Капусточка

- Капусточка моя…. Сладкая… Капусточка… Моя… - Тэ, ну хватит! Отпусти меня! - Ну, ты такой сладкий. Как я могу отпустить тебя, капусточка моя? Иди ко мне… Сладкая капусточка… - Редиска, блин. Отпусти, Тэ! С горьким вздохом Тэхен все же разжал свои объятия, выпуская Гуки, с которого уже тек градом пот из-за горячего тела его альфы, что окружил его во сне со всех сторон и не давал выбраться наружу. - Ну куда ты, капусточка моя? Бросаешь меня? Его голос был таким жалким, что Гуку тут же захотелось развернуться и нырнуть в объятия альфы, у которого внезапно начался предгон. Состояние Тэхена в такой момент могло быть совершенно разным. Он мог злиться, мог ревновать, а мог и вести себя как сегодня – подобно омеге, прося объятия и превращаясь в очень тактильного альфу. - Я сейчас вернусь, - проговорил Гук. – Надо позвонить твоим родителям и предупредить, что нас не будет в компании пару дней. - Ты – злой омега, - проворчал Тэ, его голос был глух и еле слышен из-за того, что альфа уткнулся в подушку своего истинного, вдыхая невероятный запах тушеной капусты. Сладкой и очень вкусной. Ему так и хотелось съесть своего Гуки, который покинул их спальню, унося с собой источник аромата. Сейчас у Тэхена тот период, который требует особого внимания. Он хочет обнимать и целовать своего омегу, завалившись в гнездо, которое пропахнет ими двумя. А потом настанет гон, когда возбуждение станет первой потребностью, но это уже потом, а сейчас ему хочется своего истинного обратно в кровать и обнимашек. Гука не было всего пару минут, но за это время Тэ так сильно огорчился отсутствием омеги, что в уголках глаз скопились слезы. - Капусточка... – В очередной раз всхлипнул альфа, уткнувшись в подушку носом. – Капусточка… Омега не в первый раз видел своего истинного таким разбитым. Он был единственный, кому удавалось увидеть альфу в таком состоянии. Плачущего от недостатка тактильности и любимого запаха тушеной капусты. Чонгук имел очень необычный запах тушеной капусты, которые в детском возрасте ненавидели все дети, кроме Тэхена, который с огромным удовольствие съедал свою порцию и порции других. С ранних лет Гук стыдился своего запаха и прятал его за различными блокирующими средствами, пока он не встретил своего истинного – Тэхена. Тогда ему было страшно раскрывать свой истинный запах. Он боялся, что альфе тот не понравится и его оставят одного. Но какого же было его удивление, когда Тэ лишь вдохнул невероятный аромат, закружил омегу в своих объятиях и дал ему прозвище «капусточка», которое сохранилось на протяжении уже трех лет их совместной жизни. - Тэээ… - Позвал его Гук и присел на край кровати. – Я здесь, иди ко мне. А в следующую секунду его прижали к горячему телу. Лицом альфа уткнулся в запаховую железу омеги на шее, вдыхая запах капусты, как настоящий наркоман. - Капусточка… - Удовлетворенно произнес альфа и больше не выпускал своего омегу из объятий. *** Предгон Тэхена длился около суток, в течение которых парочка не вылезала из кровати, наслаждаясь обществом друг друга. Тэхен впервые вел себя так, прося ласки и нежностей от Чонгука, который не скупился и отдавал все, что только его альфа требовал. Они как будто поменялись местами, ведь ранее лишь Гуки вел себя так, требуя прикосновений и поцелуев, когда предтечка настигала его. А сейчас он чувствовал себя альфой, что должен позаботиться о своем омеге, побыть рядом с ним и выполнить каждую его прихоть. Сейчас Гук сидел на кровати, облокотившись на кучу, сваленных позади него, подушек, а Тэхен лежал на его коленах, уткнувшись ему в живот и выводя замысловатые узоры на его голом животе. - Когда-нибудь здесь будет расти наш с тобой малыш. - Какой малыш, Тэ? Мы сами еще дети. Только-только универ закончили. - Ну, когда-нибудь. Ты же хочешь детей? - Даже приподнял голову альфа, напряжённо ожидая ответа на свой вопрос. - Конечно, - омега зарылся