не стал, хотя сладости обожает. Осознание молнией прошибло тело Олега и тут смущённо схватил парня за руку. —Т-ты не подумай, что я гей! П-просто ты мой самый, самый лучший друг! Я... Я постараюсь не хватать тебя... Это из-за девчонок да? Кто-то из них тебе нравится? Ну хочешь, я буду ее игнорировать, вот совсем совсем! Скажи кто и я помогу! Эй, мы ведь можем дружить как раньше? Серёжа удивлённо вытаращил глаза, а потом неожиданно для Олега захныкал. Слишком много эмоций не умещались в этом маленьком теле, он не знал, плакать ему или смеяться от иронии ситуации, грызть ногти или прокусывать губы, дабы притупить этот нелепый поток чувств. Он сполз по стенке, обнял руками тощие коленки и окончательно расплакался. Олег в ужасе. Что делать он не знает, бросить парня одного в коридоре и позвать воспитателя? Скорее всего скажет прекратить портить климат в коридоре и отправит рыдать в свою комнату. А там другие ребята, которые не слишком то сильно уважают слезы Серёжи. Олег принял решение вытащить Сережу на улицу. Схватив его за руку, мальчик вытолкал его на свежий воздух, увел в самое неприметное место и позволил осесть снова, а сам, неожиданно для Серёжи, закурил. Прохиндей успел где-то найти сигареты и теперь баловался ими. —Т-ты давно куришь? — пораженно спросил Серёжа, забывая про слёзы. —Нет. Так. Временами. Когда нервничаю. Ты как себя чувствуешь? — Серёжа хотел было сам протянуть руку к сигарете, ему явно нужно успокоиться, а раз это помогает... Но Олег ловко перехватил его руку, — Неа, тебе нельзя. Говори, пожалуйста. Сергей до боли сжал ладонь друга, а потом сделал шаг в пропасть. Ткнулся в губы Олега самым нелепейшим образом, красноречиво говоря о своем поведении. Олег замер, поцелуй оказался совсем неумелым, шабаш мыслей танцевал в голове, пазл складывался в цельную картину и он выдохнул. Так вот оно что. Серёжа наконец отступил, устремляя взор раненной лани на Олега. Тот молчал, продолжив курить. Серёжа хотел было встать и уйти, но крепкая рука друга удержала его на месте, пока Олег не докурил. —Серый, я так ничего не понимаю. Ты говорить умеешь? Серёжа всхлипнул, вот и романтический подход провалился. Однако Олег не сбежал первым, не обозвал его грязными словами, а остался, пытаясь выяснить и понять все правильно. —О... Олег. Я тебя люблю. Правда-правда! Я ничего не выдумал! —Серый, я это и так знаю. А ведёшь то себя так почему? Серёжа вытер рукавами слезы, возвращая себе менее несчастный вид. —Я не понимаю. Я ведь тебе ничего не говорил. И... Тебя это не раздражает? Т-ты сам сказал, что не гей... И как ты понял? Олег пожал плечами, любовь Сергея он чувствовал всеми фибрами души, а потому понимал, что девчонки из школы в нем просто заинтересованы, но их чувства не так глбоки. —Просто ты ведёшь себя не так как мои друзья со школы, вот я и подумал... Вероятно догадка оказалась верной. А на счёт гейства... Так я что угодно готов был сказать, лишь бы ты продолжил со мной общаться. Серёжа задумался и вздохнул. —Сказать? А ты... —Не знаю. Мне все нравятся, и девочки и парни. И ты. Услышав это Серёжа покраснел, отворачиваясь. Олег улыбнулся. Теперь все было ясно. Он хотел было встать, чтобы позвать Серёжу обратно, но тот неожиданно схватился за его руку, до боли сжимая ладонь. —А... А мы ведь можем держаться за руки? Хотя бы когда никто не видит? Можно? Олег улыбнулся, ну как тут усомниться в искренности друга? —Конечно!