Рак

      Белоснежная дверь открывается, выпуская в светлый больничный коридор высокого мужчину с короткими светлыми волосами и серьезным выражением лица. Он оглядывает коридор своими голубыми глазами, останавливая взгляд на невысокой блондинке перед собой.       - Аарон Майкл Миньярд?       - Да.       - Заходите.       На дрожащих ногах парень заходит в кабинет начальника отдела онкологии, останавливаясь сразу же на пороге, боясь пройти дальше.       - Ну чего же вы так? Проходите, садитесь. Меня зовут Джеймс Уилсон, и с этого момента я буду заниматься вашим здоровьем.       - Приятно познакомиться.       - Взаимно.       Джеймс Уилсон улыбнулся, наверное, самой грустной улыбкой на свете, и ещё раз пригласил Аарона присесть на стул перед своим столом. Блондинистые брови нахмурились.       - Доктор Уилсон, прошу вас, скажите мне прямо, сколько.       - Мистер Миньярд, зачем же так пессимистично? У вас не такие уж и плохие анализы...       - Я на третьем курсе медицинского университета... Я знаю, что у меня...       - Мистер Миньярд, прошу вас, вам нужно успокоиться и присесть, а уже потом мы с вами...       Договорить онкологу не дали тихие всхлипы.       -Прошу вас, скажите честно...

***

      Всё это началось десять или девять лет назад из-за падения с лестницы при помощи очередного ухажёра матери. Точно Аарон уже и сам не помнит, из-за чего ему так помогли. Помнит только, что последствия этого падения начали проявляться, когда ему было одиннадцать. Головные боли начали его преследовать именно тогда. Или сначала была сонливость... Впрочем, имеет ли это значение сейчас, когда менять что-либо уже поздно.       Можно, конечно, сказать: "Эй, Аарон, что за фигня? Расскажи брату или тренеру... Да хоть кому-нибудь, и они помогут." Только вот есть одно "но". Они не помогут. Никто не поможет. Уже просто поздно помогать. Да и что говорить то? Миньярд даже не представляет, как можно подойти к брату с этим... Типа: "Эндрю, у меня головка бо-бо, помоги мне." Да Эндрю его за это сам и убьёт. Ждать чего-либо не нужно будет.       Да и не важно это сейчас так уж сильно. Через неделю будет матч с Воронами. После победы в прошлом году над этой непобедимой командой от них ждут лучших результатов. Поэтому все личные проблемы уходят на задний план, а после этого им обещали поход в лучшую больницу для наблюдения за работой врачей. Так что по крайней мере до конца этого, а то и следующего месяца нечего "личного" ему не светило уж точно. Хотя если посмотреть с другой стороны, человеку, который должен умереть до конца этого года, явно не стоит переживать об какой-то учёбе и победе в дурацкой игре.       Личные метания по поводу жизни и смерти младшего близнеца прерывает очередной крик Дэя в сторону его брата.       -Эндрю, ну сколько можно то? Начни ты уже играть нормально наконец.       Будь воля Аарона, он бы засмеялся от этого бессмысленного занятия как уговаривания Эндрю играть, но несдержанная тошнота опять рвется наружу.       А Кевина там похоже совсем понесло.       -Аарон, а ты хоть видишь, куда бежишь!? Мало того, что как сонная муха по полю ходишь, так ещё и по своим то бьешь зачем?       Ох, милый ферзь... Знал бы ты причину этого всего, то точно молчал бы сейчас, но и смысла нет тебе уже что-то говорить... Ещё орать по поводу очередного набора в команду начнешь ведь.       Кевин горячо обсуждал какую-то очередную ситуацию на поле, но Аарон уже не слушал его. Ему было все равно на игру, на тренировки, на всё вокруг. Он чувствовал, как каждый день его состояние ухудшалось, как головные боли становились все сильнее, а сонливость не покидала его ни на минуту.       Но он продолжал тренировки всю эту неделю, продолжал посещать все пары, хотя уже и не мог писать конспекты, потому что это было единственное, что у него оставалось сейчас.       Так что он просто молча кивнул в ответ на вопросы Кевина, отвернулся и вернулся к игре. Он знал, что долго так не сможет протянуть. Переваривать быструю и всегда сумбурную речь второго номера становилось все сложнее с каждым разом. А про координацию его передвижения на поле вообще лучше молчать. Похоже, ближайшая игра с Воронами его последняя возможность выйти на игровое поле.       Эндрю в это время просто молча наблюдал за своим братом. Он знал, что что-то случилось с ним, что-то серьезное. Но он не мог помочь ему, не мог разгадать тайну, которая скрывалась за его странным поведением. Всё на что надеялся старший близнец сейчас - что скоро его брату надоест играть в сильного и независимого и он сам придёт за помощью.       И вот, когда закончилась тренировка, Аарон одиноко присел на скамейку и закрыл глаза; головокружение отступало от этого действия, но боль нет.       Аарон чувствовал, что боль пронизывает его голову словно молотом. Он пытался сконцентрироваться на своих мыслях, найти ответ на то, что же ему делать. Но все, что он видел перед собой - размытые образы и звуки, которые казались далекими и неразборчивыми.       Его брат, брат-близнец, Эндрю подошел к нему и сел рядом. Они смотрели в одном направлении, но слова не были нужны. Эндрю знал, что Аарон страдает и хотел помочь ему, но не знал как. Как бы они не хотели это скрыть, но они были связаны "близнецкими узами", как это называл Ники.       Аарон понимал, что его время ограничено. Он чувствовал, как его силы постепенно покидают. Эндрю, словно чувствуя это, старался быть всё время рядом.       Они молча сидели на скамейке, глядя на поле перед собой. Для Аарона это был последний шанс проявить себя в игре против Воронов. Он знал, что это может стать его прощальной игрой.