пальчиками в волосы альфы, перебирая прядки. Он и правда хотел детей от своего альфы. И не одного желательно. - Беременным ты будешь прекрасен. Кругленький, переваливающийся с одной ноги на другую, как маленький пингвиненок. От представшей в голове картинки беременного Гуки, альфа тихо, но протяжно застонал и вжался носом в живот омеги, обнимая руками за талию. - Капусточка моя… - Послышалось приглушенно. – Капусточка, как же сильно я тебя люблю. Бедром Гук внезапно почувствовал, усиливающиеся возбуждение Тэхена. Его член наливался кровью, становясь твердым и мокрым от предэякулята, что сочился из покрасневшей головки - Тэ! – Позвал он альфу. – А Тэ? - Ммммм…? - Гон начался? – Поинтересовался омега, начиная улавливать потяжелевший аромат вишни своего альфы. - Угу, - пробормотали ему в живот, так и не распустив объятия. – Но давай еще немного полежим. Мне так хорошо, – просопел альфа - Конечно, любимый. *** - Гук, пожалуйста… Да, Гук… Еще немного…. Капусточка, давай…. Аааааа… Громкий протяжный стон, почти крик, разнесся по всей спальне, оглушая омегу, что в который раз доводил своего альфу до оргазма. Гуки сидел у того на ногах и ласкал двумя руками вставший орган, который и не думал опускаться после десяти часов активного секса. Тело омеги болело, в анусе неприятно зудело, а кожа была покрыта потом и их смешенными жидкостями: смазка, сперма и слюни. Его уже несколько раз облизали и покусали, отчего тело немного болело. А Тэхен хотел еще и еще. Он не мог остановиться, прерваться даже на пару часов. Ему хотелось съесть своего омегу, раствориться в нем. Никогда ранее с ним такого не было. На мгновение Тэхен даже испугался своих мыслей и поползновений в сторону Чонгука, но сделать ничего не мог. Он слишком сильно хотел своего омегу, который пах так сладко и вкусно. Узел! Он хотел узел со своим омегой. Прямо сейчас! Не успел Гук отдышаться после минета, что довел альфу до очередного оргазма, как он был повален на спину, а сверху приземлилось тяжелое и твердое тело. - Тэ, ты чего? – Ошеломленно спросил он, чувствуя, как воздух вокруг них сгущается из-за обильных феромонов Тэхена. Он забился в нос, вызывая новую порцию возбуждения и смазки, что стекала по его анусу и бедрам, пачкая в который раз кровать. - Я хочу узел, капусточка! Прямо сейчас! Одновременно с последними словами он накрыл губами губы омеги и резко вошел в растраханную дырочку. У омеги от сильных ощущений закатились глаза, его выгнуло на кровати, а с губ слетел громкий крик, что был поглощен поцелуем. Больше между ними не было слов, лишь крики, что альфа выбивал из омеги, жестко трахая его и подводя обоих к оргазму. Еще немного, еще чуть-чуть… - Гук, кончай… – Прошептал альфы в губы омеги, кусая того за шею и ставя очередную метку, чтобы все знали, кому он принадлежит. - Не могу… В Чонгуке ничего не осталось. Ему буквально нечем было кончать, хоть и хотелось очень сильно. - Не могу, - хныкнул он и выгнулся в спине, когда головка альфы прошлась прямо по простате. - Можешь, - уверенно прошептал Тэхен и накрыл красную головку миниатюрного омежьего члена. – Ты можешь. Альфа ускорился, вбиваясь в любимое тело под определенным углом, отчего член проходил прямо по простате. А его рука ласкала член Гука, который дрожал и извивался под ним. Ощущений было слишком много. Чувствительное тело отзывалось наслаждением, граничащим с болью. И вот момент настал. - Кончай, капусточка. Кончай. Крик омеги оглушил альфу, который резко вошел в горячее тело омеги, замирая и чувствуя, как узел увеличивается, связывая их воедино на некоторое время. Сухой оргазм был для омеги в новинку. Он никогда ранее не испытывал таких острых чувств, когда кончать нечем, но оргазм наступает. - Хочу еще, -внезапно сказал альфа, который все это время наблюдал за лицом Гука, который растекся от блаженства на постели под ним. – Хочу еще, капусточка. - Тээээ…. Громкий