Летние посиделки - Скрытая территория

      …       …?       Солнце вновь поднималось над горизонтом. Вокруг сиял ничем не примечательный пляж, если не учитывать плавающие остатки разбитого плота, которые дрейфовали от одной волны к другой.       На берегу без сознания лежала девушка с короткими жёлтыми волосами, пережившая эту непростую ночь. Кашляя и давясь солёной водой, Лина приходит в себя, сразу же трогая себя и удивляясь, что всё ещё жива. Некогда яркие цвета её разорванной одежды теперь потускнели от воздействия непогоды. Её глаза дотошно изучают местность в поисках Атено или возможную помощь.       Не видя ни того, ни другого, она впадает в отчаяние, обхватив себя руками в поисках утешения.       «Ёбана рот… Что это всё значит?» — в состоянии шока и неверия она вновь оглядывает пляж, не зная куда идти и что делать дальше.       Всё, что ей нужно — помощь, и нужна она как можно скорее, прежде чем жизненные силы полностью оставят девушку наедине с собой. Покрутив головой по песку, на котором та лежит, Лина обнаруживает, что её рука серьёзно ранена, внутренняя плоть насквозь видна через широкую рану. Боль распространяется по всему телу, делая каждое движение заполненным агонией.       Изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, она оценивает своё положение: очень далеко от любой помощи, не может двигаться и теряет кровь. Смирение нависает над ней, как тёмная туча, а её глаза наполняются слезами, когда она предвкушает медленную и мучительную смерть среди этого пустынного ландшафта.       — Проделать такой путь и сдохнуть уже пережив всё самое страшное… — возмутилась Лина про себя, ели выговорив скрипя зубами от боли.       Слёзы текут по её лицу, пока та беспомощно лежит. К ней пришло осознание того, что она не может позвать на помощь из-за повреждённых голосовых связок. Отчаяние сжимает её изнутри, а мысль о том, что она умрёт в одиночестве и незамеченной, вызывает дрожь по спине.       И всё же, какой бы мрачной ни казалась её ситуация, внутри неё всё ещё горит искра неповиновения. Она без боя не сдастся.       Перекатившись на бок, девушка подтягивает ноги к груди, защищая травмированную руку как сможет. Остаётся только ждать — спасения, смерти, или любой другой судьбы, которая в конечном итоге может забрать её с собой.       Когда её настигает истощение, Лина снова теряет сознание, а её глаза закрываются против воли. В полуобморочном состоянии она клянётся, что ощущает, как руки подхватывают её и уносят прочь от ужасной сцены, разыгравшийся на берегу моря. Странное чувство умиротворения охватывают девушку, несмотря на ужасные жуткие воспоминания и нынешнее положение.       Принадлежат ли эти руки друзьям, врагам, или просто падальщикам, не имеет значения; всё, чего она желает, — это покоя и бегства от страданий, ставших её реальностью.       Постепенный мир угасает, на смену приходят тьма и кромешная тишина — наконец-то потребовалось утешение забвения.

