Dead boy walking

      Лиюсу чувствовал себя сумасшедшим. В один день он, разбирая кучи различных свитков, некоторые из которых были прямо таки древние, наткнулся на один с очень интересным содержанием. Проверить достоверность свитка очень хотелось, поэтому за помощью он обратился к родителям. В итоге на протяжении нескольких минут он наблюдал, как Му Цин готов кататься по полу со смеха от этой ситуации. Однако свиток оказался правдив.        Ранее Наньяна звали Цзюйяном. И из-за одной случайной ошибки монаха несколько лет на табличках у храма было исковерканное имя, означавшее «Большой член». На вопросы о том, что такой свиток забыл в небесной столице и почему он был именно во дворце Лиюсу, ответить никто не мог, но мысли о данной ситуации не давали покоя. Большой член.. Действительно ли большой? Спрашивать о таком было бы очень неловко, а по-другому проверить никак.  Лиюсу неделю не мог нормально спать из-за всех мыслей, посещающих его голову.        Всеми силами юному богу литературы хотелось отвлечься от раздумий: он все больше времени посвящал тренировкам искусства танца, перебирал бесчисленное множество свитков и иногда просто бродил по человеческому миру, подмечая красоты природы. Лишь бы не думать о Фэн Сине. Но цепочка мыслей приводила к нему раз за разом, не позволяя долго зацикливаться на чем-то другом.        Однажды Лиюсу вспомнил о старом и проверенном способе расслабиться и отвлечься. Просто выпить вина в хорошей компании и всё может наладиться. Хорошая компания нашлась быстро: так как пить с родителями был бы плохой вариант, то решено было выбирать из круга близких друзей, и выбор пал на Пэй Мина. Он все равно не был занят ничем другим в этот день, поэтому охотно согласился. И так в один из вечеров, уединившись во дворце Лиюсу, они поглощали чарку за чаркой красного вина, пока не охмелели достаточно сильно. Пэй Мин, имея хороший опыт в употреблении алкоголя, все ещё мог сохранить ясность мысли, просто становясь более веселым. А вот о Лиюсу сказать этого же нельзя было: он не имел такого опыта и поэтому быстро охмелел, а его способности к рациональным мыслям испарились.  — Генерал Пэй.. — Лиюсу подает свой пьяный голос, подпирая щеку рукой, — Знаете.. Меня уже несколько дней мучает один вопрос — Хо-хо, молодого бога тревожат мысли? Выкладывай, я слушаю, — Генерал машет рукой, расслабленно откинувшись на спинку стула — У Генерала Фэна.. Правда огромный член? — В комнате повисает молчание. Лиюсу задумчиво, чуть хмуро пялится в стол, а Пэй Мин замер в шоке. Заметив чужую реакцию, младший Хуа стремится объясниться, — Я имею ввиду.. ту историю с его старым именем.. — Ах, Цзюйян, точно.. Что-то припоминаю, э-э-э… — Пэй Мин поджимает губы, чувствуя неловкость не от темы разговора, а от внезапной смелости товарища по делу, — А с чего такое любопытство? — Не знаю. Просто.. Хочется узнать.. Но не могу же я спросить прямо в лицо! — Лиюсу всплеснул руками, чуть не обронив кувшин с недопитым вином — Не можешь спросить… Но можешь посмотреть — Генерал Пэй хитро щурится, смотря на раскрасневшееся и озаренное гениальной идеей лицо Лиюсу — Посмотреть.. Решено! Я посмотрю! — Младший хватает кувшин и встает со стула, рассеяно кланяясь, — Генерал Пэй, мне надо бежать! — Пэй Мин хотел ещё выкрикнуть что-то в спину юному богу, но не успел: тот выбежал из дворца как ошпаренный.        