стон, умоляющий остановиться, пронесся по комнате, но альфа не услышал его, просто проигнорировал. Он был одержим. Ему хотелось еще раз увидеть своего омегу, который бьется в судорогах оргазма и закатывает глаза. Узел мешал двигаться на полной. Но резкие поступательные движения - буквально на пару сантиметров, не более. И вот головка аккурат бьет по простате, заставляя омегу просто дрожать, плакать и непрерывно стонать. Оргазм накрыл его снова. Последний за этот день. Он был такой силы, что эмоций не хватило. Немой крик и закатывающиеся глаза - омега потерял сознание от наслаждения. И это именно то, чего желал Тэхен и его внутренний альфа. Он наблюдал за своей капусточкой, которая медленно приходила в себя, нависнув над ним и чувствуя, как сперма наполняет мягкий животик Гука, заставляя его немного выпирать, как при беременности на первых месяцах. Тэхен смотрел и понимал, что скоро у него появиться новый фетиш. - Я люблю тебя, капусточка, - произнес альфа, смотря в расслабленное лицо омеги. - И я тебя, Тэ. Через некоторое время узел внутри омеги спал, но альфа не спешил вытаскивать из него член. Он потянулся за анальной пробкой, что была припасена на этот гон у него. Тэхен не хотел, чтобы сперма покинула тело Гука и животик спал. Он хотел видеть картинку своего нового фетиша. Он хотел, чтобы у них появился маленький альфочка или омежка. Кто угодно лишь бы от его капусточки. Аккуратно введя пробку, он притянул омегу в свои объятия, и они уснули крепким сном. Последние сутки выбили из них много сил и энергии. - Люблю тебя, - произнес омега, засыпая. - Капусточка моя… - До боли в костях прижал к себе омегу, укрывая от всего мира. *** Спустя гон, который продлился трое суток, прошел целый месяц. Тэхен и Чонгук погрузились в работу, целые дни проводили в офисе, готовясь через несколько лет принять компанию родителей Тэ. Они заключали сделки, проверяли отчеты – были так погружены в работу, что приезжали домой почти ночью и сразу же ложились спать. Но они все делали вместе, хотя ранее такого не было. После гона Тэхен перестал отпускать омегу от себя далее, чем на десять метров. Если тот куда-то уходил, он следовал за ним по пятам, преследуя и вдыхая запах тушеной капусты, как наркоман, зависимый от наркотиков. - Тэ, ну может хватит, - в какой-то момент возмутился Гук. – Ты целый день за мной ходишь и не сводишь глаз. Скоро дырку протрешь. Буду дырявый ходить. - Не могу, капусточка, - Тэ и сам не знал, почему так ведет себя. – Ты такой красивый и офигенно пахнешь, что без тебя становится очень грустно. Не хочу упускать тебя из вида. Это был их первый и последний разговор, а потом оба привыкли, как и работники в компании. Им стало легче находить того или иного начальника. Где один, там и другой. И никак иначе. А еще у Гука поменялся запах. Тэхен не мог объяснить, как, но он отчетливо слышал в аромате омеги нотки ромашки. Вот только он всё списал на новый парфюм Чонгука, который ему подарили родители на прошлый семейный праздник. Глупый, глупый Тэхен. Он всегда был тугодумом, а сейчас уж подавно. Находясь в зависимости от своего омеги, он не мог и дня без него прожить. Все время о нем думал и вдыхал его запах. Тушеная капуста – его наркотик. Он давно это понял, но сейчас зависимость стала сильнее себя проявлять. Как будто что-то подталкивало его быть ближе к омеге, хотеть его касаться, обнимать и целовать. Кажется, он сходит с ума. А может и правда. Он помешался на своем омеге. Надо это прекращать. Через пару недель такого вот существования, которое заключалось в постоянном преследовании омеги, Тэхен понял, что надо взять себя и руки, а то отец и папа во всю посмеиваются над ним, а работники умиляются его поведению. Так нельзя. Он будущий генеральный директор этой фирмы. Он должен держать лицо перед всеми, за исключением родных. И вот он перестал по всюду преследовать своего омегу. Гуки сначала