***

      Открыв глаза в незнакомой обстановке, Лина пытается сориентироваться. Когда в центре внимания оказывается её окружение — причудливый древесный дом, наполненный деревенским шармом и шумными туристами, — она расслабляется, благодаря за шанс найти убежище.       Осторожно наблюдая за двумя девушками в соседней комнате, она записывает в голове подробности их внешности и действий для дальнейшего использования. Её характер тут же срабатывает, подталкивая её сразу же завязать разговор или раскрыть свою личность, она сдерживается, осознавая ценность того, чтобы сперва слиться с толпой и оценить ситуацию.       Решив сохранить хладнокровие и собирать как можно больше информации, прежде чем сделать резкие шаги, Лина внимательно изучает планировку комнаты и её обитателей. Две девушки, кажется, поглощены своими делами, что даст ей широкие возможности наблюдать и не привлекать внимания к себе. Одна из незнакомых сидит на полу и тщательно наносит макияж на лицо и напевает весёлую мелодию. Другая — стоит возле окна, оживлённо разговаривают на телефону, время от времени хихикая на тем, что слышит от собеседника.       Лина терпеливо ожидала идеального момента, чтобы представиться и узнать больше об этом загадочном месте, в котором она оказалась.       Одна из незнакомых девушек заметила неспящую Лину, что заставило подойти поближе. В глазах она читала неподдельный интерес. Новые знакомства — это всегда интрига.       Когда незнакомка приблизилась, Лина пыталась сохранить непринуждённый вид, спокойно лежав на боку, а её взгляд беспечно блуждал по комнате. Чтоб немного разрядить обстановку, она неловко улыбается, надеясь, что её попытка дружеской светской беседы увенчается успехом.       — Эм… Привет, я Лина. Как тебя зовут?       После всего, через что ей пришлось пройти, последнее, что нужно — враждебность и нежелательное внимание. Сейчас она слишком слаба, чтоб дать отпор.       Незнакомка представляет красивым именем Элизабет, давая Лине возможность быстрее и точнее её называть, вместо общих «девчонка» и «эй, ты, полторашка». Принимая во внимание её осторожное поведение и намёк на беспокойство в голосе, Лина решает вовлечь её дальше, играя на общем опыте.       — Я вижу в комнате рядом с тобой бинты, — сказала Лина, чувствуя, как её голосовые связки восстанавливаются при отсутствии солёной воды. Её глубокая рана туго перевязана бинтами, что обрадовало девушку, — Думаю, у нас есть небольшая общаяя история. Ах, да, хочешь рассказать мне, что это за место вообще? И как ты вообще узнала, где я нахожусь?!       Лина с любопытством наклоняет голову, сверкая слабой улыбкой и продолжая тонкий допрос.       — Мы с Элиной нашли тебя на берегу моря, тебя будто волшебство создало! Мы подумали, что было бы неплохо приютить невинную девушку, и принесли тебя сюда. — быстро скороговоркой ответила Элизабет, словно выучила ответ заранее и прочла как по приказу.       Внимательно слушая Эли, спасённая девушка кивнула ей. Вероятно, что Элина — вторая обитательница лагеря, которая здесь находится. Откровение от Элизабет приносит смесь облегчения и настороженности; быть принятыми незнакомцами может показаться опасностью, но это таке обеспечивает ей столь необходимую безопасность и заботу.       Решив пока довериться девочкам, Лина перелезла в сидячее положение и слегка наклонилась вперёд, выражая искринюю благодарность.       — Ух ты, ребята, огромное вам спасибо. Вы реально спасли мне жизнь. Жаль только, что я вклиниваюсь в ваше пространство, но, я если что, отплачу за доброту любым способом! — улыбнулась Лина, игнорируя свой характер, который вынуждал съязвить и пошутить над тонким голосом Элизабет.       — А кто ты? Что с тобой приключилось? — взволнованно спросила Элизабет, одновременно предлагая Лине попить воды и печенья.       Тарелка с кружкой на ней стояли прямо у затылка Лины на столика, от чего она сразу из не заметила. На предложение она просто молча кивнула. От такого уж Лина не откажется ни в коем случае.       С благодарностью принимая предложенные угощения, Лина делает несколько глотков воды, прежде чем ответить на вопросы Элизабет.       Пока Элизабет вежливо пытается клешнями вытащить больше информации, Лина с благодарностью принимает угощение, делая ещё несколько больших глотков, чтобы утолить жажду. Покусывая печенье, она в общих чертах рассказывает свою душераздирающую историю, упуская конкретные подробности своего участия в музыкальной индустрии и своих жестоких столкновений.       