***

      - Мистер Миньярд, поймите, в вашем случае даже операция уже не сможет помочь, если бы вы обратились чуть раньше... Возможно, химиотерапия продлит срок вашей жизни и...       - Доктор Уилсон, я учусь в медицинском, я знаю все риски и видел свои анализы. Я не хочу тянуть эту боль дальше, я просто хочу закончить все это.       - Но химиотерапия...       - Только растянет все это. Дайте, пожалуйста, мне все бумаги, я их подпишу и пойду.       - Мистер Миньярд, пожалуйста, подумайте еще раз. Я понимаю ваше решение, но хотелось бы убедить вас в возможности борьбы с вашей опухолью.       - Я все понимаю, доктор Уилсон, но мне нужно закончить свой путь самостоятельно. Я готов к этому.       Доктор Уилсон невольно кивнул головой, понимая, что Аарон принял окончательное решение. Он передал ему все необходимые документы, и парень медленно подписал их, смотря на них сквозь слезы.       - Спасибо, доктор. Я благодарен за вашу заботу, - сказал он, вставая с кресла.       - Берегите себя, мистер Миньярд. Желаю вам мирного пути, - ответил доктор Уилсон, сопровождая его до двери.       Майкл медленно ушел из больницы, ощущая смешанные чувства горечи и спокойствия. Его решение было трудным, но он знал, что это единственный путь для него. Он устал от этого и решил закончить этот путь сейчас.

***

      Когда настал день матча, Аарон вышел на поле вместе с командой. Его голова все еще болела, но он игнорировал боль и старался сосредоточиться на игре. Все его движения были неуклюжими и неуверенными, но он не останавливался.       В конце игры, когда был забит последний мяч, а фанаты "Лисов" ликовали, Аарон понял, что это было его последнее усилие, а на поле постепенно исчезал свет.       Последнее, что помнит Майкл, это как Ваймак что-то кричит Эбби, а Эндрю и Ники бегут в его сторону.       Постепенно головная боль начала утихать, и Аарон осознал, что он сделал все возможное.       Он почувствовал, что его тянет вниз, и мир вокруг начал расплываться. Силы покинули его, и он рухнул на траву. В это мгновение он почувствовал, что его обнимают и слышит голос Эбби, просящий его не уходить.