это воспринял спокойно, поняв, что альфа наконец-то отошел от последствий своего гона. Вот только для него это стало большой проблемой. Хоть Гуки и ворчал на своего альфу за то, что тот его постоянно преследует и не отходит, следуя по пятам. Но и сам наслаждался постоянным присутствием Тэхена, которое успокаивало его и дарило некую защиту от всего мира. Но как только альфа перестал его преследовать, то и защита пропала. Гуки через пару дней начал замечать, что постоянно волнуется о чем-то, находясь вдали от альфы. Порой его накрывало желание прикоснуться к своему альфе, иногда даже до слез, но он брал себя в руки и продолжал работать. В таком темпе прошло пару дней, а потом Гука накрыло окончательно. В тот день у Тэхена была важная встреча вне офиса. Он уехал почти с самого утра, оставив Гука одного разгребать бумаги в его кабинете. Омега разложился на огромном столе, который Тэхен сделал себе на заказ, бумаг была целая куча. Он чуть ли не с головой погрузился в них и даже не заметил, как прошло два часа, а потом его резко накрыло возбуждение. Член так резко окреп, что головка врезалась в ширинку, отчего легкие искры боли разлились по всему телу омеги. Сквозь стиснутые зубы от зашипел и сдавленно проскулил, ощущая, как смазка вытекала обильными порциями из заднего прохода, пачкая не только его брюки, но и кожаный стул альфы. Ему нужен был Тэхен. Прямо сейчас. Но он был на важных переговорах, которые могли затянуться до самого вечера. От этой мысли омега жалобно запищал и уронил голову на сложенные на столе руки. Работать больше он бы просто не смог. Возбуждение затмевало разум. Хотелось прикосновений к своему чувствительному телу, а особенно к члену, что был сжат узкими брюкам до слабой боли. И почему он надел их именно сегодня, хотя ранее предпочитал свободные фасоны. Это настоящая пытка. Тихие стоны срывались с его губ. Насыщенный запах тушеной капусты пропитывал все вокруг. А под его задницей уже набралась целая лужа смазки. Где ты, альфа? Где? Ты мне нужен! Омега мысленно звал своего Тэхена, пытаясь ускорить переговоры. И почему его накрыло именно сейчас? Именно в этот момент, когда не было рядом альфы? Ранее с ним такого никогда не было. Что, черт возьми, творится с его организмом в последнее время? Чертовщина какая-то… Чтобы хоть как-то уменьшить давление от брюк, омега трясущимися от возбуждения руками расстегнул брюки и немного их спустил. Член резко вырвался на свободу, смазка так и стекала по головке, пачкая брюки омеги спереди. Небольшая прохлада, коснувшаяся чувствительного сейчас органа, немного успокоила возбуждение, вот только горячий узел наслаждения скопился внизу живота, увеличивая потребность омеги в сексе. Ему хотелось своего альфу. Прямо здесь и сейчас. От нетерпения Гуки громко застонал, не боясь, что его кто-то услышит. Сейчас ему было наплевать. Потребность в сексе была такой сильной, что было наплевать на все, кроме себя. Ладонью он накрыл головку, что была очень скользкой от смазки и принялся медленно надрачивать. От первого прикосновения он сильно выгнулся в пояснице, падая на спинку стула и расставляя ноги шире, чтобы было удобнее. Ему было все равно на его позу. На то, как он выглядел со стороны. И лишь стоны срывались с его губ, спина выгибалась, а бедра нетерпеливо дергались вверх, стараясь быстрее получить долгожданный оргазм. Но без своего альфы Гуки просто не мог кончить. Ему нужен был его запах, его присутствие. А пока лишь скуление и влажные звуки, двигающейся все быстрее ладони разрывали тишину рабочего кабинета альфы. *** Тэхен сам не знал почему, но старался как можно быстрее закончить эти важные переговоры. Два часа он просидел как на иголках. Ему не хватало присутствия своего омеги, что не поехал с ним и остался в офисе разгребать бумаги. А здесь в вопиюще дорогом ресторане с самого начала его все раздражало. Запахи, звуки и этот мужлан, который