Вместо этого она изображает себя молодой женщиной, которая ищет перерыва и шанса на славу. Эта очищенная версия событий подчеркивает ее уязвимость и потребность в поддержке, избегая при этом потенциальных ловушек.       — Ну, по сути, я просто борющийся артист, пытающийся добиться успеха в музыкальной индустрии. Это плохо кончилось… И вот, когда мне нужна была помощь, меня все бросили одну, на одиноком пляже, а я ушла к реке, где решила прокатиться на плоту… Каким-то образом я оказалась здесь, не имея ни шиша, кроме одежды и почти оборванных воспоминаний.       В комнате стояла кромешная тишина, никто не знал что сказать, пока Элизабет не подняла в руку платок.       — Это очень… грустно, — грустно ответила Елизавета, высмаркиваясь в салфетку.       Но у Элины имелось более строгое мнение. Выходя из соседней комнаты, та ворвалась в разговор       — Она, скорее всего, просто связалась с плохой компанией…       Чувствуя смесь сочувствия и защиты от реакции Элизабет, Лина тихо вздыхает, отмахиваясь от комментария Элины пренебрежительным взмахом руки.       — Ой, да что ты говоришь! Бывает такое. Музыкальная индустрия порой может быть жесткой. Впрочем, хватит обо мне… Расскажите мне больше об этом месте и людях здесь. Это ощущение отличается от того, где я была где-либо ещё…       Меняя тему, Лина пыталась создать более позитивную атмосферу, надеясь установить контакт с этими новыми знакомыми.       — Скоро всё узнаешь сама. Люди, которые сюда попадают, никогда не покидают это местечко. Таково… проклятие, как я это называю. — холодно ответила Элина.       Лина не понимала что та имеет ввиду, в качестве ответа лишь молча подняла бровь. Столкнувшись с растерянным взглядом Элизабет, она перевела взгляд на деревянные стены комнаты, отглаженные до идеала.       — Я буду надеяться, чтоб это лишь легенда, и вы так пытаетесь удержать меня здесь. Происходили ведь и более странные вещи, да? Да? — Лина продолжает себя вести оптимистично и беззаботно, маскируя скрытый страх, который резонирует внутри неё.       Несмотря на неопределённое будущее, Лина не позволяет отчаянию овладеть ею. Даже если придётся адаптироваться к странным обстоятельствам, в которых она оказалась.       — Все вы так говорите, люди, которых сюда заносит из моря Найлен Энн. В конце концов, ты останешься здесь как удобрение, потому-что никакой пользы лагерю ты не приносишь, — холодно ответила Элина.       Потрясённая горькими словами Элины, Лина слегка отшатывается, оптимизм угасает под тяжестью цинизма девушки. Впервые с момента прибытия в это странное место, она начинает сомневаться, правда ли та в безопасности среди этих людей.       Но вместо того, чтобы отступить или выйти из себя, понимая, что от этих людей можно ожидать любого действия, Лина предпочла реагировать спокойно и настойчиво, решив защитить своё достоинство.       — Она просто хочет проверить, можешь ли ты быть хорошим членом лагеря, ведь раньше люди тоже оказывались в такой же ситуации, как и ты. Их судьба заканчивалась трагично… Ах, как твоя рука? Не сильно болит?       Услышав беспокойство Элизабет о её руке, Лина быстро осматривает рану, слегка поморщиваясь от остаточной боли. Понимая, что рука ещё не полностью зажила, она кивает в знак согласия, когда Элизабет предлагает не горячиться на Элину.       — Всё ещё неприятно в руке, но это не критично. Я всё же благодарю вас обоих за ваш поступок.       Она выдавливает из себя тёплую улыбку и избегает прямого конфликта. Сейчас лучше послушаться тех, кто здесь прожил больше времени, иначе это может плохо кончиться. Вместо конфликтов, Лина решила сосредоточиться на наведении мостов, а не выяснения отношений. Выражение её лица отражает искреннюю благодарность и стремление внести свой вклад в сообщество, скрывая любое скрытое негодование или недоверие.       — Если хочешь, я могу тебе показать тебе лагерь. Тебе понравиться, я уверена! — улыбнулась Элизабет, сложив ладони в знак надежды.       Воодушевившись предложением, Лина нетерпеливо ухмыляется, предвкушая возможность исследовать новое окружение и узнать больше о лагере и его обитателях.       — Круто звучит. Я не против увидеть лагерь за пределами этих стен. Когда вы вдвоём освободитесь, то дайте мне знать.