Экзорцизм

Куроюши сидел на лавочке в парке, его взгляд был полон смятения и тревоги. Он пытался задать вопросы мужчине, который стоял перед ним, но Кирейсору Тенсей прервал его. "Не задавай вопросов, Коджи," — сказал Кирейсору, употребляя его имя так, будто они были старыми знакомыми, — "Расскажи мне о своих родителях." Куроюши замер. Я… не видел свою мать с пяти лет, — начал он, его голос дрожал, — а отец сейчас в больнице под капельницей. Что с ним случилось — я не знаю. Даже врачи не уверены… Он вздохнул, глядя в пустоту: "Я уже не надеюсь на его спасение. Привык жить один. Харуто… он часто заходил ко мне. Иногда даже ночевал". Куроюши вдруг остановился и посмотрел на Кирейсору. "Что ты сделал с Харуто? Где он сейчас?" Кирейсору взглянул на него с непроницаемым выражением лица: "Я изменил его воспоминания. Теперь он думает, что тебе пришлось убежать по делам. Ты можешь не волноваться за него". Куроюши попытался встать, но Кирейсору крепко держал его за плечо. "Нам нужно посетить больницу, в которой лежит твой отец. Там мы найдём ответы". ——— Кирейсору и Коджи спустились в метро. По дороге в больницу, Куроюши, все еще охваченный смятением, решился спросить, что же произошло на самом деле: "Кирейсору-сан, что это было? Телепортация? Изменение воспоминаний?" — его голос дрожал от неуверенности. Кирейсору остановился и посмотрел на Коджи, его взгляд был проницательным: "Скрывать это от тебя бесполезно, Коджи. Да, это всё магия, а я — маг, или чародей, или шаман, или волшебник. Но официально мы называем себя экзорцистами," — его голос был спокойным, но в нем чувствовалась некоторая гордость. —Экзорцисты? — Куроюши повторил слово, пытаясь понять его значение. —Да, ты же знаешь истории о разных злых духах, ну там, Кутисакэ-онна? — продолжил Кирейсору. —Ёкаи, — медленно произнёс Куроюши. Кирейсору улыбнулся, погладив его по голове. —Ты быстро учишься, Коджи. "Мы, экзорцисты, занимаемся уничтожением и изгнанием ёкаев, чтобы они не натворили чего-нибудь плохого. Раньше экзорцизм был повсеместной практикой, но теперь это приходится скрывать. Если о магах узнает правительство, то они станут использоваться в политических целях," — объяснил Кирейсору. Куроюши слушал его, не в силах закрыть рот от удивления. " В общем, ты узнаешь намного больше, когда поступишь в свою будущую школу", — сказал Кирейсору, ведя Коджи к выходу из вагона метро. "Следующая станция — наша. Не будем медлить". ——— Кирейсору и Куроюши стояли напротив двери палаты, за которой лежал отец Коджи. "Как его зовут?" — спросил Кирейсору. "Куроюши Рюгава", — ответил Коджи, его голос едва слышен. Кирейсору почувствовал из палаты то же давящее ощущение, что и в лапшичной. Он вздохнул, настороженно войдя внутрь. Взглянув на лежащего мужчину, он понял, что проклятие, проявившееся в Коджи, слишком долго воздействовало на его отца. "Сколько он уже в таком состоянии?" — тихо спросил Кирейсору. "Три месяца и двенадцать дней", — Коджи смотрел на отца с грустью в глазах, — "Если вы что-то поняли, Кирейсору-сан, пожалуйста, не говорите". Кирейсору кивнул, уважая его желание. Они стояли в молчании, каждый погруженный в свои мысли. Кирейсору у двери, Коджи у койки отца. Внезапно тишину разрезал высокий писк медицинских приборов. Коджи замер в оцепенении, в палату забежали врачи, начав борьбу за жизнь Куроюши Рюгавы. В этом хаосе Коджи казалось, что отец на мгновение открыл свой, почему-то красный, глаз. Минута тянулась вечность. Врач, вздохнув, обернулся к часам на стене и, глядя на мужчину в койке, объявил: Время смерти 17:42.