сидел напротив него и бесстыдно разглядывал его тело. Противно прям. А ему хотелось к Гуки. Обнять его, прижать к себе и зацеловать. Но нет, ему приходилось сидеть здесь и выслушивать условия, которые менялись с каждой секундой, заставляя альфу нервничать. Ноги медленно стали отбивать ритм, заставляя окружающих понять, как сильно он раздражен. Есть не хотелось. Его все злило и раздражало. Когда же это закончится? Наконец-то! Он был так рад, что чуть не вскочил и не перевернул стол, понимая, что этот мужлан наконец-то решил, какие условия для него лучше всего. Тэхену было на них совершенно наплевать, главное, что они получат огромный процент дохода со всех компаний этого мистера Пака. И вот Тэхен уже мчит к офису ради одного – обнять своего омегу, вдохнуть его запах и успокоиться. Вот только, влетев на свой этаж и поняв, как вокруг тихо, его альфье чутье несколько насторожилось. Он медленно, переставляя ноги, шаг за шагом приближался к своему кабинету, наконец-то понимая, почему все вокруг разбежались. Тихое скуление и невероятно насыщенный запах чуть ли не сшибли его с ног. Он подорвался и влетел в закрытую дверь, чтобы остолбенеть от увиденного. Его омега, развалившись на его безумно-дорогом компьютерном кресле, ласкал свой член пальчиками. Медленные движения вокруг головки, вырывали из его рта скуление и вскрики, заставляя альфу мгновенно возбудиться от увиденной картины. - Гуки… - Сорвалось с его губ, и он рухнул на колени перед своим омегой. Чонгук наконец-то раскрыл глаза и черным от возбуждения взглядом впился в своего альфу, просто умоляя к нему прикоснуться. Тэхен понял его без слов. Он понимал, как сильно его омега нуждается в нем. Хотя причину его такого состояния понять не мог. Они вместе подумают об этом позже, а сейчас на первый план вышла жажда его омеги. Он быстрыми движениями, не вставая с колен, приблизился к своей капусточке, что источала невероятный аромат. Он, не смущаясь, пролез прямо под столом, остановившись прямо перед омегой. Его член чуть ли не касался его носа, а приторный аромат смазки забивался внос, заставляя его самого тихо стонать от возбуждения. Член стоял твёрдо, упираясь ему в ширинку и причиняя легкий дискомфорт, но альфа не обращал на него внимания. Сейчас главное его омега, что нуждается в сильном, жестком и быстром оргазме. Тэхену оставалось только гадать как долго его Гуки в таком состоянии. Он лишь надеялся, что тот страдает не все то время, пока он отсутствовал в офисе. - Капусточка моя, - и громкий вскрик Гука вырвался изо рта. – Капусточка моя... Сейчас-сейчас... Я тебе помогу… Альфа нежно отодвинул руку омеги от его члена и переплел пальцы, опуская руки на подлокотник стула. Брюки, все перепачканные смазкой, были спущены достаточно, чтобы предоставить альфе полный карт-бланш для его действий. - Пожалуйста, Тэ. Пожалуйста, пожалуйста… - Сейчас, капусточка, держись. И альфа легко, одним кончиком языка лизнул головку члена. Омегу просто выгнуло на стуле, он чуть ли не свалился, но Тэхен его придержал, не давая упасть своей капусточке. - Еще, еще, еще… И альфа дал своему Гуки все, чего он хочет. Губами он обхватил головку, нежно посасывая и продвигаясь все ниже и ниже, пока носом не уткнулся в гладковыбритый пах своего Гуки. Его омежий член был небольшого размера и идеально помещался во рту у альфы. Гуку оставалось лишь скулить и двигать бедрами навстречу резким движениям альфы, который резко перешел в быстрый ритм, водя губами по стволу, сильно втягивая истекающий смазкой член омеги, а языком кружа вокруг головки, особое внимание уделяя уздечке – самому чувствительному месту. Омега, не сдержавшись, ухватил второй рукой волосы альфы, просто держа, не смея никак им управлять. Он знал, что получит столько удовольствия, сколько ему даст Тэхен, и даже сверх меры. Стоит лишь подождать. Он не любил им управлять, лишь зарываться в шелковистые