Лиюсу не думал о том, какой необдуманный бред творит. Шатаясь и отпивая вино с горла, он целенаправленно шел ко дворцу Наньяна. В это время все боги уже мирно спали каждый в своих покоях, и Фэн Синь не был исключением. Младший Хуа задумчиво смотрел на окно дворца. Подойдя поближе, он нарисовал прямо на стекле пару скромных иероглифов, которые неярко подсветились. Створка отворилась со скрипом. Лиюсу бросил на землю кувшин с недопитым вином, позволяя жидкости вылиться из сосуда, а сам с трудом, но залез в покои Фэн Синя через открытое окно. Генерал спал крепко, лежа на спине, не удосужившись даже укрыться. Видимо он вымотался на какой-то из миссий и по возвращении сразу стянул с себя доспехи, оставшись в нижнем одеянии, и плюхнулся спать на мягкую кровать. Юный бог жадно облизывается, подходя к кровати, параллельно развязывает пояс и стягивает верхний ханьфу, оставаясь в нижнем: тонком, полупрозрачном, очерчивающем силуэт худого тела. Он забирается на кровать прямо между ног Фэн Синя, дрожащими руками раздвигает полы одежды. Взгляд сразу приковывается к тому, что Лиюсу так жаждал увидеть. Чужой член расслабленно лежал на мощном бедре, длинный и толстый. В голове сразу проносится мысль: «Значит свиток не врал.. Действительно большой». Разум Лиюсу понимает, что на этом можно закончить. Он ведь узнал то, что хотел, значит надо по-быстрому уходить, не разбудив владельца дворца. Но вместо этого Лиюсу опускается ниже, лицом до уровня члена, и медленно ведет по нему рукой. Орган слабо дергается, отзываясь на нежное поглаживание от мягкой ладони, и твердеет за несколько неловких движений. Видимо, Генерал давно не имел чести разделить с кем-то кровать в одинокие вечера, поэтому соскучился по ласке. Младший Хуа чуть испуганно поднимает взгляд на лицо Фэн Синя, но тот лишь продолжает тихо сопеть. Значит, можно продолжать?       Лиюсу издает восхищенный вздох, понимая, что одной своей рукой даже не может обхватить член целиком. Он медленно надрачивает его, чуть ерзая. Между ног, по ощущениям, всё мокро настолько, что при неаккуратных движениях можно было услышать вульгарное хлюпанье. Мозг в пьяном тумане, и юноша не отдает отчет своим действиям. Он раздевается, подставляя свое голое, изящное тело под лунный свет, проникающий через окна. Неумело он садится сверху, на бедра Фэн Синя, прижимая мокрой киской член к чужому животу, и начинает тереться. При особой амплитуде головка задевает клитор, и Лиюсу приходится прижимать руки ко рту, чтобы сдерживать тихие стоны. Про себя он взмаливается: «О Небеса! Благословите способность вознёсшихся Богов менять свои гениталии!». Одна рука юного бога опускается на собственную грудь, сжимая и оттягивая сосок в погоне за большим удовольствием. Бёдра двигаются резко, грубо, без четкого ритма. Кажется, он вовсе забыл, что ему стоит быть осторожнее, если он не хочет разбудить Генерала. Хуа чувствует, как бедра слабо дрожат от приближающегося оргазма. — Лиюсу?.. — чужой хриплый ото сна голос прорезает тишину ночи. Лиюсу резко замирает, опуская взгляд вниз. Фэн Синь, ещё не до конца проснувшийся, но явно пребывающий в шоке, смотрит на него.  Он приподнимается на локтях, резко понимая, что происходит, — Какого черта.. Что ты вытворяешь? — в голосе не слышится отвращение или гнев, что подталкивает Лиюсу сделать пробное движение бедрами. Фэн Синь издает скованный стон, который явно хотел сдержать. — Я просто.. Не мог устоять перед вами, Генерал.. — Хуа убирает руку ото рта, упираясь ей в живот Генерала и начиная вновь двигаться. — Прекрати немедленно.. — Фэн Синь шипит. Его руки опускаются на бёдра юноши, сжимая с силой и заставляя его остановиться. — Иначе?  — Иначе тебе придется столкнуться с последствиями, — Лиюсу шумно сглатывает, удивленно смотря на серьезное лицо Фэн Синя. — Я хочу, — он тихо говорит, но продолжает, видя секундное замешательство старшего, — Я хочу этого, Генерал.. — Наньяну кажется, что этот просящий голос сорвал его с цепи. Он откидывается вновь спиной на кровать и приподнимает бёдра Лиюсу.        