***

      Обычно шумная и никогда не замолкающая Лисья Нора была в трауре.       Ровно месяц назад был тот злополучный матч с Воронами, матч после которого жизнь изменилась кардинальным образом. После того как Аарон упал прямо на поле в обморок, его срочно госпитализировали в больницу. Тем же вечером Лисы узнали, что Миньярд младший впал в кому. Лисы были в шоке и отчаянии. Они не могли поверить, что Майкл мог оказаться в таком состоянии. Все жители Лисьей Норы были в отчаянии.       Дни проходили, а Миньярд все еще был в коме. Рене и Ники молились за его выздоровление и надеялись на чудо. Все спортивные мероприятия были отменены, и Лисья Нора стала очень тихой и замкнутой.       Только спустя несколько недель поступили новости, к сожалению, неутешительные. Аарону была поставлена диагноз Опухоль головного мозга четвёртой стадии. Но самое страшное случилось, когда пришёл ответ от отдела онкологии госпиталя Принстон-Плейнсборо.       "Аарон Майкл Миньярд написал отказ от всех врачебных вмешательств"       Лисья Нора была потрясена этими новостями. Отказ от вмешательства в лечение означал, что Миньярд отказывался от шанса на выздоровление. Лисы были в полном отчаянии и не могли понять, почему он принял такое решение.       Эндрю был в ярости. Как только он это услышал, тут же сорвался с места и побежал к машине. Нарушив кучу правил дорожного движения и чуть не задавив какую-то бабку, он ворвался в больницу.       Когда он вошёл в палату, он увидел брата, лежащего без сознания. Вокруг него были разложены бумаги с его отказом от вмешательства.       Джозеф сел рядом с близнецом и начал говорить с ним, хотя знал, что он не может услышать его слова. Он рассказывал ему о том, как Лисы страдают без него, о том, как все жители скучают по нему, о том, как Ники тяжело сейчас без него. Сначала он буквально умолял брата вернуться к ним, бороться и не сдаваться. Потом угрожал и шантажировал, затем просил прощения и снова молил не бросать его.       Но Миньярд оставался без ответа. Его решение было окончательным. Лисы понимали, что они не могут заставить его изменить свое решение, но они не могли просто смириться с этим.       Неделю они по очереди ходили к нему. За эту неделю Аарон не оставался один ни на минуту. Каждый Лис приходил и говорил с ним. Дэн рассказывала о команде и как они его ждут. Кевин каждый раз бурчал что-то про историю экси, включал Миньярду матчи, которые сам же и комментировал. Эндрю все так же просил брата вернуться к нему. Мэтт рассказывал о новых видеоиграх и обещал обязательно сыграть с Аароном, когда тот придёт в себя. Элисон болтала о свежих сплетнях университета. Ники просил прощения за то, что не уделал внимание. Рене говорила о каких-то благотворительных фондах для раковых больных. Нил молча держал блондина за руку и лишь изредка шептал о том, что теперь жить в Норе стало скучно без их ссоры. Ваймак с Эбби и Би тоже приходили и просили не сдаваться на милость болезни, а бороться до конца.       Но ничто не заставляло Миньярда открыть глаза и вернуться к Лисам. Он оставался неподвижным, словно спящий вечный сон. Лисы были в отчаянии, не зная, как помочь своему другу.       Однажды Рене заметила, что его пальцы слегка пошевелились, когда она пришла к нему. Это было едва заметно, но уже достаточно, чтобы она поверила в чудо. Она поняла, что Миньярд все еще борется, и решила не отпускать его. Она рассказала об этом Лисам, и они снова начали посещать его ещё активнее, говоря о своих событиях и надеясь на лучшее.       Медленно, но верно, Миньярд начал проявлять признаки пробуждения. Его глаза немного приоткрылись, и он начал слегка двигаться. Лисы были в восторге, видя, как их друг возвращается к ним из темноты.       Однажды утром аппаратура словно сошла с ума, Эндрю, который находился как раз в палате, срочно позвал врача. Миньярда старшего буквально отодрали от брата и выкинули в коридор. Через час все лисы уже стояли под дверью палаты, надеясь на лучшее, но к сожалению их надежды не оправдались.       Через три с половиной часа врач объявил: "Мы сделали все, что могли. Аарон Майкл Миньярд умер не приходя в сознания."