волосы пальцами, чтобы хоть как-то держаться и не улететь из этого мира в страну наслаждения. Оргазм был близок. До него оставалось все несколько движений, но тут альфа резко остановился: - Нет! Нет... Тэ... Тэ! – Бессвязно лепетал омега, лишившись горячего рта, что доставлял ему море наслаждения. – Пожалуйста, Тэ… Еще немного… Тэ… Тэ! Альфа не ответил, он лишь поудобнее для себя устроил омегу на стуле и снова насадился ртом на покрасневший от напряжения член омеги. Тот громко застонал, а потом и завыл, когда тонкий палец Тэхена резко вошел в его выделяющий огромные порции смазки проход. Он за пару движений нашел простату и мучил своего омегу с двух сторон, откровенно наслаждаясь его криками и скулением. Удовольствия для маленького омеги было слишком много. Оно было на грани боли. Еще немного и тот просто скатится в оргазм и просто потеряет сознание от наслаждения. Но этого не происходило. Его ласкали спереди и сзади, но вот оргазм был еще далеко. Хотелось продлить этот момент подольше. Было слишком хорошо в руках своего альфы. Слишком… Все слишком… Гуки, не сдержавшись, пытался насадиться попой на пальцы альфы сильнее. Чтобы ускорить подступающий оргазм. Он бессвязно в слух умолял: - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Альфа ускорился. Его омега был полностью разбитым. Он потерялся в своем удовольствии, не понимая, что происходит вокруг. Все, как и любил альфа – довел своего омегу до невменяемого состояния. А потом резко вошел сразу тремя пальцами, надавливая на простату и застонал вокруг члена, придавая тому легкую вибрацию. - АААААА…. – Раздался крик, который, кажется, услышали все находящиеся на этаже. И как же им повезло, что кроме секретаря, который привык к таким выкрутасам своего начальника, никого более не было. Сперма брызнула прямо в рот альфе, который начал ее глотать, наслаждаясь привкусом тушеной капусты. Идеальный вкус, как и его Гуки. А омега в это время просто растекся на стуле, чуть не падая, но альфа успел его поймать и переложил на диван в зоне отдыха. Такой милый, затраханный Гуки, потерявший сознание от оргазма, выглядел таким родным и любимым, что альфа не сдержался и присел на корточки перед ним. Тэхен накрыл своего истинного пледом и устроился рядом с ним на полу. Его омега… Его капусточка. Его любовь… *** - Так, о чем ты хотел со мной поговорить? – Сказал Джин, присаживаясь напротив Чонгука, руки которого еле заметно дрожали, обхватывая самый большой стаканчик с кофе. – Тэхенчик опять не разрешает тебе пойти на вечеринку? Или вновь ходит за тобой, как наркоман? А может он перестал тебя удовлетворять в постели? Сокджин искренне переживал за отношения своего младшего брата и его омеги. Он интересовался всем и помогал, чем только мог. Гуки всегда ходил к нему за советом, как и сегодня. Нежданная новость настолько сильно его потрясла, что на глаза тут же навернулись слезы, а дрожащие руки уже набирали номер Джина, прося срочно с ним встретиться. - Ну, Джинни, хватит меня смущать. Все у нас в порядке, только… - И он стушевался, боясь произнести эти слова. - Что?! - Внезапно воскликнул Джин, видя поникший вид Гуки. – Неужели?! Не может этого быть… - Так ты понимаешь меня? – С надеждой спросил Чонгук, надеясь, что ему не придется говорить эти слова вслух. - Он тебе изменяет, - глухо произнес старший омега, а потом и вовсе вскочил со стула, начиная кричать. – Да как он посмел!!! Эта кабелина крашенная у меня сейчас получит!! За все твои слезы ответит!!! У Сокджина была привычка все преувеличивать, как и сейчас. Он, не разобравшись, уже строит у себя в голове план, как побьёт своего младшего брата альфу, хоть тот и голову выше его и шире как минимум в два раза в плечах. Гуки с ужасом в глазах смотрел на своего друга и понимал, что Тэхену крышка. И тогда он произнёс те самые слова, которых боялся до трясущихся ног. - Я беременный… Сокджина потом пришлось