Конечно, у юного бога это первый раз. Ранее он только изредка ублажал сам себя, и то каждый раз смущался, искупая ужасный грех многочасовыми медитациями. Но сейчас он просто хочет окунуться в бездну похоти. Попробовать то, от чего так яростно отказывался и чего стыдился. Дать чувствам захлестнуть себя целиком и отдаться в опытные руки. Он неловко пристраивает член ко входу в свою киску. — Подожди.. Лиюсу, тебя надо.. — Слова обрывает низкий стон, когда головку члена обхватывает горячее нутро. Лиюсу медленно опускается на член, его дырка растягивается до небольшой боли вокруг твердого ствола, но ему плевать. Всё, чего он жаждет - потратить всю ночь, скача на Генерале, — Блять, какой ты узкий.. — С губ Хуа срываются высокие, мелодичные стоны, когда он, не дав и минуты себе привыкнуть, начинает медленно приподниматься и опускаться. Его тело даже в такой грязный момент двигается элегантно и завораживающе, Генерал Наньян не в силах оторвать глаз, наблюдая с тяжелым дыханием, как его седлает младший. То, как хорошо владеет своим телом юный бог, восхищало каждого. Все его представления, все движения в танцах исполнялись с особой любовью и отдачей, что заставляло прохожих, ставших свидетелями искусства, застывать на улице и пялиться. И прямо сейчас Лиюсу также творит искусство. Грязное, грешное, полное жгучей страсти искусство. Он жаждет большего всем телом, поэтому постепенно ускоряет темп. Его движения все равно выглядят немного неловкими, неумелыми, но Фэн Синь ничего не говорит по этому поводу. Он только опускает свой большой палец на клитор юноши, лаская его круговыми движениями. Лиюсу горбится в спине, прошибаемый резким удовольствием, громко стонет. Бёдра инстинктивно хотят уйти от прикосновений, ему приходится пересилить себя и легкую боль от растянутых стенок, чтобы продолжить двигаться, раз за разом потираясь о большой палец партнера. Даже натренированные танцами мышцы начинают уставать от неумелых, рваных движений. Попытки Лиюсу достичь долгожданного оргазма выглядят почти жалко для человека, у которого уже был сексуальный опыт.        Фэн Синь хмыкает, тянет юношу за плечи на себя, заставляя лечь грудью на свою грудь, и приподнимает его бёдра, фиксируя в одном положении. Хуа скулит ему на ухо, понимая, что потерял контроль над ситуацией. Наньян сгибает ноги в коленях, упираясь пятками в кровать, и делает пробный толчок. У Лиюсу вышибает весь воздух из легких: толчки Генерала ощущаются совсем иначе. Глубже, точнее, сильнее. По комнате разносятся пошлые хлюпающие звуки, мальчишеская киска выпускает нещадное количество естественной смазки. Юное пьяное тело расслабляется, ему под силам только задушенно стонать и пускать слюни на плечо партнера, закатывая глаза. Фэн Синь тяжело дышит, до синяков сжимая узкие бёдра, вдалбливаясь в узкую киску, заставляя её принять форму его члена. Любая попытка Лиюсу двинуться хоть немножко терпела неудачу. Простой бог литературы не может тягаться в силе в могущественным богом войны, ему останется безмолвно подчиняться, принимая в себя всё, что ему дают. Низ живота скручивает в узел, стоны превращаются в рваные вздохи: — Генерал, я.. — ноги бьет крупной дрожью, Хуа сжимает плечи партнера в руках, царапая короткими ногтями.  — Что, уже готов кончить? Ты такой чувствительный.. Не сдерживайся, кончай на мой член, — Фэн Синь горячо шепчет, сохраняя темп, каждым толчком доводя Лиюсу до грани.        Лиюсу впивается ногтями в загорелую кожу, его киска сжимается, когда он наконец содрогается в оргазме. Фэн Синь шипит, двигаться становится труднее из-за узости, но он толкается до упора, заполняя порциями густой спермы мальчишескую пизду. Минута у них уходит на то, чтобы отдышаться. Когда из киски Лиюсу выходит член, то сперма течет по его бедрам, оставляя неприятное ощущение липкости. Вымотанный страстным пьяным сексом, он засыпает почти сразу. Фэн Синь нежно гладит его по спине, пялясь в потолок. Что-то сбоку игриво звенит, привлекая внимание. И только сейчас Генерал замечает сидящую на потухшей лампе светящуюся, полупрозрачную серебряную бабочку. У него будут проблемы..