около часа отпаивать его любимым чаем. Он был в шоке, но таком радостном, что Гуки сам начал ему улыбаться в ответ. Как они похожи со своим братом. Любая радостная новость делала их просто невменяемыми. Они настолько сильно в нее погружались, что нужно было время для нормализации их состояния. - Ты уже был у врача? – Внезапно спросил Джин. Гуки закачал головой, смотря огромными глазами на Джина, в которых плескался страх и нотки паники. - Я боюсь… - Так! – Внезапно засобирался Джинни. – Пойдем к врачу. Это дело на произвол судьбы оставлять нельзя. Чонгуку оставалось только подчиниться. Он отдал себя в руки Джина, ведь сам-то и не знал, что ему делать в такой ситуации. Как хорошо, когда есть старший, который поможет во всем. Они почти до самого вечера провели в омежьей консультации, сдавая разные анализы, становясь на учет, и наконец-то ему сделали УЗИ. Гуки вымотался за этот день. Врачи буквально выпили из него все соки, расспрашивая об интимной жизни пары, а Джин тихонько посмеивался, узнавая подробности о сексе своего младшего брата. Скорее всего придумывал новые шутки, чтобы потом поддевать ими своего Тэхенчика. Тогда-то Гуки и понял, почему ему становилось плохо из-за отсутствия рядом альфы и накатившего в тот раз возбуждения. Врач все ему объяснил, говоря, что это совершенно нормально, организм, а точнее малыш, требует запаха и присутствия своего старшего отца, который дарит ему ощущение защиты и спокойствия. В противном случае тот будет доставать своего папу вот такими вот выкрутасами. Домой Чонгук возвращался, прижав к своей груди черно-белую фотографию. На ней были изображены его дети – два альфы. Хоть она и казалась ему абсолютно серой, но врач обвел маркером малюсенькие точки, говоря, что это его двойняшки. А по специальному аппарату, название которого Чонгук тут же забыл, врач определил, что это два альфы. На пороге омега спрятал фотографию в сумку, боясь, что Тэхен ее увидит. Он пока не готов рассказывать ему о беременности. Потом… Когда-нибудь… Но не сейчас… *** Это его «потом» наступило очень скоро, а именно на следующий день, когда острый приступ тошноты свалил его прямо с ног, не успел он даже встать с кровати. Под вскрик своего альфы, Гук помчался в ванной и заперся там на час, очищая свой желудок от всей пищи, что он съел накануне, но даже тогда рвота не прекратилась. Теперь он извергал из себя желчь, с каждой секундой теряя силы и энергию. Он разом побледнел, даже посерел, глаза покраснели, а из груди вырывались всхлипы. Ему было так плохо, что хотелось свернуться комочком прямо на холодном кафельном полу и завыть, а потом и просто поплакать. Но осознание того, что Тэхен не знает о его состоянии, напрягали. Как он объяснит ему свое поведение сейчас? А ведь тот уже час сидит под дверью ванной, умоляя впустить его и помочь своей капусточки. - Гуки, впусти меня… Я чувствую, как тебе плохо… Позволь помочь тебе… Капусточка… Но Чонгук никак не реагировал, он глотал слезы, боясь пошевелиться, что может вызвать очередной приступ рвоты. В ушах зашумело, а потом его накрыл приступ головной боли. И почему быть беременным так ужасно? Врач предупреждал его, что беременность будет проходить сложно из-за ослабленного организма омеги, ведь тот не готовился к ней и его организм не готов к такой резкой нагрузке, да и многих веществ не хватает, которые просто необходимы беременному омеге. А он был беременный двойней, к тому же они быль альфами. Это была катастрофа для истощенного организма омеги. Хоть он никогда не жаловался на худобу, но сейчас ему нужно есть, есть и еще раз есть, запивая все витаминизированными соками. И принимать кучу всяких витаминов для беременных. И Гук все же опустился на холодный кафель. Но не успело пройти и пару минут, как дверь резко распахнулась. Громкий звук заставил омегу вздрогнуть, но он не пошевелился. Казалось, что его покинули все силы, даже открыть глаза было сложно. - Капусточка! – Вскрик альфы, а потом тот поднял его на руки и куда-то понес. Сознание Чонгука то провалилось в темноту, то опять возвращалось. Он чувствовал, что его сначала куда-то несут, а потом Тэхен вез его куда-то, держа на руках, хоть и был прямо за рулем. В следующий раз он очнулся в больнице. Белый потолок и стены с непривычки резали глаза. Он чувствовал себя намного лучше, чем утром, но слабость все еще присутствовала. Чонгук огляделся. Рядом с ним сидел Тэхен и судорожно что-то сжимал в руках, рассматривая мокрыми от слез глазами. Его тело было так сильно напряжено, что мышцы выделялись сквозь пижамную футболку. - Тэ… - Хриплым голосом позвал омега и тут же закашлялся. Горло першило из-за многократной рвоты ранее. - Капусточка, - альфа тут же подскочил к нему, садясь на край кровати, сжимая руками его маленькую ладонь. – Как ты себя чувствуешь? Все хорошо? Что-то хочешь? Ты меня так напугал… - Прости, - стушевался омега и опустил глаза. – Я просто боялся… Его голос был глухим, не таким как раньше, что не укрылось от альфы, который протянул ему стакан воды с трубочкой: - Выпей. Прохладная жидкость освежила горло и немного взбодрила Гука. - Спасибо. Тэ… - Начал было он, но тот снова перебил его. - Капусточка моя, - нежное от Тэхена и его взгляд полный любви. – Я так сильно тебя люблю, что просто до смерти испугался за тебя. Когда выбил дверь, ты лежал на полу и просто сливался с его белым цветом. Ты просто не представляешь, как я перепугался, сердце до сих пор колотится, а на голове наверняка появились седые волосы. - Прости меня… - В больнице уже позже мне сказали, что твой организм полностью истощён и ты был на грани комы. Тогда врачам пришлось откачивать не только тебя, но и меня. Мое сердце не выдержит еще одного такого потрясения. Почему ты не сказал, Гуки? Омега опустил глаза, боясь смотреть в глаза своему альфе, ведь тот сильно за него переживал. Гук и сам испугался, когда волна рвоты, а потом и истощения, накрыла его тело. - Я боялся, что ты плохо отреагируешь… - Почти прошептал омега. - Почему? – Искренне не понимал альфа. И тут омега не выдержал, выкладывая все своему альфе: - Мы никогда не говорили о детях, я не знаю твою реакцию на них. Вдруг ты вообще не хочешь малышей? А тут целых двое, да еще и альфы. Вот я и испугался твоей реакции. - Гуки, моя маленькая капусточка, - Тэхен подсел к нему ближе и аккуратно обнял, стараясь не потревожить капельницу. – Сколько мне еще раз повторять, что я тебя люблю. Я люблю тебя так сильно, что не готов отпустить, а наши дети… Они наши, понимаешь. Частичка моя и твоя. Наше продолжение. Я рад, хоть и немного шокирован. - Правда? Ты не против? – Не утерпел и уточнил омега. - Моя капусточка, конечно же нет, - и поцеловал омегу. *** С того момент жизнь Чонгука резко изменилась. Теперь Тэхен запрещал ему многое. Он постоянно сидел дома либо на работе под его присмотром и не напрягался. По началу омегу это сильно напрягало, ведь он не привык сидеть на шее у Тэ, но потом и родители поддержали решение альфы. Омега посопротивлялся в самом начале, а потом принял это решение. С каждым месяцем ему было тяжелее. Малыши забирали много энергии и сил. Это напрягало. Каждый день он принимал много витаминов, чтобы дети не истощили его окончательно. Тэхен помогал ему по мере сил, терпел каждую истерику и прихоть своего омеги. Он выматывался на работе, а потом помогал Гуку. Это были тяжёлые девять месяцев для них обоих. А потом внезапные роды и обморок Тэхена от волнения за своего омегу. Через пару часов он очнулся в палате, где лежал его омега с малышами. Чонгук выглядел очень бледным, но счастливым. Беременность подошла к концу, теперь настала очередь воспитывать детей. Тэхен и Чонгук стали ответственны за своих детей – двух альфочек и одного омежку, который все это время прятался за своих старших братьев, прячась от врачей.